Визит Президента России Владимира Путина в Индию 6 декабря 2021 года

Содержание
[-]

***

Россия — Индия: что будет после 600 тысяч «калашниковых»? 

На фоне жесткой риторической подготовки и обмена угрозами перед телефонным саммитом президентов России и США наблюдатели не придали, возможно, большого значения визиту Владимира Путина в Индию. А зря.

С нынешним премьером Индии Нарендой Моди, как и с его предшественниками, была договоренность проводить российско-индийские саммиты не реже раза в год. В прошлом году пандемия эти планы нарушила, но в нынешнем решили уже не пропускать. То, что визит состоялся накануне заведомо сложного видео-саммита с Байденом, носило отчасти символический характер — тень Америки витала и над российско-индийскими переговорами.

Удивительно ли это? Нет, конечно. Времена, когда «дорогой Леонид Ильич» лобызался с Индирой Ганди, ушли в прошлое, и нынешняя дружба между нашими странами уже не та. Хотя Индия состоит и в БРИКС, и в Шанхайской организации сотрудничества, страну активно «обхаживают» Штаты, стремясь вовлечь в свои геополитические проекты в Юго-Восточной Азии, нарастить торговлю, а главное — подсадить Индию на американские вооружения, особенно в свете объявленной нынешним премьером страны программы масштабного перевооружения армии. И это в то время, когда до 3/4 сегодняшнего военного арсенала Индии — либо советского, либо российского происхождения.

Парадокс состоит в том, что интенсивное сближение Дели с Вашингтоном началось именно при нынешнем премьере, который на момент прихода к власти находился под американскими санкциями за нарушения прав человека (во времена своего правления в штате Гуджарат). Отменили мгновенно, разумеется.

В 2016 году США присвоили Индии статус «главного партнера в оборонных вопросах», что дает определенные преимущества в доступе к военным технологиям и технологиям двойного назначения без получения на то специального разрешения. В 2020 году объем торговли вооружениями Индии с США вырос до 20 млрд долларов. В том числе США поставляют в эту страну современные вертолеты, системы ПВО, истребители. Американские инструкторы проводят обучение индийских военнослужащих, а в 2019 году прошли первые в истории совместные учения сразу трех родов войск. Индия является членом четырехстороннего альянса QUAD наряду с Австралией, США и Японией, созданного специально для противодействия Китаю в Тихоокеанском регионе. Кстати, на российско-китайское сближение Дели по понятным причинам смотрит без одобрения. 

Индия является вторым в мире импортером вооружений по объемам, на нее приходится примерно 10% мировой торговли оружием. Ведущим поставщиком по-прежнему остается Россия, однако ее доля упала с 70% о 49% (по данным SIPRI). Дели больше не хочет зависеть от одного поставщика и собирается диверсифицировать портфель заказов. К тому же, по части именно новейших оружейных систем (кроме С-400) мы все больше проигрываем конкуренцию западным поставщикам. Так или иначе, но российско-индийские отношения на таком фоне явно нуждаются в дополнительном импульсе, который и был призван придать визит Владимира Путина, со времени начала пандемии покидавшего Россию лишь однажды — когда президент отправился прошлым летом на несколько часов в Женеву на саммит с Байденом. 

Импульс вроде бы получился. Тем более что компанию президенту составили и глава МИД Сергей Лавров, и глава Минобороны Сергей Шойгу. Было подписано сразу несколько соглашений в области торговли и военно-технического сотрудничества. Наверное, самой «кликабельной» новостью стало сообщение о том, что Индия получила лицензию на производство 600 тысяч автоматов Калашникова, а также объявление о намерении увеличить взаимный товарооборот до 30 млрд долларов к 2025 году — против 11 млрд в допандемийном 2019 году. (Для сравнения, товарооборот Индии с США в год накануне пандемии составил 146 млрд долларов при торговом дефиците у США почти в 29 млрд долл.).

В числе других военных контрактов говорилось о желании России продолжить поставки систем С-400 (предыдущий контракт 2018 года был выполнен). Теоретически, такая сделка может поставить Индию под угрозу американских санкций, поскольку закупка российских вооружений может быть сочтена их нарушением. Однако, есть высокая вероятность, что Вашингтон пока закроет на это глаза, дабы не мешать своим крепнущим связям с Дели.

Всего же в ходе визита Путина были подписаны 28 инвестиционных контрактов. В том числе «Роснефть», наконец, получила желанный контракт на поставку до конца 2022 года в Индию до 2 млн тонн нефти. Найдет в Индии спрос и российский уголь: обе страны схожи в том, что не спешат бежать, сломя голову, к «зеленой энергетике».

И все же главный вызов для российско-индийских экономических связей состоит в том, чтобы уйти от старых моделей с опорой на энергоносители, другие полезные ископаемые и старые, традиционные технологии. Уйти, смещая акценты в пользу новейших технологий и таких современных направлений, как кибербезопасность и компьютерные технологии в широком смысле, фармацевтика, та же «зеленая энергетика», новые транспортные и сельскохозяйственные технологии и т.д.

Экономика Индии (шестая в мире по объемам) в последние годы быстро модернизируется. Хотя доля обрабатывающей промышленности в ВВП страны составляет скромные 15%, даже это выше аналогичного российского показателя. Превосходит Индия нашу страну и по общему объему промышленного производства. Но самое заметное отставание наблюдается в сфере IT-технологий, которые в нашем ВВП дают менее 1%, а в Индии на долю IT-индустрии пришлось 8% ВВП в 2020 году. Страна лидирует в компьютерном аутсорсинге, занимая около 55% рынка объемом 200-250 млрд долларов в год. Если Индия и дальше будет уходить в технологический отрыв, то есть опасность, что нам будет все меньше что ей предложить из технологий, оборудования и новейших вооружений. Особенно, когда закончится контракт на изготовление 600 тысяч автоматов Калашникова.

Автор Георгий Бовт, кандидат исторических наук, политолог

Источник - https://expert.ru/2021/12/8/rossiya-indiya-chto-budet-posle-600-tysyach-kalashnikovykh/

***

Комментарий: Правила двух треугольников: зачем Владимир Путин в Индию летал

6 декабря российский президент посетил Индию. И в повестку его визита входили отнюдь не только оружейные контракты.

Индийское исключение

Пандемия коронавируса внесла серьезные коррективы в жизнь и работу мировых лидеров. Так, например, глава Китая Си Цзиньпин с самого начала эпидемии (то есть почти 2 года) сидит в КНР и никуда из страны не выезжает – ни на какие саммиты, ни на какие международные мероприятия. Что же касается Владимира Путина, то хозяин Кремля лишь два раза покидал РФ – и оба случая касались саммитов, которые из-за их важности требовали встречи вживую, а не через монитор. Первой такой встречей стал саммит в июне 2021 года с Джозефом Байденом в Женеве – Россия и США должны были договориться о прекращении эскалации, толкающей обе ядерные державы к ядерной же войне. Вторым же стал полет в Индию в декабре 2021 года, причем компанию Путину составили министр иностранных дел Сергей Лавров и министр обороны Сергей Шойгу. Можно, конечно, сказать , что визит проводился ради заключения новых контрактов (например, на производство в Индии новых автоматов АК, а также поставку из России новейших образцов вооружения, о чем написали многие российские СМИ), однако для таких вещей достаточно отправить министра обороны Шойгу. Путин же прилетел для других задач – а именно для прояснения разногласий и недопониманий в двусторонних отношениях. 

Если брать заявления официальных лиц, то между Индией и Россией никакого недопонимания нет. «За последние несколько десятилетий на глобальном уровне произошло много фундаментальных изменений. Возникло множество геополитических уравнений. Но дружба между Индией и Россией была неизменной среди всех этих переменных. Обе страны не только без колебаний сотрудничали друг с другом, но и особо заботились о чувствительности друг друга. Это действительно уникальный и надежный образец межгосударственной дружбы», - заявил Нарендра Моди. 

Однако на самом деле все не так радужно. «Ситуация в мире меняется, углубляется раскол между растущим Китаем и пытающимся сдержать его блоком стран во главе с США. Этот процесс так или иначе втягивает в себя и другие великие державы, включая Россию и Индию, проверяя на прочность старые связи; чтобы избежать проблем, необходимо хорошо понимать интересы партнера и чутко реагировать на его пожелания. К сожалению, это не всегда получается сделать, поэтому взаимные обиды копятся», - говорит Эксперту Online старший наукчный сотрудник ИМЭМО РАН Алексей Куприянов. 

Так, например, в Индии не понимают мотивы Москвы в деле сближения с Пакистаном. Рассматривают проведение российско-пакистанских учений и сотрудничество по афганскому вопросу. (Исламабад поддерживает талибов (организация запрещена в России), тогда как Россия пытается выстроить с новыми афганскими властями рабочие отношения) как чуть ли не антииндийский пассаж. И тут на Индию нужно не обижаться, а понимать специфику мировоззрения в Нью-Дели. «Индии не нравится сотрудничество любой страны с Пакистаном. Пакистанское руководство воспринимает Индию как врага и поддерживает кашмирских сепаратистов, поэтому любое усиление пакистанской международной позиции воспринимается Индией болезненно», - говорит Алексей Куприянов. По всей видимости, Владимир Путин попытался объяснить индийскому руководству, что афганская и пакистанская политика России объясняется не стремлением поддержать какие-то антииндийские силы, а желанием защитить российское среднеазиатское подбрюшье от угроз, исходящих из нового Афганистана. 

США+Индия-Россия

Однако куда более важными треугольниками непонимания являются два иных: «Россия-Индия США» и «Россия-Индия Китай». В рамках первого непонимание исходит от России. Кремль с опасением смотрит на формирование индо-американского альянса, считая, что Штаты тем самым затягивают Нью-Дели в какие-то антироссийские игры. И, в принципе, определенная основания для этого есть – активно осваивающие индийский рынок американские компании оставляют на нем не так много маневра для российских конкурентов. 

Однако индийские эксперты утверждают, что, во-первых, американо-индийское сотрудничество направлено не против России, а против Китая. «В Москве должны понимать, что человеческие контакты между Индией и Америкой – очень тесные. США – важный партнёр в технологической и оборонной сфере, они могут предоставить нам то, чего не может дать Россия. Нас объединяет концепция Индо-Тихоокеанского региона, хотя мы не вполне одинаково её понимаем», - говорит бывший посол Индии в Москве Канвал Сибал. 

Про антикитайскую направленность говорят, собственно, и сами китайцы. «Основной причиной движения Индии в сторону Соединенных Штатов стало не желание устроить холодный душ России, а противостоять Китаю. Из-за растущего (между Пекином и Дели – прим. ред.) разрыва в области мощи и военной силы Индия начинает рассматривать Китай как главную угрозу и основного геополитического конкурента. Она боится, что Китай применит силу для разрешения территориальных споров между двумя странами. В Нью-Дели уверены, что не могут в одиночку выстоять против Китая, и поэтому обратились к Вашингтону», - пишет китайская The Global Times. В то же самое время Индия, сближающаяся с США, упорно защищает свои связи с Россией от американских посягательств. Так, например, в середине ноября начались поставки систем российских С-400 в Индию, контракт на которые был подписан еще в 2018 году. Соединенные Штаты угрожали Нью-Дели введением санкций, однако индийские власти эти угрозы банально проигнорировали. И будут игнорировать дальше, поскольку Индия не собирается занимать какую-то сторону в российско-американском конфликте, а тем более выбирать в союзники одну из двух великих держав. Хотя бы потому, что ни США, ни Россия на эту роль не подходят. Первые потому, что слишком сильно связаны с Китаем в экономическом плане и имеют слишком мало политической воли для принятия болезненных, но нужных решений. Россия же слишком сильно интегрирована с КНР в политическом смысле. 

Китай+Россия-Индия

Собственно, эта интеграция и является проблемой второго треугольника – Индия-Китай-Россия. В Нью-Дели считают, что российско-китайское партнерство угрожает индийским интересам. «Сейчас ось Россия – Китай очень укрепилась. Ось Индия – Китай крайне неспокойная. А ось Россия – Индия ослабела», - говорит Канвал Сибал. И, соответственно, задачей Владимира Путина было, с одной стороны, убедить Нью-Дели в том, что Москва остается надежным другом и союзником Индии и не станет помогать Китаю в антииндийской политике, а с другой – дать понять, что и против Китая Россия работать тоже не будет. Ни конкретно с Индией, ни с индийскими партнерами в регионе. 

Вопрос важный, поскольку в преддверие визита Путина в Нью-Дели некоторые эксперты говорили о том, что Москва и Нью-Дели могли бы посотрудничать для сдерживания КНР. «Рост китайской мощи беспокоит небольших соседей КНР в Юго-Восточной Азии, которые рассматривают тесные отношения с внерегиональными державами как ключевой элемент своей безопасности. И хоть КНР вовлечена в соперничество за роль лидера с Соединенными Штатами, страны Юго-Восточной Азии опасаются использовать США как единственный противовес в регионе. Поэтому их внимание привлекают Россия и Индия. Присутствие этих стран (в регионе – прим. ред.), широко поддерживается государствами ЮВА, и эти государства очень хотят убедить Нью-Дели и Москву усилить свое присутствие в регионе», - пишет издание The Diplomat.

На сегодняшний день российское присутствие в Юго-Восточной Азии не настолько велико, как могло быть. «Оно сосредоточено в основном на продаже оружия и сотрудничестве в области энергоносителей (например, со Вьетнамом). По другим же направлениям сотрудничество находится на скромном уровне. Так, заходы российских кораблей в порты стран ЮВА и совместные военные учения с тамошними странами являются крайне редкими и небольшими по масштабу явлениями», - продолжает издание.

Правда, уважаемые авторы и аналитики не отвечают на очень простой вопрос: а зачем России усиливать свое военно-политическое присутствие в Юго-Восточной Азии? Для того, чтобы влезать там – в чужом для себя регионе – в китайско-индийские или китайско-американские разборки? Без четкого понимания выгоды для себя?

По всей видимости, свою мысль российскому президенту до индийского премьера донести удалось. «Путин летал в Индию не для того, чтобы убедить индийцев что-то купить или куда-то вступить. Позиции сверили, меморандумы подписали, интерес и поддержку продемонстрировали - большего и не планировалось», - говорит Алексей Куприянов. Можно работать дальше.

Автор Геворг Мирзаян, доцент Департамента медиабизнеса и массовых коммуникаций Финансового Университета при правительстве РФ

Источник - https://expert.ru/2021/12/7/indiya/

***

Мнение политолога: Индия в глобальных раскладах и приоритетах российской внешней политики

Россия, Китай, Индия — подлинный становой хребет Евразии. Именно его Запад и пытается подорвать, рассчитывая найти лазейку для «плотного» внедрения на континент. Сейчас США имеют в Евразии периферийные позиции по морским окраинам. Неоднократные попытки укрепиться внутри континента всякий раз срывались, наиболее яркий из недавних примеров здесь — Афганистан. Именно поэтому развернулась такая борьба между Россией и Китаем с одной стороны и США с другой.

Владимир Путин совершил визит в Индию, где провел переговоры с премьер-министром этой страны Нарендрой Моди; подписан целый ряд важных межгосударственных документов в различных сферах. Принято совместное заявление, в котором сформулирован общий взгляд Москвы и Дели на ряд важных региональных и международных проблем. В частности, очень важной представляется геополитическая часть документа, но об этом ниже. Главу российского государства сопровождали министры иностранных дел и обороны Сергей Лавров и Сергей Шойгу, что указывает на неординарность переговоров, которые откладывались с 2020 года из-за известных событий. Последние встречи лидеров России и Индии прошли еще в 2019 году — во время Восточного экономического форума и на полях саммита «Группы двадцати» в Осаке. Ответный визит Путина состоялся только сейчас, причем несмотря на непростую и не вполне понятную эпидемиологическую обстановку. Это подтверждает неотложный характер контактов в Дели, которые назрели в связи с происходящими в мире переменами.

Удивляет антикитайский «уклон», в который впали в связи с визитом Путина некоторые российские эксперты и СМИ. Несмотря на неурегулированные пограничные споры между Дели и Пекином, доставшиеся в наследство от британского доминирования в регионе, когда Индия была колонией, а Китай находился под фактическим внешним управлением, в последние полтора года обе стороны предприняли шаги по нормализации отношений. В частности, налажен регулярный диалог между военными на линии разграничения, который уже приносит свои плоды. Стычки между военнослужащими, которые, оговоримся, даже в периоды напряженности не переходили в стрельбу, уже полтора года, как прекратились. Пекин и Дели совместно работают в объединении БРИКС, а также в ШОС; существует и тройственный формат «ядра» этих организаций — РИК: Россия — Индия — Китай.

Противопоставление связей Москвы с Дели и Пекином лишено смысла, и это наглядно демонстрируется динамикой торгово-экономических отношений. С Китаем у нас товарооборот третий год подряд превышает 100 млрд долларов; с Индией же он ниже на порядок — около 8,8 млрд. Даже по этому показателю видно, что Дели для Москвы — отнюдь не альтернатива Пекину. А кому? Об этом дальше. Пока же отметим, что российская же дипломатия, в отличие от американской, нацелена не на разжигание, а на смягчение противоречий. Тем более она не предполагает участия в них на одной из сторон. Причина проста, понятна и лежит на поверхности. Россия, Китай, Индия — подлинный становой хребет Евразии. Именно его Запад и пытается подорвать, рассчитывая найти лазейку для «плотного» внедрения на континент.

Сейчас, как ни крути, США имеют в Евразии периферийные позиции по морским окраинам: Европа, Израиль, часть Ближнего Востока, а также Япония, Южная Корея — и «подкоп» идет под Индию и страны АСЕАН. Неоднократные попытки укрепиться внутри континента всякий раз срывались, наиболее яркий из недавних примеров здесь — Афганистан. Именно поэтому развернулась такая борьба между Россией и Китаем с одной стороны и США с другой. Последние, в отличие от России, всячески раздувают разногласия Дели с Пекином и Исламабадом и делают это для того, чтобы предложить индийцам свою «крышу». Точно так же Вашингтон ведет себя и в отношении АСЕАН. Объединение в целом интересует его как геополитический противовес Китаю, а среди отдельных его членов привлекают внимание те, что сохраняют с Пекином территориальные разногласия, которые США используют в своих целях. А цель — «глубокое» проникновение и закрепление в Южно-Китайском море (ЮКМ) и в проливах, через которые КНР ведет международную морскую торговлю.

Однако, имея территориальные споры с Китаем по всей протяженности границы, Дели не готов превращаться в американский таран против Пекина. Правящая Бхаратия Джанати партия (БДП), во главе которой премьер Моди пришел к власти в 2014 году, занимает националистические позиции, особо не увлекаясь играми в глобализм. Вхождение Индии в объединение Quad под началом США (участвуют также Япония и Южная Австралия) было осуществлено в 2007 году, когда у власти находились оппоненты БДП из ИНК — Индийского национального конгресса. Тесно связанная своим происхождением с семейством Ганди, которое возглавило борьбу страны за независимость, эта партия после распада СССР принялась искать другие направления приложения своих сил и нашла их в лице США. Показательно: в новый блок, провозглашенный в нынешнем году — AUKUS — Индия, в отличие от США и Австралии, не вошла. Что в этом контексте интересно и важно применительно к итогам пребывания Путина в Дели. Ряд знаковых вещей.

Во-первых, на наш взгляд, это главное, — в совместном заявлении российского и индийского лидеров отсутствует упоминание о главном американском концепте, который характеризует направленность региональных игр США. Никакого «Индо-Тихоокеанского региона»: Тихий и Индийский океан в документе отделены друг от друга, что не обрадует Вашингтон, считающий Дели «западным флангом» своего геополитического новодела. Смыслы, которые закладываются в это российской и индийской сторонами, несколько разные, но не противоречащие друг другу и даже совпадающие в интересах. Для Москвы, как и для Пекина, американская «индо-пасифика» это геополитический вызов; Дели же не приемлет попыток глобализации и распространения сферы своей геополитической ответственности за пределы акватории, омывающей индийские берега. 

Во-вторых, провозглашая стратегию разворота на Восток, и Россия, и Индия сошлись в интересах приложения сил и инвестиций. Вопрос не праздный; развитие Дальнего Востока — наша вечная проблема, а Индия потихоньку, развиваясь динамично, не такими темпами, как Китай, но энергичнее большинства стран мира, вышла на третью позицию по экономике, оттеснив за пределы ведущего трио Японию. Для нас это принципиально важно. С одной стороны, именно Токио очень активно нацеливается на участие в экономических процессах, однако много лет тормозит с этим из-за политизации двусторонних отношений, пытаясь увязать экономику с решением в свою пользу несуществующего «Курильского вопроса». С другой стороны, восточные регионы России действительно нуждаются в опережающем развитии, и далеко не на все у нас хватает собственных сил, особенно на фоне вынужденной необходимости укреплять национальную оборону. Приход на российский Дальний Восток индийских компаний — а именно об этом говорится в совместном заявлении — способен существенно усилить потенциал развития этой территории, причем в обоюдных интересах. Проиграет — не от этого, а от собственной недальновидности — прежде всего Япония. 

В-третьих, созыв американским президентом Джо Байденом «саммита за демократию» ставит вопрос о существенной корректировке мировых раскладов. Послевоенная мировая система во главе с ООН приходит в движение, которое может привести к одному из двух возможных результатов: либо существенному обновлению ООН, прежде всего ее Совета Безопасности, либо ее замене другой, новой организацией. Очевидно, что Вашингтон домогается механизма практической, а не декларативной, глобализации в собственных интересах и на полпути не остановится. Или добьется своего за счет остальных, прежде всего России и Китая, или сломает себе шею. Учитывая эту неопределенность, Путин и Моди занесли в совместное заявление пункт о том, что, если решение о реформе Совбеза будет принято, Россия поддержит кандидатуру Индии. Не сейчас немедленно станем этим заниматься, ибо приоритет нашей страны, как и Китая, в сохранении статус-кво, а в перспективе и только при определенных обстоятельствах. Очень мудрая и взвешенная позиция обеих сторон: мы не сторонники такой реформы, но если она произойдет, линия Москвы сформулирована, представлена и поддержана Дели. 

В-четвертых, обращает внимание совместная устремленность России и Индии на взаимодействие с АСЕАН. Это тот самый вектор в международной политике, где американское двурушничество и попытки конъюнктурного использования стран «десятки» в своих антикитайских интересах не просто получают достойный и взвешенный ответ, но им противопоставляется укрепление в регионе стратегической стабильности. Почему? Буквально в последние две недели серьезные шаги по укреплению связей с АСЕАН сделали как Китай, так и Россия. Пекин провел с «десяткой» совместный саммит тридцатилетия установления официальных отношений, а Россия — военно-морские маневры, причем в зоне острова Суматра, которую давно облюбовал для себя 7-й флот американских ВМС. Подтягиваясь к связям с АСЕАН, Дели и Москва мягко вовлекаются в совместную региональную политику отнюдь не с США, а с Китаем, способствуя формированию у Индии общих интересов с Пекином. Думается, читатель хорошо понимает, насколько это важно и не нравится Вашингтону. 

В-пятых, что касается военного и военно-технического сотрудничества, то наиболее страдающей от этого стороной опять-таки остаются США, которые в последние годы приложили немало усилий для превращения Индии в одного из главных покупателей продукции своего ВПК. Ничего не получилось: до 60−70% боевой техники и вооружений, состоящих на вооружении индийской армии, — российского производства, и это завязывает Индию на нашу страну во многих вопросах, в том числе технического обслуживания, ремонта, запчастей и пр. И надо думать, что общественность, как российская и китайская, так и индийская, давно усвоила две простые истины. Чем выше удельный вес российского участия в формировании материальной базы индийской безопасности и обороны — тем ниже он у США. А чем большее влияние имеет Россия и чем меньшее — Вашингтон — тем в регионе спокойнее и тем меньше шансов у внешних по отношению к нему сил это спокойствие подорвать в интересах, несовместимых с интересами ни одной из стран-участниц нашей «большой» евразийской «тройки».

Наконец, в-шестых. То, что Путин совершил визит в Дели в канун сеанса видеосвязи с Байденом — ясный и прозрачный сигнал и американской стороне, и нашим друзьям и союзникам о том, что Россия под Штаты «прогибаться» не намерена. И собирается жестко отстаивать собственные интересы, навязывая им борьбу по всему полю глобальной политики. Не исключено: то, что в разговоре российского и американского лидеров со стороны Вашингтона прозвучали некие реалистичные акценты, сконцентрированные на смягчении того цугцванга, в который зашли российско-американские отношения, говорит о том, что «индийский сигнал» из Москвы администрация США услышала. И учитывает эту новую реальность при формировании своей внешней политики в целом и на российском направлении в частности.

Автор Владимир Павленко

Источник - https://regnum.ru/news/polit/3447944.html


Об авторе
[-]

Автор: Георгий Бовт, Геворг Мирзаян, Владимир Павленко

Источник: expert.ru

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 12.12.2021. Просмотров: 48

zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta