Почему одни бывшие республики СССР богаче других, и так ли сильно Украина отстает от России?

Содержание
[-]

Великое постсоветское расхождение

С момента, когда красный флаг над Кремлем сменил российский триколор, прошло три десятилетия — целое поколение. Но много лет спустя мы продолжаем слушать рассуждения о катастрофе, постигшей Советский Союз, и о том, что все надо было делать не так.

Забавно, когда о распаде СССР сокрушаются люди, которые в новой России стали министрами, миллиардерами, а то и теми и другими одновременно. Это все равно, как если бы в СССР в 1947 году члены сталинского Политбюро наперебой говорили бы о крахе Российской империи и о том, как им хорошо жилось при царе-батюшке.

В конце 1979 года ленинградский писатель и философ Игорь Ефимов опубликовал во Франкфурте книгу «Без буржуев», в которой описал реалии социалистической экономики — опираясь исключительно на документы и материалы, открыто опубликованные в советской печати. Картина получалась безрадостная, в то время все уже понимали, что со строительством коммунизма в отдельно взятой стране что-то пошло не так.

В последней главе своей книги Ефимов рассуждает о том, что могло бы произойти, если бы СССР начал рыночные реформы. И дает такой прогноз:

Из книги «Без буржуев»

«…в нашей огромной державе корпоративно-рыночное хозяйство привело бы к еще более стремительному перекосу всего экономического корабля. Прибалтика и Закарпатье начали бы богатеть, Средняя Азия — нищать, на Кавказе корпорации приобрели бы мафиозный характер. Вдобавок к экономической неэффективности вы получили бы спонтанные волны насилия. Миграция населения из нищающих районов в богатеющие достигла бы таких угрожающих размеров, что центральная власть вынуждена была бы вообще запретить всякие переезды…».

Республики богатые и бедные

Тридцать лет спустя, после того как республики бывшего СССР пошли к капитализму — каждая своим путем, мы можем оценить, насколько оправдался этот прогноз. Для этого проще всего воспользоваться данными Международного валютного фонда, ведущего статистику подушевого ВВП, выраженного в долларах. Для ориентира сравним показатели стран бывшего СССР с китайскими — ведь КНР до сих пор воспринимается многими как образец экономической трансформации. 

В начале 1990-х среднемировой показатель подушевого ВВП не превышал $5000. Экономика всех постсоветских республик «провалилась» ниже этого уровня и оставалась такой до начала 2000-х — несмотря на разную политику и различный экономический потенциал. «Бедными», оказались все, а на траекторию роста бывшие республики СССР вышли только через десять лет после 1991 года. 

Первой страной, которая смогла в 2003 году превысить среднемировой уровень в $6240, оказалась Эстония — ее подушевой ВВП составил $7220. За ней следовали Литва ($5500) и Латвия ($5110). На четвертом месте оказался, что неожиданно, Туркменистан ($4190), а Россия — только на пятом, с подушевым ВВП $3200. Азербайджан ($880) отставал и от Грузии ($1030), и от Армении ($920). В странах Средней Азии, за исключением Туркменистана и Казахстана, подушевой ВВП не превышал $500. В Украине он составлял всего $1060 — почти вдвое меньше, чем в Белоруссии ($1900). Почти такого же результата — $2060 — достиг Казахстан. Интересно, что Китай в это время оставался бедной страной — $1280 подушевого ВВП. 

Но тут цены на нефть начали расти. И уже в 2008 году картина выглядела иначе. Среднемировой показатель подушевого ВВП вырос в полтора раза, до $9600. Эстония превысила его в два раза, ее подушевой ВВП составил $18300. Латвия ($16400) опередила Литву ($15000), и в целом размер экономики балтийских стран за пять лет вырос втрое. Россия достигла еще более выдающегося результата — $12500, рост почти в четыре раза. Казахстан вышел на пятое место с результатом $8350, Туркменистан оказался на шестом — $7450, Белоруссия росла такими же темпами, как ее балтийские соседи — до $6600. Азербайджан разогнался стремительно — $5600, показав шестикратный рост. Украина и Армения почти сравнялись — по $3900.

Китай был все еще беднее их всех — его подушевой ВВП составлял $3450. 

Рост и стагнация 

После кризиса 2008 года мировая экономика восстановилась, но темпы этого восстановления для постсоветского СССР оказались очень разными. В 2013 году страны Балтии вернули себе все, потерянное в кризис. Россия вышла на второе место, Казахстан держался на пятом месте. Туркменистан замедлился, на прежний уровень вернулась Украина и примерно на том же уровне оказались экономики Армении и Грузии. А вот Китай за пять лет смог вырасти вдвое — до $7000. 

Следующие пять лет дорого обошлись всем постсоветским странам — кроме балтийских. Эстония ($23100) вдвое превысила среднемировой показатель ($11500), ей уступали Литва и Латвия. А подушевой ВВП РФ оказался ниже среднемирового — $11300 — граждане лишились больше четверти благосостояния. Украина потеряла $900 подушевого ВВП, а Казахстан — $4000 — тоже четверть благосостояния. Грузия ($4700) и Армения ($4200) смогли сохранить свой прежний уровень или даже его повысить. Благосостояние Узбекистана сократилось на треть (с $2400 до $1600), а Белоруссии — с $8000 до $6500. Туркменистан оказался богаче — $7000. (Китай также продолжил расти — $9850.) 

Чего нам следует ожидать в 2022 году? Прогноз МВФ четко показывает, где на постсоветском пространстве проходит граница между «первым» и «вторым» миром. Среднемировой уровень подушевого ВВП достигнет $13100, Эстония достигнет отметки в $29400, Литва — $24200, Латвия — $21500. А вот Россия продолжит замедляться — и по отношению к миру, и по отношению к соседям — ее подушевой ВВП составит $11700. Китай обгоняет Россию — у него $13000, и это почти среднемировой показатель. 

Рента, капитал и диктатура 

Какие выводы мы можем сделать, глядя на эти цифры, вспоминая, как на самом деле «устроены» постсоветские страны? Еще в 2011 году российский экономист Сергей Журавлев, анализируя достижения и провалы экономик постсоветских государств, выделил три фактора, обеспечивающих экономическую состоятельность таких стран: 

  • «нефтегаз», 
  • «капитал», 
  • «диктатура». 

Четыре «петрократии» — Азербайджан, Казахстан, Туркменистан и Российская Федерация ни за двадцать, ни за тридцать лет не придумали ничего, что избавило бы их от сырьевой зависимости, и заняли место в самом низу международных производственных цепочек. Это место не означает бедность, но и не дает людям шансов на богатство — за исключением богатства элит, у которых просто не может быть мотивации ни к какому развитию — свою главную задачу они видят в сохранении личного благосостояния и передаче его по наследству. 

Поскольку никаких институтов, гарантирующих собственность, элиты в «петрократиях» за тридцать лет создать не смогли, передать свою собственность наследникам они смогут только вместе с властью. Здесь, кстати, у таких режимов появляется уязвимое место — правящие дедушки-генералы будут передавать власть и деньги сыновьям и даже внукам, не пуская к вершинам условных «майоров и полковников», призванных охранять процесс этой передачи. И как раз наемные охранители могут оказаться самой нелояльной прослойкой общества. 

Тем, у кого не было сырья, пришлось рассчитывать на иностранный капитал — а значит, создавать институты, гарантирующие права этого капитала. Независимый суд, разделение властей, смена правительств и так далее… По этому пути пошли страны Балтии, а потом Грузия, Армения и Молдова (она смогла за 15 лет, с 2006 по 2021 год, увеличить свой подушевой ВВП с $1200 до $4800). Практика показала, что это дает результаты — но «на длинной дистанции», и далеко не сразу. 

Вариант номер три — жесткий авторитаризм и ручное управление. Это пример Узбекистана на протяжении почти 25 лет, и Белоруссии. Да, это работает — особенно, когда ваша небольшая страна интегрирована с одной из «петрократий» — либо через капитал, как Белоруссия, либо «через труд», как Узбекистан. Почему в этом списке нет Таджикистана и Кыргызстана? Потому, что им не повезло еще в СССР — в этих странах доля сельского хозяйства в ВВП превышала долю промышленности, у них просто не было своего производства. А это плохое условие для самостоятельного экономического старта в конце ХХ века — вот и подушевой ВВП у них оказался «как в Африке» около $1000. 

Урок украинского 

А как же Украина, спросите вы — настоящая звезда экономики СССР, у которой, казалось, было всё, для экономического рывка? Как получилось так, что она оказалась в «отстающих»? Например, по данным МВФ на октябрь 2021 года подушевой ВВП РФ составлял $11 273 (63-е место в мире, между Болгарией и Малайзией), а подушевой ВВП Украины составлял $4384 (109-е место в мире, между Иорданией и Маршалловыми островами). 

Разрыв в доходах украинцев и россиян далеко не так значителен, как можно подумать. Если подушевой ВВП РФ больше подушевого ВВП Украины в 2,6 раза, то и зарплата украинского работника должна быть в 2,6 раза меньше российской? Это не так. Реальные доходы людей лучше всего отражает так называемая «медианная зарплата» — 50% работников получают меньше этой суммы, 50% — больше этой суммы. Можно сказать, что медианная зарплата — это «зарплата среднестатистического человека». 

В России официальную медианную зарплату Росстат впервые рассчитал только в этом году — по итогам 2020 года она составила 32422 руб. ($430). Средняя зарплата — почти в полтора раза больше — 51352 руб. ($690). С учетом теневой занятости среднемесячный трудовой доход в 2020 году составил около 42400 руб. ($570), считает Росстат. За 2021 год официальных данных нет, но, согласно исследованию «СберИндекса» и «Работы.ру», медианная зарплата выросла примерно на 9%, то есть сейчас она составляет около 35 000 руб. ($470). 

«Медианная зарплата» ближе к реальным доходам «обычного человека» потому, что «средняя зарплата» учитывает экстремальные заработки топ-менеджмента. Чем больше разрыв между средней и медианной зарплатой — тем выше разница в доходах высшего класса и всех остальных. По данным Госкомстата Украины, средняя зарплата в стране составляет 14045 гривен ($520), в Киеве — 20000 гривен ($740). Медианную зарплату в стране украинские статистики оценивают примерно в 70% от средней зарплаты, получается $364. Это, конечно, на $100 (в 1,3 раза) меньше, чем в РФ. Но это не такой драматичный разрыв, как можно предположить, сопоставляя размер украинского и российского подушевого ВВП. 

И вот здесь, скорее всего, и спрятан ответ на «украинскую загадку». Украина не имела преимущества в виде сырьевых ресурсов, а значит, согласно гипотезе Сергея Журавлева, могла опираться или на авторитаризм, либо на привлечение иностранного капитала, требующего развитых общественных институтов. И если бы такие институты были созданы — эта страна смогла бы стать впечатляющим примером для всего постсоветского пространства.

Но даже сейчас мы видим, что украинский работник получает большую долю национального дохода Украины, чем российский работник — долю национального дохода России. Это, безусловно, связано и со структурой экономики, конечно же (в РФ есть сырьевой сектор с его супердоходами, в котором занято немного людей). Но труженик в РФ мог бы претендовать и на большее. Если бы Россия опиралась на «труд», а не на «ренту».

Автор Дмитрий Прокофьев, специально для издания «Новая газета»

Источник - https://novayagazeta.ru/articles/2022/01/03/velikoe-postsovetskoe-raskhozhdenie

***

Мнение политолога: Дотянет ли Украина до следующих выборов? 

В ура-патриотическом сегменте российских СМИ многие годы самой популярной темой является дискуссия на тему «Дотянет ли Украина до следующих выборов». После краткого анализа вывод делается всегда твёрдый: не дотянет. А если и дотянет, то после них точно распадётся. Ибо не может она не распасться, не может её Земля носить так долго при всех её пороках. Там уже всё хуже и хуже, и не за горами время, когда Анти-россия небратьев рухнет под тяжестью своих преступлений.

Это заклинание похоже на то, что говорил Сталин 7 ноября в 41-м: «Если судить не по хвастливым заявлениям немецких пропагандистов, а по действительному положению Германии, нетрудно будет понять, что немецко-фашистские захватчики стоят перед катастрофой. В Германии теперь царят голод и обнищание, за 4 месяца войны Германия потеряла 4 с половиной миллиона солдат, Германия истекает кровью, ее людские резервы иссякают. … Еще несколько месяцев, еще полгода, может быть, годик — и гитлеровская Германия должна лопнуть под тяжестью своих преступлений».

Так бывает, когда очень трудно и страшно, кажется, что силы на исходе, а выстоять необходимо, и любой ценой требуются слова поддержки, даже если это ложь. Приходит время не аналитики, а сеанса массового гипноза. Так надо. Это свидетельство психологической, а не физической усталости. Физически сил хватило до мая 1945-го. Знай мы сроки войны и цену Победы тогда, в 41-м, смогли бы мы выстоять? У страха ведь глаза велики, да ничего не видят.

Кстати, такие же процессы происходят сейчас и на Украине. Там тоже России лет 20 прочат несколько месяцев, от силы годик. И Путину обещают скорый крах. Там такие же славяне, как и мы, и им тоже страшно. И реагируют они так же, защищаются тем же самогипнозом. Им трудно, они не видят выхода, ухудшениям конца не предвидится, а поверить в то, что это ещё лет на 80, выше человеческих сил. Вот и обещают России жить до следующих выборов, а там — конец их мучениям.

На самом деле анестезия подобной лжи во спасение помогает слабо, но её часто меняют. И потому в целом психика как-то выдерживает. Ведь принять вражду двух частей одного народа, где перемешаны родственники, история, вместе прошла половина жизни — это стресс невыносимый. Надо как-то защищаться.

Кто-то обратил внимание на то, что в России чудовищно популярны украинские мелодрамы, а на Украине — российские? Это такие нехитрые истории про любовь, где нет ни капли политики, но есть радость и горе, любовь и злоба, честность и коварство, верность и предательство. Мечты о счастье и их исполнение. В конце всё кончается свадьбой и воссоединением, зло наказано, справедливость восстановлена. Этого хотят зрители в России и на Украине и голосуют выбором сериалов, а не политиков.  

Код генетический у нас единый. Пока нам внушают ненависть и прозападные ценности, по обе стороны границы люди тоскуют по нашим традициям. У нас не верят в то, что наша вражда всерьёз и надолго. Это скорее семейная ссора, спровоцированная чужими завистниками, как в сериале. Ссора сойдёт, а мир вернётся. В одном украинском фильме главная героиня объясняет руководству крупнейшего Киевского (столица) универмага, что женщина, оказавшись между отделом женского белья и детской одежды, выберет покупку детям. «Мы так воспитаны», — объясняет она, и все соглашаются. Отделы удаляют друг от друга — и дела налаживаются.

И зрители согласны. Мы так воспитаны. Где? В общей истории. Мы одинаковые в глубине души. В Европе женщина купит бельё, а у нас — детскую одежду. Те, кто всему предпочитает кружевные трусы, ещё молоды и глупы. У них ещё нет своих детей. На Украине и в России женщина-мать — это общее. Тут рефлексы одинаковые, и лучше всего видно, что никакой разницы между нами нет. И потому по обе стороны линии фронта война — это потрясение, от которого хочется спрятаться. Путь даже в такие мифы. Ссора с роднёй — вещь невыносимая. Если длится долго, можно сойти с ума. 

На самом деле то, что происходит сейчас на Украине, — очень надолго. Украина переживёт и следующие выборы, и те, что за ними, и потом после них. Как бы там ни было плохо, бандеровщину давить там не могут потому, что это распад Украины. А никто, кроме нацистов, идеологию сепаратизма от России как основу власти постсоветских элит не разрабатывает. Чем тогда обосновывать отделение от России? Центру, Югу и Востоку Украины это не нужно. Им нужны гроши, а не самостийность. А гроши — это Россия, а не Европа. Газ, рынки, кооперация, транзит. Ничего этого Европа со своими квотами Украине не даёт. 

Украина — это южный диалект русского суперэтноса. Как баварцы в Германии. Попробуйте там сказать, что Бавария — не Германия! У баварцев есть собственная гордость, своя идентичность. Они её берегут и ею гордятся. Свой костюм и своя кухня. Но сказать, что Бавария — это Антигермания, означает вычеркнуть себя из немцев. То, что немцы не позволяют у себя, они радостно насаждают у нас. Что поделать, инстинкты наследственны и по результатам проигранных войн не меняются! 

Есть у украинцев своя самоидентичность, дорогая для них? Конечно, есть. Ей несколько столетий. Выкорчёвывать её глупо. Как баварскую у немцев. Собирание наших земель впереди, но оно пойдёт поверх украинской самоидентичности, выраженной в их культурных особенностях. Русские будут интегрировать украинцев, щадя их национальные комплексы, а не выжигая их калёным железом. Только так это будет успешным. 

Крах СССР — это такая долгосрочная катастрофа, что готовить воссоединение придётся несколько десятилетий. Лишь через 30 лет смогут обозначиться те кризисные явления в Европе, что станут причиной вызревания раскола Украины на сторонников и противников Запада. К этому времени изменится всё: США, Россия, Китай, Европа. На Украине сменятся поколения, пережившие Майдан. Придут те, кто сыт по горло его последствиями. 

Пока будет накапливаться кризисный потенциал в Европе, неофициальный культурный обмен между Россией и Украиной будет идти поверх границ. Они снимают свои сериалы, привлекая наших актёров и выводя фильмы на наш общий рынок. Мы это активно смотрим — в интернете миллионы просмотров.

Что смешно — западенцы по спутнику смотрят наши телепрограммы больше, чем свои местные. Шоу-бизнес у нас тоже перемешан, а рынок общий. Отбиваются от политических активистов и сшивают обе республики обратно, как нитками. Новогодние поздравления Путина — это уже притча во языцех. Украина смотрит их больше, чем своих президентов.

В общем, мягкая сила массовой культуры оказалась заброшена идеологическими бойцами и потихоньку точит дерево конфликта, как вода камень. Сейчас лишь мелодрамы остались незамеченной интегрирующей силой, но и тут не так просто всё разрушить — это деньги, а значит, за этим стоят какие-то политики. Сериалы защищены политической крышей, и, пока пушки молчат, фильмы про любовь делают своё интеграционное дело.

Это ещё одна причина России не воевать с Украиной. Как и Украине с Россией. ВСУ и добробаты — не Украина. Глубинный народ подвержен эмоциям пропаганды, но в глубину это чувство не проникает. Как идущий в России сериал «Сваты», где герои ругаются и мирятся, но до войны не доходят. Зеленский не в заявлениях, а в своём бизнесе проявляет интуицию лучше всего. А наши и не спешат его закрывать. С чего бы это?

При всех этих перетягиваниях и отталкиваниях нам важно не допустить военного столкновения, которого так хотят в Вашингтоне и Лондоне. Украина будет переходить через выборы, учиться жить в бедности, социальном расслоении, уставать от истерики, опустошаться от эмиграции и депопуляции, жить в долг, терять веру в свои элиты, вырождаться и превращаться в европейскую Зимбабве — но она будет существовать. Верить, что ещё годик — и режим падёт под тяжестью своих преступлений, не нужно.

Украина — часть системного кризиса капитализма Запада, а это процесс долгосрочный. Украинский дикий капитализм, замешанный на остром комплексе национальной неполноценности значительной части украинского населения, будет выгорать до тех пор, пока в мире не сложатся новые союзы, в которых Россия и Китай создадут альтернативу Западу. Вот тогда Украина начнёт метаться между Западом и Востоком.

Но и тогда не факт, что Украина распадётся. Китай через Азию и Россию стремится в Европу, куда его не пускают США. Если «Пояс и путь» всё же возникнет, Европа станет многовекторной и отдалится от США, повернувшись к Китаю и России. Тогда раскол транзитной Украины будет одинаково невыгодным Европе, России и Китаю. И она получит новый шанс.

Правда, придётся исключить из процесса Англию и США. Условия для этого начнут возникать не раньше, чем лет через 20−30, и завершатся к концу века. Видение ситуации будет совсем не таким, как теперь. Россия именно тогда восстановит свою зону влияния. А до этих пор надо запасаться терпением и уметь работать на будущее.

Автор Александр Халдей

Источник - https://regnum.ru/news/polit/3468572.html 


Об авторе
[-]

Автор: Дмитрий Прокофьев, Александр Халдей

Источник: novayagazeta.ru

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 04.01.2022. Просмотров: 43

zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta