Власть и народ в России — на социальной дистанции

Содержание
[-]

***

Подачки от государства для пенсионеров покроют только подорожание «борщевого набора»  

Второго сентября российские пенсионеры начнут получать свои 10 тысяч рублей, обещанные президентом Путиным на встрече с представителями «Единой России».

«Для граждан, кто получает пенсии на банковскую карту, выплата будет зачислена уже в четверг. <…> Второго сентября на банковскую карту получат выплату уже 30,7 миллиона человек», — сказала вице-премьер Татьяна Голикова на совещании премьер-министра Михаила Мишустина. Еще 12,7 млн пенсионеров, которым доставляют пенсию на дом, получат выплату вместе с пенсией. Всего деньги получат 43 млн россиян.

Упражнение в арифметике

На выплаты пенсионерам выделено 454 миллиардов руб. Но сумма только кажется большой — как сообщает Росстат в докладе «Социально-экономическое положение России», общий объем денежных доходов россиян по итогам 2020 года составил 62 270,4 миллиардов рублей. 454 от 62 270 составляет 0,73%. Это, мягко говоря, немного. Да и для самих пенсионеров прибавка в 10 тысяч только кажется значительной. Согласно тем же сведениям Росстата, в январе 2021 года средняя пенсия в России составляла 15 745 рублей. Поупражняемся в арифметике: 16 тысяч рублей, умноженные на 43 миллиона пенсионеров, дадут нам сумму в 688 миллиардов в месяц, а умножив ее на 12 месяцев, мы получим 8256 миллиардов в год. Подсчитаем, какой процент от этой суммы составят нынешние выплаты: 454 от 8256 — о, тут уже больше 5,5%.

Давайте сравним эту цифру с другой — официальным уровнем инфляции. Центральный банк называет 6,5%. Но данные даже самых официозных опросов ВЦИОМ показывают, что 63% граждан называют инфляцию «очень высокой». А если считать ее «по продуктам и товарам», то цены выросли в интервале от 10 до 30%, показывают данные «Новой». Причем больше всего подорожали «условно дешевые» продукты — те, которые составляют основу потребительского ассортимента небогатых людей. 3анятнее всего выглядит оценка потребления граждан через «индекс борща». Это не совсем шутка — динамику стоимости набора продуктов для приготовления этого блюда рассчитывают и региональные власти, и Центральный банк. Исследование «Ведомостей» показало, что «средняя стоимость продуктов для приготовления борща к июлю 2021 г. выросла до 314 руб., что на 13% выше, чем в начале года».

Можно, конечно, не класть в борщ мясо и обойтись одной картошкой. Но и она подорожала. «В первой половине 2021 года на среднюю российскую зарплату можно было приобрести 1232 кг картофеля, что на 447 кг меньше, чем годом ранее. Таким образом, если измерять покупательную способность зарплат в картошке, то за период коронавирусного кризиса она сократилась на 26,6%» — рассчитала аналитическая служба международной аудиторско-консалтинговой сети FinExpertiza.

Так что с точки зрения экономики эти выплаты — не более чем индексация пенсий в соответствии с реальным уровнем роста цен. 6,5% (теоретическая индексация) плюс 5,5% (выплаты) равно 12%. Чуть меньше инфляции по «индексу борща». И в два раза меньше инфляции по «индексу картошки».

На крючке госвыплат

Деньги, которые получат пенсионеры, «вернутся обратно», поддержав потребительский рынок. А то граждане уже реально стали экономить — по данным опросов Райффайзенбанка, в режиме постоянной экономии находится каждый второй потребитель. Более четверти — 27% — начали экономить в 2021 году. Если считать «по отраслям», цифры такие: 31% населения экономит на еде, 42% — на одежде и обуви, 17% — на медикаментах. Таким образом, «выплаты» обернутся ростом ВВП — не более чем на 0,25 процентного пункта, но и это хорошее дело.

А как же бюджет, о профиците которого так беспокоится начальство? Ничего страшного с ним не произойдет, в любом случае он останется профицитным, считают аналитики агентства АКРА. Да, приведут к «ухудшению показателей сбалансированности федерального бюджета на 0,4 п. п. ВВП по сравнению со сценарием без выплат. Ухудшение это не будет критичным в связи с получением значительных дополнительных нефтегазовых и ненефтегазовых доходов. По сравнению с ожидаемыми доходами 2021 года, отраженными в декабрьской версии бюджета, фактические доходы по итогам года могут быть на 3,5–4 п. п. ВВП выше». То есть с пенсионерами просто поделятся долей от нефтяных сверхдоходов.

Так что «выплаты» — это вроде бы и немного, но тогда почему вокруг них такой шум? Люди действительно ждут и надеются. И скорее всего, сделают то, чего от них ожидает начальство, — проголосуют как положено. Ничего удивительно, скажет экономист, прочитавший «Вестник Российского мониторинга экономического положения и здоровья населения (RLMS HSE) («НИУ-ВШЭ, 2021. Распределение доходов домохозяйств по источникам за 1992–2019 гг.»). Люди критически зависимы от «бюджетных выплат». За 20 лет основная структура доходов основной массы россиян сформировалась окончательно. В них резко выросла доля государственных трансфертов — с 31 до 41%, причем 40% она превысила в 2014 году. Доля доходов от зарплат за тот же период чуть снизилась — с 49 до 47%. А вот всякие «доходы от собственности» находятся в пределах статистической погрешности.

«Дивиденды» обеспечивают россиянам 0,1% доходов, «сдача личной собственности в аренду» — 0,3%. Собственность — она у кого надо собственность. Домохозяйство и занятость в сером секторе дают 6,5%, помощь от родственников — еще 5%. Поэтому «выплаты» — вроде бы ничтожные с точки зрения общего объема денег в экономике — для каждого конкретного домохозяйства оказываются критичными. Не то что они «сделают жизнь людей лучше». Не сделают. Но обойтись без этих выплат люди уже не могут. Поэтому люди «просят». Все данные опросов с бесконечными «денег нет» в сочетании с ответами «одобряем и поддерживаем» — это на самом деле просьбы: дайте, поделитесь, выплатите. А мы уж тут проголосуем, поддержим, все сделаем как надо.

Тарелка борща как фундамент системы

Но платить никто ничего не хочет, и начальство имеет к этому все основания. И это при том, что государственно управляемая сырьевая часть экономики РФ буквально лопается от денег. Там все хорошо так, как давно не было. Настолько хорошо, что, как сообщает ТАСС со ссылкой на данные той же самой аудиторско-консалтинговой сети FinExpertiza, каждый десятый россиянин получает зарплату более 100 тысяч рублей.

«Количество работников средних и крупных предприятий с начисленной зарплатой от 100 тыс. рублей (до вычета подоходного налога) составило в апреле 2021 года 2,84 млн человек — 10,3% всех работников <…> в апреле 2019 года численность занятых с таким уровнем заработков была на 45,6%, или в полтора раза, меньше и составляла 1,95 млн человек (7,2%, или каждый 14-й сотрудник). Правда, «больше всего работников с зарплатой от 100 тыс. рублей трудится в отрасли добычи полезных ископаемых (добыча нефти, газа, угля, металлических руд и минералов) — 30,2%, в финансовой и страховой сфере (сюда относят работников банков и финансовых организаций, финансистов, экономистов, управляющих активами и страховщиков) — 29,5%». Живут такие работники, соответственно, в нефтегазовых регионах и еще в столице. «На десять регионов приходится половина всех российских работников с зарплатами от 100 тыс. рублей, а на одну только Москву — 36%. Таким образом, каждый третий высокооплачиваемый сотрудник работает в столице. <…> в подавляющем большинстве субъектов, 66 из 85, доля трудящихся с такими заработками не достигает и 10%, а в 52 регионах не доходит и до 5%», цитирует ТАСС слова президента FinExpertiza Global Елены Трубниковой.

Вот оно, объяснение устойчивости социально-экономической конструкции. Маленькая часть населения зарабатывает достаточно, чтобы быть довольной и голосовать «за». А большая часть — не может обойтись без начальства, которое перераспределяет доходы, заработанные меньшей частью. И тоже вынуждена голосовать «за». И что бы там ни говорила эта «большая часть», отвечая на вопросы социологов, слова о «бедности» и «экономии» никак не угрожают бесперебойной работе горно-обогатительных комбинатов, сталепрокатных заводов, нефтяных вышек контейнерных терминалов. А ведь только благополучие этой государственно-экспортной части экономики по-настоящему волнует начальство. И доходы от эксплуатации этой экономики позволяют начальству распределять национальное достояние — ровно так, чтобы компенсировать людям подорожание продуктов для борща. Не меньше. Но и не больше.

Можно даже сказать, что тарелка борща (точнее, невозможность ее наполнить за счет своего труда, без вмешательства власти) — это настоящая опора существующей системы.

Автор Дмитрий Прокофьев, специально для «Новой газеты»

https://novayagazeta.ru/articles/2021/09/01/nami-praviat-kakie-to-supchiki

***

Разовое улучшение статистики не убережет доходы граждан от инфляции

Президентская выплата пенсионерам в 10 тыс. руб. позволит, по расчетам «НГ», обеспечить в этом году рекордный рост пенсий в реальном – с учетом инфляции – выражении: примерно на 5%.

Такого скачка не было 10 лет. Но затем, когда пенсии вернутся к обычным темпам роста, случится отскок назад – особенно если годовая инфляция и дальше будет превышать 5–6%. Аналогичным образом развивались события и после предыдущей единовременной выплаты в 5 тыс. руб., о ней тоже тогда объявили перед выборами. Такие разовые меры становятся «статистическими костылями», помогающими одномоментно изобразить рост доходов, которого другим способом достичь в долгосрочной перспективе не удается.

В стране началось перечисление пенсионерам президентской единовременной выплаты. По оценкам вице-премьера Татьяны Голиковой, выплата в размере 10 тыс. руб. позволит поддержать доходы примерно 43 млн пенсионеров. Уточним, в начале этого года получателей страховых пенсий именно по старости было чуть больше 35 млн. Как поясняется на официальном сайте Пенсионного фонда России (ПФР), право на выплату не зависит от вида получаемой пенсии, то есть она полагается как пенсионерам по старости, причем не важно, работают они или нет, так и, в частности, гражданам с инвалидностью, семьям, которые получают пенсию по случаю потери кормильца.

«Главное, чтобы по состоянию на 31 августа 2021-го человек был пенсионером и получал любую из страховых пенсий или пенсий по государственному пенсионному обеспечению», – уточнил ПФР. При этом, как показывают усредненные данные Росстата по всем видам пенсий, уже шесть месяцев подряд пенсионеры в России теряют свои доходы из-за инфляции. Номинальное увеличение пенсий теперь уже хронически не успевает за ростом цен. Так, в июле при увеличении пенсий в номинальном выражении на 5,5%, в реальном выражении они сократились на 0,9%. Добавим к этому, что при всей государственной заботе о пожилых, полноценная и своевременная индексация в стране положена не всем: ее лишены работающие пенсионеры.

Теперь – и это особенно важно в год выборов – статистику получится кратковременно улучшить. Как показали расчеты «НГ», президентская единовременная выплата пенсионерам в размере 10 тыс. руб. позволит обеспечить в этом году разовый рост реальных пенсий примерно на 5–5,5%. Расчеты приблизительные для ситуации «при прочих равных». Итак, если разовую президентскую выплату разделили бы на 12 месяцев и выдавали ее с января этого года, то получилось бы, что каждый месяц пенсионер получал бы дополнительно к своей обычной пенсии примерно по 833 руб.

При этом, как показывает статистика, последние несколько лет пенсии в стране как раз увеличивались на эту сумму. То есть каждый месяц пенсия в России была примерно на 830 руб. больше, чем за тот же месяц год назад. Допустим, в июле 2021-го средняя пенсия составила, по Росстату, 15 802 руб., а в июле 2020-го она была 14 976 руб. Разница – почти 830 руб., или около 5,5%. И примерно такая же разница наблюдается на протяжении и этого года, и прошлого. Но этот номинальный рост пенсий в 2021 году не обеспечивал реального увеличения, инфляция была выше. Если же теперь учесть президентскую выплату, тогда мы сможем обеспечить в этом году увеличение пенсий в номинальном выражении почти на 11%, а реальном – примерно на 5–5,5% в зависимости от того, какой будет дальше инфляция. Это рекорд: на протяжении последних 10 лет такого роста пенсий в реальном выражении по итогам года не наблюдалось.

Однако когда начиная со следующего года пенсии вернутся к своим обычным темпам роста, скорее всего мы снова получим их сокращение в реальном выражении – если годовая инфляция и дальше будет превышать 5–6%. Индексация страховых пенсий в 2022 году планировалась на уровне 5,9%. Центробанк (ЦБ) ожидает в 2022-м инфляцию около 4–4,5%, но сейчас она – для сравнения – составляет около 6,5%.

Похожую ситуацию мы наблюдали и после предыдущей единовременной выплаты пенсионерам в размере 5 тыс. руб., о которой было объявлено в 2016 году накануне прошлых выборов в Госдуму. Выплата была произведена в начале 2017-го, а поводом для нее стала недоиндексация пенсий в 2016-м. А также общая тенденция снижения реальных и пенсий, и доходов. Так что пенсионерам решили компенсировать недополученное, хотя сама эта «компенсация» тоже не перекрывала потерь.

Ту единовременную выплату получили свыше 43,5 млн пенсионеров. На эти цели было потрачено 221,7 млрд руб. (см. «НГ» от 27.02.17). Для сравнения: сейчас Минфин оценил, что на президентские разовые выплаты пенсионерам, а также силовикам потребуется около 500 млрд руб. Напомним, по итогам всего 2017 года Росстат зафиксировал рост пенсий в реальном выражении с учетом единовременной выплаты сразу на 3,6%, а без выплаты рост был на 0,3%. И потом последовал отскок: по итогам 2018-го пенсии в реальном выражении с учетом выплаты сократились на 2,4%, а без учета выплаты рост был на 0,8%.

В целом в статистике доходов населения тоже можно было отследить эхо единовременной выплаты. Так, в первом квартале 2017-го реальные располагаемые доходы населения в годовом выражении увеличились на 0,1%. Рост мизерный, но стоит учесть, что до этого на протяжении семи кварталов подряд доходы в годовом сопоставлении сокращались. По итогам всего 2017-го сокращение реальных располагаемых доходов населения составило лишь 0,5%, что тоже казалось успехом после их существенного снижения за 2014–2016 годы. Разовая мера позволила одномоментно улучшить статистику. Правда, стагнация доходов населения продолжилась, а рост пенсий оказался слишком хрупким, и при новых потрясениях, даже несмотря на проведенную реформу, они снова ушли в минус.

При этом, как считают опрошенные «НГ» эксперты, в случае с новой единовременной выплатой отскок назад может случиться даже раньше – «не дожидаясь» 2022 года. «В конце октября – в ноябре уже станет вновь ощущаться снижение покупательной способности пенсий в реальном выражении, причем этот процесс, вполне вероятно, затронет и начало 2022 года, – полагает профессор РЭУ им. Г.В. Плеханова Юлия Финогенова. – Уже в августе Банк России пересмотрел в сторону увеличения темпы роста инфляции к концу 2021-го до 5,7–6,2%. Хотя нельзя исключить и более высоких значений». А отдельные группы товаров скорее всего продолжат дорожать более быстрыми темпами, предупреждает эксперт.

«Пенсии в реальном выражении после скачка, связанного с президентской выплатой, могут сокращаться довольно продолжительное время – около полугода, причем на фоне постоянно растущей инфляции, – ожидает старший аналитик центра «Альпари» Анна Бодрова. – Президентская доплата пенсионерам сработает косметически. Цены по-прежнему растут быстрее, чем благосостояние пенсионеров». «Внеплановые выплаты, не заложенные изначально в бюджет, вынуждают прибегать к эмиссионным механизмам финансирования, что, в свою очередь, только ускоряет инфляцию, – продолжил аналитик компании «Финам» Алексей Коренев. – Фактического улучшения ситуации с доходами пенсионеров не произойдет: все дополнительные выплаты будут съедены пропорционально выросшей инфляцией».

Хотя ЦБ оценивает ситуацию иначе, уверяя, что влияние на инфляцию будет разовым и небольшим.

«Обеспечить ежегодное повышение пенсий на уровень выше инфляции можно в условиях роста экономики более чем на 4% в год. У нас в этом году рост составит в районе 4%, но он будет восстановительным после провала в 2020-м», – добавил руководитель департамента компании «Универ Капитал» Андрей Верников. Далее рост, по его прогнозу, будет постепенно замедляться из-за отсутствия структурных реформ. «Перечисление единовременной выплаты к пенсии на банковские карты стартовало 2 сентября во всех субъектах РФ, – сообщили «НГ» в пресс-службе Минтруда. – Выплаты производятся автоматически, никаких заявлений людям писать не требуется. При этом данные выплаты получат как неработающие, так и работающие пенсионеры. Всего через Пенсионный фонд единовременные выплаты получат порядка 43 млн пенсионеров».

При этом в министерстве пояснили, что статистика учитывает только размер пенсионного обеспечения. «Различные выплаты, производимые к пенсии, такие как ежемесячные денежные выплаты, социальные доплаты к пенсии, единовременные денежные выплаты, не учитываются при определении среднего размера начисленной пенсии, соответственно, не отражаются при определении динамики размера пенсии как в номинальном выражении, так и с учетом инфляции», – обратили внимание в Минтруде.

Автор Анастасия Башкатова, Заместитель заведующего отделом экономики "Независимой газеты"

https://www.ng.ru/economics/2021-09-02/1_8242_economics1.html

***

Почему россияне упорно сопротивляются вакцинации

Отношение россиян к вирусной угрозе и к вакцинации уже многократно обсуждалось. Обсуждение кажется столь же малорезультативным, как и принимаемые меры убеждения. В самом деле, в обоих случаях все упирается в не очень понятный факт: большинство россиян не хотят прививаться, и всё.

Посмотрим, что говорят данные опроса, проведенного в августе иностранным, как утверждают в Минюсте, агентом — Левада-центром. А данные показывают, что ситуация в общем приобрела черты хронической. В конце 2020 года был всплеск опасений. Боявшихся заразиться было вдвое больше, чем не боявшихся. Но к февралю этого года соотношение стало иным: не боятся несколько более половины, боятся чуть более 40%. С тех пор ничего не изменилось, в августе пропорция была 55:43. Но это в среднем. А страх и возраст тесно связаны: среди молодых большинство в две трети не боятся заразиться, а среди пожилых большинство в две трети — боятся.

Эта связь кажется понятной. И ей отвечает разная доля уже привившихся в разных возрастных группах. Среди молодых — около четверти. Наивысшая доля, 40%, — среди тех, кому от 45 до 54 лет, это прежде всего служащие и руководящие работники. Они самые послушные (или сознательные), на них легче всего оказывать административное давление. Среди пенсионеров сделали прививку треть опрошенных.

Но дальше начинается самое возмутительное для медиков, самое досадное для администрации и самое интригующее для исследователя. Да, треть взрослых россиян уже сделали прививку, еще 15% готовы ее сделать, но половина и более постоянно отвечали интервьюерам, что делать прививку добровольно (пусть и бесплатно) не готовы. Даже среди лиц, имеющих высшее образование, почти половина — «отказники». В чем дело?

Исследования позволяют уверенно отвергнуть версию, что у нас большинство вообще против всяких вакцинаций. Нет, таких людей не более 6%. Не годится ответ, что наши люди считают ковид выдумкой или заговором, вакцинацию — способом чипирования и т.п. Такие мнения есть, но они столь же маргинальны. Приходилось слышать, что дело в недоверии к отечественной вакцине, вот была бы импортная… Однако опрос показал, что при наличии выбора вакцины

  • AstraZeneca и Moderna выбрали бы по 1%,
  • Pfizer — 4%.
  • А нашу «ЭпиВакКорону» выбрали бы 6%,      
  • «Ковивак» — 9%,
  • «Спутник V» — 33%.

Говорят, россиян смутило то, что вакцина не прошла всей должной проверки, неизвестны последствия и т.п. Действительно, около половины отказывающихся приводят доводы такого рода. Но углубленные исследования показали, что за этим объяснением стоит другое. Как мы уже не раз писали, наши люди поняли, догадались, почуяли, что спешка с выводом «Спутника» на мировую орбиту имеет политическое объяснение. О том, что политика для властей важнее общественного здоровья, во весь голос заговорили, когда строгие ограничения враз были сняты, чтобы провести голосование по поправкам в Конституцию. А зачем и кому были нужны эти поправки, публике было ясно. И когда тот или те, кому они были нужны, с отеческой интонацией стали призывать к вакцинации, к соблюдению социальной дистанции, желающих следовать их призывам оказалось немного. Так народ ответил на нарушение политической этики.

Поскольку термин «социальная дистанция» был позаимствован у социологов, то воспользуемся им в его исходном смысле и скажем: в итоге этих действий власти социальная дистанция от народа до нее стала нарастать. В ситуации бедствия можно было бы ожидать сплочения народа вокруг власти, властителя, властей. И оные, этого ожидая, стали вести себя на публике (т.е. на экране) так, будто в самом деле стали отцами родными, строгими, но добрыми. Индикаторы, которые показывают дистанцию до власти (рейтинги доверия, одобрения и пр.), должны были бы отметить подъем ответных чувств благодарности или хотя бы умиления. Но они если и двигались, то вниз. Не только готовность сознательно следовать советам и указаниям (порой вполне рациональным) оказалась ниже ожидаемой, но и готовность, не рефлексируя, воспринимать пропаганду и социальную рекламу оказалась сниженной. Тем, кто любит говорить, что власть может все что хочет, внушить народу через телевизор, стоит заметить, что напор агитации за ношение масок и перчаток или за вакцинацию больше, чем в любой политической агиткампании. А результат весьма далек от искомого: даже среди тех, для кого основным источником информации является ТВ, 46% не хотят вакцинироваться.

То, что дело с вакцинацией приобрело политический характер, стало ясно, когда опросы показали, что готовность прививаться связана с готовностью одобрять деятельность В.В. Путина на посту президента и наоборот. Среди тех, кто в августе отвечал нашим интервьюерам, что не одобряет его деятельность, а их было 37%, в полтора раза больше не желающих вакцинироваться, чем среди одобряющих. Если наше общественное мнение начинает высвобождаться из тени пропаганды, то это хорошо. Но, становясь в этом отношении самостоятельными, люди должны теперь принимать на себя ответственность за жизнь и здоровье — и свои, и общие. А этого пока не хватает.

Опрос проведен 19–26 августа 2021 года по репрезентативной всероссийской выборке городского и сельского населения объемом 1621 человек в возрасте от 18 лет и старше. Исследование проводится на дому у респондента методом личного интервью. Распределение ответов приводится в процентах от общего числа опрошенных.

Автор Алексей Левинсон, руководитель отдела социокультурных исследований «Левада-центра»

https://novayagazeta.ru/articles/2021/09/01/vlast-i-narod-na-sotsialnoi-distantsii


Об авторе
[-]

Автор: Дмитрий Прокофьев, Анастасия Башкатова, Алексей Левинсон

Источник: novayagazeta.ru

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 02.09.2021. Просмотров: 32

zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta