«Северный поток — 2» стал поводом для резких инициатив США против Европы

Содержание
[-]

Энергетическая политика Евросоюза и США

В США представлен законопроект с непосредственной целью введения санкций против «Северного потока — 2», но есть и далекоидущие цели, среди которых — «трансатлантическая энергетическая стратегия». Будучи предложена американским законопроектом и под предлогом безопасности, эта инициатива при реализации означал бы энергетическое подчинение Европы, следить за которым стал бы предусмотренный проектом представитель США в НАТО. Как и за закупками именно американского газа.

Сенатор Джон Баррассо представил направленный против «Северного потока — 2» и других российских трубопроводов санкционный законопроект, мотивированный тем, что он позволит другим странам «избежать политического принуждения и манипуляций со стороны России, усилив свою энергетическую безопасность». Кроме того, сенатор-республиканец не обинуясь указывает, что законопроект открывает дорогу увеличению экспорта американского природного газа в страны НАТО.

Так, сообщается на сайте Джон Баррассо, в случае принятия закон обеспечит страны НАТО «надежной американской энергией». «Президент Трамп был прав, когда недавно заявил, что Германия будет заложником России, если они будут продолжать проект газопровода “Северный поток — 2”», — заявил сенатор.

«Некоторые европейские союзники Америки все больше зависят от российского газа. Россия продолжает подрывать мир и безопасность в Европе с помощью различных механизмов, включая использование энергии в качестве геополитического оружия. Трубопровод Nord Stream II, по которому будет транспортироваться природный газ из России в Германию, сделает Европу более зависимой от российского газа, подрывая диверсификацию европейских источников энергии, поставок и маршрутов», — заявляют разработчики документа. — «Закон нивелирует это геополитическое оружие, введя санки в отношении трубопровода Nord Stream II, и расширит экспорт американского природного газа. В Соединенных Штатах—особенно в Вайоминге — мы благословлены изобилием природного газа. Но смысл заключается в том, что мы будем использовать эти ресурсы, чтобы помочь нашим союзникам и ослабить экономическую и политическую власть Путина в регионе», — отметил Джон Баррассо.

Эта смесь геополитического идиотизма и цинизма, с приправой, очевидно, особенного вайомингского юмора, является законодательной попыткой обойти запрет на введение санкций против российских трубопроводов, функционирование или строительство которых началось до августа 2017 года. То есть до принятия американского закона о санкциях против РФ, Ирана и КНДР, где содержится и соответствующая оговорка о границах его применения. Позднее, осенью того же года, эта оговорка была подтверждена и разъяснена заявлением Госдепартамента США. Но в закопроекте есть еще более бесцеремонные антиевропейские меры.

Три трансатлантических удара

Складывается ощущение, что американские законодатели видят в своих законопроектах исключительную панацею в борьбе с российскими энергетическими проектами, говорит директор фонда развития права и медиации ТЭК Александр Пахомов. Но главная проблема в настойчивой позиции США, между тем, до сих пор не разрешена:  цена за СПГ не может быть ниже трубопроводного топлива, разница составляет порядка 20-30%, и для Европы это главный аргумент в открытом диалоге.

Если вчитываться в представленный документ, то можно выделить три главных меры, которые предлагают США европейским союзникам, указывает Александр Пахомов. Первое – создание должности постоянного представителя США в НАТО по энергобезопасности, с целью корректировать мнение европейцев для правильного диалога с Москвой, иными словами цель – снизить энергозависимость и достичь таким образом энергетической безопасности. Второе – инициировать принятие «всеобъемлющей трансатлантической энергетической стратегии», смысл которой сводится в наращивании экспорта СПГ из США; третье – ускорение выдачи разрешений на экспорт американского СПГ в страны — члены и партнеры НАТО.

Иными словами, указывает Александр Пахомов, США хотят полностью взять ситуацию в собственные руки и решать за Европейские страны вопросы энергетической безопасности, что в целом точно также подрывает ее целостность. Если задаться вопросом – понравятся ли эти предложения европейцам, то, скорее всего, США там весомой поддержки не найдут, так как в данном случае это скажется на затратах сами европейцев на энергоресурсы . Они просто вырастут в цене, а для граждан в целом нет разницы, откуда именно поступает газ, гораздо важней экономическая устойчивость, на которую посягает своими действиями США.

Если рассматривать попытку введения санкций против «Северного потока — 2» с экономической точки зрения, указывает портфельный управляющий ИК QBF Денис Иконников, тоСША пытаются расширить рынки сбыта СПГ. Постройка «Северного потока — 2» в большей степени закроет потребность Германии в газе, более 60% импорта газа которой приходится именно на Россию.

В связи с этим США пытаются помешать данному проекту и продвинуть СПГ, который стал маржинальным со второго полугодия 2018 года вследствие роста цен на газ: по данным «Газпрома», в первом квартале 2019 года цена кубометра  достигла максимума с 2015 года и составила в среднем 259 долларов.

Тем не менее, отмечает эксперт, европейские страны только увеличивают поставки российского газа: в 2018 году доля «Газпрома» в европейском потреблении газа достигла рекордных 36,7%, а поставки – 201,8 млрд кубометров.

Автор: Анна Королева

https://expert.ru/2019/06/14/severnyij-potok---2-stal-povodom-dlya-rezkih-initsiativ-ssha-protiv-evropyi/

***

Комментарий. Что Европейский союз может противопоставить санкциям США против «Северного потока-2»: юридический взгляд.

В Конгресс США был внесен очередной законопроект о введении санкций против «Северного потока-2» и других российских газопроводов. Официальной целью документа под названием The ESCAPE Act (Акт о сотрудничестве в области энергетической безопасности с союзниками в Европе) заявлено снижение зависимости Европы от российского газа и увеличение экспорта американского сжиженного природного газа (СПГ).

Кроме санкций против российских газопроводов, авторы законопроекта намерены отдельно принять автономную энергетическую стратегию, целью которой является «оказание помощи европейским и евразийским государствам в уменьшении их зависимости от энергетических ресурсов» России.

Это далеко не первый законопроект, нацеленный на российские трубопроводные проекты в Западной Европе. 14 мая этого года в Сенат США был внесен проект «О защите энергетической безопасности Европы», целью которого является принуждение покупать американский газ вместо российского.

Все эти инициативы хорошо укладываются в проводимую Дональдом Трампом политику протекционизма и санкций как механизма противостояния иностранным «недоброжелателям и противникам». Сложно не согласиться с тем, что архитектором мировой финансовой системы сейчас являются США. Законы и акты американских финансовых регуляторов исполняются не только западными банками и финансово-кредитными учреждениями, но и их коллегами в удаленных уголках мира. Достаточно привести в пример законы FATCA и FCPA, на которые в своей каждодневной деятельности ориентируются западные и международные компании.

Тогда почему потенциальные санкции не приветствуются в Германии? Просто немцы очень прагматично относятся к деньгам: российский газ почти вдвое дешевле американского.

У введения новых санкций против России есть еще одна причина: президент США Дональд Трамп намерен баллотироваться на второй срок в 2020 году. Одним из пунктов его программы переизбрания главой Соединенных Штатов можно выделить политику протекционизма. И несмотря на то, что в последние месяцы на первый план в СМИ вышла санкционная война Америки и Китая, параллельно в Конгрессе США продолжается лоббирование мер по препятствованию трубопроводного проекта «Северный  поток-2».

Здесь стоит напомнить, что в 2018 году Европейский союз, столкнувшись с американскими санкциями против Ирана, уже вернул в действие Регламент 2271/96 – так называемый блокировочный статут или пан-европейский законодательный механизм защиты единого рынка от экстерриториально применяемых санкций США. Этот инструмент был введен в 1996 году в ответ на новый виток антикубинских санкций США для защиты европейского бизнеса.

Судовладельцы и трубоукладчики, работающие с «Северным потоком-2», находятся как раз под его защитой, но без страховки ответственности их деятельность будет заблокирована.

Морская деятельность — комплексная процедура, она требует обязательного страхования ответственности. А страховой рынок развивается как раз по американским лекалам, так как большинство морских страховых компаний и андеррайтеров или являются американскими компаниями, или имеют существенную долю американского капитала.

Формально блокировочный статут может защитить европейский бизнес от воздействия американских санкционных мер, но его механизм действует post factum: Евросоюз готов рассматривать претензии пострадавших резидентов только после применения санкций и привлечения американскими властями к ответственности в иных формах. Форма поддержки — компенсация понесенных потерь в материальной форме.

И хотя защитный инструментарий Регламента не работает на опережение, а его эффективность ставят под сомнение даже европейские резиденты, механизм эволюционирует: в декабре 2018 года Еврокомиссия представила план по расширению роли евро в международной торговле и финансовых потоках, а на прошлой неделе совместно с Тегераном заявляла о создании специального финансового канала для обхода американских ограничительных мер. Механизм, известный как SVP, призван стать посредником между европейскими компаниями и Ираном в финансовых расчетах и должен позволить вести торговлю иранской нефтью.

Похожие примеры приспособления экономики к санкциям можно найти и в России. После введения ограничительных мер против крупнейших игроков отечественной оборонной промышленности, правительство назначило «Промсвязьбанк» ответственным за проведение расчетов предприятий российской оборонной отрасли. Сделки и платежи по госконтрактам, которые раньше угрожали включением в американские списки «Альфа-Банку», ВТБ и Сбербанку, теперь проходят через юридическое лицо, чья отчетность и даже состав руководства частично засекречены.

Вышеуказанные законопроекты представляют собой инструменты, с помощью которых Америка отстаивает интересы своих производителей СПГ. Это пример воздействия экономических факторов на санкционные механизмы. И именно поэтому США намерены подвергнуть санкциям в том числе европейских операторов морской трубопроводной деятельности и страховщиков, участвующих в прокладке «Северного потока-2».

Автор: Сергей Гландин, специальный советник по санкционному праву Pen & Paper, кандидат юридических наук — специально для «Новой»

https://www.novayagazeta.ru/articles/2019/06/19/80959-bronya-ot-dyadi-sema

***

Приложение. Будет ли «Северный поток — 2» проложен к концу года?

Компания Nord Stream 2 AG в конце июня сообщила, что вынуждена изменить маршрут прокладки СП-2 в районе датского острова Борнхольм. По мнению западных комментаторов, произошедшее вынуждает если и не сворачивать амбициозный проект, то начинать всерьез думать о возможности дальнейших планов в Евросоюзе, понять которые становится все труднее.

Действительно, Nord Stream 2 AG изначально хотел тянуть СП-2 рядом с уже проложенным СП-1. Дании был направлен соответствующий запрос,но поскольку она за два года его не рассмотрела, запрос был в конце июня отозван. «Мы, как и наши инвесторы, хотим правовой определенности и защищенности,— сообщил исполнительный директор компании Матиас Варниг.— Тем более что строительство уже идет полным ходом в водах четырех стран (России, Финляндии, Швеции, Германии)». 1000 человек укладывают ежедневно на дно Балтики до 7 километров труб. Пройдено более половины пути.

Отозвав заявку, Nord Stream 2 AG начал проработку двух резервных маршрутов, которые не проходят через территорию Дании и вряд ли могут вызвать ее возражения по экологическим причинам или из-за возможных помех для судоходства (см. подверстку).

Труба раздора

Дания лишь одно из звеньев сложной цепи внешне бюрократических, а на самом деле более глубинных конфликтов между ЕС и «Газпромом». Начать стоит с того, что датскую позицию по вопросу о маршруте трудно объяснить экологическими или техническими соображениями, поскольку СП-2 тянут рядом с СП-1, действующим с 2011 года,— его прокладка никаких возражений у датчан тогда не вызывала. Теперь, однако, датские политики в комментариях полны тревоги, а в действиях отличаются подчеркнутой медлительностью. Что объяснимо: определяясь с позицией по СП, они должны учитывать отнюдь не природоохранный аспект, а сложный комплекс экономических и политических проблем — от жестких возражений со стороны США до хитроумных комбинаций при формировании руководящих органов и своей страны, и ЕС.

Надо помнить, что СП-2 стал для Евросоюза едва ли не самым крупным яблоком раздора. Большинство из 28 стран ЕС выступают против газопровода по двум причинам. Во-первых, опасаются оказаться в энергозависимости от России, а во-вторых, считают несправедливым, если Украина и Польша лишатся доходов от транзита этого газа через свою территорию (вопрос об их газовой безопасности не стоит, поскольку канцлер Меркель уже не раз обещала выручить). Германия в этом общеевропейском раскладе оказалась в самой непростой ситуации. Она, с одной стороны, хочет поддержать Украину, но, с другой стороны, знает, что как никто выиграет от этой трубы — ведь ФРГ сама становится после ее запуска транзитером газа, который пойдет от берега Балтики в Австрию и дальше на юго-запад. Да и потребность самой Германии в газе для выработки электричества — резон серьезный, поскольку немцы уже в 2022 году отключат последнюю АЭС, а к 2038-му намерены прекратить сжигать уголь и одновременно отказаться от двигателей внутреннего сгорания, отдав предпочтение электротяге. С такой перспективой СП-2 для Германии приобретает особое значение.

Между тем непримиримая борьба интересов и мнений, связанных с этой трубой, происходит не только между странами ЕС, но и, что важно, внутри них — между конкурирующими политическими партиями и даже внутри самих политических партий. Именно по этой причине политики в Дании, например, которые могли бы решить что-то определенное за два года со времени подачи первой заявки по поводу маршрута СП-2, не делали этого — просто тянули время, чтобы не навредить себе и своим партиям. Более того, для решения дальнейшей судьбы СП особое значение имели, как оказалось, выборы в Европарламент, прошедшие 26 мая,— нужно было бы учитывать не только мнение избирателей, но и будущее соотношение сил внутри Европейского совета (орган, в котором заседают лидеры стран ЕС, «политбюро» ЕС), и расклад сил между фракциями Европарламента. Ведь они создаются не по странам, а по идейным интересам, и уже не раз бывало (и в истории СП-2 тоже), что Европарламент отказывался поддержать решения, принятые Европейским советом.

Маленький, но показательный пример. Одним из кандидатов на важнейший в ЕС пост председателя Еврокомиссии (EK) вместо уходящего на покой Жан-Клода Юнкера всерьез считалась датчанка Маргрет Вестагер, представитель либеральной партии, работавшая при Юнкере еврокомиссаром по вопросам конкуренции. Она по должности не симпатизировала идее СП в ее нынешнем виде, и предвыборные выступления против СП помогли бы ей заручиться поддержкой руководителей стран Восточной Европы при выборах председателя ЕК. Но активно выступать против новой трубы Вестагер не могла, поскольку была надежда, что ее кандидатуру на пост председателя EK поддержит Меркель, сторонница СП, когда поймет, что ее кандидат баварец Вебер не имеет шансов. Все эти хитроумные политические построения, как мы знаем теперь, оказались пустыми — на самом деле выборы руководящих органов ЕС вообще зашли в тупик, из которого «коллективная Европа» мучительно выбиралась половину прошлой недели, что лишний раз доказывает призрачность любых прогнозов в ЕС.

К тому же возникла еще одна занятная деталь, и вряд ли случайно: практически одновременно с сообщением об изменении маршрута СП-2 появилась информация, что Дания все же намерена строить (вместе с Польшей) свой газопровод по дну Балтики для доставки норвежского газа в ЕС. Baltic Pipe должен войти в строй в 2022 году и пропускать в год 10 млрд кубометров газа из Норвегии в Данию и Польшу.

Естественно, сравнивать Baltic Pipe с СП-2 нельзя. Когда (и если) он будет готов полностью, то (вместе с уже действующим СП-1) сможет доставлять в ЕС до 110 млрд кубометров газа в год. Но слово «если» играет определяющую роль: четыре нитки газпромовских труб смогут работать так, как задумано, только если удастся урегулировать сложный комплекс спорных проблем с Евросоюзом. Он же, наоборот, в ходе дискуссий только усложняется.

Процедурные нюансы

За день до публикации решения об изменении маршрута появилось сообщение из Брюсселя, которое подтвердило, что между «Газпромом» и Еврокомиссией (EK) уже не один месяц идут переговоры о выполнении неких новых требований ЕС, касающихся эксплуатации газопровода и создающих концерну новые проблемы. При этом в сообщении подчеркнуто (со ссылкой на представителя EK), что факт переговоров не говорит о готовности EK идти на уступки «Газпрому».

О деталях не сообщается, но нетрудно предположить, о чем идет речь. В ЕС существуют правила, которые, во избежание возникновения монополии на поставки энергоресурсов, дают EK право запретить «Газпрому» быть одновременно и поставщиком газа, и владельцем газопровода. Это называется «разъединением активов». Nord Stream 2 принадлежит «Газпрому», а потому не имеет права эксплуатировать СП-2. Значит, уже для запуска газопровода необходимо «создать» независимого от «Газпрома» оператора. При этом он должен быть «прозрачным» и конкретным, серьезным, то есть реально иметь достаточно средств для транспортировки, самостоятельно набирать персонал, самостоятельно принимать решения. Соответствие оператора требованиям ЕС определяет (сертифицирует) национальный регулятор (в ФРГ он называется сетевым агентством). Сертификацию также контролирует EK. Кроме того, владелец трубы должен обеспечить возможность использования ее конкурентами (это как в общественном транспорте: он существует для всех). Иначе говоря, в трубе на территории ЕС всегда должно быть свободное «место» для конкурента, даже если его и в помине нет.

Некоторые из этих норм были придуманы давно, другие — в 2017 году как поправки к существующему законодательству ЕС (так называемая Газовая директива), когда строительство СП-2 уже было начато. Поскольку поправки принимались «под СП-2», было известно, что им придадут обратную силу. Поэтому ФРГ и другие страны, чьи фирмы участвуют в создании СП-2 (Австрия, Франция, Великобритания и Нидерланды), постарались затормозить процесс придания этим поправкам законной силы до того момента, когда будет проложена большая часть трубы и обсуждать что-либо с Еврокомиссией уже будет бессмысленно. В итоге поправки были вынесены на первый раунд обсуждения в Европейском совете только в феврале 2019 года. При этом немцы были уверены, что большинство на их стороне.

Но накануне обсуждения французы вдруг сообщили, что поддерживать немцев не будут («Огонек» писал об этом в феврале 2019 года). Стало ясно, что если сейчас победят противники СП-2, то все будет кончено. Ведь в Европарламенте у них уже тогда было большинство, которое с удовольствием даст Еврокомиссии право диктовать «Газпрому» правила игры. Ему придется отказаться от функции оператора газопровода, окупаемость проекта окажется под угрозой, что станет проблемой для «Газпрома» и катастрофой для его зарубежных партнеров. Неожиданность и необъяснимость французских возражений вызвали в Берлине панику.

Впрочем, на тот момент все обошлось. В день обсуждения благодаря закулисному вмешательству Меркель было сформулировано уточняющее дополнение к поправкам: если какой-либо трубопровод принадлежит компании из страны, не входящей в ЕС, то контроль за соблюдением требований ЕС осуществляет не Еврокомиссия, а та страна, где трубопровод впервые попадает на территорию ЕС. В данном случае это Германия. Немцы и «Газпром» расслабились. Как оказалось, однако, зря: еще через пять дней переговоров без участия «Газпрома» это уточнение было дополнено — Германия может делать исключения из правил ЕС только с согласия Еврокомиссии.

А еще через два месяца Европарламент продолжил серию уточнений: исключения могут быть сделаны лишь для уже действующих трубопроводов (например, для СП-1, но не для СП-2 и будущих). И, кроме того, исключения не должны создавать проблем для конкуренции на рынке ЕС и для безопасности поставок внутри ЕС. В середине апреля Европейский совет утвердил все перечисленные поправки к «Газовой директиве ЕС», а в мае они вступили в силу. Так что теперь СП-2 должен работать по тем же правилам, что и трубопроводы стран ЕС. Вопрос: насколько это все теперь реально и рентабельно?

Игра в одни ворота

Все новые поправки формально призваны обеспечить конкуренцию и защитить права потребителей. Но реально пока вроде бы получается, что выиграет только… президент Трамп. Более года он настойчиво требовал от ЕС прекратить строительство СП-2, поскольку, мол, тот сделает членов ЕС заложниками России. Для немцев у него есть специальный аргумент: «США защищают немцев от России, а она вкладывает полученные за газ миллиарды в модернизацию армии. Это огромная ошибка немцев». Трамп требует, чтобы Германия тратила средства не на газ из РФ, а на военные нужды, и напоминает, что немцы обещали (еще в 2014 году) увеличить свои военные расходы до 2 процентов ВВП, но даже и не начали этого.

Трамп грозится ввести и санкции против европейских фирм, работающих для СП-2, а американские законодатели от угроз уже перешли к делу: в мае в Конгрессе был подготовлен проект закона о санкциях для фирм и судов, укладывающих трубы. В конце июня законопроект был одобрен комиссией по иностранным делам Конгресса. Причем речь там идет уже о санкциях ко всем соучастникам строительства, и не только СП-2, но и «Турецкого потока».

Комментаторы и эксперты в ЕС вынуждены отмечать: за всеми политическими фразами Трампа прячется лишь один интерес — он хочет, чтобы европейцы покупали американский сжиженный природный газ (СПГ), так называемый сланцевый газ, который на 20–25 процентов дороже сибирского.

Его продажа на рыночных условиях в Европе возможна лишь в том случае, если СП-2 не будет построен или строительство будет затянуто. Получается, европейские политики, быть может, и не желая того, но выполняют требования Трампа заблокировать «Газпром» и вынудить европейцев покупать вместо дешевого сибирского газа дорогой американский. Хотя чем дело кончится, все же до конца так и не ясно. Ждем новостей…

Автор: Виктор Агаев, Бонн

https://www.kommersant.ru/doc/4018173


Об авторе
[-]

Автор: Анна Королева, Сергей Гландин, Виктор Агаев

Источник: expert.ru

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 18.07.2019. Просмотров: 57

Комментарии
[-]

Комментарии не добавлены

Ваши данные: *  
Имя:

Комментарий: *  
Прикрепить файл  
 


zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta