«Северный поток-2», «пакет Скрипалей» и иски Дерипаски: обзор главных санкционных событий 2019 года

Содержание
[-]

Добро пожаловать в «черный список»

В 2019 году санкционное давление евроатлантических стран на Россию продолжило нарастать. Возникали новые поводы для заявлений официальных лиц США и европейских стран о продлении существующих и введении новых ограничительных мер в отношении российских граждан и юридических лиц, а попытки оспаривания отдельными лицами включения в санкционные списки не принесли существенных результатов.

Освежим в памяти наиболее важные санкционные события этого года:

  • Произошло ужесточение давления западных стран на Россию, выразившееся во вступлении второго пакета санкций США против РФ по делу Скрипалей и одобрении законопроектов, предполагающих введение новых санкций.
  • Комитет по международным делам сената США одобрил жесткий антироссийский санкционный пакет «О защите американской безопасности от агрессии Кремля» (DASKA), который предполагает санкции против российского государственного долга, энергетических проектов и банков. Однако за день до голосования Государственный департамент США направил председателю сенатского комитета по международным отношениям письмо с критикой DASKA, указав, что в текущем виде (даже с учетом поправок в законопроект) он категорически неприемлем для администрации Трампа.
  • В США принят новый оборонный бюджет на 2020 год (NDAA), который среди прочего предусматривает санкции против строящегося газопровода «Северный поток-2» и уже построенного «Турецкого потока».
  • Появились новые поводы для продления существующих и введения новых ограничительных мер в отношении российских граждан и юридических лиц (в частности, киберпреступления и поддержка сирийского правительства).
  • Продолжилось формирование правоприменительной практики по вопросу оспаривания санкций гражданами РФ: дело Бориса Ротенберга в Хельсинки, иски Валентина Гапонцева и Олега Дерипаски против Министерства финансов США, а также споры с участием крупных российских компаний в Суде ЕС.
  • Продолжило усиливаться воздействие санкций на партнеров России (например, введение вторичных санкций в рамках CAATSA <рамочный закон о санкциях в отношении «противников США», принятый в 2017 году — ред.> против покупателей российских вооружений).

Последствия для России

У всех вышеизложенных событий, разумеется, были последствия для России.

 - Во-первых, российская экономика продолжила снижать темпы роста. По оценкам Всемирного банка (ВБ) рост российской экономики замедлился до 1% в 2019 году. ВБ также понизил прогноз роста ВВП России на 2020 год с 1,8% до 1,7%.

 - Во-вторых, «химические санкции» начали оказывать давление на финансовую систему России. Так, США выступили против продления займов, а также финансовой или технической помощи России международными финансовыми институтами, такими как Всемирный банк или Международный валютный фонд, а банкам США было запрещено участвовать в первичном рынке нерублёвых облигаций российского суверенного долга и предоставлять нерублёвые кредиты российскому правительству.

 - В-третьих, российский бизнес стал приспосабливаться к санкционной действительности. Такая адаптация начала выражаться в появлении санкционного комплаенса.

 - В-четвертых, не прекратилось судебное оспаривание попавшими под санкции российскими лицами своего нахождения в санкционных списках и восстановления своих нарушенных прав в иных формах. Так, в сентябре 2019 года российско-американский олигарх Валентин Гапонцев заключил мировое соглашение с Минфином США об исключении из так называемого «Кремлевского доклада».

Более того, российские олигархи оспаривают не только попадание в санкционные списки, но и публикации СМИ, послужившие основанием для включения в санкционные списки. Так, Олег Дерипаска обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с требованием к таким англо-американским СМИ, как The Times, Telegraph Media и The Nation о защите деловой репутации. Суд встал на сторону российского олигарха и признал публикации иностранных СМИ недостоверными. Однако добровольное исполнение этого решения невозможно, а приведение его в исполнение в США и Соединённом Королевстве маловероятно.

Комплаенс для всех и каждого

На этом фоне значительное развитие получил санкционный комплаенс — система следования введенным санкционным запретам и ограничениям. В условиях непрекращающегося расширения санкций, одной из актуальнейших проблем для российского бизнеса стал вопрос соблюдения санкционных режимов с целью избежания рисков.

В 2019 году во многих российских компаниях, занимающихся международным бизнесом, стали появляться собственные комплаенс-службы или комплаенс-офицеры. Мы прогнозируем, что в 2020 году даже небольшие компании, чей бизнес так или иначе взаимодействует с иностранным юрисдикциями (контрагенты, банковские счета и т.д.), озаботятся разработкой и внедрением внутренних санкционных регламентов (политик) и созданием собственных комплаенс-служб. В результате этого роль санкционного комплаенса неизбежно продолжит возрастать, следуя за развитием санкционного права и появлением новых актов о введении ограничительных мер и расширения санкционных списков США и ЕС.

Прогноз на 2020-й год

В следующем году на санкционным направлении следует ожидать следующих изменений. Мы полагаем, что проект DASKA, скорее всего, не будет принят и введён в действие. Не только потому, что он подвергся жесткой критике администрации Трампа, но и в силу особенности американского законотворческого процесса — законопроект живет ровно один год. Таким образом, прохождение законопроекта через верхнюю палату до начала 2020 крайне маловероятно.

Санкции США против «Северного потока-2», вводимые NDAA, не смогут помешать строительству газопровода. В настоящее время строительство газопровода завершено на 90% и санкции попросту не успеют воспрепятствовать запуску проекта. Вместе с тем, санкции против «Северного потока-2» ставят под угрозу немецкие компании. В 2018 году ЕС восстановила действие Регламента ЕС 2271/96 о защите своего бизнеса от экстерриториально применяемого законодательства третьих стран. Данный регламент не сможет помешать санкциям по NDAA, поскольку он не направлен против его собственников, бенефициаров или европейских инвесторов проекта. Его цель — трубоукладные и судоходные компании, такие как швейцарская Allseas, которая уже 20 лет работает на проектах «Газпрома».

В 2020-м году также следует ожидать расширения «кибер-санкций», которые могут быть применены к российским IT-компаниям и их сотрудникам, поэтому наверняка будет продолжаться отслеживание киберпреступников из России и включение их в санкционным списки.

Власти США продолжат усиленно отслеживать нарушителей санкционного режима о вмешательстве в президентские выборы 2020 года, в первую очередь из России. Соответствующий санкционный инструментарий у США уже имеется.

Продолжится уже традиционное наполнение санкционного списка по основаниям CAATSA. Вполне возможно, что санкционный список пополнится лицами, ответственными за поддержку сирийского правительства. Апелляционная инстанция Суда ЕС должна будет заслушать апелляционные жалобы Роснефти, ВТБ и ВЭБа на решения Суда ЕС общей юрисдикции от 13.09.2018 об отказе в исключении из секторального санкционного списка ЕС.

И последнее. В 2020-м году продолжится отток инвестиций и капитала, а также отказ иностранных бизнес-партнеров от совместных проектов с российскими резидентами. Попытки российских законодателей предотвратить эти последствия, в том числе посредством введения уголовной ответственности, не исправят ситуацию и послужат лишь дополнительным стимулом для прекращения деловых связей с российскими партнерами.

Автор: Антон Именнов, управляющий партнер Коллегии адвокатов Pen & Paper

https://novayagazeta.ru/articles/2019/12/27/83330-dobro-pozhalovat-v-chernyy-spisok

***

Приложение. Стратегия «болстеринг», или как защититься от экономических санкций

Экономическая коалиция вокруг России не поможет отменить санкции, но даст возможность обустроить свой мир без американского влияния.

Санкции выдохлись. Не то чтобы перевелись серьезные поводы для новых рестрикций — всегда можно приплести российский «Новичок» к очередной загадочной смерти или «обнаружить» вмешательство Москвы в западные выборы. Но, похоже, закрывается перечень ограничений в отношении российской экономики, которые США и Европа могли бы ввести без ущерба для своих предпринимателей и репутации. И «крымский» вопрос уже не повод игнорировать Россию — изолировать-то вообще не получилось. Стоит ли ждать постепенной отмены санкций и какие усилия для этого предпринимает российская дипломатия? Об этом мы спросили у Михаила Беляева, старшего эксперта Российского института стратегических исследований (РИСИ).

„Эксперт“:  —  В первую очередь, как вы оцениваете результат встречи глав государств в «нормандском формате» по украинскому вопросу?

Михаил Беляев: — Хорошо, что такая встреча наконец состоялась. Но, к сожалению, этим все практические итоги, пожалуй, и исчерпываются. Ее можно оценить только как первый, ознакомительный шаг к урегулированию проблемы. Вопрос — когда последуют другие шаги. Формально встреча назначена через четыре месяца в Берлине. Но есть большие опасения насчет радикального продвижения вперед. Парижская встреча была одобрена всеми участниками. Но оценки и президента Франции Эммануэля Макрона, и канцлера Германии Ангелы Меркель были скорее протокольно-вежливыми, чем деловыми. Макрон ограничился замечанием, что «это первая встреча», а Меркель уточнила, что удалось «преодолеть время затишья» в урегулировании конфликта.

Единственным ценным для нас было заявление российского президента Владимира Путина, что есть минские договоренности и они должны быть реализованы в полном объеме. Однако наиболее заинтересованная сторона — президент Украины Владимир Зеленский — занял уклончивую позицию. Между строк явно читается, что он не склонен к решению актуальных проблем. Складывается впечатление, что он не владеет ситуацией в полном объеме, а его дееспособность в качестве президента имеет определенные ограничения. Вряд ли что-либо радикально изменится за эти четыре месяца до берлинской встречи. Конечно, такие форматы необходимы, но главное в них — позиция президента Украины. А она, мягко говоря, неуверенная.

— Многие ждали, что саммит положит начало процессу снятия санкций…

— Глава МИД ФРГ Хайко Маас прямо заявил, что не видит причин для снятия санкций. Поясняя свою позицию, он добавил, что ключом к улучшению отношений между ЕС и Россией мог бы стать российский вклад в урегулирование конфликта на Украине. Но тут уместен вопрос уже с нашей стороны. Разве мы развязали конфликт? Разве от нас зависит прекращение боевых действий? Кажется, мы приложили немало усилий для прекращения конфликта, причем на самых ранних стадиях, участвовали в формировании исчерпывающих минских договоренностей. От нас же требуют, причем без всяких на то оснований, поступиться собственными законными интересами. И тут наша позиция непоколебима.

Если глава МИД ФРГ ограничился заявлением, то верховный представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Жозеп Баррель на заседании министров иностранных дел двадцати восьми стран в Брюсселе сообщил о конкретных действиях. А именно о готовящемся аналоге «Акта Магнитского», принятого в 2012 году в США. При этом глава дипломатии ЕС сослался на то, что в Европе якобы есть «прочный консенсус» по этому вопросу. Такова ситуация в Европе, которая терпит прямые убытки. США же вводили санации вовсе не для того, чтобы их отменять.

Главное — сдержанность

— Правительство США использует дипломатию принуждения (coercive diplomacy) против нашего государства и различных секторов российской экономики, влиятельных чиновников и бизнесменов. Каков итог, на ваш взгляд?

— Санкции действуют более пяти лет. Есть санкции, направленные против определенной группы товаров, против компаний, которые США сочли причастными к принятию решений по Крыму, по отношению к людям, которых сочли близкими к власти, политика которой не укладывается в логику США. Они затронули нефтегазовую сферу. По сжиженному газу, по буровому оборудованию, оборудованию для добычи и разведки нефти и бурения. Финансовая сфера считается наиболее слабым звеном. Именно здесь США оказали наиболее сильное влияние. Однако санкции где-то нам сыграли в плюс. Главным образом в аграрном секторе. Мы ввели контрсанкции. Нам пришлось заниматься импортозамещением. В целом санкции весьма жесткие. Тем не менее они своей цели не достигли.

— Можно ли сказать, что стратегия санкций выдохлась?

— Выдохлась, потому что не достигла результатов. Но санкции введены всерьез и надолго, а потому США с их помощью пытаются удерживать нас на тех позициях, которые им удобны.

— Как Россия пыталась противостоять санкциям? Вроде бы ввели контрсанкции в продуктовом сегменте. Но многим не хватило полноценной «зеркальной стратегии» — санкцией на санкцию.

— В политике необязательно отвечать санкцией на санкцию. Есть такой прием в дипломатии: вы выслали нашего дипломата, и мы вышлем вашего. Не всегда годится этот прием. Главное — проявлять сдержанность. Иначе можно оказаться в мировой изоляции и потерять почву в отстаивании основной позиции.

Если мы отказываемся от стратегии «зеркальных мер», то выбираем стратегию ровного и последовательного отстаивания своих интересов по всем направлениям и по всем каналам, каким только можно. Это подразумевает использование международной трибуны в ЕС и в ООН. Есть двусторонние отношения, есть переговоры с теми странами, которые нужно включать в сферу своих интересов. Например, Африка — «просыпающийся» континент. Там можно поймать экономические интересы.

— Возможно ли такими методами полностью снять санкции США и ЕС?

— Санкции США не будут сняты, кроме отраслей, в которых заинтересованы сами США. Бизнес найдет обходные пути. Другие цепочки для взаимодействия. Санкции действуют, потому что мы вошли в конфликт с законодательными и исполнительными органами США. У них свое политическое мышление. Президент Трамп не сможет оказать нам содействие в снятии санкций, поскольку не хочет нарушать внутренний баланс сил. Лучше всего найти обходные деловые каналы.

— Но что-то мы можем предложить Штатам в качестве предмета для переговоров?

— Что мы должны сдать США по Украине, чтобы вызвать удовлетворение? Отдать Крым, разместить американские военные базы? Мы на это не можем пойти. Не для того мы шли на такие экстраординарные меры, чтобы от всего этого отказываться. Тем более что РФ вложила в Крым много денег и получила легитимную поддержку местного населения.

Разговор с США будет без особого результата, потому что они преследуют свою цель, и на это мы не поддадимся и не пойдем. Но мы можем предложить США сотрудничество в космосе. У нас есть корабли доставки. Это и политический момент, и экономический. Это интересные для США проекты. Наступила эра цифровой экономики. Она вся завязана на редкоземельные металлы. Их очень мало в недрах, особенно в США. У нас они есть и есть в Африке. США нужен марганец, титан, уран и другие металлы. Авиапромышленность у них на 60 процентов завязана на импортируемые редкоземельные металлы и космос тоже. Если эти поставки обрубятся, все перспективы США будут поставлены под реальную угрозу. В этом направлении есть точка опоры для продуктивных переговоров в нашу пользу.

А что Европа?

— Тогда можно ли рассчитывать на другие страны в вопросе снятия санкций?

— США остаются мировым лидером. Поэтому ни Франция, ни Германия не смогут ничего сделать. Великобритания не будет за нас заступаться, потому что генетически связана с США и всегда действовала в их фарватере. Китай тоже не сможет ничего сделать, поскольку прагматичен и соблюдает свой интерес.

Экономическая коалиция, созданная руководством нашей страны, не поможет отменить санкции, но даст возможность найти свой образ жизни и обустроить свой мир. Мир в условиях санкций, в котором можно решать свои проблемы без США. Эта стратегия «болстеринг», или «подкладывания валика», чтобы защититься от давления США. Помогать снимать санкции другие страны не будут, а даже если бы и стали, то США на их действия никак не отреагируют.

— Тем не менее, некоторые стран Европы колеблются. Может ли правительство РФ изменить баланс сил в свою пользу?

— Европа геополитически тяготеет к России. Несмотря на большое влияние США, европейское руководство понимает, что у нас общие хозяйственные связи, территория и экономический интерес. Европа понимает, что из России и Китая придут инвестиции и товарные потоки.

— И на кого ставить — на Меркель или на Макрона? Кто из наиболее влиятельных акторов в ЕС заинтересован в урегулировании украинского кризиса и готов при этом принять во внимание российский интерес?

— В первую очередь Меркель, но в последнее время она постепенно уступает Макрону. Макрон более наступателен. ФРГ не показывает высоких темпов роста. У них есть свои внутренние проблемы. А когда в стране есть свои внутренние проблемы, начинаются внешние сложности. Когда ФРГ была сильна экономически, у нее был сильный голос. Сейчас наступает новый избирательный цикл. И авторитет ФРГ пошатнулся.

Макрон, на мой взгляд, вспомнил о заветах де Голля и Ширака о независимой политике Франции. Она учитывает евразийские интересы, которые без России не обойдутся. Германия будет выступать в коалиции с Францией и не противоречить этой политике. Германия-прагматична. На первом плане у политиков — благополучие нации.

Вот с Германией может получиться плодотворный диалог, но не по линии снятия санкций, а по поиску экономической ниши, которая позволит европейцам или увернуться от санкций, или использовать их по минимуму. Работать в этом направлении с Европой перспективно, потому что их промышленники и фермеры страдают от санкций, бизнес, крупный и средний, теряет деньги, а он составляет силу европейского электората. В Европе мы работаем как следует и получим результат. И результатом этого уже является то, что по «Северному потоку — 2» мы добились того, чего желали. Все северные европейские страны завязаны в этом проекте.

— Значит, нам нужно активнее работать с европейским бизнесом?

— Если мы проще приспосабливаемся к новым условиям, то им адаптироваться к санкциям сложнее, так как у них устоявшиеся структуры, устоявшаяся экономика и рынки. Мы работаем с европейским бизнесом. У нас полно международных форумов, на которые мы всех приглашаем, там подписываются реальные деловые документы: Петербургский, Сочинский, Дальневосточный, Красноярский форумы, Энергетическая неделя в Сочи.

— Может ли Россия защититься от санкций с помощью ВТО?

— Я скептически настроен по этому поводу. Мы восемнадцать лет вступали в ВТО. Наконец добились своей цели. И что? ВТО находится в шатком положении. Там очень сильны позиции США. И эта организация нам не помощник, хотя в ВТО есть определенные правила, и вроде они жесткие. Согласно этим правилам, могут быть наказаны те, кто препятствует развитию мировой торговли. Тем не менее мы видим, что санкции действуют. А в ВТО не прозвучало ни единого слова поддержки в наш адрес.

Автор: Тимур Ахметов,  „Эксперт“

https://expert.ru/expert/2019/51/strategiya-bolstering_-ili-kak-zaschititsya-ot-sanktsij/


Об авторе
[-]

Автор: Антон Именнов, Тимур Ахметов

Источник: novayagazeta.ru

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 02.02.2020. Просмотров: 75

Комментарии
[-]
 busba | 03.02.2020, 02:19 #
Come to try out a new game with us. Guaranteeing the fun you will never expect

>>>>  slotxo
Ваши данные: *  
Имя:

Комментарий: *  
Прикрепить файл  
 


zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta