В 2021 году России предстоит новая пенсионная реформа

Содержание
[-]

***

К вопросу о накопительных пенсиях

Накопительную пенсионную систему как таковую никто демонтировать не собирается, сообщили «НГ» в Национальной ассоциации негосударственных пенсионных фондов (НАПФ) после заявлений, сделанных представителем Центробанка. Речь идет о преобразовании государственной системы обязательных пенсионных накоплений в новую систему добровольных пенсионных накоплений.

Ее параметры пока определяются, свои инициативы в органы госвласти направила и НАПФ, ожидая, что их активное обсуждение начнется в январе 2021-го. Будет ли это тот самый гарантированный пенсионный план (ГПП), судьба которого стала слишком запутанной? Или в очередной раз какой-то новый вариант преобразований? Четкого ответа нет. Ведомства сохраняют интригу.

Неоднозначную реакцию вызвали заявления первого зампреда Центробанка (ЦБ) Сергея Швецова о возможном «демонтаже» института накопительных пенсий. По пересказу информагентств создавалось впечатление, что речь идет чуть ли не о полной ликвидации всей накопительной пенсионной системы. Тем более что Швецов рассказал об альтернативных для пенсионной системы финансовых инструментах – инвестиционных счетах.

«Сейчас нет дискуссии относительно разморозки накопительной части пенсии. Президент подписал очередные три года, я думаю, что за эти три года институт будет демонтирован в регулировании, в законодательстве. Институт – я имею в виду перечисление бюджетом средств на накопительные счета граждан», – сказал Швецов в ходе годовой итоговой встречи регулятора и участников финансового рынка. По его словам, оставшиеся средства на этих счетах сохранятся, но новые деньги на них уже не поступят.

***

Сборная афиша анонсов и событий в вашей стране и в мире на ближайшую неделю:  

 

Сфокусируйтесь на своем городе и изучайте.

Мы что-то пропустили? Присылайте, мы добавим!

***

Напомним, в начале декабря президент Владимир Путин подписал закон о продлении моратория на перечисление взносов в накопительную часть пенсии, или так называемой заморозке обязательной накопительной пенсии, до конца 2023 года. Судя по финансово-экономическому обоснованию, это позволит сохранить в федеральном бюджете 669,3 млрд руб. Мораторий действует с 2014 года. Как ранее писала «НГ», в целом с 2014 по 2023 год экономия бюджета благодаря мораторию достигнет почти 5 трлн руб. (см. номер от 11.10.20).

Ранее в Минфине поясняли, что по накопительному компоненту обязательного пенсионного страхования заложена идея не «замораживания» пенсионных накоплений, а перераспределения части тарифа страховых взносов в размере 6% в бюджет Пенсионного фонда: эта часть тарифа вместо накопительной пенсии направляется на финансирование страховой пенсии. Тут стоит напомнить, что Федерация независимых профсоюзов России ранее уже предлагала исключить накопительный компонент из системы обязательного пенсионного страхования. На что глава Минфина Антон Силуанов тогда отвечал, что сначала нужно создать более совершенную добровольную систему пенсионных накоплений и только после этого рассматривать такие кардинальные преобразования (см. «НГ» от 04.10.20).

Швецов, выступая на встрече, также сообщил, что отчасти с таким «демонтажом» связано появление проекта ИИС-3 (ИИС – индивидуальные инвестиционные счета. – «НГ») «как некой альтернативы накопления на длительный срок, которая имеет достаточно серьезные налоговые стимулы». Как напоминает ТАСС, в октябре Банк России предложил создать новый тип индивидуальных инвестиционных счетов, который будет рассчитан на инвестиции на срок от 10 лет, при этом сумма на счете ограничиваться не будет. После таких заявлений представителя ЦБ создавалось впечатление, что финансовые власти как будто готовят полную замену накопительной пенсионный системы на альтернативные финансовые инструменты.

Отвечая на вопросы «НГ», в НАПФ особо подчеркнули: «Никто накопительную пенсионную систему как таковую демонтировать не собирается». По мнению ассоциации, финансовые власти разве что признали, что «ошибочным было делать накопительный компонент обязательным и встраивать его в государственную пенсионную систему».

«Речь идет о преобразовании государственной системы обязательного пенсионного страхования в новую систему добровольных пенсионных накоплений граждан, – сказал президент НАПФ Константин Угрюмов. – Как именно будет выглядеть эта новая система, кто и на каких условиях будет ее операторами, какова будет роль государства, какие будут включены механизмы мотивации граждан – это сейчас активно обсуждается с бизнесом на различных уровнях: в Госдуме, в правительстве, в Банке России». «Мы в данном контексте уже направили в органы госвласти ряд инициатив. Ожидаем, что их активное обсуждение начнется уже в январе», – уточнил он.

Это и будет в итоге многострадальный проект гарантированного пенсионного плана (ГПП)? Или что-то другое? Ясности не появилось. Напомним, что прежде чем объявить стране об идее внедрить гарантированный пенсионный план, сначала финансовые власти анонсировали работу над добровольно-принудительным индивидуальным пенсионным капиталом; основные споры разворачивались вокруг того, как именно подключать к этой схеме граждан. Затем проект трансформировался в «гарантированный пенсионный продукт», и его главной особенностью стала добровольность участия. После чего название уточнили, заменив слово «продукт» на «план». На этом стройная история обрывается. «Пока законопроекты по ГПП не представлены к публичному обсуждению, мы данный вопрос не комментируем», – ответил «НГ» Угрюмов на просьбу рассказать о судьбе ГПП. Ожидалось, что законопроект о ГПП будет внесен в Госдуму уже осенью этого года. В начале декабря в пресс-службе Минфина сообщили «НГ»: «Минфин работает над законопроектом вместе с Центральным банком, Минтрудом и заинтересованными ведомствами. Работа над законопроектом будет продолжена и в следующем году».

«Что касается ГПП, это тоже один из вариантов реформирования механизма накопительной пенсии, но ключевая проблема для внедрения ГПП – доверие граждан, – считает доцент департамента Финансового университета при правительстве Лазарь Бадалов. – В условиях, когда накопительная пенсия была заморожена, предложить гражданам делать новые накопления бессмысленно. Скорее всего поэтому возникла идея с внедрением механизма ИИС-3». «Сложно работать на долгосрочную перспективу, если правительство выпускает новые инициативы относительно формирования пенсий каждые несколько лет, – сказал независимый пенсионный консультант Сергей Звенигородский. – Есть еще один момент – зарплаты граждан не соответствуют минимально необходимым для баланса доходов и расходов Пенсионного фонда». «ГПП как проект также не может закрыть проблемы формирования пенсий примерно для 85% населения», – полагает Звенигородский.

Чехарда с базовыми принципами пенсионного обеспечения ни у кого не может вызвать понимания, продолжил руководитель департамента Финансового университета Константин Ордов. «В конце 2023-го мы отметим «потерянное десятилетие» для пенсионной системы России», – считает он. По словам эксперта, накопительная пенсионная система особенно востребована частью россиян с доходами выше медианного, причем не только востребована: для них она, похоже, безальтернативна. А вот лоббирование «рискованного инструмента индивидуального инвестиционного счета» со стороны мегарегулятора эксперта удивило. «Вложения в высоко волатильный и спекулятивный фондовый рынок явно не отвечают принципам финансовой стабильности, – считает Ордов. – Может быть, это попытка заменить банковский сектор и переложить функцию трансформации сбережений в инвестиции на финансовых спекулянтов? Но тогда вряд ли это будет дешево».

Источник - https://www.ng.ru/economics/2020-12-23/1_8047_economics1.html

***

Комментарий: Ждать ли в ближайшем будущем очередной пенсионной реформы? 

Недавно лидеры двух думских фракций — ЛДПР и эсеров — заявили о возможности скорого упразднения Пенсионного фонда (ПФР) и о том, что властям следует вернуться к практике выплат пенсий и пособий напрямую из бюджета.

«Огонек» поинтересовался, возможно ли это, у проректора Финансового университета при правительстве РФ Александра Сафонова. А заодно и попросил оценить перспективы: ждать ли россиянам очередной пенсионной реформы уже в ближайшем будущем?

«Огонек»: — Александр Львович, следует ли упразднить ПФР?

Александр Сафонов: — Напротив, нужно придать ему внеправительственный статус. Например, в Германии Пенсионный фонд — это самостоятельная структура, управляемая представителями правительства, работников и работодателей. Он самостоятельно устанавливает тарифы исходя из ситуации на рынке труда и в экономике. А вот часть его непрофильных функций по выплате пенсий и пособий, имеющих социальный, а не страховой характер, было бы разумно передать Федеральному казначейству.

— Возможно ли выплачивать пенсии напрямую из бюджета, как предлагают депутаты?

— Нет, потому что каждому россиянину, получающему пенсию по старости, она должна быть начислена. То есть специалист обязан учесть все нюансы, тонкости и детали. Программа в компьютере это сделать не в состоянии, потому что система учета СНИЛС работает в некоторых случаях некорректно. Например, работодатель может не переводить взносы в ПФР, хотя исправно отчислять налоги (НДФЛ), так что в информационной системе ПФР у человека не формируется пенсионный стаж. Иначе говоря, когда работник начнет оформлять пенсию, выяснится, что сумма выплат будет низкой, но он может предъявить документы, удостоверяющие, что он работал, и тогда это уже будет проблема государства — взыскать с бывшего работодателя неуплаченные взносы, а человеку начислят баллы и поднимут пенсию. В казначействе всем этим долгим процессом заниматься не будут. А таких случаев и ситуаций — миллионы. Например, смена места работы — отъезд из столицы на Север, где тут же начинает начисляться северный стаж. Но из-за некорректности ведения кадрового дела таковой может не отразиться в системе ПФР. Человек опять же может доказать свое право на повышенную пенсию, предъявив штамп регистрации в паспорте. Нигде, кроме как в специализированных организациях, занятых соцобеспечением, не будут это проверять.

— Почему с этим не может справиться ФНС, если ей расширить штат?

— У налоговиков иные задачи. Они работают в простой плоскости: есть понятный и легко проверяемый по определенному алгоритму объект налогообложения (прибыль, стоимость имущества, доход физического лица, фонд оплаты труда, размер льгот), который позволяет данный алгоритм заложить в программу. К тому же все расчеты у них ведутся преимущественно в рамках года, тогда как в ПФР учитываются десятилетия трудовой деятельности, разные размеры взносов, разные условия труда, разные должности, место проживания. Достаточно много людей, у которых трудовая история со всеми особенностями содержится только в бумажном виде — это трудовая книжка, трудовые договоры, штамп в паспорте о прописке, приказы о зачислении или об увольнении, документы о государственных наградах, об особых званиях и т.п. Часть этой истории будет предъявлена только в момент обращения гражданина для оформления пенсии, а в некоторых случаях людям приходится обращаться к архивам для подтверждения их стажа или особенностей условий труда. Расчеты по линии ПФР — сложные, когда нужен десяток факторов. И уж поверьте: в правительстве люди разумные и смешивать фискальную и социальную политику не будут. Нигде в мире не покусились на пенсионные фонды, не упразднили их как самостоятельную структуру.

— Почему же в России Пенсионный фонд не является независимым?

— Потому что по факту контролируется государством и через него идут транзакции на меры социальной поддержки населения. Но, как я уже отмечал, более целесообразно было бы сосредоточить его функции только на выплате страховых пенсий по старости. Сейчас постоянно говорят о дефиците ПФР, хотя это, по сути, технический дефицит. Основные взносы в него приходят все-таки от работодателей. И надо понимать, что бюджет вносит в Пенсионный фонд деньги на выплату пенсий, например, госслужащим, но делает это как работодатель. А специфика дефицита и дополнительного трансфера средств из федерального бюджета заключается в необходимости заниматься социальной защитой. В ПФР, например, перечисляют бюджетные деньги на выплату пенсий инвалидам, чернобыльцам, лицам, пострадавшим от экологических катастроф,— это обязанность государства. За рубежом пенсионные фонды такого не делают, потому что заняты выплатами только страховых пенсий. Еще государство принимает решение о льготных тарифах на уплату взносов в ПФР для тех или иных отраслей. И кто в этом случае покрывает «недостачу» в бюджете фонда? Государство, конечно, раз уж оно и приняло такое решение. Так по гособязательствам и набегает… На будущий год, например, трансфер из бюджета в ПФР планируется на уровне 3,34 трлн рублей.

— Как вы относитесь к идее введения «пособия на бедность», чтобы пенсионеры получали фиксированный минимум, а все, кто хочет большего, пусть копят?

— Это идея некоторых экономистов, которые в очередной раз предлагают реформировать пенсионную систему. В качестве лекала в этом случае была взята пенсионная система Великобритании. Государство там выплачивает пенсии всем в равной степени за счет общих налогов без отчисления каких-либо страховых взносов. На эти деньги может рассчитывать каждый британец, но они весьма невелики. Хочешь больше — копи. Введение аналогичной системы в России чревато тем, что миллионы будут вынуждены проживать на такое «пособие» — у нас же копить не с чего! По крайней мере, изрядному большинству сограждан, потому что их зарплаты, мягко говоря, невелики. Эксперимент с введением накопительной части пенсии, осуществленный в 2001–2014 годах, показал свою полную несостоятельность. Как, впрочем, и аналогичные эксперименты в ряде других стран мира (например, в Чили). Россиянин может начать копить в надежде получить в старости сколь-нибудь существенную сумму, только если у него зарплата от 100 тысяч рублей. Таких людей — не больше миллиона на всю страну. Основная масса ничего не сможет накопить. Плюс еще есть такой системный момент: как только прозвучит, что пенсии не связаны со стажем, будет потерян стимул работать долго, много и с белой зарплатой. Кроме того, следует добавить, что в Конституции по инициативе президента теперь есть статья, которая определяет солидарный и страховой принципы построения пенсионной системы, а значит, с юридической точки зрения предложения бесперспективны.

— Значит, налоговые вычеты и иные бонусы от ФНС не могут стать стимулом для развития добровольного накопления?

— Если у вас нет доходов, то хоть весь ваш «почти ноль» освободить от налогов, толку-то? Если медианная зарплата 33–35 тысяч рублей по стране и пусть даже два члена семьи ее получают (что уже фантастика для большинства российских семей), то при появлении одного ребенка или двух эта семья падает на уровень предбедности. Как им детей поднимать, покупать машины, решать жилищные проблемы? Пенсия далеко, и есть приоритеты поважнее. Логично, что люди будут делать ставку на покупку еды, оплату ЖКХ, учебы детей, транспорта.

— Развитие корпоративной пенсионной системы — выход?

— Она и так существует, но потихоньку схлопывается. Это одна из главных проблем негосударственных пенсионных фондов (НПФ) — корпоративные пенсионные программы сворачиваются чем дальше, тем больше. Многие крупные корпорации уже отказались от своих пенсионных фондов, продали их, как, например, РЖД и ЛУКОЙЛ. Такие фонды теперь используются крупными банками для получения доступа к длинным деньгам. Рынок за эти годы сильно изменился. Для НПФ настали сложные времена, и точкой невозврата для них станет 2022 год. Если сейчас ГПП (гарантированный пенсионный продукт) не примут, то НПФ могут и вовсе прекратить свое существование.

— Вроде как говорили о гарантированном пенсионном плане?

— Гарантированный пенсионный продукт (ГПП) будет именоваться иначе и будет касаться отдельных категорий граждан, но зато в обязательном порядке. Все потому, что власти внезапно осознали, что есть категории граждан, которые вообще выпадают из системы пенсионного обеспечения.

— Выходит, что это дополнительные 6 процентов к тем 22 с половиной, которые сегодня платят работодатели?

— Нет. У нас есть ряд категорий россиян, в отношении которых надо срочно принимать меры, иначе они к старости нищими будут. Например, самозанятые. С их доходов нет отчислений в ПФР, а значит, они не формируют пенсионные права. Для этой категории надо разработать опцию, которая позволит им создать пенсионные накопления на старость.

— Следует ли, на ваш взгляд, реформировать существующую систему пенсионных досрочников и тех, кто получает большое число надбавок?

— Это особенности их службы и работы. Во всем мире есть проблема, в том числе и в американской армии, намного более богатой, чем российская: и там не могут предложить военным зарплату, адекватную их риску и вкладу. Очень это дорого. Выход один — компенсировать нехватку денег социальным пакетом. Ведь люди работают в критических условиях: полицейскому, особенно участковому, в России приходится побегать по 10–12 часов в день 7 дней в неделю, поучаствовать во всех специальных и неспециальных мероприятиях. Как он в таких условиях сможет проработать до 60 лет? Никак. Взамен ему предлагается уйти на пенсию пораньше. И это правильно: или деньги, или нормальные условия работы (нормированный день, отсутствие риска для жизни и т.д.), или социальные гарантии (досрочная пенсия, добавки к выплатам и прочее).

— А страхование проблемы не решает?

— Застраховать можно смерть или инвалидность, а как страхование поможет заманить человека на такую работу? Вряд ли наличие такой страховки станет стимулом для найма. Потому что человек или рассчитывает на высокую зарплату за свою сумасшедшую работу, или желает получить гарантии того, что он терпит такой прессинг ограниченное время и потом получает за это бонусы. А страховой подход, чтобы платить по факту: мол, умрешь — заплатим, это скорее дестимуляция. К слову, досрочная и приличная пенсия для госслужащих во многих странах служит профилактикой коррупции: человек, попавшийся на взятке, лишается социального пакета.

— Но уж слишком таких людей много. Жаль, не могу сказать точно, какие суммы идут на пенсионные выплаты того же силового блока, данные засекречены, по крайней мере, в отношении спецслужб…

— Не так много, как кажется. Скажу так: пенсии у них небольшие, да и соцпакет не впечатляет. Что же до звучащего сегодня предложения уменьшить численность силового блока, напомню, как в свое время предлагали довести и численность больничных коек и медперсонала до европейского уровня. И что вышло? А все потому, что численность и плотность населения в России не соответствуют европейским нормам. Представьте, что мы сократим численность полицейских и участковых, а их и сейчас-то во многих городах и весях страны катастрофически не хватает. Да, на бумаге неплохо получилось с медициной, когда одна больница на несколько сел, но вот на практике выходит, что пока до нее доберутся страждущие, они могут и умереть. Простых пенсионных решений не бывает.

— Но если уменьшить пенсионную чехарду («Огонек» писал об этом в № 32 от 27 августа 2018 года), может удастся выкроить средства на увеличение хотя бы минимальных пенсий?

— Не удастся. Все равно останутся обязательства в отношении тех, кто уже на пенсии. Можно попробовать увеличить пенсионное обеспечение, но тогда надо будет обозначить источник средств. На сегодняшний день таких долгосрочных источников нет. Фонд национального благосостояния (ФНБ) не поможет, он быстро кончится: в нем порядка 11 трлн рублей, а ежегодная потребность отечественной пенсионной системы — 7 трлн рублей. Хватит чуть больше, чем на несколько лет. Единственное, что может помочь,— решение стратегической задачи: развитие экономики. Ведь пенсионные отчисления зависят от величины зарплат и от количества занятых.

— В сухом остатке: нынешнюю пенсионную систему надо реформировать?

— Хорошо бы вообще прекратить дискуссию на эту тему. У россиян уже выработался рефлекс: как только в информационном пространстве начинаются разговоры о грядущих реформах, это вызывает сильнейшее беспокойство. Ничего хорошего сограждане не ждут. И они правы: до сих пор все объявленные государством проекты реформ не завершились ожидаемым эффектом.

— Это вы про «выхлоп» от повышения пенсионного возраста в этом году? Ждут примерно 48–50 млрд рублей…

— Отчасти. Дальнейшая работа для совершенствования пенсионной системы России мне видится планомерной, пошаговой, долгой и непубличной. В первую очередь надо отказаться от балльной системы подсчета пенсий, перейти к зарплатно-стажевым критериям. Чтобы человек видел в своем личном кабинете не какие-то баллы, а непосредственные отчисления, которые сделал в его пользу работодатель. Второе — следует прекратить играться с тарифами, нужно, чтобы все компании страны делали одинаковые страховые отчисления вне зависимости от вида экономической деятельности. ПФР должен формироваться за счет страховых взносов. Нельзя поддерживать какие-то отрасли экономики, создавая при этом проблемы для ПФР. В противном случае продолжится нынешняя практика, когда компании проходят перерегистрацию, только чтобы включить в перечень видов экономической деятельности такие, на которые распространяются льготы по уплате страховых взносов. Словом, когда все начнут платить, то удастся выровнять на рынке труда рабочую силу для всех секторов экономики, а потом и пополнить ПФР. Но главное — это усилия власти по развитию экономики. Повторюсь: только высокие доходы россиян позволят сдвинуть с мертвой точки телегу нашей пенсионной системы.

Беседовала Светлана Сухова

https://www.kommersant.ru/doc/4593811

***

Приложение. Пенсиям требуют строгости, их отношение к зарплатам начнет снижаться после 2030 года

В среднесрочной перспективе правительству может понадобиться ужесточить требования к стажу будущих пенсионеров и повысить страховые взносы для бизнеса.

Без этих мер после 2030 года уровень пенсий по отношению к зарплатам в стране упадет ниже нынешнего уровня и к 2050 году снизится до 27% против 34% в 2018 году. В число наиболее эффективных механизмов сохранения этого соотношения также входит ограничение размера пенсий для работающих пенсионеров, однако это может оказаться неприемлемым для населения.

Несмотря на повышение пенсионного возраста, через десять лет размер пенсий в РФ опять начнет снижаться, если правительство не примет новых мер для повышения финансовой устойчивости пенсионной системы. К такому выводу пришли замглавы Института социального анализа и прогнозирования (ИНСАП) РАНХиГС Юрий Горлин и научный сотрудник лаборатории исследований рынков труда и пенсионных систем института Виктор Ляшок в работе «Факторы роста уровня пенсионного обеспечения в среднесрочной и долгосрочной перспективе». Она была презентована вчера в ходе одноименного семинара ИНСАП.

Возможность повысить коэффициент замещения (то есть уровень пенсий по отношению к зарплатам) заявлялась правительством как одно из главных позитивных последствий повышения пенсионного возраста, которое началось в РФ с 2019 года. Действительно, как показывают расчеты авторов исследования, благодаря переходу к более позднему выходу на пенсию этот показатель останется на уровне 2018 года (34%) практически до 2030 года. Однако потом он вновь начнет снижаться и к 2050 году может составить только 27%.

При этом чем выше будет рост экономики, тем быстрее будет сокращаться коэффициент замещения даже при росте и пенсий и зарплат в абсолютном выражении, поскольку до 2024 года правительство обязалось индексировать пенсии на 5–6%. Как отмечают авторы работы, к этой ситуации российскую пенсионную систему приведет ряд причин — как внешних, так и внутренних.

Минтруд выступил за повышение единовременных выплат пенсионерам

К первым относятся старение населения, низкий уровень зарплат, а в перспективе — расширение числа нестандартных форм занятости. Так, если сейчас на одного пенсионера приходится 1,1 работника, то к 2050 году это соотношение уменьшится до 0,99 (без повышения пенсионного возраста оно упало бы до 0,85). В числе вторых, которые имеют регуляторную природу,— недостаточные требования к стажу для получения права на страховую пенсию, предоставление льгот по тарифам страховых взносов и исчерпание фактора «валоризации», повышающего размер пенсионных выплат. Валоризация, которая, напомним, была произведена в 2010 году, изначально привела к увеличению коэффициента замещения на 3,5 процентных пункта (п. п.)— но уже в 2018 году это влияние сократилось до 2 п. п., а к 2033 году будет исчерпано полностью.

Среди мер, которые могли бы предотвратить снижение коэффициента после 2030 года, авторы работы называют повышение требований к стажу, легализацию неформально занятых и повышение тарифов страховых взносов. Так, повышение требований к страховому стажу до 30 лет по году в год позволит коэффициенту замещения начать расти после 2035 года — и к 2050 году он может вернуться на нынешний уровень. Легализация неформально занятых, хотя и не предотвратит снижение этого показателя полностью, сможет существенно замедлить этот процесс: к 2050 году он может составить 30% вместо 27%.

В свою очередь, постепенное повышение начиная с 2025 года ставки взносов с 22% по 0,5 п. п. в год до 25% к 2030 году с последующим с 2044 года снижением (по мере прогресса в легализации занятости и зарплат) до 24% также улучшит показатели пенсионных индикаторов. Применение всех этих мер в совокупности, по мнению авторов работы, позволит увеличить коэффициент замещения до 40%, снизить число получателей пенсий менее прожиточного минимума вдвое и зафиксировать приемлемый уровень совокупного бюджетного трансферта в пенсионную систему на уровне 2–2,3% ВВП. Наконец, большинство из этих мер рассматриваются авторами работы как приемлемые для населения, а значит, реализуемые без политических рисков — в частности, именно по этой причине в число рекомендованных не вошло ограничение размера пенсий для работающих пенсионеров.

Автор Анастасия Мануйлова

https://www.kommersant.ru/doc/4575560?from=doc_vrez

***

Мнение эксперта: Копите сами

О том, почему 2022 год называют точкой невозврата для Негосударственных пенсионных фондов (НПФ), «Огоньку» рассказал президент Ассоциации НПФ Сергей Беляков.

Эта дата возникла давно: когда обсуждали введение моратория на формирование отчислений в НПФ по обязательному пенсионному страхованию (ОПС), говорили о том, что на 2022–2024 годы придутся основные выплаты по уже перечисленным средствам. Мол, в условиях отсутствия притока новых средств в систему не все НПФ смогут пережить этот непростой период. Хотя в том, что все обязательства перед клиентами будут выполнены, и тогда никто не сомневался. За это время НПФ научились работать с различными программами страхования — и корпоративными, и рассчитанными на частных лиц, так что риск существенно сократился. Сегодня экономика переживает не лучшие времена, и доходы населения не растут, а значит, нет и возможности откладывать самостоятельно на будущую пенсию. В настоящее время все отчисления, которые переводят работодатели за сотрудников, направляются на выплату пенсий нынешним пенсионерам. Поскольку соотношение работающих россиян и пенсионеров все время изменяется в пользу количественного увеличения последних, то это дополнительная нагрузка и на бюджет, и на пенсионную систему. В России непрерывно ухудшаются коэффициенты демографической нагрузки, показывающие соотношение между численностью детей и пожилых людей и численностью экономически активного населения. Реформа пенсионного возраста и была отчасти направлена на снижение демографической нагрузки (в части соотношения численности лиц старше трудоспособного возраста и численности населения трудоспособного возраста). По прогнозам Росстата, если в 2020 году на 1000 лиц трудоспособного возраста приходится 477 граждан старше трудоспособного, то к 2031 году на 1000 будет приходиться уже 528. И даже увеличение возраста выхода на пенсию, учитывая объективную тенденцию к старению населения, может лишь несколько замедлить рост этого соотношения.

Учитывая сказанное, сейчас как никогда важно было бы сделать продукт пенсионного страхования как можно более привлекательным. А это возможно только через налоговые льготы для тех, кто решится копить самостоятельно. К сожалению, сегодня государство из всех льгот дало гражданам только так называемый социальный налоговый вычет, который весьма невелик по размерам (на сумму до 120 тысяч рублей в год, то есть максимальная сумма предоставляемого налогового вычета — 15 600 рублей в год), да к тому же распространяется сразу на несколько сфер — медицинские услуги и образование, покупку недвижимости и пенсионные накопления. Нетрудно догадаться, что из этого перечня выбирают россияне: как правило, траты на первоочередные нужды. Кроме того, размер данного налогового вычета не индексировался более 10 лет (с 2008 года).

Немаловажным для НПФ было бы появление гарантированного пенсионного плана (ГПП), если правительство, конечно, решится его ввести. Однако оптимизм по поводу его принятия лично у меня сдержанный: дискуссия идет давно, концепция ГПП постоянно меняется и до стадии внесения в правительство пока что не дошли. Эффект от ГПП возможен и реален, как показывает опыт других стран, вот только для этого ГПП должен стать обязательным. Россияне же не в состоянии сегодня позволить себе такие траты: у граждан просто нет для этого денежных ресурсов. Не хватает на текущее потребление, и требование отказаться от чего-то в пользу пенсий может вызвать недовольство и спровоцировать рост недоверия к рынку пенсионного страхования в целом. Так что тут как пройти между молотом и наковальней.

Между тем сегодня пенсионному рынку нелегко: НПФ приходится конкурировать не только между собой, но и с другими участниками рынка — брокерами, страховыми компаниями и т.д. Пока нам удается привлечь новых вкладчиков и клиентов в систему негосударственного пенсионного обеспечения, но число вновь приходящих в разы меньше того, что могло бы быть в ОПС, если бы шесть лет назад система не была бы заморожена. С другой стороны, несмотря на все сложности, полной потери доверия к НПФ не произошло. Отчасти это объясняется политикой Центробанка и очищением рынка НПФ (их осталось 43 из почти двух сотен 10 лет назад), а также конкуренцией, которая заставляет более ответственно относиться к управлению средствами застрахованных лиц и участников. Что ж, это непростой бизнес — низкомаржинальный и в то же время требующий высокой специализированной квалификации. Тем не менее НПФ пока удается на дистанции оставаться выше инфляции.

Источник - https://www.kommersant.ru/doc/4596548?from=doc_vrez

Приложение. Два года пенсионной реформы: экономии нет, прибавка не у всех

Анализ, проведенный «НГ» на основе данных, полученных от Счетной палаты (СП), показал, что за два года, прошедшие после начавшегося в стране постепенного повышения пенсионного возраста, эффект для федерального бюджета оказался микроскопическим: трансферты на выплату страховых пенсий сократились лишь примерно на 136 млрд руб. И на фоне пандемии эта «экономия» сошла на нет. Хотя получателей пенсий в стране действительно стало меньше – примерно на полмиллиона человек. Анонсированную тысячу рублей прибавки получают только неработающие пенсионеры. И даже среди них – не все. Такие предварительные итоги ставят вопрос: стоила ли эта игра свеч?

Начавшееся два года назад повышение пенсионного возраста в РФ должно было решить несколько задач. Во-первых, снизить зависимость Пенсионного фонда России (ПФР) от трансфертов из федерального бюджета. Во-вторых, обеспечить гражданам устойчивый, опережающий рост пенсий. Данные, предоставленные «НГ» Счетной палатой, а также анализ проектировок бюджета ПФР на следующую трехлетку, показывают, что пока эти ключевые задачи не решены.

«Всего трансферты из федерального бюджета на выплату страховых пенсий (средства на компенсацию выпадающих доходов за счет пониженных тарифов, на валоризацию величины расчетного пенсионного капитала, на возмещение расходов по выплате страховых пенсий в связи с зачетом в страховой стаж нестраховых периодов, на обязательное пенсионное страхование) в 2020 году по сравнению с 2018-м сократились на 135,58 млрд руб.», – сообщила пресс-служба СП. После корректировок, внесенных в бюджет ПФР на 2020 год, эта сумма составила около 1,7 трлн руб. против примерно 1,8 трлн руб. в 2018-м. При этом размер всего трансферта для ПФР, который включает финансирование не только пенсий по старости, но и некоторых иных пособий и материнского капитала, составил в 2020-м около 3,2 трлн руб., оставшись почти на том же уровне, как и в 2018-м.

И пенсионная «экономия» уже фактически сошла на нет. В результате сложившейся в 2020 году ситуации из-за пандемии COVID-19 до конца года в бюджет ПФР может недопоступить страховых взносов на выплату страховой пенсии в объеме более 420 млрд руб. Дефицит бюджета ПФР может составить более 183 млрд руб. В связи с этим из Резервного фонда правительства в бюджет ПФР в 2020 году поступит 941,42 млрд руб. Данные средства предназначены не только на покрытие дефицита 2020 года, но и для сбалансированности бюджета ПФР в 2021 и 2022 годах, пояснили в СП. При этом получателей пенсий в стране действительно стало меньше. «Число пенсионеров по старости сократилось на 559,86 тыс. человек», – отметили аудиторы. Так, по состоянию на 31 декабря 2018 года было 36,7 млн человек, а на 1 октября 2020-го – уже около 36,1 млн человек.

В конце ноября Госдума рассмотрит во втором чтении проект бюджета ПФР на следующую трехлетку. Из него следует, что в 2023-м весь трансферт федерального бюджета увеличится уже до 4 трлн руб., то есть на 25% по сравнению с 2020-м. При этом трансферты непосредственно на выплату страховых пенсий превысят уровень 2020-го примерно на 27% и составят почти 2,2 трлн руб. Хотя, возможно, правительство пока и не планирует подсчитывать финансовые «бонусы» от повышения пенсионного возраста – даже предварительно. В кабинете министров высказывались противоречиво. «Все изменения, которые касаются пенсионного законодательства, не приводят к уменьшению трансферта в Пенсионный фонд», – уверял глава Минфина Антон Силуанов. Но вице-премьер Татьяна Голикова, наоборот, заявляла, что трансферт федерального бюджета в пенсионную систему планируется свести до нуля к 2030–2031 годам, такой срок поставлен для выхода пенсионной системы России на самообеспечение (см. «НГ» от 29.08.18).

«К сожалению, из-за пандемии и последовавшего экономического кризиса планам «финансовой отдачи» от повышения пенсионного возраста не было суждено сбыться, – сказала «НГ» профессор кафедры финансов и цен Российского экономического университета им. Г.В. Плеханова Юлия Финогенова. – При ожидаемой экономии до 100 млрд руб. в год она оказалась практически нулевой ввиду возросших бюджетных расходов (на поддержку малого и среднего бизнеса, на налоговые льготы IT-компаниям)».

С учетом возросшей безработицы надежды на стабильное пополнение бюджета ПФР за счет внутренних источников также не увенчались успехом. «Восстановление российской системы обязательного пенсионного страхования возможно не ранее 2023 года при условии возобновления роста ВВП наряду с увеличением рынка труда уже со следующего года», – считает Финогенова. Более того, как считает независимый пенсионный консультант Сергей Звенигородский, «у правительства еще есть в запасе 3–4 года до окончательного массового перехода на новый пенсионный возраст, после чего размер поступлений из бюджета снова будет расти и ПФР с этим не справится, если пенсионная система не сбалансирует расходы и доходы».

Но что с пенсиями? Реформа действительно обеспечила повышенную индексацию пенсий, но для неработающих пенсионеров. Это не поголовное увеличение выплат. Средний размер страховой пенсии по старости неработающих пенсионеров на конец 2018-го был около 14,4 руб., а по состоянию на 1 октября 2020-го – уже 16,5 тыс. руб., сообщила СП. Примерно за два года пенсии увеличились более чем на 2 тыс. руб., или на 14,5%. В проекте бюджета ПФР на следующую трехлетку заложена ежегодная индексация, в ходе которой размер страховой пенсии по старости в 2023 году превысит 19 тыс. руб., однако снова речь о неработающих пенсионерах.

«Повышение пенсионного возраста необходимо рассматривать в комплексе с решением о гарантированной индексации пенсий на период до 2024 года. Если бы не это, я уверен, не было бы роста пенсий, существенно опережающего инфляцию. Правда, долгосрочные последствия этого решения для рынка труда еще в полной мере не оценены», – уточнил замдиректора по науке Института социального анализа и прогнозирования РАНХиГС Юрий Горлин. «В Счетной палате отсутствуют данные о средних размерах пенсий работающих пенсионеров. Такая статистика имеется только в отношении неработающих пенсионеров, поскольку размер их пенсии ежегодно индексируется», – уточнили в ведомстве Алексея Кудрина.

Но работающим пенсионерам ежегодно ПФР проводит перерасчет на основании сведений о сумме страховых взносов. «Например, с 1 августа 2020 года корректировка была проведена в отношении 11,09 млн работавших в 2019 году пенсионеров... По информации ПФР, страховые пенсии данной категории пенсионеров были увеличены в 2020 году в среднем на 192,25 руб.», – уточнила СП.

В ходе преобразований профильные ведомства разъясняли, что никто и не обещал массового увеличения пенсий. Все необходимые оговорки сделал и президент Владимир Путин во время телеобращения к гражданам России в августе 2018-го. «В целом в предстоящие шесть лет мы сможем ежегодно увеличивать пенсию по старости для неработающих пенсионеров в среднем на 1 тыс. руб.», – пояснил тогда глава государства. Судьба полноценной индексации пенсий для работающих пенсионеров до сих пор под большим вопросом. Так, глава Минфина Антон Силуанов уже разъяснил, как он понимает пенсионную справедливость (см. «НГ» 01.11.20).

Такой подход уже очистил рынок труда от сотен тысяч пенсионеров. По сообщению СП, число работающих пенсионеров по старости сократилось примерно за два года на 681 тыс. человек и составило на 1 октября 2020-го почти 7,9 млн человек. Но можно предположить, что многие из этих пенсионеров ушли работать в серый сектор, согласившись на зарплату в конверте, и потому стали не видны.

И даже среди неработающих пенсионеров вовсе не все получили разрекламированную прибавку в виде 1 тыс. руб. И в этом случае тоже было сделано важное уточнение – это ориентир для среднестатистического пенсионера. И в Минтруде, и в ПФР указывали, что прибавка у пенсионеров индивидуальна в зависимости от размера уже получаемых ими выплат (см. «НГ» от 24.06.19). Судя по справке ПФР, чтобы получить в 2020 году прибавку в размере 1 тыс. руб., нужно иметь пенсию 15–16 тыс. руб. Конечно, когда хотя бы у части граждан начинают с опережением увеличиваться пенсии, это уже хорошо. Но такие предварительные итоги ставят все же вопрос: сопоставим ли репутационный ущерб власти с теми «бонусами», которые обеспечила пенсионная реформа?

Кардинального улучшения ситуации пока не заметно, оно точечное. При этом негативных последствий, да и в целом недопонимания между властью и обществом стало больше. Социологи выявляют, что в стране выросла доля граждан, которые лично столкнулись с социальной несправедливостью, и в списке негативных факторов граждане упоминают и повышение пенсионного возраста (см.«НГ» от 07.10.20). Значит ли все это, что стоило выбрать все же другие способы решения пенсионной проблемы?

Автор Анастасия Башкатова, заместитель заведующего отделом экономики "Независимой газеты"

Источник - https://www.ng.ru/economics/2020-11-08/1_4_8008_pensii.html


Об авторе
[-]

Автор: Светлана Сухова, Анастасия Мануйлова, Анастасия Башкатова

Источник: kommersant.ru

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 09.01.2021. Просмотров: 25

zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta