O роли ресурсов для прошлого и будущего России

Статьи и рассылки / Темы статей / Экономика и право
Тема
[-]
Экономическая стратегия современной России  

***

«В России всего достаточно, чтобы жить хорошо»

Частный инвестор, создатель аналитического проекта «Аленка капитал» Элвис Марламов — о роли ресурсов для прошлого и будущего России.

Частный инвестор Элвис Марламов уверен, что «голландской болезни» и «ресурсного проклятия» не существует

Журнал «Эксперт»:Три слова, которые для тебя характеризуют Россию: символы, ассоциации, предметы.

Элвис Марламов: — Ты сказала «Россия», и мне пришло в голову: это природные ресурсы, размеры и история.

— Сейчас есть ощущение, что мы не просто на стыке Европы и Азии, а что мы ни к тем ни к другим не относимся. Как ты думаешь, почему у нас не получилось стать частью европейского пути и частью Европы, но и частью Азии мы себя тоже не считаем и вряд ли мы ею являемся?

— Это вопрос, конечно, фундаментальный, и не мне на него нужно отвечать, но я почему-то считаю, что мы в любом случае все еще часть Европы и останемся в этом статусе. Я недавно смотрел видео «25 веков за 25 минут» о том, как менялась карта Европы. Когда была Римская империя и Средневековье, Россия в этом, конечно, не участвовала, а потом появилась Киевская Русь, Московское княжество, и последние пять веков Россия точно является частью европейской истории. Будет ли она когда-то интегрирована в организации, созданные в Западной Европе, — а что нам это добавит? Тем не менее мы останемся частью европейского общего пути. Можно взять для примера Турцию. Это Европа или Азия? Пока я не побывал в Турции, я думал, что Азия. А вот когда я погулял по Стамбулу — это точно Европа, понимаешь, один в один. Человек, который приедет с другого континента, он точно скажет, что Россия — это Европа. Действительно, она до Владивостока — но так вот получилось. 

Какие события или фигуры, на твой взгляд, определили логику российской истории больше всего? 

— Я думаю, это Александр Невский, интересная фигура. Это Петр Первый, ну и, наверное, это Сталин. Это поворотные моменты. Кстати, представляешь, у нас даже нет памятника Ермаку. Который благодаря своей инициативе захватил Сибирское ханство, и мы формируем значительную часть бюджета благодаря вот этому действию. А ведь никто об этом даже не задумывается. 

Миссия: кладовая ресурсов

Есть ли у России какая-то особая миссия? 

— Если уйти от политики, то Россия — это резервуар природных ресурсов для планеты. Когда-то была статья в Эксперте «Россия — вторая Антарктида», это гениальная мысль. Ведь Антарктида целый континент, 14 миллионов квадратных километров, и он где-то там, замороженный, ничейный, никто о нем не знает. И Россия, если ее отдаленные участки взять, — это примерно сопоставимый участок суши, важный для человечества. Если это все грамотно обустроить — это неисчерпаемый ресурс благосостояния. Но его в то же время надо сохранить. Все эти ресурсы природные — они же все конечные. Сейчас забыли об этом, а когда я был школьником, об этом часто говорили. Пройдет десять лет или больше, потребление планеты только растет, где еще брать ресурсы? Вот есть Гренландия, Антарктида, а есть Россия. 

Грамотно обустроить — ты что имеешь в виду? 

— Для простого россиянина — это чтобы все доходы или часть доставалась ему. Я читал одну книжку американскую, там было написано, что Россия — это территория для браконьеров. И когда мы ослабнем, это все будет захвачено… Последние годы часть денег мы накапливали в резервах, часть откладывали в кубышки, часть выводили домой иностранные акционеры, часть получали условно 20 больших парней-олигархов, и весь профит примерно в 300 миллиардов долларов все время куда-то уходил. Это, вероятно, не совсем разумно. Капитал мог бы иметь большую отдачу здесь. Или вот наш Центробанк засаливал деньги, засаливал, хранил на будущее, а толку с этого никакого никто не получил. Можно было построить что-нибудь невероятное — пустить скоростной поезд до Владивостока. И это все пропало. А ведь это деньги, которые, немножко утрирую, были извлечены из недр и обменены на зеленые фантики. 

Получается, ты имеешь в виду, что миссия России — это спасение мира от голода, холода, обеспечение его ресурсами? 

— В том числе. Еще два года назад все ценили виртуальные ценности — технологии, а сейчас маятник в другую сторону пошел. В истории рынков это уже, наверное, четвертый раз. Вдруг оказывается, что реальные ресурсы — это реальные вещи, а технологии — это воздух, IT ничего не стоит, а кушать и греться хочется всегда. Мы можем на этом цикле испытать мегаподъем, а можем остаться на обочине, когда маятник качнется в обратную сторону. 

Как ты считаешь, в истории России было больше трагедий или побед? Каких-то событий, связанных с позором, — или наоборот, которые восхищают? 

— У нас уникальная история большой страны. Пусть это местами, может быть, и ненужные амбиции, но все к этому предрасполагало, можно сказать, природными данными. Например, к концу девятнадцатого века Россия была, может быть, в чем-то отсталая, но она очевидно была на подъеме, развивалась, экономика была на коне, валюта крепкая, экспорт бурно рос. Технологий каких-то у нас изначально не было, но мы все это импортировали и перенимали. И могла ветка истории так пойти в ходе другого исхода в Первой мировой войне, что мы бы были как новые США или новый Китай. Но эта уникальная и насыщенная история страны возникла же не просто так, а путем сотен лет борьбы за территории, сюда наложились и войны, и дипломатия, и торговля. 

Ты имеешь в виду, что выруливание на эту траекторию экономического развития само по себе достойно восхищения? 

— Да, оно само по себе непростое. Достижением является уже само то, что Россия подошла к такому уровню, что стала большой, важной, интересной, великой страной. Просто так сложились исторические обстоятельства, что не получилось достичь или закрепить абсолютных высот вроде первых мест в подушевом доходе в мире. 

Вот у нас огромная территория, при этом Западная Сибирь и Дальний Восток очень слабо заселены, а ресурсов более чем достаточно. И есть ощущение, что мир считает, что чересчур. Если мы смотрим на планету с точки зрения всего населения, то вроде все ресурсы планеты должны распределяться более справедливо. Но для нас как жителей России этот вопрос очень важный: мы должны защищать эти ресурсы и эту землю? 

— Ну конечно, должны защищать. Я не совсем согласен, что весь мир настроен агрессивно к нам. Тут можно в разные версии уйти. Я когда-то познакомился с девчонкой из Австралии. И у нее была книжка, и там была карта уже упоминаемой Антарктиды, где часть была обозначена как австралийская. То есть они, видимо, считали, что ее надо занять и освоить, а я даже не знал об этом, ведь на наших картах Антарктида белая. Россия и США соблюдают договор 1959 года, что Антарктида общая. Но страны, находящиеся севернее, так не считают. Они хотят освоить близлежащий участок — он же ничейный и представляет ценность. Поэтому надо удерживать всеми признанную свою территорию и получать блага с этого, разумно используя во благо всех граждан. 

Еще один тезис, который часто обсуждается, — «ресурсное проклятие». Если бы мы, как Швейцария, не имели бы ничего и вынуждены были бы зарабатывать, не продавая ресурсы, а что-то производя, то, возможно, мы жили бы лучше и экономика у нас была бы более сложной. Как ты думаешь, это правда? 

— Кроме ресурсного проклятия, есть устойчивое выражение «голландская болезнь». Когда из-за большого притока экспортной выручки искривляется курс местной валюты и это ведет к известным негативным последствиям, собственно, ради чего ЦБ РФ изымал часть экспортной выручки, то есть доходов от экспорта, а потом эти де-факто деньги пропали. Но вот у Японии и Германии после отвязки в 1970-х от доллара валюты все время укреплялись до начала 2000-х. Хотя это страны-экспортеры. И в отличие от мнения, которое сейчас существует, что сильный курс убивает экспорт, их экспорт не умирал, они продолжали успешно экспортировать, и всем были известны японские и немецкие товары. И их сильная валюта позволяла им покупать технологии, ресурсы, комплектующие и при этом сохранять экспорт. 

То же самое и с ресурсным проклятием. Вот США — суперресурсная страна, и нефть, и газ, и палладий добывают, куча удобрений, куча ресурсов — и ничего не происходит. А то, что какой-нибудь Швейцарии или Японии пришлось без ресурсов выкарабкиваться, — это значит, что у них есть другой ресурс: люди. Но есть страны как Китай и США, большие, где много ресурсов, и США почти ничего не покупают. Это (наличие ресурсов) ни на что не влияет. Просто за счет того, что у Швейцарии или Японии маленькая территория, у них и не могло найтись много ресурсов, а у США или России большая территория, вот и легко было найти ресурсы на каком-то участке. 

С исторической точки зрения Россия в целом, скорее, защищает себя и свои границы? Или Россия довольно агрессивная держава, которая часто вступает в войны? 

— Ну, наверное, сейчас мы точно защищаемся. Есть крутая книга Джорджа Фридмана «Следующие 100 лет». Книга написана в 2009 году. Он там, можно сказать, предсказывал будущее. В частности, он пишет, что Россия вынуждена будет пытаться создать буфер между собой и Европой, так как НАТО расширяется. Что в 2020 году будет столкновение, захват Украины. Сам этот человек на сто процентов проамериканист, но он, тем не менее, пишет, что это будут вынужденные и предсказуемые действия России. 

Много дебатов по поводу военной формы на детях… 

— Я, например, на своих детей надевать ее специально не буду, но, когда я был маленьким, я хотел быть военным, представляешь? Мне все это очень нравилось. Я рисовал карты, изучал книжки по этой теме. То есть это было во мне как-то внутренне заложено. Конкретно про мальчиков — это часть воспитания. Я же сейчас не военный, не участвовал в войнах. Просто это часть воспитания, это тоже необходимо. Ничего тут такого нет. 

Ты упомянул книгу «Следующие 100 лет», где, в частности, говорится, что Россия сойдет с арены, Китай распадется, Польша и Турция будут на коне. Насколько, как ты считаешь, это прогноз адекватен? К чему мы придем после 2022 года? Будет ли мировая катастрофа — голод и энергетический кризис? Конец глобализации, страны сгруппируются по интересам? Или все вернется к тому же, что было до 2014 года? Какой путь тебе кажется наиболее вероятным? 

— Все может произойти. Может быть худший сценарий — наступает жесткий экономический кризис, население начинает бедствовать, все, как было в 1914-м, потом 1917-м, полный спад. Конечно, не хочется такого сценария. А может быть, что вполне реально, как-то сегментируется планета, на две группы, где страны общаются и торгуют друг с другом в своих сферах, но между двумя группами отношения, мягко скажем, прохладные. Если сильно озадачишься, ты, конечно, сможешь попасть в условный Париж, но все равно это будет уже другая часть мира. 

Еще момент: это все завязано на развивающийся финансовый кризис. Просто удобно для мира сегодня свалить часть ошибок на «российское агрессивное поведение», потому что бесконтрольная печать денег должна была к чему-то привести и вот таким образом она завершается. После 42 лет снижения ставок этот уникальный период должен чем-то смениться. Низкие ставки всегда стимулировали экономический рост, в тех же США в 1980-х ставки были 15‒18 процентов. Известно, что, когда ставки падают, люди богатеют, кредит становится более доступным, мультипликаторы у компаний улучшаются, если какая-то компания стоила пять годовых прибылей, то недавно она могла стоить 30 годовых прибылей при нулевых ставках, при этом прибыли растут на фоне всеобщего процветания и доступных дешевых денег. И сейчас в обратную сторону может все пойти. Выше ставки, больше расходов на проценты, меньше спрос, ниже мультипликаторы. 

Перед 2020 годом была инверсия кривых доходностей US Treasuries, первый признак, что все начнет схлопываться, но тут бац — ковид, залили все деньгами, баланс ФРС на несколько триллионов долларов увеличили, и не случилось того, что должно было произойти. Теперь заново можно заливать деньгами, чтобы поддержать экономику. У меня уже нет ощущения, что будет какой-то очищающий кризис. 

— Версия Джима Роджерса, которую он озвучивал еще до коронакризиса: они (ФРС, ЕЦБ. — «Эксперт») сейчас повышают ставки, чтобы бороться с инфляцией. Но реальные ставки все еще отрицательные. Облигации обесцениваются. То есть капитал пожирает инфляция. У компаний уже падает маржа, растет себестоимость, в ответ они повышают цены, это снижает спрос, создается спираль. Через некоторое время те, кто повышает ставки, понимают, что это ведет к тяжелой рецессии. Теперь снова покупаем бонды, искусственно снижаем ставки, выпускаем кучу денег для стимулирования спроса, и это какое-то время действует. Но потом эта пирамида вдруг начинает трещать по швам, потому что все понимают, что доллар — это просто бумага, которую могут печатать в неограниченных количествах, и ценность имеют только осязаемые вещи. Вот сейчас мы находимся как раз в стадии краткосрочного укрепления, когда они повышают ставки, это негативно даже для ресурсов, ведь рецессия ведет к падению спроса, и потом, когда они по привычке снова начнут печатать, это будет взрыв как в 1970-х, это будет феноменальное обесценение доллара и долгов. То есть американцы и европейцы за свои условно бумажные деньги купили в последние десятилетия осязаемые вещи, построили дороги, университеты, лаборатории, электростанции, хорошо пожили, а потом они останутся с активами с обесценившимися бумажными долгами. То есть они их проели.

И это довольно интересный феномен, они же никого не заставляли покупать их деньги и облигации под околонулевые ставки, инвесторы и центральные банкиры периферийных стран сами их добровольно покупали. Ну а потом все подорожает в номинальном выражении, выиграют те, у кого есть реальные активы и ресурсы, а проиграют держатели бумажных денег и долгов. Я думаю, с точки зрения экономики это самый реальный сценарий. И если Россия устоит, для нас это будет просто шикарный вариант. Потому что ресурсы, которыми мы обладаем, — это и есть деньги. Можем на эти деньги хорошо пожить, погулять, а потом похмелье, до нового цикла, а можем это все грамотно использовать для качественного роста и развития. 

Для мира удобно сегодня свалить часть ошибок на «российское агрессивное поведение», потому что бесконтрольная печать денег должна была к чему-то привести, и вот таким образом она завершается. После 42 лет снижения ставок этот уникальный период должен чем-то смениться 

Вся Россия как Тюмень

— Интересовался ли ты своей родословной, важны ли для тебя корни или нет и почему? 

— Конечно интересовался, у нас даже в школе было такое задание, посмотреть, кто где. Я помню, смотрел, где там прадедушки, прабабушки, интересно. Где жили, откуда были. Какая-то память у моей бабушки и дедушки сохранилась о своих предках, и они мне могут ее передать. Это очень интересно. 

А что это дает? 

— Не знаю, ну это свойственно людям — отмечать свой род, плюс ты как бы экстраполируешь все на себя. 

Россия будущего, чтобы дети оставались жить здесь, не хотели эмигрировать, чтобы им все тут нравилось, — какой она должна стать, что в первую очередь нужно сделать? 

— Если без всяких высоких слов — инвестировать доходы, которые у нас есть, вложить их в рост, в развитие, в человеческий капитал. У нас все есть, теперь надо использовать. 

Человеческий капитал — что ты имеешь в виду? Школы, больницы? 

— Может быть, школы, больницы, какую-то инфраструктуру и вообще среду экономическую, то есть понятные налоги, законы, чтобы все было стабильно, но и направлено на развитие. Вот сейчас интересная сейчас ситуация, большое население, большой спрос, и нет предложения импортных товаров. Если не мешать экономике, она должна сама предоставить новые товары взамен иностранных, это долгосрочно большой плюс. 

То есть в первую очередь должно быть экономическое благополучие? 

— Да, экономическое благополучие, порядок в экономике. Вообще, у нас и все было и все есть для этого.  

Скажу на примере: вот город Омск, там нет налогов. Меняли губернаторов, мэров, вроде нашли тех, кто даже из скудных ресурсов пытается навести порядок, но все равно, если у тебя нет ресурсов, налогов, денежного ресурса, ты, даже если будешь его максимально тратить, не можешь воссоздать экономический фон. Люди пытаются уехать. А все произошло потому, что уехала «Газпром нефть», бывшая «Сибнефть», в Санкт-Петербург, то есть ушли деньги, налоги. А рядом — не в другой стороне, или в другой климатической зоне, или с другим менталитетом — рядом в нескольких часах Тюмень. Этот город развивается, там бурное строительство, благоприятная среда, формируются из лидеров — Собянин же из Тюмени. А двадцать лет назад город был существенно меньше Омска и менее развит. И вся Россия может быть как Тюмень. Но при грамотном распределении имеющихся ресурсов. А может быть как Омск. 

Когда я был студентом, я приехал в Красноярск, и что мне в нем сразу понравилось, это его базовые данные: регион был очень большой, плюс у него была благоприятная экономическая среда, хорошее руководство со стратегическим видением, плюс у края был огромный бюджет под руками: налоги «Норникеля», «Русала», СУЭК, «Полюса» и так далее. Тут все дело в том, чтобы качественно администрировать ресурсы, которые вроде как и так есть. Тут, может быть, нужны фундаментальные вещи на уровне страны, переселение людей в более динамичные города, потому что у нас исторически немобильное население, разве что все выбирают столицу, но в рамках страны, мне кажется, всего достаточно и так, чтобы жить хорошо. Главное, этим умело управлять. 

Как ты думаешь, от кого это зависит? Это дело чиновников — грамотно все распределить? Зависит ли что-то от нас? Зависит ли что-то от бизнеса? Кто должен сейчас первым приступить к каким-то изменениям? 

— У меня со стороны складывается впечатление, что вроде бы все наше правительство — Новак, Мишустин, Хуснуллин — в целом все нормальные ребята. Ну, может быть, кроме Силуанова. Вроде бы все способности у них есть. Может быть, крупный бизнес? Наверное, он действительно был непатриотичен, потому что в руках вот этих двадцати парней сосредоточилось слишком много капитала, может быть, они недостаточно осознавали свою роль и возможности. И госкомпании, может быть, у нас не все эффективные. Но от нас что зависит? Я по своему окружению смотрю: все что-то делают, свое дело, платят налоги, развивают среду, ну это, может быть, у нас город более зажиточный в каком-то плане. У меня такое чувство, что я все делаю хорошо. Я плачу налоги, вкладываю в Россию, инвестирую в различные сектора и косвенно влияю на инвестиционное сообщество.

Автор Евгения Обухова, редактор отдела экономика и финансы журнала «Эксперт»

Источник - https://expert.ru/expert/2022/30/vsego-dostatochno-chtoby-zhit-khorosho/


Дата публикации: 26.07.2022
Добавил:   venjamin.tolstonog
Просмотров: 93
Комментарии
[-]
 Chinyere | 01.08.2022, 08:56 #
Chinyere is offering special eid collection dresses. Check new Eid ladies dresses at Chinyere online
 Jazmin | 01.08.2022, 10:13 #
Jazmin constantly offers amazing sales on their brand of women’s clothing, including their ready to wear dresses. Grab these stylish and trendy ready to wear sale dresses online. Jazmin.pk offers the best sale of any women's clothing brands all the time. Buy from their sale and keep your wallet happy.
 Rios Cosmetics | 02.08.2022, 08:46 #
Rios is a store that constantly offers amazing nail polish colors and nail polish designs The store aims to provide satisfaction through high quality products like nail polish designs Their nail polish colors are perfect and just what you need Rios fulfills your every demand, with their items like nail polish
Ваши данные: *  
Имя:

Комментарий: *  
Прикрепить файл  
 


Оценки
[-]
Статья      Уточнения: 0
Польза от статьи
Уточнения: 0
Актуальность данной темы
Уточнения: 0
Объективность автора
Уточнения: 0
Стиль написания статьи
Уточнения: 0
Простота восприятия и понимания
Уточнения: 0

zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta