О судьбе колоссальных льгот для российского проекта «Восток-ойл» на освоение Арктики

Содержание
[-]

Отмороженные льготы

Одним из ключевых вопросов, волновавших и участников заседания государственной комиссии по Арктике, работу которой курирует профильный вице-премьер Юрий Трутнев, и собравшихся журналистов, была судьба колоссальных льгот для проекта «Восток-ойл», которые запросили у государства «Роснефть» Игоря Сечина и «Нефтегазхолдинг» Эдуарда Худайнатова. Речь идет о цифре, которую можно выражать в процентах от ВВП, а можно в деньгах — 2,6 триллиона рублей в любом случае выглядят космически.

Мы постарались разобраться, откуда такие запросы, действительно ли государство обязано тратить свои деньги на проекты развития Арктики, или можно увеличить эффективность госкомпаний, а еще лучше — привлечь частный капитал. Кстати, сам Трутнев, отвечая на вопросы журналистов, отметил, что у него двоякое отношение к проекту «Восток-ойл», предполагающего добычу нефти на Таймыре и создание инфраструктуры для ее экспорта, в том числе по Северному морскому пути. С одной стороны, освоение Арктики — стратегическая задача, поставленная президентом, и профильный вице-премьер должен поддерживать любые подобные проекты. С другой стороны, отметил Трутнев, оценить сумму в 2,6 триллиона рублей достаточно трудно. И не просто потому, что там слишком много нулей. Вице-премьер заявил, что в этой сфере практически нет конкуренции. Вот если бы на реализацию проекта претендовали две-три не связанные друг с другом компании, то можно было бы сравнить их планы и понять: может, и 2,6 триллиона мало, а может, и 500 миллиардов хватило бы. Нереально посчитать экономику крупного проекта в рамках абстрактной модели, вот и приходится ориентироваться на «хотелки» отдельных игроков. Это, конечно, фирменный почерк «Роснефти», которая напирает на исключительное понимание государственных задач, которые якобы неизбежно влекут за собой государственные же расходы.

На самом деле льготы для проекта «Восток-ойл» во многом «зашиты» в проект закона «О государственной поддержке предпринимательской деятельности в Арктической зоне Российской Федерации», который госкомиссией был в целом одобрен и уже осенью может отправиться в Госдуму.

Поддержка предполагается щедрая. В частности, все расходы на геологоразведку можно будет предъявить к налоговому вычету с коэффициентом 3,5. То есть чем больше ты буришь (и совсем не важно, насколько эффективно), тем больше тебе должен бюджет. Далее, ставка налога на прибыль от инвестиционной деятельности понижается до 7%, а ставка налога на добычу полезных ископаемых либо уменьшается более чем втрое, либо вообще обнуляется.

Это поистине тепличные условия, которые очень дорого обойдутся бюджету. И тут сразу возникает вопрос: а если экономика проекта, как ее видят Худайнатов и Сечин, требует таких беспрецедентных льгот, то настолько ли этот проект хорош? Должно ли государство едва ли не дотировать добычу нефти, пусть и в Арктике? Вероятно, ответ на этот вопрос зависит во многом от того, кто просит.

От ФНБ до демпфера

Эдуард Худайнатов не в первый раз пытается выбить у правительства денег. Еще в 2015 году он требовал выделить 78 миллиардов рублей из Фонда национального благосостояния. Деньги якобы требовались на освоение Пайяхского и Северо-Пайяхского месторождений (то есть предлог был примерно тот же, что и сейчас). Минфин тогда устоял, но Худайнатов, как мы видим, не сдался.

Более удачной оказалась свежая попытка разгрузить бюджет ради дополнительной поддержки Хабаровского НПЗ — основного производственного актива холдинга Худайнатова. Этот завод, а также принадлежащий «Роснефти» Комсомольский НПЗ — единственные в дальневосточном регионе, где проблема роста цен на бензин стоит особенно остро. Чтобы ее решить, правительство, как известно, ввело заморозку цен для розничных потребителей, а для компенсации убытков нефтяников был предложен механизм демпфера, то есть, по сути, компенсации за счет бюджета.

Так вот, дальневосточным НПЗ Худайнатова и Сечина могла достаться специальная премия к демпферу — до 5 тысяч рублей на тонну нефтепродуктов. Это обошлось бы бюджету в 10 миллиардов рублей. Однако по итогам дискуссии в правительстве в Госдуму был внесен вариант законопроекта, предусматривающий более скромную депмферную премию — две тысячи рублей на тонну.

Империя в долг

Худайнатова, в общем-то, можно понять. Без государственной поддержки его компании трудно оставаться на плаву, не то что реализовывать крупнейшие проекты. Ведь компания изначально строилась на заемные средства, а попытки найти стратегического партнера, желательно иностранного, провалились одна за одной.

Первый и главный на сегодняшний день кредит Эдуард Худайнатов, ушедший в частный бизнес из «Роснефти», где «подменял» Игоря Сечина в период его работы в правительстве, получил в 2014 году. Значительная часть из $4 миллиардов, занятых у ВТБ, была потрачена на приобретение Alliance Oil Company, а по сути, того самого Хабаровского НПЗ. Кредит был погашен досрочно, но только за счет рефинансирования пулом ведущих российских банков. Детали сделки, как и реальный размер задолженности Худайнатова, на сегодняшний день доподлинно неизвестны. А финансовое положение компании с тех пор только ухудшилось: EBITDA, то есть прибыль до налогообложения, в 2018 году не превысила $311 миллионов, а долг Alliance Oil Company (не путать с кредитом Худайнатова) составляет $1,9 миллиарда.

Не лучше идут дела и в добывающих подразделениях холдинга. По итогам 2018 года «Нефтегазхолдинг» добыл 1,96 миллиона тонн нефти. Это на 7,6% меньше, чем в 2017 году, следует из данных ЦДУ ТЭК. Цифра в масштабах страны несущественная. И она не идет ни в какое сравнение с теми 50 миллионами тонн в год, которые Худайнатов намерен добывать на Пайяхском месторождении на Таймыре и под которые он, собственно, просит у государства льготы. Но даже если представить себе, что деньги нашлись, это не делает проект автоматически реализуемым.

Нет ответов на ключевые вопросы. Кто будет подрядчиком? Какие технологии будут использоваться в экстремальных условиях российской Арктики? Никакой информации о переговорах с высокотехнологичными компаниями нет, у российских партнеров возможности ограничены, а западных как минимум сдерживают санкции. Реальных контрактов на поставку буровых установок тоже нет. Как нет у «Нефтегазхолдинга» и собственного штата буровиков, способного справиться с таким объемом работ.

Единственное, чем Худайнатов может похвастаться — и хвастается, — так это объемами нефти, поставленными на баланс в госкомиссии по запасам (ГКЗ). Конечно, 1,2 миллиарда тонн звучат убедительно, но насколько реальна эта цифра и почему она подтверждена на уровне государства, каковы были аргументы — стоит спросить у главы ГКЗ Игоря Шпурова. Рынок этим данным не верит, что и нашло отражение в серии неудачных попыток «Нефтегазхолдинга» найти себе партнера.

Наш источник в BP, которую называли в числе кандидатов на альянс с Худайнатовым, говорит, что коммерческих переговоров по поводу возможного партнерства и инвестиций в Пайяху нет: «Там ничего не пробурено, достаточного для разработки подтверждения запасов нет, климатические условия сложные. Мы в такие проекты не входим».

Прежде в таймырский проект Худайнатова отказался войти суверенный фонд Катара QIA, китайская CNPC и китайская же CEFC (которая на проверку оказалась таким же дутым монстром, а ее основатель и владелец Е Цзиньмин — авантюристом, ныне арестованным на родине за совершение многочисленных экономических преступлений). Отметим, что все несостоявшиеся партнеры Худайнатова по совпадению были и партнерами «Роснефти».

На Петербургском экономическом форуме «Нефтегазхолдинг» анонсировал сотрудничество с очередными партнерами и снова из Китая — компанией CCC7. Про нее объективно известно еще меньше, чем в свое время про CEFC. Но это инжиниринговая компания, то есть она заинтересована скорее в поставке китайского оборудования и прилагающейся к нему рабочей силы, а к серьезным финансовым вложениям не готова. Их-то и предлагается переложить на российский бюджет. В общем, на запросы Худайнатова можно было бы и не обращать серьезного внимания, если бы он не выступал в тандеме с Сечиным, пусть и в качестве младшего партнера. «Роснефть» как раз весьма успешно выбивает льготы и деньги из бюджета на протяжении многих лет.

Первая, самая громкая и наименее удачная попытка была сделана в 2014 году, когда Сечин попросил сначала 1,5 триллиона, а потом и все 2,4 триллиона рублей — около 60% от всего ФНБ. Заявку одобрили профильные ведомства, однако стеной встал Минфин. В итоге запросы усохли до 89 миллиардов рублей на модернизацию судоверфи «Звезда», однако и этих денег Сечину не досталось. В качестве компенсации ему разрешили привлечь 60 миллиардов рублей из «Роснефтегаза» — компании-кубышки, аккумулирующей дивиденды госпакетов акций «Газпрома» и «Роснефти».

Гораздо успешнее для Игоря Сечина оказалась битва при Самотлоре, развернувшаяся в 2016–2017 годах. «Роснефть» обратила внимание на то, что на одном из крупнейших месторождений может упасть уровень добычи, но если помочь деньгами, то вырастут и производственные показатели, и формируемые за их счет выручка и дивиденды. Изначально речь шла о 60 миллиардах рублей в год, сторговаться с Минфином удалось на 35 миллиардов, что за 10 лет составляет 350 миллиардов рублей, а это уже серьезно. Кстати, другие нефтекомпании тоже потребовали льгот, но поддержки не получили.

Любой успех мы можем повторить, поэтому в 2018 году Игорь Сечин обратился с письмом к Владимиру Путину, в котором попросил льготы уже для крупнейшего в стране Приобского месторождения. Уточним — речь идет о дополнительных льготах, потому что в 2017–2018 гг. «Роснефть» уже получила на Приобском «скидку» по уплате НДПИ в размере 41 миллиарда рублей. Если добавить к ним еще 420 миллиардов рублей (а во столько, по оценкам экспертов, обойдется крайнее предложение Сечина), то в сумме получится уже 461, а в купе с Самотлором — 811 миллиардов. Думается, еще пара писем, и можно округлять до триллиона.

Слишком дорогое удовольствие

Но и это, как несложно посчитать, в 2,6 раза меньше того, что Сечин и Худайнатов хотят получить в Арктике. Правда, в этот раз легкой прогулки не ожидается. Помимо традиционного Минфина у Сечина есть и другие оппоненты.

Во-первых, Владимир Путин наложил мораторий на раздачу льгот до конца года, и решение президента не будет пересмотрено.

Во-вторых, у Игоря Сечина, как известно, застарелый конфликт с главой «Транснефти» Николаем Токаревым, также пользующимся большим влиянием в российской элите. Сейчас противостояние обострилось из-за вопроса о том, кто покроет убытки из-за загрязнения хлорограническими соединениями нефти в нефтепроводе «Дружба». Но у Токарева есть и вполне рациональные аргументы против проекта «Восток-ойл», с которым связаны «хотелки» Сечина и Худайнатова. Ведь для него придется строить новую трубу, а «Роснефть» только что получила ее для собственного Ванкорского месторождения. Нефтепровод Заполярье — Пурпе также недозагружен. Что уж говорить о колоссальных затратах по расширению мощностей трубы «Восточная Сибирь–Тихий океан», ключевым выгодоприобретателем которого тоже должна быть «Роснефть». Словом, нужен ли еще один мегапроект, когда целесообразность только что реализованных ставится под вопрос? Ответ очевиден не только эксперту, но даже обывателю, однако Николай Токарев отличается от обывателя тем, что способен донести это видение до центра принятия решений.

Тем более, что роль государственника Игорю Сечину играть все труднее и труднее, ведь любовь к стране и любовь к деньгам не всегда уживаются друг с другом. А уровень личного потребления, с которым ассоциируется глава «Роснефти», уже и вызывающим не назовешь — скорее, он перешел в разряд мемов и анекдотов.

Есть проблемы и с публичным позиционированием компании, за которое отвечает Михаил Леонтьев. И дело не только в его фирменном стиле, предполагающем грубый разговор с журналистами, задающими острые вопросы (особенно об имуществе Сечина). Тот же дискурс, а иногда и те же слова приобрели многие популярные каналы в Телеграме во главе с «Караульным», который бьется за «Ронефть» при любом ее упоминании «в негативе».

Можно и без бюджета

Возможно, госкапиталисты и их сателлиты не стесняются в требованиях к правительству потому, что настаивают на тезисе о собственной безальтернативности. Мол, вам могут не нравиться наши запросы, но другого способа обустроить Россию все равно нет. Ведь госсектор доминирует в отечественной экономике и теоретически должен обеспечить прорыв, в том числе при освоении Арктики, критически важном для развития Северного морского пути.

Но именно на этом направлении частный бизнес не только предлагает альтернативные проекты, но и демонстрирует готовность тратить на них собственные деньги, а не обескровливать бюджет. Например, при загрузке Северного морского пути основную роль будут играть проекты «Новатэка» в сфере сжиженного природного газа (СПГ) — уже действующий «Ямал СПГ» (19 миллионов тонн в год) и «Арктик СПГ-2» (22 миллиона тонн в год), а также продукция «Норильского никеля». На этом фоне амбициозный с точки зрения затребованных льгот проект Худайнатова выглядит не слишком убедительно: 5 миллионов тонн в год в самом оптимистичном сценарии. Для сравнения, Дмитрий Босов — действительно частный инвестор, то есть не имеющий такого партнера-патрона, как Игорь Сечин, заявляет, что при реализации проекта по добыче угля на Таймыре он сможет дополнительно обеспечить Северный морской путь полезной загрузкой объемом 19 миллионов тонн в год. И это критически важно для достижения общего показателя в 80 миллионов тонн в год, зафиксированного в «майском суперуказе» президента Владимира Путина.

Эти планы, однако, нравятся не всем. В прошлом году Росприроднадзор заявил, что «Востокуголь», входящий в Арктическую горнорудную компанию Босова, ведет незаконную добычу на Таймыре. По этому поводу даже было возбуждено уголовное дело, причем, как ни странно, ФСБ (хотя что тут странного?). И проект временно даже был исключен из расчетов правительства.

Но сейчас ситуация меняется. Минприроды направило в Минюст проект корректировки границ Большого арктического заповедника. В частности, предлагается исключить из них бухту «Медуза». Именно на этом участке «Востокуголь» планирует развернуть добычу, доведя ее объемы до тех самых 19 миллионов тонн к 2024 году. А кроме того, построить терминал «Чайка» в порту Диксон, что и обеспечит доступ к Северному морскому пути. В проект будет вложено более 18,5 миллиарда рублей. Не бюджетных, а собственных и заемных средств.

Кстати, на заседании арктической комиссии вице-премьер Трутнев сообщил, что попросил ФСБ «рассмотреть внимательно, что там происходит, насколько правомерны те претензии к руководителям компании [«Востокуголь»]». По информации РБК, угольный проект Босова обсуждался и на заседании проектного комитета Комплексного плана модернизации и расширения магистральной транспортной инфраструктуры до 2024 года у вице-премьера Максима Акимова в середине июля. То есть он официально стал важной составной частью государственной стратегии по освоению Арктики и развитию Северного морского пути.

И это не единственный прецедент. В № 63 «Новой газеты» мы уже рассказывали про Северомуйский тоннель, который позволит увеличить пропускную способность БАМа с 16 до 100 миллионов тонн в год. «Сибантрацит» Босова готов вложить в проект до 60 миллиардов рублей.

Наконец, третьим элементом инфраструктуры, радикально расширяющим экспортные возможности угольной отрасли, станет терминал «Северный» в порту Находки и транспортная инфраструктура к нему, включая железнодорожные подходы (транспортный узел «Восточный–Находка»). Это еще 22,6 миллиарда рублей, которые не придется тратить из бюджета, потому что расходы готов взять на себя «Востокуголь».

Получается, что в рамках трех проектов компании Босова готовы избавить государство от необходимости потратить порядка 100 миллиардов рублей. Солидная цифра. Но даже она на порядок меньше тех 2,6 триллиона рублей, которые можно «сэкономить», просто не удовлетворяя автоматом космические запросы «Роснефти» и «Нефтегазхолдинга». Согласитесь, невозможно проще и нагляднее объяснить разницу между государственно-частным партнерством и госкапитализмом Сечина–Худайнатова.

 


Об авторе
[-]

Автор: Павел Богданов

Источник: novayagazeta.ru

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 01.09.2019. Просмотров: 49

Комментарии
[-]

Комментарии не добавлены

Ваши данные: *  
Имя:

Комментарий: *  
Прикрепить файл  
 


zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta