Украинские победы в АТО: умеем и можем. Мужество простых воинов разрушает стереотипы и приближает нас к победам

Содержание
[-]

Украинские победы в АТО: умеем и можем

Сейчас мы снова стали свидетелями и участниками удивительных трансформаций, которые происходят с нашим народом.

До победы еще далеко, война за Украину только разгорается, вражеский сапог пока топчет значительную часть нашей земли, поэтому придется много и плодотворно поработать, чтобы наконец воцарился мир. Но, несмотря на все условности, неурядицы, проблемы и гибридность эпохи, в которой приходится жить, такие понятия, как героизм, жертвенность и преданность никуда не денутся.

Мужество простых воинов разрушает стереотипы и приближает нас к победам. Тиждень решил рассказать о некоторых из них, пообщавшись с непосредственными участниками боев, так как никого и ничто мы не должны забыть.

Красный Лиман

3 июня 2014 года силы Антитеррористической операции начали освобождение Красного Лимана Донецкой области, а уже 5 июня над горсоветом и горуправлением милиции города был вновь поднят украинский флаг. О начале операции по освобождению города и баталиях на подступах к нему рассказывает непосредственный участник событий — Дмитрий Моклецов, боец 25-й отдельной воздушно-десантной бригады.

«Это был наш первый бой, боевое крещение. Мы получили задание обезвредить логово снайперов на подступах к Красному Лиману и продвигаться дальше. Выехали в три утра. На помощь нам дали Нацгвардию с боевыми машинами. У всех первый бой, всем страшно.

Двигаемся колонной, дождь как из ведра, смотрю в глаза ребятам — круглые пяти копеек. Доезжаем до трассы на Лиман, а там или 95-я, или 80-я бригада обстреливает «зеленку», делает нам коридор. Мы остановились, тоже пустили пару залпов. Оттуда до места расположения снайперов, водонапорной башни, совсем недалеко. Но туда мы не доехали: попали в засаду.

Нас начали обстреливать из «зеленки» — Нацгвардии не стало. Развернулась и уехала. Как потом выяснилось, они якобы не имели приказа стрелять, были для массовки. Мы приняли бой. Я был заместителем командира БМД и одновременно механиком-оператором, стрелял из пушки.

Приказано было вести огонь по недалекому блокпосту. Не заметил, как выстрелил девять раз, от блокпоста ничего не осталось. Вдруг увидел, что за броней скрывается моя пешая колонна. Им что-то не давало выйти из-за машины. Били где-то с фланга. За блокпостом стоял двухэтажный дом, но второй этаж забаррикадирован мешками, и оттуда из маленькой бойницы строчил пулеметчик.

Я зарядил фугас, хотя никогда этого не делал, и выстрелил. Знал в теории, что летит навесом. Может, это Бог направил, неизвестно, слышал как все, кто сидел в броне, молились — и фугас, будто в замедленной съемке, влетел навесом четко в то малое окошко. Все рассыпалось, и я на мгновение растерялся. Блокпост заняли без потерь и продвинулись дальше.

Неподалеку Красного Лимана поставили нашу артиллерию, а сами заняли позицию на краю города напротив завода. Окопались. Была информация, что на заводе сепаратисты. Ночью к нам пытались пробраться их разведчики, хорошо, что волонтеры попривозили тепловизоры, и мы их видели. Нас пытались обстреливать. Однажды поймали в лесу двух языков. Люди с российскими паспортами и военными билетами, у одного при себе только пистолет Макарова, а в другой — нож и бинокль. Говорили, что грибники, но никто им не верил. Посадили в яму и сообщили СБУ. Не надругались, все по-человечески, что мы ели, то и они. Пока у нас были, помогали окопы рыть.

Пробыли на посту еще две недели — никаких обстрелов. Грандиозные бои под Красным лиманом, как в других местах, тоже не шли. Это было только начало серьезной войны. Еще без тяжелой техники и танков. Максимум, из чего могли стрелять, — это из гранатометов. Мы просто вытеснили боевиков с двух сторон, и они отошли в сторону Донецка«.

Наступление на Луганск: наблюдайте ...

Поход украинской армии на оккупированный Луганск, начавшийся в середине июля 2014 года, имел все шансы завершиться громкой молниеносной победой. Только, как всегда, чего-то не хватило. По меньшей мере — мудрости и воли высшего руководства армии и государства. Впрочем, это отнюдь не умаляет героизма и жертвенности наших бойцов, которые невероятными усилиями и ценой своих жизней отвоевали огромный массив территорий Луганщины. Вот что рассказал Тижню непосредственный участник этих боев, солдат батальона «Киев-12» Юрий.

«Наступление на Луганск для нас началось со стороны Счастья. Затем Красный Яр, Вергунка, Станица Луганская. Далее оно расширялось вниз, в сторону Донецка, но я там не был.

Все время шли бои. В Счастье мы прочно закрепились и перелезли на Веселую гору, это 5 километров от города. Там был первый обстрел «Градом». Раньше они куда-то дальше били: сепаратисты, видимо, тогда еще толком не умели с ними работать. А вот на Веселой горе впервые обстреляли прицельно. Там у нас было неизвестно сколько «трехсотых» и первые «двухсотые», потому что «Грады» начали детонировать в кронах деревьев и накрывать все вокруг. Стреляли ежедневно. Очень хорошо нас поздравили с Днем независимости: до семи вечера огонь был непрерывный.

На Веселой горе стояли не только мы, но и Нацгвардия, и артиллерия. Мы там целый подземный город сделали. Сейчас на тех позициях боевики. С горы видно и Счастье, и Луганск — это километров за 15 до центра, очень удобная позиция. Сепаратисты, кстати, имели кучу русского оружия. Из того, что видел, — пулеметы «Утес». У нас таких не было.

В Красном Яру мы взяли очень много пленных. Там два дня длился сплошной трэш. Наш батальон впервые оказался не в стрелковом бою, а под минометным обстрелом. Когда враг понял, что потерял Красный Яр, начал глушить даже по своим, вплоть до того, что подорвал собственный БТР.

Когда началось наступление на Луганск, мы хотели его разрезать. Обойти вокруг (была такая возможность) и, ударив со стороны границы, разделить на две части. Могли забрать областной центр. Уже доезжали до аэропорта, но команды не было. На Вергунке нас серьезно штурмовали, мы охраняли дорогу и железную дорогу, там был не просто блокпост, а укрепрайон. Другим способом в Луганск не проедешь.

Мы держались до последнего момента, пока не пошли их танки. С позиции видели первый «гумконвой» как на ладони. Он разгрузился и в два ночи началась танковая атака. Мы пытались связаться с артиллерией, которая должна была нас прикрывать, — а ее нет, с милиционерами между Вергункой и Красным Яром — их тоже. Никого нет. И мы поняли, что сидим против танков с автоматами.

Поэтому должны были передислоцироваться, потому что не было чем встречать столько гостей. Не было нормальной техники, а только мобилизованные «Богданы» 475-го маршрута — все залепленные скотчем, потому что дуло. Выезжали уже под обстрелом. Взяли, что могли, а остальное оставили. Едешь, а вокруг взрываются подсолнухи. А тебе уже безразлично, куда ты успеешь убежать из этого «Богдана»? А могли освободить Луганск. Нет, «наблюдайте». Ненавижу это «наблюдайте». Первый «гумконвой» решил все«.

Мариуполь: флаги на балконах

Пророссийских боевиков из полумиллионного Мариуполя силы АТО выбили 13 июня 2014 года. Основную часть работы выполнил «Азов», который в то время был батальоном МВД (и только потом формально перешел под командование Нацгвардии и стал полком; скоро «Азов» реорганизуют в бригаду спецназначения).

 «В тот день с нами были бойцы Национальной гвардии и батальон «Днепр-1», — вспоминает боец «Азова» Байда. — Мы должны были обеспечить всю штурмовую часть работы, в то время как нацгвардейцы и «Днепр-1» стояли в оцеплении. Затем, после штурма, они должны были пойти на зачистку города. Однако в конце концов Нацгвардию командование вывело, а решение о батальонеа «Днепр-1» мне не известны, но я знаю, что очищал Мариуполь также «Азов».

Укрепрайон террористов, отмечает боец, находился на пересечении улиц Греческой и Георгиевской. «... Помню первый взрыв — ВОГ из подствольника, который взорвался прямо под ногами нашего бойца ... Его тяжело ранило. Мы тогда только выгружались из КамАЗов», — вспоминает Байда.

Несмотря на трудное начало, город, к счастью, взяли фактически без потерь. «Двухсотых», говорит боец, не было вообще. Были раненые, в том числе один тяжелый.

«Было ощущение триумфа, поскольку мы ни на кого, кроме себя, особенно не рассчитывали, — вспоминает боец „Азова“. — План освобождения Мариуполя разработало наше командование. В его разработке принимали участие шестеро: комбат Андрей Белецкий, Черкас, Душман, Боцман, Палий и еще кто-то. На своем полигоне в Бердянске мы примерно воссоздали перекресток города, примерно отстроили баррикады, по которым имели разведданные. И начали отрабатывать рефлекторные моменты: как ходить, как бросать гранаты, как захватывать ... Тогда мы были фактически дилетантами. Готовились исключительно к этой операции».

После штурма и зачистки укрепрайона и прилегающих к нему кварталов на улице Итальянской бойцы начали грузиться в машины, чтобы отправиться дальше, в аэропорт. «... И тогда на балконах стали появляться первые желто-голубые флаги, — улыбается Байда. — Уже тогда Мариуполь удивил нас своей проукраинской позицией, хотя и не так сильно, как удивил несколькими месяцами позже, в сентябре.

 

Тогда нас в городе было совсем немного. Только мы и немного бойцов Нацгвардии — смешно для обороны! Но местные жители начали устраивать проукраинские митинги, массово соглашались вступить в батальон, подключились к волонтерской работе по укреплению обороны города ... Людей на наши призывы отозвалось просто море! Тогда жители фактически собственными руками создали линию обороны».

... В июне Мариуполь объявили освобожденным. Тогда же, отмечает Байда, в город переехала Донецкая ОГА.

Освобождение Дзержинска

21 июля 2014 года над освобожденным Дзержинском был снова поднят украинский флаг. Успешную операцию провел штурмовой отряд Сил специальных операций ВСУ при дальнейшей поддержке Национальной гвардии. Вот что рассказал об освобождении Дзержинска непосредственной его участник, военный журналист подполковник Петр Гасай.

«Мы подъехали к городу около шести утра. Ребята рассредоточились и начали квартал за кварталом подходить к горадминистрации, где, по данным разведки, находился штаб сепаратистов. По дороге встречались местные жители, одиночные автомобили. Два не отреагировали на команду остановиться, и мы стреляли по колесам. Как оказалось, не зря. Это были вооруженные сепаратисты. За несколько метров до администрации наша группа была обнаружена, и сепаратисты открыли огонь из соседних домов. Мы дали ответ, быстро зачистили их, нескольких взяли в плен и мгновенно захватили горадминистрацию. С момента, когда заехали в город, до ее ахвата прошло не более 20 минут. Действовал штурмовой отряд Сил специальных операций. Ребята действительно асы. Слаженность полная ...

В горадминистрации освободили заложников — до 10 человек. Женщины, старики и совсем молодые ребята. Заняли огневые позиции, выставили прикрытие и начали проверять само помещение на наличие сепаратистов и взрывоопасных предметов. Этаж за этажом, комната за комнатой. Только вылезли на крышу поднимать флаг — пулеметчик подошел к флагштоку, чтобы снять деэнеровский, и по нему с многоэтажки напротив открыли снайперский, а затем пулеметный огонь.

Мы заняли позиции на этажах и на выходах, а сепары стали подтягивать резервы и стрелять. Им на подкрепление подъехала бронетехника: БТР 70, БМД и два танка. Нас окружили и начали по нам работать: сидишь в коридоре между кабинетами и только и слышишь грохот, непонятно, с какой стороны зайдет. Танки по нам стреляли более 20 раз. Когда попадает во внешнюю стену здания — нормально, а когда в окно или внутреннюю стену — хуже. Один попал в наш этаж, метрах в трех, то мы с командиром вплоть отлетели.

Ребята не выдавали ни малейшего сомнения и страха, давали достойный отпор. Так мы держались около шести часов. Когда сепары поняли, что нас не выкурить, подожгли второй этаж. Тогда самые боевые из наших остались держать здание, чтобы их не пустить, а остальные с освобожденными заложниками спустились в подвал за дымовой завесой.

Мы ждали подкрепления. Но сепары также не сидели сложа руки: перекрывали дорогу, устраивали засады, заблокировали железнодорожный переезд. Пока его зачистили, время шло. Так мы выстояли восемь часов. Нас было 30 против их группировки из более чем 150 человек с бронетехникой. За это время среди наших было всего три несложных «трехсотых» и ни одного «двухсотого».

Задачу штаба захватить админздание, удержать его и освободить заложников выполнили без потерь. Еще подвели БТР и один танк. Когда мы держали оборону, Гиркин на своей странице писал: «Тридцать наглых укропов хотели взять горадминистрацию в Дзержинске и заживо сгорели в подвале». Где там.

Когда подошло подкрепление, сепары поняли, что им уже закрывают тылы и, если возьмут в кольцо, мы тоже ударим. Они бросили технику и бежали в Горловку. Фактически это было полноценное наступление. С этого и началось".

Попасная без единого выстрела

Город Попасная, железнодорожный узел в 90 километрах от Луганска, силы АТО взяли под контроль 22 июля 2014 года. В тот же день, кстати, был освобожден и Северодонецк Луганской области. Как подчеркнул тогда советник министра внутренних дел Украины Антон Геращенко, Попасную освободили части ВСУ и Нацгвардии, но «основной ударной силой при этом был 3-й батальон Нацгвардии «Донбасс».

«Попасную мы брали трижды. И в третий раз зашли без боя, — рассказывает Тижню Дмитрий „Тайлер“ Резниченко, боец батальона ВСУ „Донбасс-Украина“, который тогда воевал в рядах подконтрольного Нацгвардии батальона „Донбасс“. — Я приехал на базу в Артемовск, когда наши возвращались из очередного боя за Попасную. Были потери. Тогда я был в учебной роте, которой оружие еще ​​не выдали, поэтому выпросил у друга автомат, сел в автобус и по личной инициативе вместе со штурмовиками поехал брать город ...»

Тайлер так и не узнал, кто именно из армейцев помог тогда добровольцам, но подчеркивает, что поддержка ВСУ была. «Был танк — не наш, это точно. Вероятно, армейский. Остальная колонна наша. Мы высадились неподалеку от Попасной, долго торчали в поле, затем подъезжали ближе и снова торчали ... Жара, пить хочется, но мы ждем. Потом танк поехал вперед, но не стрелял. Мы отправились туда, где был предыдущий бой. Увидели землю, усыпанную гильзами, но тел наших не нашли.

Затем наткнулись на накрытый нашей артиллерией блокпост сепаратистов — там никого не было. Подошли к надписи „Попасная“ — тоже никого! Уже в городе наши штурмовики начали зачищать здания, а я пошел вдоль дороги в центр. Невдомек было: в городе действительно нет боевиков или нас заманивают? Но я понял: если развернусь, то наши и стрелять по мне будут с перепугу, поэтому шел вперед. Город был пуст: ни собак, ни кошек, ни птиц, ни людей ... И тут подлетает джип с комбатом Семенченко, он машет мне рукой, я запрыгиваю на подножку и мчимся к центру. А там уже люди с флагами украинскими ... Так с третьей попытки мы и взяли город — без единого выстрела».

Марьинка: «всем операциям операция»

Марьинка — стратегический город, почти вплотную прилегающий к Петровскому району Донецка, потенциальный плацдарм для освобождения областного центра — силы АТО освободили 5 августа 2014-го.

Победа досталась тяжело и не без потерь: один погибший (боец «Азова», гражданин Российской Федерации, позывной Балаган) и 14 раненых (9 из них — в результате подрыва нашего танка на фугасе). Во время зачистки по Марьинке постоянно работали вражеские «Грады» и крупнокалиберные минометы. Артиллерия противника, в том числе и во время операции по уничтожению вражеского блокпоста, у которого сепаратисты устроили засаду, работала не только по силам АТО, но и по своим.

«Тогда мы приехали в Оленевку (Волновахский район Донецкой области. — Ред.), где встретились с 51-й механизированной бригадой. У них был комбат с позывным Фазан — очень крутой дядя! — рассказал Тижню „азовец“ Байда. — Освобождение Марьинки тогда заняло весь световой день. Бои продолжались и в темноте: уже почти ночью мы попали в засаду в пригороде Донецка».

«Для нас это были супербои, — говорит парень. — Мы, конечно, уже имели какой-то опыт, какую-то подготовку ... Но на тот момент это была всем операциям операция. Взяли мы Марьинку, откровенно говоря, благодаря характеру и энтузиазму. Планирование действий, несомненно, было. И, когда Фазан с Андреем Билецким стояли и смотрели на карту, все имело четкий вид. Впрочем, во время боев в радиоэфире поднялся страшный хаос, была плохая координация ... Но мы все-таки дошли до границы Донецка, заняли блокпост. На следующий день 51-я бригада уже выставила там собственные блокпосты. К сожалению, у нас был первый „двухсотый“ — Балаган ...»

В отличие от Мариуполя, в этом освобожденном городе «Азов» не задержался. «Наша главная ответственность — южный фронт, Сектор М, — подчеркивает Байда. — Развернув в конце зимы текущего года широкую наступательную операцию, мы освободили Павлополь, Коминтерново, Широкино, отодвинули линию „комфорта“ ближе к Новоазовску и после этого сконцентрировались в Широкино, где происходят активные бои в секторе противостояния».

А Марьинку в крайне сложной ситуации уже летом 2015 года удалось удержать отважным бойцам 28-й бригады ВСУ. По оценкам журналиста BBC, эта июньская баталия стала самой масштабной с момента подписания Минска-2.

Пески: штурм по собственному желанию

Поселок Пески — пригород Донецка — переходил из рук в руки много раз. Окончательно контроль украинских сил над ним был установлен в июле 2014 года. Официально пресс-центр АТО сообщил об этом 21-го числа, не уточняя, кто штурмовал населенный пункт. К тому времени Пески обеспечивали надежный тыл для защитников Донецкого аэропорта, однако остались довольно важным плацдармом и сегодня: тамошние позиции прикрывают подход к Карловскому водохранилищу.

Как рассказал Тижню на правах анонимности боец 5-й роты «Днепра-1», ребята из его батальона взяли Пески ... по собственному желанию. Затем в поселок зашли бойцы «Правого сектора» и 93-й бригады.

«Нам повезло при поддержке танков взять линию моста (речь о „Республике Мост“, что между Песками и Первомайским. — Ред.). А потом мы фактически по собственной инициативе пошли на Пески. Сепары тогда погнали к террикону, на котором сейчас вражеский укрепрайон. Там мы и начали окапываться, но получили приказ вернуться. Итак, мы закрепились в поселке, — рассказывает боец. — Насколько мне известно, официально наш батальон туда не направляли. Свои позиции в занятых Песках мы удерживали несколько месяцев без ротации».

Боец не может подтвердить или опровергнуть информацию, которую в конце июля 2014 года озвучивал в общении с медиа командир 5-й роты батальона «Днепр-1» Владимир Шилов. Тогда он рассказал, что бойцам приказали вообще покинуть уже взятые Пески ... Но Шилов отказался это делать. «Я сказал, что не собираюсь бегать туда-сюда, что мы будем стоять до конца», — отметил командир. Стоит заметить, что большинство бойцов 5-й роты из Донецкой области.

Однако сейчас «Днепр-1» из поселка вывели, как и еще один батальон МВД — «Січ». Из-за ситуации с легализацией добровольцев вынуждены были отойти «Правый сектор» и «ОУН». Сегодня поселок, находится под ежедневными обстрелами, удерживает 93-я бригада, в состав которой вошла и прежде партизанская рота «Карпатська Січ», которая с осени 2014 года занимала позиции в Песках.

 


Об авторе
[-]

Автор: Роман Малко, Валерия Бурлакова

Источник: argumentua.com

Перевод: да

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 07.07.2015. Просмотров: 265

Комментарии
[-]

Комментарии не добавлены

Ваши данные: *  
Имя:

Комментарий: *  
Прикрепить файл  
 


zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta