Перспективы достройки и запуска политизированной системы газопроводов

Содержание
[-]

Разведение северных потоков

Небывалый рост цен на газ в Европе дает «Газпрому» мощные козыри для того, чтобы добиться ясности с вводом и условиями работы газопровода «Северный поток-2».

Строительство почти завершено, но остается сложный вопрос регулирования, решение которого — в руках Германии и может быть во многом определено начинающимся 14 июля визитом канцлера Ангелы Меркель в США. Для «Газпрома» важно гарантировать себе доступ к 100% мощностей трубы и сделать это до октября, пока у власти остается немецкое правительство, давшее неформальные гарантии в ходе «великой сделки» по украинскому транзиту в 2019 году.

Августовский фьючерс на газ на ключевом европейском хабе TTF на прошлой неделе в моменте достигал €38,65 за МВт•ч, или $493 за 1 тыс. кубометров,— это самая высокая цена в истории европейского газового рынка. Она даже выше, чем в мае 2008 года, когда нефть Brent стоила более $140 за баррель. Спотовые цены в Европе иногда достигали и более высоких значений, но всплески были кратковременными и всегда объяснялись исключительными обстоятельствами — авариями на инфраструктуре или необычным похолоданием. Теперь ситуация иная, рынок не ждет скорого снижения цен: фьючерсы на TTF на все ближайшие месяцы поставки вплоть до марта 2022 года торгуются выше $400 за 1 тыс. кубометров.

Стоимость газа выросла не только в Европе, но и во всем мире. Во-первых, из-за холодной зимы и жаркого лета, вызвавших рост спроса на электроэнергию, во-вторых — в силу определенных ограничений в цепочке поставок газа, связанных с пандемией. Европейский рынок, в отличие от азиатского, в последние как минимум десять лет не страдал от физической нехватки поставок. «Газпром» с избыточными мощностями по добыче и транспорту всегда был готов предоставить дополнительные объемы.

Но в этом году монополия сменила тактику, отказываясь бронировать дополнительные мощности транзита через Украину сверх предусмотренных контрактом 40 млрд кубометров в год. Более того, 5 июля «Газпром» не стал участвовать в аукционе на мощности газопровода Ямал—Европа на следующий газовый год, объясняя, что сможет забронировать объемы позже на краткосрочной основе.

Позиция компании, по словам нескольких трейдеров, вызвала панику на рынке: 6 июля Ямал—Европа остановился на плановый ремонт (уже снова запущен), и участники рынка опасались, что «Газпром» для выполнения долгосрочных контрактов начнет покупать газ на хабах в Европе. Подобные слухи вкупе с ожиданием остановки на ремонт «Северного потока» 13 июля (продлится до 23 июля), по словам источников “Ъ”, способствовали разгону цен.

Время собирать трубы

Все собеседники “Ъ” как в газовой отрасли, так и в российском правительстве считают жесткий подход «Газпрома» попыткой надавить на Европу для ускорения ввода газопровода «Северный поток-2» (Nord Stream 2, NS2). Ближайшие несколько месяцев могут стать решающими в отношении того, как быстро труба может быть запущена и как будет регулироваться, то есть сколько газа «Газпром» на практике сможет по ней поставлять.

Так, 15 июля Суд ЕС должен опубликовать решение по апелляции Германии относительно возможности использования «Газпромом» более 50% газопровода Opal — продолжения «Северного потока» (NS1) по Германии до границы с Чехией. В августе завершится строительство NS2, говорил 12 июля исполнительный директор Nord Stream 2 AG Маттиас Варниг Handelsblatt, газопровод «должен заработать в этом году». Также 14–16 июля канцлер Германии Ангела Меркель, уже объявившая об уходе с поста, должна совершить визит в США, и центральной темой, как ожидается, будет урегулирование вопросов запуска NS2 с учетом американских санкций. Наконец, в конце сентября в Германии пройдут парламентские выборы, по итогам которых в стране появится новый канцлер, а также, возможно, иная расстановка сил в парламенте.

До сих пор Германия была главным адвокатом NS2 в ЕС и яростно защищала проект против беспрецедентного давления США при прежнем президенте Дональде Трампе. Некоторые собеседники “Ъ” полагают, что новые власти Германии, возможно, не будут готовы на существенные жертвы ради NS2. Кроме того, новые немецкие лидеры могут не считать себя связанными неформальными обязательствами, которые Германия дала России при заключении «великой сделки» по украинскому транзитному контракту в конце 2019 года. Этот фактор, по мнению собеседников “Ъ”, знакомых с позицией «Газпрома», сильнее прочих стимулирует его решить все ключевые вопросы по проекту.

И наконец построили

Строительство NS2 в течение 2020 года было фактически парализовано санкциями США. К концу 2019 года газопровод проложили почти на 95%, но санкции заставили швейцарского подрядчика Allseas отказаться от завершения работ. Готовых собственных трубоукладочных судов у «Газпрома» тогда не было. В течение 2020 года «Газпром» дооборудовал «Академик Черский», но прокладку не возобновил: администрация Дональда Трампа демонстрировала готовность вводить все новые и новые санкции — вплоть до мер против европейских покупателей газа.

После смены власти в США ситуация улучшилась. Хотя подготовленные еще при Дональде Трампе поправки в Protecting Europe’s Energy Security Act (PEESA) были приняты уже при Джо Байдене, новая администрация в апреле ввела только часть санкций (непосредственно против трубоукладочных судов, участвующих в проекте), не приняв мер против оператора Nord Stream 2 AG и его менеджмента. После этого «Газпром» быстро достроил первую нитку NS2, о чем президент Владимир Путин объявил 4 июня на ПМЭФ. Nord Stream 2 AG 11 июня сообщил, что начинает на ней пусконаладочные работы, которые займут «несколько месяцев». Они должны прежде всего включать в себя проверку герметичности (гидроиспытания под давлением), а затем заполнение трубы газом. На практике, по оценкам источников “Ъ”, такие работы можно выполнить за восемь-десять недель. Сроки достройки второй нитки Владимир Путин тогда оценил в полтора-два месяца. Таким образом, в идеальном сценарии первая нитка может быть готова к эксплуатации к сентябрю, а вторая — в середине ноября.

Но прежде чем газопровод сможет заработать, он должен пройти техническую сертификацию, иначе немецкий регулятор Bundesnetzagentur не разрешит эксплуатацию. Это проблема, поскольку оказание сертификационных услуг прямо запрещено PEESA. По мнению Кати Яфимовой из OIES, существуют два варианта: либо США предоставят какой-либо европейской компании исключение (waiver), либо сертификацию проведет неизвестная пока российская компания. По исходному плану сертификацию должна была проводить норвежская DNV GL.

55 пишем, половина в уме

Главный стратегический вопрос: какой частью NS2 «Газпром» сможет в итоге пользоваться? Проектная мощность трубы — 55 млрд кубометров в год. Однако из-за инспирированных противниками NS2 поправок в газовую директиву ЕС участок газопровода, который проходит в немецких территориальных водах, уже считается частью внутриевропейской газовой сети и должен следовать правилам Третьего энергопакета, среди которых — разделение видов деятельности. Это значит, что «Газпром», будучи производителем газа и владельцем 100% NS2 через Nord Stream 2 AG, сможет воспользоваться не более чем половиной мощности газопровода. Остальные 50% должны быть оставлены для иных потенциальных поставщиков газа, которые в этой трубе физически не могут появиться.

Nord Stream 2 AG уже оспаривает как сами поправки, так и решение немецкого регулятора не давать компании исключение. По закону норма о разделении видов деятельности может не применяться к «старым» морским газопроводам, введенным до 23 мая 2019 года. Nord Stream 2 AG запросила о подобном исключении на том основании, что на эту дату NS2 уже был завершен в инвестиционном смысле: были получены разрешения и понесена большая часть вложений. Но Bundesnetzagentur не согласился. Nord Stream 2 AG подала жалобу в Высший земельный суд Дюссельдорфа, решение ожидается 25 августа. По мнению источников “Ъ”, шансы на успех крайне малы.

Поэтому оператор уже начал готовить запасной вариант, 11 июня направив регулятору заявку о сертификации в качестве независимого оператора (independent transmission operator, ITO). Это допускаемая законодательством ЕС форма разделения видов деятельности, распространенная в Германии. В рамках модели ITO «Газпром» сможет остаться владельцем Nord Stream 2 AG, но будет ряд ограничений. Тарифы согласовываются с регулятором, сотрудники монополии не могут работать и входить в органы управления оператора, все основные системы (IT, бухгалтерия и пр.) должны быть разделены, «Газпром» не должен оказывать никаких услуг оператору (только по согласованию с регулятором) и пр. По такой модели работает немецкий газотранспортный оператор Gascade, где у «Газпрома» 50%.

Сертификация Nord Stream 2 AG в качестве ITO позволит «Газпрому» использовать NS2 на 100%, но ее еще нужно пройти. По закону на процедуру отводится до десяти месяцев, причем от регулятора зависит, разрешит ли он эксплуатацию газопровода до завершения сертификации. Иными словами, может сложиться ситуация, в которой NS2 до февраля 2022 года не сможет работать даже при полной технической готовности.

Более того, само успешное прохождение сертификации не гарантировано, поскольку Bundesnetzagentur обязан запросить позицию Еврокомиссии (ЕК). Хотя конечное решение за национальным регулятором, игнорирование ЕК даст ей повод оспорить итоги сертификации в суде. Сейчас в Суде ЕС уже рассматривается спор, в котором ЕК обвиняет Германию в недостаточно точной имплементации газовой директивы в национальное законодательство и слишком мягких требованиях к ITO. Вопрос сертификации крайне важен для NS2 и, вероятно, будет сопровождаться большими спорами, поскольку разница между заполнением на 50% и 100% принципиальна для судьбы украинского транзита.

Плавающий Opal

Другой важный фактор, который нужно принять во внимание при оценке пропускной способности NS2,— доступ «Газпрома» к газопроводу Opal. У NS1 два сухопутных продолжения по Германии — Nel в Нидерланды (20 млрд кубометров) и Opal в Чехию (35 млрд кубометров на входе и 25,7 млрд кубометров на выходе). Так называемая транзитная мощность Opal в 25,7 млрд кубометров подчиняется Третьему энергопакету, поэтому «Газпром» априори может претендовать только на 50%. После многих лет согласований в 2016 году ЕК разрешила «Газпрому» участвовать в аукционах на еще 30% мощности (то есть всего он мог получить 80%, или 20,5 млрд кубометров). Но Польша, к удивлению участников газовой отрасли и юристов, оспорила это решение ЕК в Суде ЕС, используя ссылку на принцип энергетической солидарности. Германия подала апелляцию, исход которой станет ясен 15 июля.

С сентября 2019 года по решению Суда ЕС «Газпром» потерял доступ к 50% Opal, но смог сохранить полную загрузку NS1. Это произошло благодаря тому, что уже был построен и простаивал газопровод Eugal — сухопутное продолжение NS2 (из Северной Германии в Чехию). «Газпром» забронировал на долгосрочной основе 80% мощностей Eugal, или 44 млрд кубометров в год, и может выкупить остальные 20% на краткосрочных аукционах. Теперь «Газпром» намерен запустить NS2, но в Eugal нет места для всех проектных объемов, поскольку сейчас часть газа идет туда из NS1.

«Цифры с потока»

Учитывая все эти факторы, есть три сценария загрузки NS1 и NS2. Даже в худшем случае, если «Газпром» сможет использовать только половину NS2 и половину Opal, коэффициент утилизации мощностей всей системы составит 75% — приемлемые цифры для отрасли, в которой утилизация свыше 70% считается неплохим долгосрочным показателем. Но «Газпром» после ввода NS2 получит 27,5 млрд кубометров дополнительной мощности — слишком мало, чтобы отказаться от транзита через Украину. Базовый сценарий предполагает, что «Газпром» — хотя, возможно, не сразу — сможет использовать NS2 на 100%, тогда как Opal останется загруженным наполовину. Тогда уровень утилизации превысит 88%, а дополнительная мощность — 42 млрд кубометров. При оптимистичном сценарии (Opal загружен на 80%) объем дополнительной мощности возрастает до 50 млрд кубометров.

В этом году «Газпром» уже доказал, что с 40 млрд кубометров мощностей транзита через Украину способен, хотя и не без труда, выполнять долгосрочные контракты даже при холодной зиме. Таким образом, при двух сценариях монополия сможет отказаться от украинского маршрута. Это делает предстоящую сертификацию Nord Stream 2 AG как независимого оператора крайне политизированным процессом. WSJ и Bloomberg писали со ссылкой на источники, что США хотели бы ограничить мощность NS2 так, чтобы сохранить транзит через Украину, но Германия на это не соглашается. Альтернативным сценарием выглядит продление украинского транзитного контракта, который действует до конца 2024 года, уже сейчас.

«Думаю, Россия может согласиться на продление транзитного соглашения, но только после того, как NS2 пройдет все технические процедуры и регуляторные разрешения для начала полноценной работы,— заявила Катя Яфимова в подкасте для OIES.— Важно помнить, что ситуация очень отличается от 2019 года: тогда "Газпром" уже не имел доступа ни к украинским газотранспортным мощностям (так как контракт истекал), ни к NS2, который еще не был построен. И Германия четко дала понять, что NS2 может быть завершен только при сохранении транзита через Украину. Эти ключевые факторы привели к подписанию транзитного контракта. Сейчас "Газпром" имеет доступ к украинским мощностям до конца 2024 года, и, учитывая текущий баланс газа на рынке, если у него не будет возможности использовать NS2, это просто приведет к росту цен на газ в Европе».

Холодная зима и высокие цены на СПГ в Азии оставили Европу этим летом, по сути, наедине с «Газпромом». Даже не используя все возможности наращивания объемов экспорта, компания резко улучшит результаты. Так, по оценкам Bank of America, при средней цене экспорта в $240 за 1 тыс. кубометров выручка «Газпрома» в 2021 году вырастет на 43%, до $129 млрд, скорректированная EBITDA — вдвое, до $40,84 млрд, чистая прибыль — в 13 раз, до $24,9 млрд, а свободный денежный поток — до $15,8 млрд против отрицательного показателя за 2020 год. Больше компания зарабатывала (в долларах) только в «жирные» 2010–2013 годы.

Единственный существенный конкурент — СПГ, но этой зимой его, вероятно, можно не опасаться. В ближайший год рынок СПГ останется достаточно тесным, полагает глава подразделения СПГ ICIS Heren в Азии Роман Казьмин: «Значение имеет уже не столько объем предложения, сколько стоимость транспортировки — ставки фрахта на СПГ-танкеры на сентябрь—ноябрь превышают $150 тыс. в сутки, и зимой мы вполне можем увидеть более $200 тыс.». Удорожание фрахта связано с удлинением среднего маршрута (многие грузы из США теперь идут вокруг Южной Америки или Африки из-за ограничений Панамского канала). Кроме того, танкеров в принципе не хватает, поскольку в 2020 году в условиях пандемии их мало заказывали, полагает эксперт. При этом он ожидает в 2022 году роста спроса в Азии.

Автор Юрий Барсуков

https://www.kommersant.ru/doc/4899625?from=other_trend

***

Приложение. Глупость или измена: В Украине третий год подряд изнутри подрывают позиции в противостоянии с Газпромом

Несмотря на кажущуюся достигнутое соглашение по «Северному потоку-2» между президентом США Джо Байденом и канцлером ФРГ Ангелой Меркель, война за европейский рынок газа продолжается.

А действующая украинская власть, которая начала проявлять повышенную активность на международном уровне по запуску газопровода, последовательно лишает себя тылов в стране. Домашняя работа полностью провалена. Более того, наши нынешние позиции хуже, чем были несколько лет назад, отмечает издание Тиждень.

В РФ не скрывают, что не собираются признавать соглашение Меркель - Байдена, на котором их, по публичным жалобам, «без них женили». Поэтому готовятся к эскалации и усилению давления. В мае прошлого года цены на нидерландском хабе TTF снижалась до исторического рекорда в $34 за тыс. м3 из-за сокращения спроса в условиях пандемии, однако зимой традиционно восстановились до уровней более чем $200. Все было бы закономерно, если бы тенденция к стремительному удорожанию газа не продолжилась после завершения отопительного сезона. Но в мае 2021-го цена на газ превысилиа $300 за тыс. м3, в июне - $400, а в конце июля достигла $500.

Действительно, такой рост происходил на фоне более высоких показателей на азиатском рынке сжиженного газа (СПГ), что привело к перенаправлению газа из ЕС туда: в июля 2021 года года на европейские терминалы СПГ поступило почти на треть меньше, чем в том же месяце в 2019-го.

Однако только восстановлением спроса невозможно объяснить то, что происходит в Европе. Газпром последовательно и настойчиво готовит почву для навязывания ЕС собственных условий запуска «Северного потока-2» и изменения баланса сил на рынке континента. Рост цен после отопительного сезона стал возможным в основном благодаря искусственному сдерживанию российским монополистом объемов поставок. Он отказался бронировать необходимые для их увеличения мощности украинской и польской ГТС. В результате запасы в хранилищах Германии, Австрии и Нидерландов пока меньше двух третей от прошлогодних показателей, хотя возможности ГТС Украины и Польши дают возможность в считанные дни увеличить транзит по крайней мере в 2-2,5 раза.

Цель - заставить ЕС капитулировать и снять любые ограничения на поставки топлива обеими ветвями «Северного потока» и прежде всего газовыми магистралями, которые должны разнести топливо от «потоков» по суше. Совсем недавно суд ЕС отклонил апелляцию по использованию Газпромом газопровода OPAL (сухопутного отвода от СП-1) без учета требований Третьего энергопакета ЕС. А его соблюдение означает возможность Газпрома использовать газопровод только на 50%. И искусственно созданный дефицит газа - ключевой аргумент в шантаже и волоките вокруг OPAL и предохранитель от применения аналогичных ограничений по EUGAL (аналогичному наземному отводу от СП-2). В условиях дальнейших ценовых рекордов и дефицита на рынке газа ЕС Украине будет все труднее рассчитывать на поддержку нашей позиции со стороны европейских потребителей топлива. А в случае прекращения или уменьшения транзита по украинской ГТС еще и возможности традиционного «реверса» или транспортировки топлива из европейских хабов по приемлемым ценам окажутся недоступными.

И здесь становится понятной цена провалившейся подготовки Украины к потенциальной эскалации газового противостояния. Прежде всего не использован ресурс подземных хранилищ газа (ПХГ). По состоянию на 1 августа, по данным Укртрансгаза, там было только 12,5 млрд м3 технологически активного газа (того, который можно поднять для нужд потребителей), хотя даже на ту же дату в 2020 году речь шла о 17,6 млрд м3. А незаполненные пока мощности составляют почти 13 млрд м3 против 7,9 млрд м3 на ту же дату в прошлом году.

Хотя именно заполненные ПХГ были и остаются нашей скорее гарантией. Ведь 25 млрд м3 доступного для поднятия голубого топлива покрывают потребность Украины в импорте на два, а при определенных условиях (режима экономии) даже три отопительных сезона. Поэтому они создают для энергетической безопасности подушку, которую не способны заменить никакие договоренности или международные гарантии. Просто для этого ПХГ должны быть ежегодно «под завязку» заполнены хотя бы до начала отопительного сезона. Однако не только в Нафтогазе, но и во власти в целом таким инструментом обеспечения энергетической безопасности и усиления позиций Украины на газовом фронте гибридной войны с РФ упорно и последовательно пренебрегают. Аргумент всегда - деньги. Закупка дополнительных 10-15 млрд м3 топлива потребует заморозить в них несколько миллиардов долларов (в зависимости от цены на европейских хабах).

Хотя на самом деле это вопрос не прибыльности соответствующего направления бизнеса, а безопасности и выживания страны. В конце концов было бы значительно лучше конвертировать часть из $28 млрд валютных резервов в критически необходимый для страны и вполне ликвидный товар. Не говоря уже о том, что если бы Нафтогаз по поручению правительства Украины осуществлял заполнения хранилищ по максимально низким ценам и при их росте продавал часть на рынке, то у власти был бы еще и дополнительный инструмент для повышения конкурентоспособности наших предприятий.

Зато происходят противоположные вещи. В апреле-мае, когда средняя цена импорта газа в Украину составляла всего $240-260 за тыс. м3, его закупки и закачка в ПХГ были минимальными (см. «Скупой платит дважды»). Более того, в апреле даже произошло сокращение запасов на 662 млн м3. Зато на фоне стремительного роста цен в июне-июле, когда они составляли соответственно $326 и $368,5 за тыс. м3, закачка постепенно росла. Хотя стратегия Газпрома на сдерживание поставок на европейский рынок была очевидной уже весной. И теперь, несмотря на то, что уже очевидно, что в августе-сентябре цены на газ на европейском рынке будут еще выше, основные объемы в хранилища придется закачивать именно по ним. Но наполнение ПХГ - это самый простой, однако лишь временный инструмент страхования от российского газового шантажа и усиления позиций Украины в условиях войны на европейском газовом рынке. Кардинальное решение проблемы заключается таки в создании устойчивого национального газового рынка в условиях нестабильности извне.

И здесь есть только три стратегических линии, ни одну из которых должным образом не реализуют. Прежде всего речь идет о сокращении, а в идеале - ликвидации потребности в импорте газа (сейчас составляет 10-12 млрд м3) хотя бы до середины 2020-х годов. Путем увеличения внутренней добычи, а также уменьшения потребления для отопления и производства электроэнергии. Третье направление - создание надежных источников для физического импорта не-российского газа (США, Турция, Азербайджан и т.д.) хотя бы в объемах 2-4 млрд м3 в год. Даже из нескольких источников и по более высоким, чем цены на реверс, расценкам. Но эта альтернатива должна существовать и должна базироваться на долгосрочных соглашениях. Зато рост добычи, запланированный в «Программе 20/20» еще пять лет назад, полностью провален. И государственным “Укргазвыдобуванням” (которое здесь должно было играть роль основного агента государственной политики), и большинством частных добывающих компаний.

Последний раз добыча газа ощутимо выросла в январе-мае 2019 года (на 4,2% по сравнению с 2018 годом), но уже с июня 2019-го стремительно уменьшалась. За первое полугодие 2019 года в Украине было добыто 10,04 млрд м3, за второе - 9,65 млрд м3 (на 5,7% меньше, чем за тот же период 2018-го). К тому же со временем эта негативная тенденция только ускоряется. По данным ООО «Оператор ГТС Украины», в течение первого полугода 2021-го в Украине было добыто на 4% меньше природного газа, чем в прошлом году, и на 7% меньше, чем за тот же период в 2019 году.

Вместо наращивания добычи Укргаздобыча до 2020-го до 20 млрд м3, что предусматривала представленная в 2016 году «Программа 20/20», на самом деле уже в 2019-м состоялся откат к показателям 2015 года, и с тех пор добыча только снижалась. В 2019-2020 годах топ-менеджмент Нафтогаза отказался увеличивать добычу газа и сконцентрировался на его импорте, объясняя это временным снижением цен на европейском рынке. Зато импортом активно занимались компании, связанные с тогдашними чиновниками Нафтогаза. Если бы «Программа 20/20» была выполнена хоть на половину, Украина сегодня имела б значительно более сильные позиции.

Столь же щедрые обещания о термо-модернизации от президента и правительства, которые раздавали еще в конце 2019 го - начале 2020 года, вылились в каплю в море. Не было профинансировано даже те 6,8 млрд грн, которые обещал на термомодернизацию многоквартирных домов тогдашний премьер-министр Алексей Гончаренко. Хотя ресурсы, которые в 2019-2020 годах удалось сэкономить на субсидиях из-за временного снижения мировых цен на газ, можно и нужно было направить на мероприятия по экономии энергии. К тому же, как подсчитал Тиждень, если бы долю расходов на субсидии и энергомодернизацию в ВВП была бы зафиксирована хотя бы на уровне 2017 года, а освободившийся из субсидий ресурс направляли на мероприятия, которые в будущем уменьшили б потребность в энергии, это позволило бы только в 2019 -2021 годах направить на энергомодернизацию дополнительно более 170 млрд грн (более $6 млрд). При том, что по осуществленным несколько лет назад расчетам Нафтогаза, на терморегуляцию всех многоквартирных домов требовалось $2,4 млрд, модернизацию теплоснабжающих сетей для них - $1,7 млрд, модернизацию систем отопления для ТКЭ - $2 млрд. Таким образом, потратив $6,1 млрд, можно было радикально уменьшить потребление энергоресурсов. Это не только дало бы государству возможность существенно экономить на безвозвратных субсидиях, а потребителям - на жилищно-коммунальных услугах. Но и кардинально уменьшило бы потребность в импорте голубого топлива.

Но, к сожалению, логика действий нынешней власти была диаметрально противоположной: временный спад цен на энергоносители восприняли как повод не обращать внимания на проблемы отрасли и пренебрегать приоритетами энергосбережения. Даже те дополнительные финансовые ресурсы, которые были получены в результате выигранных исков в международных судах против Газпрома, были потрачены на далекие от энергетической безопасности цели.

Автор Александр Крамар, опубликовано в издании "Тиждень"

http://argumentua.com/stati/glupost-ili-izmena


Об авторе
[-]

Автор: Юрий Барсуков, Александр Крамар

Источник: kommersant.ru

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 12.08.2021. Просмотров: 34

zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta