Жить не лень. O новой социологической тенденции: в России растет число активных граждан

Содержание
[-]

Жить не лень. В России растет число активных граждан 

Опровергнут, пожалуй, главный миф о современных россиянах — то, что мы ленивы и апатичны. Свежие данные социологов доказывают обратное: число активных растет. Чего еще мы не знаем о самих себе, выяснял "Огонек".

В рамках проекта "Россия. 10 лет спустя" социологи из "Ромира" воспользовались собственными наработками: опрошенным задавали те же вопросы, что и в аналогичных опросах в прошлом. Делать это каждый год смысла не имеет, пояснили "Огоньку" в социологической службе, установки и ценности так быстро не меняются, а вот взглянуть на динамику за 10 лет не только можно, но и нужно, тем более что и возможности есть. Задача амбициозна — зафиксировать, как изменились россияне с начала 2000-х.

Начали с фундаментальных вещей, один из первых опросов — об отношении россиян к жизни. Как выясняется, для многих оно осталось прежним: "жизнь — это непрерывная борьба за выживание". Так ответили 31% опрошенных (в 2004-м, когда задавался аналогичный вопрос, было 30%). Желание "стать богатым и жить, как хочется", тоже неизменно: в 2004-м этот вариант выбрали 11%, сегодня — 10%.

Однако есть и динамика. Стало больше тех, кто стремится к "нравственному совершенствованию" (рост с 7% до 13%) и "раскрытию талантов" (с 4% до 6%). Но главное — заметно упала доля тех россиян, кто просто "живет как живется". Этот ответ (второй по популярности) выбрали в 2004-м 36% опрошенных, а сегодня лишь 28%, то есть разница в 8%. Эксперты, опрошенные "Огоньком", сошлись на том, что именно к этим 8% и надо присмотреться внимательнее.

Руководитель лабораторий в Институте социологии РАН и НИУ ВШЭ Владимир Магун предупреждает: перечень ответов, предложенных социологами, неполон, ну, например, ничего не сказано про семью и детей, а ведь для многих именно в этом и заключается смысл жизни. То есть не исключено, что пропущены какие-то сферы, которые могла бы отметить значительная часть респондентов,— об этом не следует забывать.

Из парадоксов: не подтверждается якобы свойственная россиянам высокая духовность, отрешенность от земного. Напротив, практически половина респондентов говорят о важности базовых потребностей, связанных с выживанием и заработком... А вот падение числа инертных, тех, кто "живет как живется", и правда, симптом обнадеживающий.

— Это снижение очень примечательно,— говорит Магун.— Теряет популярность идея пассивного существования без возможности делать самостоятельный выбор, без долговременных целей, которые сам же определил. Люди хотят больше контролировать свою жизнь, брать на себя ответственность, проявлять большую самостоятельность и активность,— это, похоже, факт. Мы с коллегой по НИУ ВШЭ Максимом Рудневым тоже изучаем ценности людей, так вот могу подтвердить: молодежь и у нас, и в других постсоциалистических странах все чаще "голосует" за самостоятельность и свободу.

Тенденцию подтверждает и Владимир Петухов, руководитель Центра комплексных социальных исследований Института социологии РАН.

— Прежде всего за 2000-е заметно выросли доходы многих россиян, и за счет этого увеличилась доля среднеобеспеченных слоев населения, способных рассчитывать на себя и своих близких,— уточняет эксперт.— Сегодня соотношение "самодостаточных" и "зависимых" россиян — 56% к 44%, то есть 56% россиян по-прежнему считают, что без поддержки государства им не выжить, а 44% заявляют, что в ней они уже не нуждаются — еще 10 лет назад их было не более трети. Другой вопрос, что среди "самодостаточных" немало тех, кто просто распрощался с патерналистскими иллюзиями, понял, что в случае форс-мажора нельзя рассчитывать на помощь извне — нужно самому крутиться, искать вторую работу, дополнительные источники заработка...

Чем еще заняться, если плыть по течению не получается или не хочется?

— Это может быть что угодно. Например, получение высшего образования, или выбор карьеры чиновника, или тот же бизнес, хотя его и зажимают,— говорит Владимир Магун.— Или возьмите мобильность. С введением ЕГЭ этот показатель пошел вверх: молодежь получила возможность переезжать, поехать учиться из глубинки в крупные города. В обществе есть много вариантов приложения активности, и когда одни каналы перекрываются, человек ищет для своей активности другие сферы.

Владимир Петухов дополняет: в последнее время относительно широкое распространение получает неполитический гражданский активизм. Он локализуется в основном в тех сферах жизни, где существуют проблемы, которыми государство не хочет или не может заниматься. Правда, массовым это явлением не назовешь: по данным эксперта, в различных волонтерских движениях задействовано лишь 4-6% россиян. Зато появились активисты и самоорганизующиеся структуры, которые могут мобилизовать значительные силы, например, на тушение пожаров, борьбу с наводнениями или с платными парковками, как недавно в Москве. Речь не о том, чтобы участвовать в чем-то постоянно, а в самой готовности это сделать.

Впрочем, изменения, произошедшие с россиянами за 10 лет, не сводятся лишь к смене жизненных установок: еще один опрос, предоставленный социологами "Ромира" "Огоньку", касается государственных приоритетов — какими они представлялись нам раньше и какими видятся сейчас. Оказывается, сограждан уже не так волнует влияние олигархов на власть (если в 2003-м об этом беспокоилось 25% россиян, то сегодня всего 10%) или, к примеру, восстановление военной мощи страны (в 2003-м это считали важным 25%, в 2015-м — только 9%). Зато рост есть по другому показателю — все больше людей видят необходимость усиления престижа России в мире (рост с 12% до 21%) и укрепление государственности (рост с 11% до 18%).

Патриотизм вообще сильно вырос — об этом свидетельствует самый свежий опрос "Ромира" в рамках того же проекта. В 2000-м социологи поинтересовались у россиян, какую страну те хотели бы выбрать для жизни своих детей. Тогда Россию назвали 51% опрошенных, сегодня — 61%. А вот больше всего мы не хотим ехать в США (падение с 9% до 2%) — и это тоже симптоматично.

***

Экспертиза: Процесс идет

Дмитрий Орешкин, политолог

Если сравнивать цифры "Ромира" об отношении россиян к жизни и данные свежих политических опросов, может показаться, что здесь скрыто противоречие: с одной стороны, число активных людей, тех, кто перестал плыть по течению, растет, а с другой — увеличивается и уровень поддержки власти. Но на самом деле противоречия нет. Для многих россиян активная жизненная позиция не означает такую же активную позицию по политическим вопросам или в качестве гражданского активиста. А многие и вовсе считают, что это именно благодаря нынешней власти они получили возможность управлять личной судьбой.

Однако надо понимать, что речь просто идет о разных временных "волнах". Одна "волна" — это локальные колебания. Вспомните, как за те же десять лет менялся рейтинг Владимира Путина: то вырос во время грузинской кампании, то упал за период рецессии 2009 года, то сейчас снова поднялся... Но есть и более длительная "волна", связанная с изменениями базовых ценностей,— она охватывает другие временные промежутки, измеряемые десятилетиями.

Я помню, как социологии жаловались, что в стране мало людей с достижительными установками. И вот наконец мы видим, что их число растет. 8% — цифра серьезная, хотя, если честно, она могла быть и выше. Впрочем, даже то, что революционного роста не наблюдается, все равно предмет для анализа: а почему не наблюдается? Почему процесс идет так медленно?

И все же это хорошая новость: налицо признаки нового человека, который рассчитывает не столько на государство, сколько на себя. И давайте начистоту: это плод всего нашего 25-летнего развития, огромного социального опыта, накопленного с советского времени, того, что люди больше ездят по миру, владеют собственностью, видят, как живут другие, пытаются что-то делать сами. Советский человек был воспитан на простых установках: сиди тихо, работай с 9 до 18 и Родина о тебе позаботится — накормит, даст квартиру, проведет туда телефон. Патернализм, одним словом. Сейчас — и мне кажется это очень важным — все больше людей понимают, что рассчитывать следует в первую очередь на себя.

Конечно, возврат патерналистских, державных установок может затормозить этот процесс, но лишь затормозить — остановить его уже не удастся. В конце концов проявить себя активному человеку можно, скажем, и в "Единой России" или ОНФ. А почему нет? Конечно, в какой-то момент возникает "вилка": людей с достижительными установками становится больше, а социальная среда объективно притормаживает их рост — обрезает возможности самореализации. Но это вовсе не означает, что они сразу кинутся в политику или выйдут на площадь. К примеру, в этом году снова заметно выросло число тех, кто уезжает из страны,— вот вам еще одна форма проявления активной жизненной стратегии и самореализации. Я поэтому не верю ни в какие революции — долгосрочная тенденция все равно положительная: мы становимся активнее, уходим от советской матрицы. Помните знаменитую фразу Горбачева, что "процесс пошел". Так вот процесс, как видно, идет, несмотря ни на что. Хотя и медленнее, чем мог бы.

***

Что делать?

Кино давно изучает два полюса, между которыми мечется русский человек: быть активным или плыть по течению

"Прохиндиада"

Сан Саныч Любомудров (в исполнении Александра Калягина) — идеал активного человека советского времени, того, который понимает, что надо "крутиться", а главное — умеет это делать. Однако счастливее от этого он не становится: и друзья не друзья и денег нет — одни долги. Можно предположить, что появление подобного персонажа — предчувствие авторами того, что скоро Сан Санычи заполонят страну, но, скорее всего, это просто итог их существования в Советском Союзе.

***

"Забытая мелодия для флейты"

В отличие от Любомудрова, Леонид Филимонов (между прочим, высокопоставленный чиновник), живет как живется, плывет по течению, но однажды, оказавшись на грани жизни и смерти, решает все поменять. Он хочет впервые сказать правду коллегам, уйти от нелюбимой жены, но так и не решается на это. Вердикт авторов однозначен: советскому человеку можно выскочить из замкнутого круга собственной жизни лишь ценой остановки сердца.

***

"Географ глобус пропил"

Традицию героев, которые плывут по течению, продолжает уже в наше время Виктор Служкин из популярного фильма. Биолог, устроившийся от безнадеги в школу географом, Виктор выпивает, с трудом находит общий язык со школьниками и в результате просто вылетает с новой работы. Фактически он не предпринимает никаких попыток что-то изменить,— этот диагноз вынесен едва ли не всей российской интеллигенции.

***

"ДухLess"

Альтернатива безынициативному "географу" — менеджер Макс, герой нашумевшего романа Сергея Минаева. Он тоже в кризисе: зарабатывание денег давно стало рутиной. Однако Макс все же начинает действовать — примыкает к активистам-радикалам и, благодаря новым друзьям, не только находит новый смысл жизни, но и встречает любовь. Если согласиться, что кино отражает реальность, то прогресс в сравнении с тем же Любомудровым все же налицо.

***

Брифинг

Наталья Зубаревич, директор региональных программ Независимого института социальной политики

Пока происходит расхождение двух Россий. И по ценностям, и по возрастной структуре, и по мотивации. Россия крупнейших городов все-таки в большей мере нацелена на модернизационные ценности, самостоятельность людей, отсутствие полицейского государства и давления. Люди больше рассчитывают на себя.

Источник: "Эхо Москвы"

***

Андрей Кончаловский, кинорежиссер

— Если говорить о русской ментальности, какая, на ваш взгляд, главная черта в русском человеке?

— Отвечу словами Чехова: "Русскому человеку не хватает желания желать". Поскольку он сам ничего не желает, в большинстве случаев говорит: "Вот если бы... тогда конечно! А так — чего же?" Мне кажется, русские не живут своей жизнью. Кто-то за них живет эту жизнь.

Источник: РБК daily

***

Евгений Гонтмахер, экономист

— У нашего общества очень высокий уровень адаптации к самым неблагоприятным обстоятельствам...

— Кстати, такого типа пассивная адаптивность — это признак очень глубокого кризиса нашего человеческого капитала. Она говорит о том, что люди не хотят объединяться и ждут, что кто-то сверху за них решит все проблемы. А готовность к объединению (при этом преимущественно на словах) демонстрируют только в связи с внешними угрозами — реальными или мнимыми.

Источник: "Новая газета"

 


Об авторе
[-]

Автор: Кирилл Журенков

Источник: kommersant.ru

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 07.11.2015. Просмотров: 264

Комментарии
[-]

Комментарии не добавлены

Ваши данные: *  
Имя:

Комментарий: *  
Прикрепить файл  
 


zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta