«Зелёная» энергетика привлекает прогрессивных инвесторов в Южный округ России

Содержание
[-]

***

В 2020 году ЮФО стал центром развития «зелёной» энергетики в России

В Южном округе были запущены ветропарки общей мощностью 700 МВт. Юг становится привлекательной территорией для крупных компаний, у которых достижение целей устойчивого развития стало частью стратегии.

По данным Ассоциации развития возобновляемой энергетики (АРВЭ), сегодня более чем в 30 субъектах РФ развивается созданная с нуля отрасль возобновляемой энергетики (ВИЭ). Ещё 30 регионов делают на этом пути первые шаги. С запуском федеральной программы поддержки ВИЭ инвестиции в отрасль превысили 200 млрд рублей. «На фоне глобального сокращения объёмов строительства традиционной генерации, которое за последние 10 лет упало больше чем на 30 процентов, сегмент “зелёной” энергетики за тот же период вырос почти вдвое, — констатирует директор АРВЭ Алексей Жихарев. — И в России, где доля ВИЭ в энергобалансе составляет пока 0,3 процента, по итогам 2020 года построено более 1200 мегаватт генерирующих объектов: в два раза больше, чем в 2019 году».

В России по итогам 2020 года лидером развития возобновляемой энергетики стали регионы Юга. Среди них выделяется Ростовская область, где создан крупнейший в России энергетический кластер, а также Калмыкия, где строительство ветропарков и солнечных станций становится важнейшим инфраструктурным событием за многие десятилетия. Электроэнергия южных ветропарков поставляется в единую энергосистему страны, но растущий интерес со стороны ведущих российских и международных компаний к инструментам снижения углеродного следа приводит к формированию нового рынка «зелёной» энергии.

Принципы ESG и новые вызовы для промышленности

Запрос со стороны общества и государств на соблюдение принципов устойчивого развития и следования целям Парижского соглашения по климату меняет правила ведения бизнеса во многих отраслях. Набирающая силу глобальная климатическая повестка будет создавать давление на российский бизнес сразу по нескольким фронтам: за снижением выбросов СО2 станут следить и финансовые институты, и таможенные ведомства, и торговые партнёры. Сейчас в России растёт число предприятий, которые учитывают эту мировую тенденцию, ведь её игнорирование может дорого обойтись их бизнесу. Так, по данным KPMG, с 2023 года Евросоюз собирается ввести трансграничный углеродный налог, из-за которого потери российских компаний могут составить 2–6,5 млрд евро в год, с перспективой увеличения платы до 50 млрд евро.

Первыми следовать принципам ESG (Environmental, Social, and Corporate Governance), которые требуют от компаний прежде всего заботиться об окружающей среде и способствовать снижению выбросов парниковых газов в атмосферу, принялись предприятия-экспортёры и российские подразделения международных корпораций. Затем идеологией устойчивого развития прониклись крупные банки, металлургия, представители энергетики, машиностроения, химии. «Таких ESG-целей 17, — уточняет Алексей Хохлов, руководитель направления “Электроэнергетика” Московской школы управления “Сколково”. — Три из них (“Обеспечение доступа к недорогостоящим, надёжным, устойчивым и современным источникам энергии для всех”, “Создание прочной инфраструктуры, содействие обеспечению всеохватной и устойчивой индустриализации и внедрению инноваций” и “Принятие срочных мер по борьбе с изменением климата и его последствиями”) имеют непосредственное отошедшие к развитию возобновляемых источников (ВИЭ)». Компании, анализирующие свои риски и возможности в области ESG-факторов, являются более конкурентоспособными в долгосрочной перспективе, добавляет эксперт: им проще получать финансирование и встраиваться в международные производственные цепочки.

Переход на возобновляемые источники энергии или участие в проектах ВИЭ многими игроками рассматриваются как первые обязательные шаги для демонстрации приверженности принципам устойчивого развития. Так, старший менеджер по ESG компании «Северсталь» Елена Короткова в марте 2021 года рассказывала «Коммерсанту», что в ответ на повышение спроса на «зелёную» энергетику и для сокращения выбросов парниковых газов производитель стали вместе с «Роснано» и WindarRenovables приступил к изготовлению башен для ветроустановок. Башни производятся в Таганроге и используются для строительства ветропарков в Ростовской области и других регионах Юга.

От донецкого кряжа до калмыцких степей

Сегодня по темпам ввода объектов «зелёной» генерации и мощностям Дон лидирует не только на Юге, но и в России. Так, в 2020 году в стране заработали ветропарки общей мощностью 700 МВт, из которых 350 МВт — в Ростовской области. Все проекты в регионе реализованы Фондом развития ветроэнергетики (создан на паритетной основе компаниями «Фортум» и «Роснано»). Кроме этого тандема, свои ВЭС здесь строят «Новавинд» (дивизион «Росатома») и ПАО «Энел Россия» (входит в структуру итальянской группы Enel). Также на Дону развивается и производство компонентов для ВЭС. Два года назад в регион пришли глобальные разработчики и поставщики технологий: голландская Lagerwеy, датская Vestas, испано-германская Siemens Gamesa Renewable Energy и испанская Windar Renovables, которые участвуют в развитии производства основных компонентов для ветроустановок (башни, ступицы, гондолы, генераторы, системы охлаждения). Заводы действуют в Волгодонске и Таганроге.

По словам гендиректора Агентства инвестиционного развития Ростовской области (АИР) Игоря Буракова, в регионе создан крупнейший в России ветроэнергетический кластер. «В общей сложности у нас введены и строятся ВЭС суммарной мощностью 610 мегаватт», — уточняет г-н Бураков. Согласно данным АИР, уже на конец 2019 года портфель заявленных в сфере «зелёной» энергетики инвестиций в Ростовской области составил порядка 140 млрд рублей на период до 2024 года. По оценкам АИР, в регионе уже сосредоточено более 25% всех российских проектов в сфере ветроэнергетики.

Другой пример — Калмыкия. В 2020 году в республике Фонд развития ветроэнергетики запустил две ветроэлектростанции общей мощностью 200 МВт, расположенные рядом. Благодаря этому у региона появился крупный источник собственной генерации. «Ранее генерация Калмыкии покрывала только десятую часть спроса на электроэнергию, остальное приходилось на переток из соседних регионов, — говорит Алексей Жихарев. — С пуском Салынской и Целинской ВЭС в энергосистеме региона появился свой мощный источник генерации с ежегодным объёмом выработки около 525 миллионов киловатт-часов, что почти полностью закроет дефицит энергии в республике».

УК «Ветроэнергетика» (управляет совместным фондом «Фортум» и «Роснано») в 2018 году подписала с правительством Калмыкии соглашение о сотрудничестве по реализации инвестпроектов, в котором были зафиксированы намерение инвестора (обеспечить реализацию проекта по строительству ветропарков с использованием собственных и привлечённых средств) и намерение региона (в установленном порядке рассматривать вопросы о предоставлении государственной поддержки для реализации проекта в рамках законодательства РФ и Калмыкии).

Новая энергетическая инфраструктура не только порождает новые проекты, но и привела к развитию нового рынка «зелёных» киловатто. Александр Чуваев, гендиректор УК «Ветроэнергетика», исполнительный вице-президент корпорации Fortum, глава дивизиона «Россия», говорит, что построенные партнёрами ветропарки обеспечили Калмыкии долгожданный прорыв в использовании её богатого природного потенциала: «Реализованные нами проекты не только на сотни миллионов рублей в год увеличат налоговые отчисления в местный бюджет, но и делают регион привлекательным для дальнейших “зелёных” инвестиций при сохранении властями благоприятных условий для прихода крупного бизнеса».

По мнению главы Калмыкии Бату Хасикова, развитие ВИЭ позволяет решить и другую актуальную задачу — повышение инвестиционного потенциала, поскольку генерация чистой энергии из возобновляемых источников соответствует общемировому тренду на декарбонизацию экономики (снижение роли углеводородной энергетики во всех отраслях и сферах). «В четвёртом квартале 2020 года ВЭС приступили к поставкам на ОРЭМ. И это — только первый шаг», — уверен глава. Дальнейшими шагами, по его словам, станут развитие солнечной генерации и приход в регион новых компаний.

О строительстве в Калмыкии солнечных электростанций (СЭС) уже заявили ведущие игроки в этом секторе — «Солар Системс» и ГК «Хевел», а также совместное предприятие «Фортум» и Российского фонда прямых инвестиций (РФПИ), которое уже объявило о планах по строительству под Элистой крупнейшей в России солнечной электростанции мощностью 116 МВт. Пока самой большой отечественной СЭС является расположенная на Ставрополье станция Старомарьевская мощностью 100 МВт. Этот объект «Солар Системс» запускала в несколько очередей, вложив в общей сложности 14,5 млрд рублей.

Углеродная разгрузка

Созданная на Юге новая энергетическая инфраструктура не только порождает новые проекты, но и привела к развитию нового рынка «зелёных» киловаттов, потребителями которых поспешили стать компании федерального масштаба. Так, «Сбер», Procter & Gamble (P&G), Unilever, «Щёкиноазот» получают энергию, которую вырабатывают донские ветропарки, принадлежащие сейчас СП «Фортума» и РФПИ. В частности, «зелёные» киловатты поступают на завод P&G в Новомосковске (Тульская область) — один из крупнейших в ЕС производителей бытовой химии. Как говорит Сотириос Маринидис, глава P&G в Восточной Европе, в первую очередь их российская «дочка» сфокусируется на сокращении выбросов, а затем — на реализации других масштабных экопрограмм.

«Снижение климатического воздействия — один из наших приоритетов, предусмотренный концепцией в области устойчивого развития компании, — подчёркивает замдиректора по промышленной и экологической безопасности “Щёкиноазот“ Валерий Ордынец. — Заключение СДД (свободного двустороннего договора, на основании которого осуществляются поставки “зелёной” энергии. — “Эксперт ЮГ”), сотрудничество с “Фортум” и РФПИ — важный этап планомерного достижения долгосрочных целей по сокращению выбросов парниковых газов».

Крупных потребителей обеспечивают и другие генераторы Юга. Так, Адыгейская ВЭС, которую в 2020 году запустил «Новавинд» (дивизион «Росатома»), поставляет ток заводу «Биаксплен» — самарской «дочке» нефтехимической группы «СИБУР». По словам директора по энергетике и ресурсообеспечению СИБУРа Владимира Тупикина, рост объёмов потребления «зелёной» энергии определён как одна из целей стратегии холдинга в области устойчивого развития до 2025 года. «В 2019 году мы запустили солнечную электростанцию на одном из наших активов и планируем далее увеличивать объём использования возобновляемых источников за счёт собственной генерации и при помощи прямых договоров с поставщиками», — цитирует г-на Тупикина пресс-служба компании.

Это не единственный договор «Новавинда» с крупным промышленным потребителем. В середине 2020 года компания подписала контракт с филиалом «Нестле Россия» — фабрикой «Нестле Пурина ПетКер» в Калужской области. Общий объём поставок энергии от Адыгейской ВЭС — 50 млн кВт·ч в год. «Крупные корпорации в различных уголках мира предъявляют повышенные запросы к качеству своих поставщиков промежуточной продукции. Очень многие глобальные игроки исключают из своих цепочек поставок те компании, которые не соответствуют их запросу на устойчивое развитие, — объяснил растущий спрос на безуглеродную энергию вице-президент ПАО “Фортум” Дмитрий Боровиков в рамках “круглого стола” по перспективам альтернативной энергетики, который в конце марта проходил в донском Законодательном собрании. — Если поставщики из различных регионов мира не отвечают запросу крупных корпораций на снижение углеродного следа, их просто исключают из своих портфелей».

Работа над конкурентоспособностью

По мнению г-на Боровикова, далеко не во всех регионах России власти осознали важность наступивших перемен и стремятся предоставлять существенную поддержку отрасли ВИЭ. Однако именно в ЮФО власти идут навстречу инвесторам и относятся к ним как к партнёрам: «Оставлю за скобками некоторые регионы, в которых мы не построили свои объекты. Там следовало бы озаботиться инвестиционным климатом. Здесь у нас никаких проблем нет, поэтому большую часть своих мощностей мы разместили на юге России».

Одним из положительных примеров является Ростовская область, где с одной стороны, — прекрасные климатические условия, с другой — огромное желание властей развивать эту отрасль. Власти региона рассчитывают, что к 2022 году около 20% всей потребляемой здесь электроэнергии будет получено от ВИЭ, и делают всё для прихода в регион крупных игроков «зелёной» генерации. Так, донское правительство готово предложить инвесторам сразу 15 территорий для создания ветропарков.

В свою очередь пресс-служба «Фортум» отмечает, что выбор площадок в ЮФО компания осуществляла в результате детального анализа потенциала, транспортной доступности и возможности присоединения объектов «зелёной» генерации к электросетям. «Однако кроме природного потенциала и близости инфраструктуры огромное значение имеет взаимопонимание с правительствами регионов, их желание создать благоприятные условия и преференции не столько отдельному инвестору, сколько всей отрасли ВИЭ. Свои обязательства, зафиксированные в “Соглашении о сотрудничестве по реализации инвестиционных проектов на территории Республики Калмыкия” и протоколах совещаний с главой Республики Калмыкия, инвестор выполнил», — сообщили в пресс-службе компании.

Алексей Жихарев уверен, что сегодня у регионов РФ есть возможность формировать собственную стратегию по развитию ВИЭ. «В отличие от федерального механизма поддержки, где все параметры зафиксированы, на региональном уровне решение об объёмах и параметрах поддержки глава региона может принять самостоятельно. Развитие ВИЭ и повышение их доли в региональных энергобалансах повысит инвестиционную привлекательность экономики субъектов Федерации и привлечёт инвесторов, реализующих стратегию устойчивого развития и заинтересованных в “зелёном” энергобалансе», — объясняет г-н Жихарев. По его мнению, лояльность региональных властей, отдельные меры поддержки, в том числе налоговые льготы — одно из важнейших условий для инвестора при выборе региона.

Преференции в виде каникул по налогу на имущество сроком на пять лет строителям ветропарков уже предоставили в Ульяновской и Ростовской областях, а в Астраханской, Волгоградской, Саратовской, а также Самарской областях тоже готовы предоставить льготы для инвесторов в ВИЭ, подтверждают сразу несколько участников рынка. «Интенсивность ветра и солнечной радиации делают генерацию “зелёной” энергии на Юге потенциально прибыльным бизнесом, но одним из ключевых моментов является поддержка региональных властей, которые создают для инвестора комфортные условия работы», — считает Алексей Хохлов.

Таким образом, у регионов Юга появились серьёзные козыри для привлечения крупных промышленных инвесторов, заинтересованных в использовании «зелёной» энергии и развитии более экологичных производств. Надвигающиеся глобальные изменения экостандартов делают «зелёную» энергетику востребованной со стороны крупных российских и международных компаний — потенциальных потребителей. В этом случае ветер и солнце могут превратиться для регионов в сильное конкурентное преимущество. Пример Ростовской области это доказывает.

Автор Андрей Бакеев

https://expert.ru/south/2021/04/zelyonaya-energetika-privlekayet-progressivnykh-investorov-na-yug/

***

Пионеры низкоуглеродного следа

К 2025 году в России появится металлургический завод полного цикла, работающий по «зеленым» технологиям. Комплекс «Эколант» будет крупным потребителем газа и железорудного сырья и станет первым шагом российской металлургии к глобальной декарбонизации. С запуском «Эколанта» металлурги в России начнут выпускать «зеленую» продукцию.

От четырех до восьми миллиардов евро ежегодно — столько, по подсчетам KPMG, может стоить российским экспортерам введение трансграничного углеродного регулирования в Европе, которым углеродоемких производителей пугают уже несколько лет. Пока четкого понимания, как будет выглядеть этот «налог», нет, но ждать осталось недолго: ЕС планирует уже в июне принять целый ряд нормативных актов. Они должны привести Европу к амбициозной цели — стать первым климатически нейтральным континентом к 2050 году. Для этого планируется сократить выбросы в масштабах ЕС как минимум на 55% к 2030 году по сравнению с уровнем 1990-го.

Впрочем, работа в этом направлении идет уже давно, к 2019 году выбросы уже были на 24% ниже, чем в 1990-м. Причем происходит это не без участия национальных правительств. По словам министра экономики Германии Петера Альтмайера, металлургия для страны — стратегическая отрасль, но при этом она занимает первое место в промышленности по выбросам углекислого газа. Поэтому в 2022‒2024 годах правительство Германии предоставит металлургам пять миллиардов евро на финансирование сокращения выбросов углекислого газа.

Чтобы не допустить так называемой утечки углерода — вывода предприятий за пределы ЕС, в жесткие условия, касающиеся ограничения выбросов парниковых газов, будут поставлены как местные производители, так и импортеры. Как именно будет реализован европейский налог, до сих пор непонятно. Зато уже известно, какие отрасли подпадут под действие нового регулирования. Черная металлургия — в списке. Несмотря на конфликты, санкции и заявления о переориентации России на восток, Европа по-прежнему для российских производителей один из главных рынков сбыта. Металлопродукция — вторая в списке по значимости статья экспорта, сразу после энергоресурсов (впрочем, в последние годы спрос на сталь начал расти и внутри страны). Поэтому введение углеродных трансграничных налогов в условиях курса Европы на снижение углеродного следа может существенно изменить расстановку сил на мировых рынках стали, и не в пользу отечественных металлургов.

В мае этого года международная организация Worldsteel опубликовала рекомендации по снижению выбросов углекислого газа в процессе выплавки стали. В них три направления. Первое — совершенствование традиционных технологий, например за счет использования более качественного сырья и повышения энергоэффективности. Второе — наращивание использование металлолома вместо железной руды. Третий путь — внедрение новых безуглеродных технологий, например замена кокса водородом.

Почти за год до этого в Нижегородской области, в одном из старейших центров металлургии — городе Выксе, началось строительство первого крупного металлургического комплекса по «зеленым» технологиям. Проект стоимостью 150 млрд рублей реализует компания «Эколант» владельца Объединенной металлургической компании (ОМК) Анатолия Седых. Комплекс должен быть запущен в 2025 году и будет производить 1,8 млн тонн стали в год по полному циклу, но без использования традиционного доменного и конвертерного переделов. Сталь комплекс будет производить методом прямого восстановления железа (метод DRI, Direct Reduced Iron) из железорудного сырья с использованием водорода, который будут получать здесь же, из природного газа.

В апреле 2021 года стало известно, что ВЭБ.РФ в партнерстве со Сбером и банком «Открытие» примет участие в кредитном финансировании строительства этого электрометаллургического комплекса. В рамках Петербургского международного экономического форума — 2021 по проекту «Эколанта» ожидается подписание специального инвестиционного контракта с Минпромторгом и регионом.

Парниковые газы

В Киотском протоколе парниковыми газами названы диоксид углерода (CO2), метан (CH4), оксид диазота (N2O) и др. Парниковые газы бывают как природного, так и антропогенного происхождения. Источники CO2 — вулканические выбросы, жизнедеятельность организмов и деятельность человека при производстве, транспортировке, переработке и потреблении ископаемого топлива (86%), сведении лесов, сжигании биомассы (12%). Этот парниковый газ имеет долгий жизненный цикл. Молекула CO2 проходит через атмосферу и биосферу и поглощается в океанах или в растениях, однако за 50‒200 лет таким образом может быть поглощено только две трети объема газа, образование которого только растет.

Под «углеродным следом» подразумеваются выбросы СО2, которые считаются в тоннах на единицу продукции (углеродные единицы).

В среднем в мире на одного человека приходится 14 тонн CO2 в год. За рубежом оперируют определением количества окисленного углерода при полном цикле производства того или иного продукта. По последним доступным данным, в 2019 году на первом месте по объему выбросов СО2 находился Китай — почти 29% от совокупных выбросов в мире, далее шли США — около 15%, ЕС — 10%, Индия — 7 %. На Россию приходится менее 5%. При этом, по оценкам экспертов, примерно 25–30% общемировых выбросов импортируются и экспортируются из страны в страну.

В процессах производства чугуна и стали в основном образуются два парниковых газа: диоксид углерода и метан.. Метан сопутствует добыче сырья для металлургических предприятий, выделяясь из горных пород. Диоксид углерода образуется на каждом этапе производства. Углеродным следом можно назвать сумму эмиссий CO2, которые последовательно возникают во всех процессах технологической цепи в коксохимическом, агломерационном, доменном, конвертерном производствах начиная с добычи сырья и заканчивая готовым продуктом. Например, только при непосредственном производстве стали количество СО2 составляет в среднем 1,8‒2,4 тонн на тонну стали (для сравнения: около двух тонн СО2 выбрасывает при перевозке каждых 60 пассажиров скоростной поезд по пути из Москвы в Санкт-Петербург). Готовый продукт, например труба, рельс или станок, вероятнее всего и будет принимать на себя всю цепочку и «нести ответственность» за углеродной след.

Стоит отметить, что Россия пока только на пути к внутреннему регулированию углеродного рынка: уже разработаны и приняты стандарты измерения парниковых газов и соответствующие ГОСТы. А в апреле этого года федеральный закон «Об ограничении выбросов парниковых газов» прошел первое чтение. Пока речь идет о введении обязательной углеродной отчетности для тех, чья деятельность сопровождается значительными выбросами парниковых газов (более 150 тыс. тонн СО2-эквивалента в год на первом этапе до 2024 года, 50 тыс. тонн СО2-эквивалента после 2024-го). Остальные компании будут вправе представлять углеродную отчетность на добровольной основе. За нарушение правил или недостоверную информацию впоследствии планируется ввести административную ответственность.

«Зеленая» металлургия

По данным McKinsey, еще в 2005 году по самому «древнему» из применяемых в наше время способов производств — в мартеновских печах — выплавлялось 22% российской стали (сама технология была разработана французским металлургом Пьером Мартеном еще в 60-х годах XIX века). Рост мировых цен на сталь, а также рост спроса внутри страны позволили черной металлургии значительно модернизировать мощности в последние годы и перейти на более экологичные способы производства. (По данным ассоциации «Русская сталь», с 2000-х инвестиции в основные фонды предприятий черной металлургии составили около трех триллионов рублей). Это, а также фокус металлургов на устойчивое развитие и использование новых технологий позволило отрасли значительно снизить влияние на окружающую среду.

Сегодня мартеновские печи уже полностью вытеснены более прогрессивными технологиями, такими как кислородно-конвертерный процесс, когда сталь получают путем продувания кислорода через расплавленный чугун, и электродуговые печи, где идет переплавка стального лома с необходимыми добавками. По данным Worldsteel, примерно 70% мировой стали производится с использованием доменной печи и кислородно-конвертерного производства. Около 30% стали производится электросталеплавильным способом.

Совсем небольшое количество стали в мире производится по методу прямого восстановления железа. Принципиальное отличие метода прямого восстановления от классической технологии выпуска стали из первородного сырья в том, что вместо кокса в нем используются продукты конверсии природного газа в водород и моноксид углерода. В 2019 году объем выпуска такой стали составил около 108 млн тонн в год, то есть менее шести процентов. Однако в России эта доля еще ниже, пока почти отсутствуют и крупные комплексы по производству стали по такой технологии: подобное производство есть только на Оскольском электрометаллургическом комбинате, входящем в металлургический холдинг «Металлоинвест» Алишера Усманова.

В проекте нового металлургического комплекса «Эколант» в Нижегородской области для получения прямовосстановленного железа из двух технологий Midrex и HYL была выбрана технология HYL (Energiron, разработка Tenova HYL и Danieli & Co, Италия). Она базируется на использовании восстановительного газа с высоким содержанием водорода, получаемого за счет парового риформинга — производства водорода и моноксида углерода из природного газа и водяного пара. Оснащать новое производство будут и российские, и зарубежные компании. Поставщиком установки металлизации железа, основного сталеплавильного оборудования, блюмовой машины непрерывной разливки стали и установки газоочистки выбрана итальянская компания Danieli, поставщиком слябовой машины непрерывной разливки стали — австрийская Primetals Technolgies.

Металлизация сырья и подготовка к выплавке стали в таких печах похожа на процессы, протекающие в домне. Однако есть принципиальное отличие: в шахтной печи, куда загружается железорудное сырье, не применяется кокс. Его в технологическом процессе заменяет смесь водорода и оксида углерода. Поэтому в результате восстановления железа не происходит такого значительного образования углекислого газа, как при использовании кокса, вместо этого образуется безопасный водяной пар. Такой метод производства относится к наилучшим доступным технологиям в металлургии. Потребность в окатышах составит до 3,5 млн тонн (8% их производства в России), природного газа — до миллиарда кубометров, это эквивалентно 10% мощности Балтийского СПГ. На выходе из шахтной печи получаются горячие металлизированные окатыши с содержанием железа 85‒90%. В проекте «Эколант» они сразу, горячими, с помощью пневмотранспорта будут подаваться в дуговую сталеплавильную печь.

«Уникальность “Эколанта” в том, что производство стальной продукции — слябов и блюмов — будет осуществляться из железорудного сырья и природного газа в едином комплексе большой мощности, — рассказывает директор этого предприятия Андрей Кухно. — В его составе будет одновременно установка прямого восстановления железа — DRI, электросталеплавильное производство и разливка на двух машинах непрерывного литья заготовок — слябовой и блюмовой. Посредством пневмотранспортной системы мы будем перегружать восстановленные горячие окатыши из установки DRI непосредственно в дуговую сталеплавильную печь при температуре около 550 градусов Цельсия. Это будет первый подобный завод в Европе».

Применение технологии выпуска стали из железа прямого восстановления «Эколант» позволяет до трех раз снизить выбросы углекислого газа и оксида серы в атмосферу в сравнении с традиционной конвертерной технологией производства. А углеродного следа, связанного с добычей каменного угля, производством кокса, транспортировкой этого сырья, в конечной продукции вообще не будет. Не будет происходить и загрязнения стали примесями серы и фосфора, которые попадают в металл из каменного угля, или меди и никеля, которые примешиваются к стали при выпуске ее из лома. Поэтому сталь по такой технологии получается не только низкоуглеродной, но и сверхчистой, улучшающей качество продукции из нее. Например, сталь нового комплекса в Выксе будет в среднем до пяти раз чище по всем примесям по сравнению с той, которая выплавлена на металлоломе.

«Проект “Эколант” предусматривает внедрение современных технологий, включая технологию прямого восстановления железа. Внедряемая технология относится к категории “зеленых” — это наиболее современное решение, позволяющее в три раза сократить выбросы углекислого газа в сравнении с традиционной конвертерной технологией производства стали, и является важным шагом в сокращении негативного влияния металлургического производства на окружающую среду, — говорил министр промышленности и торговли Денис Мантуров во время старта проекта “Эколант” в Выксе в марте 2021 года. — Мы за этим процессом следим, и могу сказать, что это будет одно из самых экологически чистых производств если не в мире, то в Европе, в сфере черной металлургии. По этой технологии Минпромторг России в конце прошлого года принял решение о проведении открытого конкурсного отбора на заключение специального инвестиционного контракта, СПИК».

От мартена к DRI

Первая мартеновская печь в Российской империи была запущена всего через несколько лет после ее изобретения, в 1870 году, на Сормовском заводе в Нижегородской губернии. Спустя почти 150 лет, в марте 2018-го, на Выксунском заводе ОМК в Нижегородской области был остановлен последний в России крупный мартеновский цех. Примечательно, что «Эколант», этот первый крупный шаг к переходу в России к «зеленой» металлургии, будет построен также в Нижегородской области.

Основным потребителем «зеленой» стали будет Выксунский завод ОМК, крупнейший в Европе производитель труб большого диаметра (ТБД) и железнодорожных колес. На нем в 2005 году, опять-таки впервые в России, было запущено производство ТБД «русского размера», которые впоследствии использовались для строительства международных газопроводов «Северный поток» и «Северный поток — 2», «Сила Сибири», «Турецкий поток». Трубные линии в Выксе и строительство там в 2011 году самого современного в Европе стана-5000 помогло решить проблему импортозамещения ТБД в России и высококачественного широкого листа для выпуска труб магистральных трубопроводов.

С 2025 года, после запуска «Эколанта», Выксунский завод начнет производство важной продукции для ТЭК и транспортной отрасли: труб большого диаметра, бесшовных труб для добычи нефти и газа, железнодорожных колес и толстолистового проката для судостроения, — которое будет осуществляться преимущественно из «зеленой» стали. Низкий углеродный след, соответствие мировой и национальной повестке сокращения выбросов СО2, высокая чистота стали и эффективность станут конкурентным преимуществом российского производителя на зарубежном и отечественном рынках.

«Экологичность при сохранении и улучшении качественных и эксплуатационных характеристик продукции позволяет избежать дополнительного таможенного и тарифного регулирования (экологического сбора) при поставках в страны Европы и иные страны, применяющие аналогичное регулирование, — отмечает Дмитрий Чернышев, директор по стратегии и инвестициям Объединенной металлургической компании — главного будущего потребителя “зеленой” стали “Эколанта”. — Поставки стали данного комплекса позволят укрепить конкурентоспособность российской продукции, тем самым создав новые возможности для развития отечественной металлургии. После запуска в Выксе комплекса “Эколант” наша страна первой в Европе будет обладать крупным производством, где на одной производственной площадке из руды и природного газа будут выпускаться высокотехнологичная металлургическая продукция высоких переделов».

 «Зеленое» финансирование

«Эколант» — наиболее масштабный проект в современной металлургии. Для его финансирования сформирован синдикат с участием ВЭБ.РФ, банка «Открытие» и Сбербанка. Соответствующие кредитные соглашения подписали 20 апреля 2021 года председатель ВЭБ.РФ Игорь Шувалов, первый заместитель председателя правления Сбербанка Александр Ведяхин, президент-председатель правления банка «Открытие» Михаил Задорнов и владелец «Эколанта» Анатолий Седых. Проект будет реализован с использованием механизма «фабрика проектного финансирования». Доля участия госкорпорации в синдикате составляет 20 млрд рублей, еще 20 млрд — резервный транш. Два других финансовых партнера предоставят еще по 40 млрд рублей. Более 40 млрд рублей составляют собственные средства инициатора проекта.

«Это проект, который соответствует повестке развития “зеленой” экономики. Здесь создаются новые мощности, которые отвечают самым высоким экологическим требованиям и способствуют снижению углеродного следа при производстве металлургической продукции, — сказал на подписании документа в Выксе председатель государственной корпорации развития ВЭБ.РФ Игорь Шувалов. — ВЭБ.РФ инвестирует в проект в синдикате с коммерческими банками через механизм фабрики проектного финансирования» Вместе с партнерами, инициатором проекта компанией “Эколант”, мы создаем задел для долгосрочной конкурентоспособности самого предприятия, моногорода Выкса и Нижегородской области».

«Сбер уделяет большое внимание вопросам экологии и в целом ESG-трансформации как отдельных предприятий, так и целых отраслей. Проект “Эколанта” нам особенно интересен не только своим значением для отечественной металлургии, но и тем, что он предполагает использование наилучшей из доступных технологий — технологии прямого восстановления железа DRI. По сравнению с доменно-конверторной технологией она позволяет существенно снизить энергозатраты и выбросы парникового газа», — отметил Александр Ведяхин.

Наилучший из доступных

Строительство комплекса даст и большой социально-экономический эффект. Он создаст более 700 современных рабочих мест в самом комплексе и около двух тысяч — в период строительства. Валовой региональный продукт Нижегородской области вырастет на пять процентов. «Проект имеет важное стратегическое значение для экономики, — отмечает Анатолий Седых. — Он будет способствовать росту внутреннего потребления природного газа и железной руды — ресурсов, которыми богата наша страна, и росту доли производства в России продукции высоких переделов, необходимой для российских нефтегазовых и транспортных компаний и конкурентоспособной на мировом рынке. Это пример наилучшей доступной на сегодняшний день “зеленой” технологии, который может дать новое развитие отечественной стальной индустрии и улучшить экологию в промышленных регионах».

При значительном увеличении выпуска стали влияние производств Выксунского завода на воздух города будет существенно ниже, чем до остановки там мартеновского производства. У комплекса будет система газоочистки с автоматической системой контроля за чистотой воздуха, что позволит сократить выбросы взвешенных частиц до 5 мг/м3. Среди других экологических особенностей технологии — замкнутый цикл водоснабжения и переработка тепла в электроэнергию. Полученные из бросового тепла отходящих газов 24 МВт электроэнергии поступят на внутреннее потребление, повысят энергоэффективность и сведут до минимума потребность установки металлизации окатышей в закупке электричества. Все поверхностные воды — дождевые и талые, с кровель зданий, прилегающих автомобильных дорог, площадок и газонов — будут собираться через специальные сети и лотки в пруды-отстойники, а затем использоваться для подпитки замкнутых водооборотных циклов комплекса.

Что дальше?

Стоит отметить, что возможность перехода производства стали на «зеленые» технологии изучают по всему миру. «Например, немецкая металлургическая компания Salzgitter AG планирует отказаться от доменного процесса и перейти на водород и систему прямого восстановление железа, — рассказал “Эксперту” руководитель по технологии и качеству в проекте “Эколант” Сергей Ботников. — Первый из таких заводов в Германии может быть введен в эксплуатацию в 2026 году. После полного перехода на установки прямого восстановления эта немецкая компания планирует сократить выбросы углекислого газа более чем на 95 процентов при условии, если не будет вообще применяться природный газ для производства водорода. Надо понимать, что для получения водорода будет использоваться обычная вода и сверхмощные электролизеры — в Европе просто нет такого доступа к дешевому природному газу, как в России».

Возможность замены природного газа на водород, причем без принципиальных изменений в технологиях, предусмотрена и в «Эколанте». В будущем это позволит производить железо прямого восстановления вообще без выбросов СО2, что приблизит углеродный след комплекса в Выксе его к нулю.

Автор Ксения Клепча

https://expert.ru/expert/2021/23/pionery-nizkouglerodnogo-sleda/


Об авторе
[-]

Автор: Андрей Бакеев, Ксения Клепча

Источник: expert.ru

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 01.07.2021. Просмотров: 38

zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta