«Зигзаги удачи» бакинской внешней политики. «Каспийское направление» — своеобразная пуповина современной геополитики

Содержание
[-]

«Зигзаги удачи» бакинской геополитики 

«…Нам незамедлительно нужны новые соглашения с Азербайджаном. Уверен, что этот визит на высоком уровне произойдет в скором времени. Вместе с бывшими президентами Украины Леонидом Кучмой и Виктором Ющенко я подготовлю предложения о развитии отношений с Азербайджаном и представлю их президенту. Сейчас мы рассматриваем этот вопрос. Мы получили приглашение на IV Глобальный Бакинский форум. Во время форума мы обсудим и этот вопрос», — обещал недавно Л. Кравчук, комментируя возможность предстоящего визита П. Порошенко в Азербайджан.

Эта фраза демонстрирует не только важность двухсторонних взаимоотношений Киева и Баку и, в частности, перспективу упомянутого форума. Тут наш первый президент еще как бы признает, что Украина продолжительное время, а практически в течение всех лет своей независимости, непростительно пренебрегала своими отношениями с этим прикаспийским государством. И попытка озвучить объективные тому причины не будет ли оправданием недальновидности тех, кому полагалось по должности заниматься внешнеполитическими связями нашего государства?

Исторически так сложилось, что «каспийское направление» — это своеобразная пуповина современной геополитики, так или иначе «подпитывающая» все происходящие нынче мировые события, в том числе касающиеся Украины. Для этого достаточно лишь назвать практически совпадающие в азербайджанских широтах «ветки» (российскую и украинскую) Шелкового пути или же предполагаемые к сооружению газо- нефтепроводы для доставки углеводородов с Каспия в Европу, не говоря уже о разных возможных транзитных и авиационных маршрутах и т. д. Не сбрасывая при этом со счетов и имеющиеся проблемы во взаимоотношениях между прикаспийскими государствами и их ближайшими соседями. Они ничуть не проще проблем нынешних украинских. Например, иранское предложение соседствующим с Азербайджаном государствам о перераспределении между ними прибрежной зоны Каспийского моря, где как бы сызнова открывается перспектива разработок и добычи углеводородов.

Или тлеющее более 20 лет вооруженное противостояние Азербайджана и Армении из-за Нагорного Карабаха. Такого срока оказалось более чем достаточно, чтобы мир с этим конфликтом уже как-то свыкся. Как, похоже, начинает привыкать к аннексии Крыма и к боевым действиям в Луганской и Донецкой областях. Возможно, эти схожие ситуации могут определенным образом упростить выработку подходов к решению имеющихся в Азербайджане и Украине проблем... Кстати, этому может способствовать небольшая, но, по-моему, очень существенная деталь: на дипломатическом уровне азербайджанское руководство стремится не к «сотрудничеству против кого-то», чем часто грешит Кремль (в частности, с партнерами по ЕАЭС), а именно к «взаимовыгодному сотрудничеству с кем-то». То есть, в Баку предпочитают поддерживать цивилизованные партнерские взаимоотношения, когда уважаются интересы всех сторон, и делают нынче ставку на взаимовыгодные связи, как с Западом, так и Ближним Востоком, Китаем. Такая вот более рельефная, чем недавняя украинская «многовекторная» политика. Возьмись Баку претворять свои нынешние планы лет так на десять-пятнадцать раньше, но без оглядки на Кремль, то ему удалось бы избежать многих экономических неурядиц.

Например, денежная единица манат, длительное время практически равная доллару, не опустилась бы сегодня почти на 50 % своей стоимости и не вызвала бы у азербайджанцев такой уже знакомый украинским гражданам рыночный ажиотаж. Не обесценились бы и активы Государственного нефтяного фонда Азербайджанской Республики (ГНФАР), созданного в 1999 году специально для накопления доходов от реализации нефтяных контрактов. По словам главы департамента управления рисками ГНФАР Б. Бахрамова, еще 1 октября 2015 года эти активы составляли 34,738 млрд дол. США, а за октябрь-ноябрь уже обесценились на 729 млн дол., или 2,1 %. Понятно, это очень болезненно для азербайджанского ВВП, в среднем на 70 % (а иногда и более) формировавшегося за счет нефтяного сектора. Со временем азербайджанское руководство начало осознавать, что делать ставку по примеру России на нефтедоллары неразумно и даже опасно. Специалисты указывали на непростительную недальновидность такой экономической политики, особенно в последние два года. Например, глава Комитета защиты прав нефтяников Мирвари Гахраманлы в своем выступлении в сентябре 2015 года предупреждала: «Согласно оценке Международного энергетического агентства, в 2016 году страны, не входящие в ОПЭК, в том числе Азербайджан, ожидает рекордный спад нефтедобычи… На всем этом процессе сказываются политические события, в частности санкции против России, снятие санкций с ИРИ и др.». А глава бакинского Центра нефтяных исследований Ильхам Шабан безапелляционно предсказывал Азербайджану нелегкий 2016 год. «Прогноз агентства о сокращении добычи в 2016 году на полмиллиона баррелей в день — это невысокий показатель, мир это переживет, — говорил он в одном из своих интервью. — Особенно, если обратить внимание на тот факт, что Иран собирается добывать 1 миллион баррелей в день. Действительно, 2016 год будет нелегким, в том числе, для Азербайджана. Согласно моему прогнозу, если в текущем — 2015 году — добыча сократится на 700 тыс. тонн, то в следующем году эта цифра достигнет 1 миллиона».

Трехкратное падение цен на нефть в течение 2015 года не имеет естественных экономических причин, так уже в декабре заявил президент Азербайджана Ильхам Алиев, считая цену $36 за баррель «продуманной политикой, цель которой ни для кого не является секретом». Глава государства констатировал, что Азербайджан несет ощутимые потери в сложившейся ситуации: «Падение цен на нефть негативно отразилось на национальной валюте. Причина девальвации маната — снижение цен на нефть в три раза. Изменение курса маната было неизбежным. Мы старались в течение года максимально предотвратить это, ждали, чтобы цены на нефть стабилизировались. Когда они стабилизировались на уровне $ 50, мы немного успокоились, посчитав, что нужды в девальвации не будет. Но в настоящее время цена на нефть упала до $36». Уже 21 декабря 2015 года Центробанк Азербайджана перешел к плавающему курсу национальной валюты, в результате чего азербайджанский манат за день рухнул на 47,63 % и 47,88 % по отношению к доллару и евро соответственно.

Необходимо отдать должное бакинскому руководству, с подачи которого в развитии ненефтяного сектора, хотя и с опозданием, но все же происходили некоторые изменения. И в этом вопросе оно как бы идет по стопам Украины, т. е. учитывает ее горький опыт. Сегодня уже 52 % ВВП Азербайджана формируется за счет нефтяного сектора (в отличие от предыдущих 70 %), и 48 % — за счет ненефтяного. Разница почти в 18 % — ощутимая, но все равно не позволяющая азербайджанской экономике чувствовать себя уверенно.Экономический эксперт Октай Ахвердиев так прокомментировал недавний рейтинг Standard & Poor's в отношении азербайджанской экономики: «Полностью согласен, что пока мы будем зависеть от одного сектора нашей экономики, Азербайджан будет пребывать в группе риска. Сам факт того, что ВВП зависит от конъюнктуры мирового рынка, — это уже говорит о том, что данная страна находится под колпаком риска. Когда для одного сектора, например нефтяного, наступают тяжелые времена, то другой, допустим металлургический, должен поддержать экономику. Только многоотраслевая экономика может вывести страну на более высокую позицию. Что касается соседних по пьедесталу стран, то у них такая же проблема. Например, Узбекистан зависит в основном от хлопка, Казахстан и Россия — от нефти, Туркменистан — от газа и т. д. Поэтому неудивительно, что мы на одной позиции с этими государствами». Эксперт уверен, что в ближайшие 5-6 лет степень риска в экономике Азербайджана уменьшится. А вот что недавно сказал он же в присутствии журналистов: «Чтобы экономика страны как можно меньше зависела от нефти и газа, необходимо более активно развивать ненефтяной сектор. А этому препятствуют… коррупция и монополизм на потребительском рынке. Насколько быстро будет решена эта проблема, настолько успешно начнет развиваться ненефтяной сектор».

Очевидно, к такому заключению пришли в Баку (кстати, как сравнительно недавно и в Киеве) после того, как начали вплотную сотрудничать с европейскими партнерами в вопросах диверсификации на энергетическом рынке. Но удастся ли одолеть коррупцию и не опустятся ли руки при первых неудачах в работе с европейцами? Об этом несколько ниже.

Дружба – дружбой, а…

Еще в октябре 2015 года на очередном заседании Совета глав государств СНГ президент Азербайджана Ильхам Алиев изложил свое видение дальнейшего сотрудничества в рамках Таможенного союза. Поскольку товарооборот между странами СНГ заметно снизился, утверждал он, а многие национальные валюты стран-членов СНГ потеряли свою силу, необходимо переходить к новым формам экономического взаимодействия, которые должны составить основу новой экономической модели. Он согласился с идеей своего российского коллеги о «проработке вопроса перехода на расчеты в национальных валютах», так как это «позволит нам избежать определенных финансовых рисков, …укрепить наши национальные валюты, еще больше будет способствовать делу экономической интеграции». Но тут же намекнул, что необходимо предоставить больше свободы странам СНГ, обладающим природными ресурсами, что поможет им справиться с экономическим кризисом. Почему «намекнул»? Ответ очевиден: Баку было бы сподручней, например, реализовывать свои углеводороды на международных рынках без оглядки на своих партнеров-конкурентов по СНД, особенно на РФ. Иначе говоря, он стремится к самостоятельности. Например, Баку активно продвигает проект прокладки газопровода, с помощью которого планирует расширить поставки газа в Турцию и западные страны (отказывающихся от услуг российского Газпрома). При этом как бы действует согласно российской поговорке: дружба — дружбой, а табачок — врозь! При всей своей толерантности в вопросе обеспечения Европы газом, в один ряд с Москвой он ставит и Киев, называя его не иначе как монополистом. «Трубопровод TAP (Trans Adriatic Pipeline), — отмечается в популярном азербайджанском издании, — является одним из важнейших элементов проекта Южного газового коридора. В свое время он инициировался с целью повышения безопасности поставок газа в Европу путем доставки голубого топлива из Каспийского бассейна, а также исключения, таким образом, России как монополиста в роли поставщика газа в Старый Свет, а Украины — как монополиста в роли транзитера». То есть, Баку воспринимает Киев монополистом, и отстаивать свои интересы в переговорных процессах будет именно с таких позиций. И к этому нужно быть готовым.

Но вернемся к вышеизложенным предложениям президента И. Алиева предоставить партнерам по СНГ больше экономической самостоятельности. Чем они вызваны? Азербайджан (и это очевидно) — одна из тех стран, которой сегодня уже тесно в фарватере московской политики, как бы его руководство это ни пыталось не афишировать. Ему все трудней согласовывать с Кремлем свои возможные инициативы на международной арене, испрашивать позволения на претворение в жизнь своих проектов или подставлять ему плечо в решении геополитических проблем. Для подтверждения этого достаточно одного примера недавней ссоры Москвы с Анкарой, переросшей в самую настоящую, пока что «холодную войну». Азербайджану, традиционно поддерживающему и неустанно афиширующему свои давние дружеские отношения с Турцией, пришлось как-то сдержанно реагировать на российско-турецкий конфликт из-за сбитого российского бомбардировщика турецкими истребителями. И даже как-то предлагать свое посредничество в деле примирения сторон. Не думаю, что в этом случае его прельщала почетная роль миротворца. Просто он попытался избежать ситуации, когда демонстрируют свое расположение одной стороне в ущерб отношениям с другой. Но нынче такова судьба непервостепенных игроков на геополитической сцене… Кстати, в своем противостоянии с Ереваном из-за захваченных им азербайджанских территорий Баку практически не комментирует позицию и роль Москвы. Эта, так называемая политкорректность, пока что дает ему возможность приобретать у россиян вооружение и военную технику. Напомним, что подписанный год назад последний контракт о покупке российского вооружения обошелся азербайджанской казне в сумму 3 млрд долларов. «Баш на баш», как говорится в восточной поговорке, на языке же дипломатии это называется принципом взаимности. По-азербайджански нынче это означает, что ни в большом, ни в малом никто никому ничем не должен быть обязан. И тут уместен следующий эпизод: в момент развала СССР, когда под «национализацию» подпали воинские части и соединения Советской армии, Азербайджан единственной из бывших социалистических республик «отстегнул» Москве определенную сумму за освобождаемые на его территории войсками 4 общевойсковой армии объекты, жилые и технические помещения. Хотя имел полное право бесплатно унаследовать их для создаваемых своих вооруженных сил. Потирая руки, «доброжелатели» язвили: азербайджанцы купили сами у себя. «Да, купили, — согласился в кулуарах один из азербайджанских представителей на переговорах с россиянами. — Но вы же на эти средства должны построить жилье для выведенных из Баку военнослужащих! И мы вам после этого ничего не должны».

Факт, по-моему, не только показателен, но и не имеющий аналога на просторах бывшего СРСР.

Российский рынок закрывается?

Исходя из опубликованных в прошлом году Государственным таможенным комитетом Азербайджана данных, в январе-сентябре 2015 года товарооборот между Азербайджаном и Россией составил 1,34 млрд долл. США (8,74 % в общем объеме внешнеторгового оборота страны). Это почти на два процента меньше показателя аналогичного периода 2014 года. К середине того же 2015 года Россия инвестировала в экономику Азербайджана более 1,8 млрд долларов. В свою очередь, Азербайджан за этот же период выделил для российской экономики свыше одного миллиарда долларов инвестиций. То есть, товарооборот определенно снижается, по меньшей мере, в течение последних двух лет, и ситуация не улучшится ни в этом году, ни в следующем. Даже если Баку попробует заменить своей сельхозпродукцией запрещенную на российском рынке турецкую. «Мы абсолютно не заинтересованы в снижении товарооборота с Россией. Но, к сожалению, есть факторы, которые не зависят от нас», — отмечала замминистра экономики и промышленности АР С. Гасанова. Она убеждена, что к сокращению взаимного товарооборота привела сложившаяся экономическая ситуация в Азербайджане и России. И никак не соглашается, что имеет место процесс выдавливания Азербайджана с российского рынка. Всемирный банк еще в середине прошлого года не без оснований предупреждал, что даже увеличение товарооборота с Россией не может быть выгодным для Азербайджана, так как его экономика от этого только потеряет. Но Баку на всех уровнях не устает повторять, что не заинтересован в сворачивании своего сотрудничества с Москвой. Он и далее активно поощряет функционирование на территории республики около 600 компаний с российским капиталом. Кстати, около 300 из них — это совместные предприятия, и 200 — со 100-процентным российским капиталом. В том числе, «Газпром», «КАМАЗ», Банк ВТ. Но, как отметил эксперт в области экономики О. Ахвердиев, Азербайджан сегодня приобретает у России только то, что не в силах самостоятельно производить или импортировать из других стран: «Например, оружие, которое НАТО отказывается (! — авт.) продавать вооруженным силам Азербайджана». Пожалуй, это пока что безальтернативный для азербайджанцев российский «продукт». Во всяком случае, до того момента, пока «холодное» противостояние с армянами «вдруг» не перерастет в «горячее». Или же, раздраженная активным двухсторонним азербайджано-турецким сотрудничеством Россия закроет для Азербайджана двери своего «военторга». А за одно и опустит шлагбаум перед его остальной продукцией. Поэтому и издержки при недавнем пробном прогоне украинского железнодорожного состава по азербайджанскому отрезку Шелкового пути нельзя воспринимать случайной недоработкой отвечающих за этот вопрос специалистов. Так как российская ветка этого же пути демонстративно испытывалась в это же время и должна была выглядеть для потенциальных заказчиков предпочтительней.

О строительстве Южного газового коридора

 «Иногда заявляют, что нам следует интегрироваться в Европу, — говорит  Ильдар Алиев. —  Мы никуда не должны интегрироваться… Разве нас смогут принять? Нет. Это горькая правда. Поэтому надо рассчитывать только на себя и свои внутренние ресурсы». Он также объяснял, что причина такого «зигзага» в новейшей политике Азербайджана, до этого активно работавшего с западными партнерами, — сама Европа, которая унижением мусульманских беженцев опровергает свои же ценности.

В этих словах есть своя логика: эмигрантские волны с мусульманского Ближнего Востока вот уже который месяц бьются о приграничье Евросоюза и конца этому не видно. Но тут необходимо уточнение: вышеупомянутый «зигзаг» как-то не сочетается со словом «причина». Тут более уместно слово «повод». Так как история с беженцами послужила именно поводом для выражения президентом Азербайджана своего отношения к Западу. А причина, по-видимому, в пробуксовке в строительстве Южного газового коридора, на который Баку, в частности, давно возлагает определенные надежды, и в замедлении Западом процесса сотрудничества с Азербайджаном — вообще. Что касается так называемого коридора, то западные партнеры вот уже который год повторяют, что заинтересованы в этом проекте. «Мы считаем, что «Южный газовый коридор» удовлетворит как минимум 10 процентов, а в лучшем случае — 20 процентов европейского спроса на газ», — еще в 2014 году убеждала бакинское руководство руководитель представительства ЕС в Азербайджане Малена Мард. Но это были только слова, хотя и приятные на слух. А кроме слов для постройки газопровода необходимы и инвестиции. С этим в последнее время случались задержки. «Это крупный проект не только с точки зрения того, что его длинна составляет 3 тысячи 500 километров — расстояние от Азербайджана до Италии, — но и с финансовой точки зрения. В проект будут вложены финансовые средства в размере примерно 45 миллиардов долларов. «Южный газовый коридор» состоит из четырех проектов — «Шахдениз-2», расширение Южно-Кавказского трубопровода (РЮКТ), Трансанатолийского (TANAP) и Трансадриатического (TAP) проектов. Это — целая цепь, и данные проекты являются ее звеньями. Если в одном из этих проектов произойдут задержки, то это отразится и на всех других проектах», — предупреждал министр энергетики Азербайджана Н. Алиев на одной из недавних пресс-конференций в Баку, где также присутствовали ответственные лица из ЕС, США, и Турции.

Задержки в строительстве этого объекта таки случались, работы продвигались не так, как должны были продвигаться, что, мягко говоря, не удовлетворяет азербайджанскую сторону. То в Италии против проекта выступили защитники экологии, то от ранее данных обещаний отказываются фирмы-партнеры по строительству. А правительство Греции предлагало пересмотреть параметры проекта — приобретение своей доли в TAP, повышение стоимости транзита  и снижение  стоимости газа, который Греция собиралась покупать у Азербайджана. Словом, далеко не все так гладко с проектом, как предполагало бакинское руководство. А ведь еще в сентябре 1994 года, когда в бакинском дворце «Гюлистан» подписывалось соглашение о строительстве газового коридора, присутствовавшие называли его «контрактом века». Само только соглашение о долевом распределении продукции  по разработке глубоководных месторождений «Азери», «Чыраг», «Гюнешли» было изложено на 400-х страницах и 4-х языках. Напомним, в «контракте века» изъявили желание принять участие 13 компаний (Амоко, БП, МакДермотт, Юникал, ГНКАР, ЛУКойл, Статойл, Эксон, Туркия петроллары, Пеннзойл, Иточу, Ремко, Делта) из 8 стран (Азербайджан, США, Великобритания, Россия, Турция, Норвегия, Япония, Саудовская Аравия). На очереди было еще 26 соглашений с 41 нефтяной компанией из 19 стран.

Через двадцать лет, в сентябре 2014 года, на церемонии, посвященной годовщине «контракта века» и закладке фундамента Южного газового коридора, президент И. Алиев уже подводил некоторые итоги международного сотрудничества Азербайджана в этой сфере. «В проекте TANAP Азербайджан является основным инвестором, и главный финансовый груз Азербайджан возложит на себя. И в «Шахдениз», и в ТАР, и в других проектах Азербайджан сам финансирует свою долю. Таким образом, полученная в свое время экономическая прибыль сегодня служит нашим общим интересам, — констатировал ход работ президент И. Алиев, отмечая, что Азербайджан выходит на первые роли в деле обеспечения энергетической безопасности Европы. — Подтвержденные запасы газа  составляют 2,5 триллиона кубометров, а прогнозируемые запасы находятся на уровне 4-5 триллионов кубометров». 

Но отметим, что на тот момент Баку вынужденно расширил свое долевое участие в «контракте века», так как из-за кризиса мировой экономики не у всех его партнеров имелись обещанные ранее средства. К тому же в 2014 году вступили в силу экономические санкции против России, так или иначе, негативно отразившиеся на экономическом состоянии стран ЕС. Да и «Газпром» не собирался сдавать свои позиции на газовом рынке, в том числе и Азербайджану. А к чему Кремль может прибегнуть при отстаивании своих интересов — говорить излишне. Тому пример — нынешняя воюющая с сепаратистами Украина, которую Азербайджан, как мы уже упоминали, считает монополистом в транзите газа. И об этом приглашенным от Украины представителям на IV Глобальном Бакинском форуме (10-11 марта с. г.) не только нельзя забывать, но обязательно быть готовыми к непростым переговорам, где наши аргументы должны быть безукоризненно обоснованными.

Сотрудничество с ЕС Азербайджан пытается наладить не только в вопросах энергетической безопасности.  Так, Минобразования Азербайджана запланировали с Евросоюзом проект «Twinning» стоимостью 19 млн долл. США с целью привести азербайджанское образование в соответствие с европейским высшим образованием. «Ожидаются и другие инициативы», — обещала представитель ЕС в Азербайджане Малена Мард, имея ввиду сферу продовольственной безопасности и аграрный сектор, по которым все еще ведется подготовка нового соглашения.

В Азербайджане стремятся за счет строящихся крупных промышленных проектов, технопарков увеличить свой ненефтяной потенциал, резко повысить экспорт продукции. Уже заложен фундамент Химического промышленного парка, где созданы первые предприятия.  Пока что строительные и инженерные работы во всех этих направлениях  выполняют иностранные подрядчики. Но также предполагается, что вскоре их  должны заменить отечественные специалисты.

Фраза И. Алиева «Необходимо рассчитывать только на себя» уже стала крылатой, и со временем, похоже, может звучать как своеобразное заклинание. Это ощущалось в позиции азербайджанского руководства как на недавней Мюнхенской конференции по вопросам безопасности, где упоминалось об отсутствии необходимого формата сотрудничества между Азербайджаном и ЕС, так и во встрече 29 февраля с. г. в Баку президента И. Алиева с Верховным представителем Европейского Союза по иностранным делам и политике безопасности, вице-президентом Европейской комиссии Федерикой Могерини. Эти мероприятия освещались в СМИ практически в общепринятой тональности, но сдержанность в комментариях, как говорится, присутствовала.

Кстати, свое недовольство Европой Азербайджан поспешил «скрасить» оперативным сближением с Ираном. Подписанные во время визита во второй половине февраля с. г. президента Азербайджана в Иран двухсторонние документы касаются многих важных вопросов для обеих стран, отношения между которыми «сыграют определенную роль в деле обеспечения безопасности региона». Более того, на встрече президентов  отмечалось, что они будут активно развивать сотрудничество в трехстороннем формате: «Иран-Туркменистан-Азербайджан», «Иран-Азербайджан-Россия», «Иран-Азербайджан-Грузия» и «Иран-Азербайджан-Турция». Трехсторонний формат — это еще не союз, но чтобы выйти на большую политическую дорогу, всегда нужно сделать первый уверенный шаг. В том числе и в вопросе, который Азербайджаном никак не решается при посредничестве ЕС — взаимоотношения с Арменией. Правда, азербайджанские СМИ отмечали, что во время этого визита карабахский конфликт широко не обсуждался. Но это «…говорит о том, что позиция Ирана о территориальной целостности АР уже устоялась, и нет необходимости это повторять». А вот подписанными соглашениями охвачен практически весь спектр двухстороннего сотрудничества.

Предполагается даже, что в 2016 году будет открыто железнодорожное сообщение, и, в частности, иранские товары в сектор Черного моря будут доставляться через Азербайджан, а не через Армению, как планировалось ранее. Есть договоренности о развитии нефтегазовой и энергетической сфер. То есть, озвучив свое восприятие сотрудничества с сомневающимся Западом, Баку таким образом облегчил процесс установления связей с соседним Ираном, что твердо обещает в будущем дивиденды, и, как показывают последние события, встряхнул таки своих партнеров по сооружению газопровода, прибывших в азербайджанскую столицу для подтверждения своего  сотрудничества.

Кого история учит и кому она не указ

Сейчас очень сложно предположить, в какой сфере Азербайджану будет выгодно сотрудничество с Украиной, и чем, в частности, украинские экс-президенты смогут заинтересовать своего азербайджанского коллегу на экономическом форуме в Баку.

Возможно, традиционным украинским «космо-самолето-с/хозяйственным набором», подкрепляемым продукцией ВПК? Так с этими предложениями мы опаздываем, как минимум, лет на пятнадцать. Тему космоса Азербайджан уже разрабатывает совместно с Западом, аграрный сектор для него очень важный, но перспективный рынок сбыта для своей сельскохозяйственной продукции он видит пока что в партнерской России, где готов даже частично заменить недавно ушедшего оттуда турецкого поставщика. Современной украинской авиапродукцией азербайджанские партнеры могут заинтересоваться при условии ее исключительной выгодности и технического превосходства над продукцией других, прежде всего западных производителей. Тем более, что сегодня успех авиастроителей зависит от стечения многих обстоятельств на международном рынке.

Также в прошлом месяце промелькнуло сообщение о том, что Азербайджан и Россия к концу марта c. г. организуют в рамках развития Международного транспортного коридора (МТК) «Север-Юг» транзит грузов в Иран и Индию. Сейчас грузопоток из Индии в сторону европейской части РФ обеспечивается морскими перевозками (маршрут «A»), доставка занимает 40 суток. На новом мультимодальном маршруте «Б» будет использоваться морской, железнодорожный и автомобильный транспорт, сокращающий этот срок перевозки в 2 раза. Разумеется, необходимым передвижным составом эту ветку «шелкового пути» в состоянии обеспечить российская сторона, не заинтересованная в дележе такого рынка. Тем более, с украинцами.

Но Баку нуждается в оружии и военной технике для своих вооруженных сил, регулярно имеющих приграничные столкновения с армянскими военнослужащими. Поэтому украинские предложения, возможно, заинтересуют Азербайджан, но только в очень крайнем случае, так как он приобретает нынче вооружение у россиян. Правда, торговле этим сегментом присущи свои особенности, когда на кону, как правило, всегда стоит прибыль торгующих сторон и выгода тех, кому это оружие предназначается… К тому же Азербайджан параллельно пытается наладить свое оружейное производство, о чем уже упоминалось в начале этих заметок. При этом налаживает с оглядкой на горький опыт своих казахстанских соседей, однажды с помощью третьей стороны неудачно модернизировавших свою военную технику и получивших от этого миллионные убытки…

Д. РогозинИнтересно, что в прошлую пятницу в Баку вдруг прибыл для срочной встречи с президентом Азербайджана вице-премьер России Д. Рогозин. Незапланированный визит очень живо освещался в СМИ, поскольку в московской команде были и чиновники из «Рособоронэкспорта», Федеральной службы по военно-техническому сотрудничеству. Предварительно они встретились с азербайджанскими военными и обсуждали проблемы в области ВТС, в частности, вопросы реализации заключенных ранее оружейных контрактов. Азербайджан, напоминает российское издание «Коммерсант», является крупным игроком на оружейном рынке, и терять его Россия не намерена.

Не зря же в открытой печати появилась информация, что по заключенным ранее контрактам Баку приобрел у российских партнеров зенитно-ракетные комплексы «Тор-2МЭ», почти сотню транспортных и боевых вертолетов, столько же танков Т-90 и БМП-3, два десятка самоходных артустановок «Мста-С», реактивных систем залпового огня «Смерч». Как утверждается, бОльшая часть работ по контракту уже выполнена: в 2015 году азербайджанские военные получили последние 6 из 40 заказанных в 2010 году вертолетов Ми-17В1.

Российским предприятиям осталось поставить азербайджанцам еще некоторое количество танков, БМП и артиллерийских систем и получить от заказчика давно обещанные по контракту, но все еще непереведенные денежные средства. Поскольку из-за действующих международных санкций казна российская скудна и сегодня каждый рубль у Кремля на счету. Кстати, в сентябре прошлого года так же неожиданно в Баку появился министр иностранных дел России Сергей Лавров, предложивший Азербайджану дополнительно приобрести партию российского оружия. «Теперь, видимо, Рогозин решил совершить «наезд» и заключить более крупную сделку» предполагает армянский lragir. Но азербайджанские эксперты уверяют, что Рогозин прилетел не выбивать долг, а от лица российского руководства как бы успокоить Баку, резко отреагировавшего на армяно-российское сотрудничество «именно в антиазербайджанском направлении».

Напомним, что на предоставленный Россией 10 февраля с. г. кредит в $200 млн для покупки российского оружия (сроком на 10 лет с отсрочкой выплат до начала 2018 года), Армения «закупит пусковые установки реактивной системы залпового огня «Смерч» и боеприпасы к ней, ЗРК «Игла-С» и ракеты к нему, наземные комплексы радиотехнической разведки «Автобаза-М», тяжелые огнеметные системы ТОС-1А с транспортно-заряжающими машинами ТЗМ-Т, управляемые ракеты 9М113М, гранатометы РПГ-26, взрыватели B-429Е, снайперские винтовки Драгунова (СВД), бронетанковую технику, бронеавтомобили «Тигр», инженерные средства и средства связи» и т. д. и т. п.

Мубариз АхмедоглуВот Баку по этому поводу официально, на уровне МИДа, и выразил Москве свое неудовольствие. «Возможно, Рогозин стремится вывести военно-техническое сотрудничество между Азербайджаном и Россией на более высокий уровень?» — предполагает глава азербайджанского Центра политических инноваций и технологий, политолог Мубариз Ахмедоглу. И вот как после таких слов не вспомнить известное выражение, что «висящее в первом акте на стене ружье обязательно должно выстрелить в последнем акте». То есть, для сосредотачиваемого в Прикаспийских странах вооружения рано или поздно наступит час «Ч». И повод может быть самый невероятный, но обязательно в духе современных «гибридных» войн. На предстоящей встрече министров иностранных дел Азербайджана, Ирана и России этой теме будет уделено должное внимание. В перспективе тема будет обсуждаться и на более высоком уровне названных сторон. Появятся, как минимум, совместные меморандумы. Но, опять же, это все — политическая игра и геополитика.

А вот некоторые, хотя и косвенные, но факты: с февраля текущего года военнослужащие вооруженных сил Азербайджана принимают участие в полугодичных курсах для высшего командования и для командиров и штабных офицеров в Стамбуле. И факты уже не косвенные: в этом году отряд российских боевых кораблей Каспийской флотилии посетит порты Ирана, Азербайджана и Казахстана. Отметим нынешнюю приоритетную задачу российской флотилии — участие в совместных международных военно-морских казахстанско-российских учениях и в командно-штабных стратегических учениях «Кавказ-2016». Ее озвучил командующий Каспийской флотилией контр-адмирал Игорь Осипов. По его словам, отряды боевых кораблей посетят порты Бендер-Энзели Исламской Республики Иран, порт Актау Республики Казахстан, а также порт Баку Республики Азербайджан «для участия в международной военно-морской выставке «Адекс-2016». Понятно, Россия упорно придерживается мнения, что только военное превосходство ее одной может служить залогом мирного сосуществования стран Каспийского региона. Но как-то коряво у нее получается так называемое принуждение сторон к мирному сосуществованию, если при ее мирной «рубке леса» летят не просто «щепки» — вырываются с корнем «бревна» государственности целых народов. Фактов в истории предостаточно.

Интересно, что появившиеся недавно некоторые предположения украинских аналитиков о возможном в ближайшем будущем военном противостоянии между Москвой и Баку азербайджанские эксперты восприняли с заметной долей скепсиса и даже с недоумением. Финансово-экономические «стычки» сторон, объясняют они, будут автоматически согласованы и устранены лишь только начнут подниматься цены на нефть. В политических вопросах дела пойдут на лад, как только Азербайджану будут возвращены захваченные Арменией (или Россией?) земли. Это — во-первых. Во-вторых, в Баку твердо уверенны, что без него Кремль не наладит практического взаимодействия с Ближневосточным исламским миром. Да и Каспийское море — не Черное с его Крымским полуостровом, где возникла необходимость «референдума» в присутствии вежливых «зеленых человечиков». Это — в-третьих.

То есть, азербайджанские эксперты полагают, что будущему их страны ничего не угрожает. Но удовлетворенные политикой своего руководства внутри страны и на внешней арене межгосударственных отношений, они не говорят или не желают говорить о том, что Азербайджан нынче как бы оказался на стыке двух миров, как бы исполняет роль прокладки между христианской Россией и мусульманским Ближним Востоком, где в разгаре боевые действия мирового масштаба. Он, по большому счету, находится между коалициями, преследующими разные цели. И так или иначе, но ему придется решать, чья сторона для него более приемлема, так как при всей своей осторожности, при всех своих геополитических «зигзагах» и заявлениях о самостоятельном пути развития у Азербайджана не получится, по примеру Швейцарии, сохранить хорошие отношения со всеми партнерами одновременно. У каждого из этих партнеров — свои планы и свои амбиции, из-за чего достигнутые даже на самом высоком уровне договоренности, как правило, недолговременны и фактически условны. Как оказались условными для Украины Будапештский меморандум или Минские договоренности.

Возможно, это и имелось ввиду, когда Леонид Макарович Кравчук обещал подготовить украинские предложения для Баку? Однако неплохо было бы при этом напомнить бакинским коллегам, что подписанные меморандумы по разоружению, — это не что иное, как сдача на милость явного или потенциального врага. И лишь подписанный не запрещающий оснащение вооружением и военной техникой договор будет стране полезным и увеличивает круг ее друзей, единомышленников и союзников.

 


Об авторе
[-]

Автор: Олег Махно

Источник: bintel.com.ua

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 12.03.2016. Просмотров: 202

Комментарии
[-]

Комментарии не добавлены

Ваши данные: *  
Имя:

Комментарий: *  
Прикрепить файл  
 


zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta