Мы не умеем сочувствовать. На чем основано отсутствие эмпатии?

Содержание
[-]

Мы не умеем сочувствовать. На чем основано отсутствие эмпатии? 

Я не понимаю, как ты себя чувствуешь, потому что сама это пережила. Нет, в этой фразе нет ошибки. Она показывает, что нам недостает эмпатии к людям, столкнувшимся с известными нам проблемами.

Старая жестокая индийская традиция велит молодой жене покинуть дом родителей и переехать в дом мужа. Жестока она потому, что зачастую свекровь относится к этой женщине, как к служанке. Можно задаться вопросом, откуда берется такая враждебность, ведь когда-то мать мужа сама оказалась в такой же ситуации, попав в новый дом, и сама подвергалась преследованиям свекрови, которая в юности… и так далее, и так далее. Не должно ли это быть ровно наоборот? Свекровь, пережившая ад, могла бы окружить молодую девушку заботой и любовью. Но так происходит исключительно редко.

Ты возвращаешься на работу из декрета. Бессонные ночи, новые обязанности, сомнения, тоска по ребенку. Ты помнишь, что пять лет назад начальница проходила через то же самое. Ты идешь к ней, надеясь, что она тебя поймет. Не удивляйся, если она тебя проигнорирует. Хотя интуиция подсказывает, что лучше всего нас может понять человек, который сам был когда-то в похожей ситуации.

Группе из 112 человек задали вопрос, какой учитель проявит больше понимания к подростку, которого травят одноклассники: тот, который сам в прошлом это пережил, или тот, у которого все было в порядке. 99 человек ответили, что первый. Так нам кажется. Вопрос задавала группа исследователей из Школы управления имени Келлога Северо-Западного университета и Уортонской школы бизнеса при Пенсильванском университете. Однако ученые заранее знали, что интуиция в данном случае нас подводит.

В действительности все наоборот. «Если вам удалось преодолеть какие-то превратности судьбы, вы не способны проявить понимание к человеку, который в данный момент столкнулся с той же проблемой», — говорит Рахель Раттан из Школы управления имени Келлога.

Безразличие будет тем сильнее, чем хуже будет справлять с проблемой другой человек. Так что рассказывать о материнских проблемах стоит, скорее, бездетному коллеге. Ученые проверили это во многих экспериментах.

Первый провели во время соревнований по прыжкам в ледяную воду американского озера Мичиган. Участников эксперимента попросили заполнить опросник: одну группу до прыжка в воду, а вторую через несколько дней. В опроснике рассказывалась история Пата, который тоже собирался прыгать, но в последний момент отказался, потому что слишком замерз. Участники должны были указать, насколько они понимают такое решение, а насколько его осуждают.

Отвечавшие перед собственным прыжком, гораздо чаще с пониманием относились к решению Пата, чем те, кто уже побывал в воде. Вторые в своих оценках были гораздо более жестоки и осуждали поступок молодого человека.

Может быть, отсутствие эмпатии было связано с тем, что в итоге прыжок в ледяную воду оказался отличным развлечением, а в более серьезных жизненных ситуациях мы все-таки способны проявить сочувствие? Чтобы проверить это, та же группа исследователей провела другой эксперимент. На этот раз 200 человек прочли историю безработного мужчины, который не мог найти работу и, чтобы добыть средства к существованию, начал торговать наркотиками. Испытуемые должны были ответить на вопрос, насколько они понимают этого мужчину. Ответы вновь расходились с интуитивными предположениями. Те, кто когда-то были безработными, осуждали героя рассказа, а сочувствие проявили те, кто никогда не сталкивался с такой ситуацией или не имели работы в момент проведения эксперимента.

Самая серьезная проблема, с которой сталкиваются подростки, это преследование со стороны ровесников. Будем ли мы лучше понимать чувства жертвы, если сами пережили подобный опыт? Ученые Школы управления имени Келлога и Уортонской школы бизнеса задали этот вопрос в интернет-анкете группе из 300 человек. Им предложили историю про подвергающегося преследованиям подростка: в одной версии он успешно избавился от травли, в другой — нет. Жертвы преследований в отличие от тех, кто никогда не попадал в такую ситуацию, лучше понимали подростка, который преодолел проблемы. Интересно, что те же самые люди меньше всего сочувствовали жертве, которая не умела справиться с ситуацией.

С чем связана такая бессердечность? Как говорит один из авторов исследования, Лоран Нордгрен (Loran Nordgren), люди забывают, какие чувства и эмоции они испытывали, когда боролись в прошлом с проблемой. Они знают, что было тяжело и неприятно, но не способны вспомнить своих ощущений. Если им удалось преодолеть превратности судьбы, они чувствуют, что ситуация была каким-то жизненным вызовом, с которым было необходимо справиться. Поэтому они проявляют гораздо меньше эмпатии к тому, кто борется с похожей проблемой в настоящий момент.

В психологии такое явление называют «эмпатическим разрывом» («empathy gap»). Первым описал это явление Джордж Левенштейн (George Loewenstein) из Университета Карнеги-Меллон. Мы не только не можем оценить, как чувствует себя в конкретной ситуации другой человек, но даже с трудом даем оценку собственным будущим эмоциям.

Левенштейн задал участникам эксперимента вопрос, какую сумму они хотят получить за участие в опыте, во время которого им придется опустить руку в ледяную воду. Больше всех потребовали те, кто проделывал это недавно. Меньше — те, кто был в такой ситуации какое-то время назад. Самую меньшую сумму назвали люди, которые никогда не делали ничего подобного. Однако собственные эмоции мы все-таки понимаем лучше, чем чувства окружающих. В другом эксперименте участников спросили, насколько, в шкале от 1 до 11, они готовы исполнить танец перед публикой. Потом им задали вопрос, насколько готовы сделать это другие люди. Собственную смелость люди оценили гораздо ниже. Представляя себя танцующими на сцене, мы чувствуем стыд, страх поражения. Что испытывают другие люди, делающие то же самое, мы понять уже не можем.

Мы проявляем эмпатию только тогда, когда в данный момент сами испытываем похожие проблемы. Левенштейн собрал участников эксперимента в спортивном зале и разделил на две группы. Первая 20 минут занималась интенсивными упражнениями, а вторая отдыхала. Потом всем предложили прочесть короткий рассказ о людях, потерявшихся в лесу без воды и пищи. Ученый задал вопрос, что будет больше мучить этих людей: голод или жажда? Участники, которые делали упражнения и сами испытывали жажду, сказали, что им будет недоставать воды. Вторая группа чаще говорила о еде.

Большинство из нас согласится, что мы действительно так себя ведем. И это, к сожалению, оборачивается негативными последствиями. Многие исследования показывают, что пациенты с онкологическими заболеваниями и находящиеся в больницах дети часто получают недостаточно обезболивающих средств. Медсестры и врачи недооценивают, как сильно те ощущают боль. Даже будучи родителями, которые хотят своим детям только хорошего, мы становимся жертвами собственной психики. Кристин Лагатутта (Kristin Lagattuta) из Калифорнийского университета в Дэвисе показала, что родители не способны понять эмоциональные потребности своих детей. Чаще всего они недооценивают их страхи и тревоги. Родителям кажется, что если у них самих все в порядке, то проблем нет и у детей. Они не помнят, как сами боялись темноты или ответа у доски.

К сожалению, отмечает Лоран Нордгрен, программы терапии и психологических тренингов обычно базируются на идее, что самую лучшую поддержку может оказать человек, который сам прошел через подобный опыт. О том, как побороть зависимость рассказывают люди, которые с ней порвали, наставником молодой сотрудницы становится ее начальница, которая сумела в ходе своей карьеры пробить стеклянный потолок. Можно ли несмотря на все это развить в себе эмпатию? Нордгрен советует отвлечься от собственного опыта, перестать вспоминать о том, как чувствовали себя мы сами, находясь в той или иной ситуации, и попытаться представить, что испытывает другой человек. Помочь может более широкий взгляд на проблему, например, размышление о том, как справляется с ситуацией большинство возвращающихся на работу молодых родителей. Стоит заглянуть в статистику и исследования. Наш собственный опыт — это единичный случай на фоне тысяч других, поэтому его нельзя обобщать и переносить на других. Каждый человек чувствует по-своему.

 


Об авторе
[-]

Автор: Александра Постола

Источник: inosmi.ru

Перевод: да

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 01.12.2015. Просмотров: 269

Комментарии
[-]

Комментарии не добавлены

Ваши данные: *  
Имя:

Комментарий: *  
Прикрепить файл  
 


zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta