Перспективы развития иранской энергетики после снятия экономических санкций

Содержание
[-]

Перспективы развития иранской энергетики после снятия экономических санкций 

После переговоров Ирана и шести ведущих стран мира (Великобритания, ФРГ, Франция, Китай, Россия и США), длившихся в целом более 10 лет, 14 июля с. г. в Вене, наконец-то, было подписано «историческое» соглашение: в обмен на прекращение разработки программы создания ядерного оружия у Ирана появился шанс на послабление и со временем на полное снятие международных санкций, в зависимости от выполнения им определенных обязательств.

Текст соглашения изложен на 109 страницах с 5 дополнениями. Им предусматривается отмена всех санкций СБ ООН, наложенных с 2006 года, а также многосторонних и национальных санкций в отношении иранской ядерной программы, включительно со сферами торговли, технологий, вооружений, финансов и энергетики. Срок действия — 10 лет. После подписания документ был направлен в Совет безопасности ООН, который 20 июля с. г. единогласно одобрил резолюцию в поддержку соглашения между Ираном и «шестеркой» международных посредников. Принятый документ предусматривает отмену всех действующих по Ирану санкций после подтверждения МАГАТЭ факта выполнения им части своих обязательств по венскому соглашению. Через 90 дней после принятия этой резолюции Советом безопасности ООН соглашение вступит в силу. В течение этого времени инспекторы МАГАТЭ должны убедиться, что Иран действует в соответствии с изложенными в соглашении условиями. В то же время через 3 месяца Иран получит до 100 млрд долл. США, замороженных когда-то в рамках санкций.

Предполагается, что если замечаний со стороны МАГАТЭ не будет, то прекратится действие 7 резолюций СБ ООН, принятых в последние годы по иранской ядерной программе. Поэтапно будут сниматься и ограничения во взаимоотношениях Ирана с мировым сообществом в разных сферах. В резолюции СБ ООН также указывается, что санкции будут возобновлены в том случае, если Иран не выполнит взятых обязательств. Этот механизм будет действовать в течение 10 лет.

В соответствии с соглашением Тегеран гарантирует, что «ни при каких обстоятельствах не будет стремиться иметь, разрабатывать или получить доступ к любому виду ядерного оружия». В частности, он обязался не обогащать уран более 3,67 % в течение 15 лет. Иран и «шестерка» международных посредников также договорились о вывозе отработанного ядерного топлива для переработки в Россию, после чего оно будет возвращаться Ирану в обработанном виде. Эмбарго на оружие, снятия которого добивается Россия, будет действовать еще 5 лет. Дважды в год участники переговоров будут встречаться и обсуждать процесс выполнения договоренностей. Европейский союз снимает с Ирана санкции по банковским операциям, страхованию и доступу к международной системе платежей SWIFT.

В политическом измерении наиболее важной остается возможность снятия напряженности во взаимоотношениях между США и Ираном. Подписанное в Вене соглашение — первый со времен исламской революции 1979 года признак того, что Тегеран готов к конструктивному подходу в отношениях с США, собственно, преимущественно благодаря усилиям которых подписание этого соглашения стало возможным. Это дает ему возможность улучшить взаимоотношения с Западом, а также играть более конструктивную роль на Ближнем Востоке.

В США соглашение должно быть одобрено в двух палатах Конгресса, где доминируют республиканцы, в своем большинстве настроенные против снятия санкций. У конгрессменов будет 60 дней для того, чтобы проанализировать подписанные документы. С призывом к американским конгрессменам торпедировать соглашение выступил премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху. США заявили, что, в частности, не снимут с Ирана наложенные санкции за поддержку террористического движения «Хезболла», «…которое ведет войну против дружественного Израиля». Но Б. Обама предостерег Конгресс от голосования против соглашения в целом, пообещав наложить вето на закон против соглашения с Тегераном, хотя при большом желании конгрессмены президентский запрет могут преодолеть.

Агрессивная политика Кремля по отношению к Украине в 2014-15 гг. вынудила страны Евросоюза ускорить реализацию ряда мероприятий с целью уменьшить свою зависимость от российских энергоносителей. В этом контексте Иран являет собой один из немногих мощных альтернативных источников энергоносителей в мире. Именно это обстоятельство вынудило США и ЕС активизировать переговорный процесс с Тегераном. Они активно искали компромисс по ядерной программе Ирана и снятию с него санкций, что позволило бы возобновить поставки иранских энергоносителей в европейские страны. При этом следует иметь в виду, что Евросоюз, при всей сложности своих отношений с Москвой, не будет стремиться заменить российскую энергетическую монополию иранской. Главной задачей энергетической политики Евросоюза является диверсификация источников и маршрутов транспортировки энергоресурсов.

Достижению компромисса между Ираном и «шестеркой» ведущих государств мира способствовало и то обстоятельство, что шиитский Иран — практически единственная страна в регионе Ближнего Востока, которая реально противостоит продвижению суннитской террористической организации «Исламское государство» (ИГ). Как известно, у Турции достаточно противоречивая позиция по отношению к ИГ, что, по существу, блокирует усилия стран Запада, пытающихся оказывать военную помощь курдам в борьбе против «Исламского государства». К тому же, Турция в течение длительного времени оказывала помощь ИГ в борьбе против Сирии.

Тотчас же после подписания соглашения об урегулировании проблемы ядерной программы Ирана в мировой экспортной среде появились разные оценки и прогнозы относительно того, как именно скажется снятие санкций с Ирана на дальнейшем развитии военно-политической, экономической и энергетической ситуации не только на Ближнем Востоке, но и в Европе. По нашему мнению, более всего сегодня дискутируют вокруг вопросов энергетической проблематики: как скоро Иран получит иностранные инвестиции для развития своей энергетической инфраструктуры? когда начнут поступать иранские энергоносители в европейские страны? смогут ли мощные европейские и американские компании получить доступ к реализации энергетических проектов в Иране? какими будут отношения Ирана с Россией в постсанкционный период в энергетической отрасли? будут ли конкурировать Москва и Тегеран на европейском энергетическом рынке, и смогут ли избежать конкуренции, если разделят сферу своей энергетической деятельности? Попробуем и мы ответить на эти вопросы.

Энергетический потенциал Ирана

Для того, чтобы понять, как именно будет трансформироваться энергетика Ирана в ближайшее время, очевидно, следует рассмотреть каков сегодня его энергетический потенциал. Доходы от продажи нефти и газа составляют 45 % ВВП Ирана (в 2014 году 402,7 млрд долл. США по официальному курсу или 1,284 трлн долл. США по паритету покупательной способности валют). Как известно, Иран занимает четвертое место в мире (после КСА, Венесуэлы и Канады) по количеству доказанных запасов нефти, и второе место (после России) по доказанным запасам природного газа. По данным CIA World Factbook, состоянием на 1 января в 2014 г. доказанные запасы нефти составляли 157,3 млрд баррелей, что составляет приблизительно 10 % от мировых запасов. В 2011 г. Иран занимал пятое место в мире по объему суточной добычи нефти (4,2 млн б/с), однако в 2013 г. вследствие усиления международных санкций добыча нефти уменьшилась до 3,1 млн б/с и занимал шестое место в мире. В 2013 г. Иран экспортировал 1,3 млн б/с. В настоящее время Иран потребляет приблизительно 57 % произведенной в стране нефти, при этом 31 % экспортируется в Азию и Тихоокеанский регион, и только остальные 12 % или 0,4 миллиона баррелей в день может предоставить другим странам.

Сегодня доказанные запасы природного газа Ирана составляют 17 % от мировых запасов и более трети запасов стран ОПЭК. Доказанные запасы природного газа в 2014 г. составляли 33,8 трлн м³ (в России — 47,8 трлн м³). В 2010 г. добыча газа в Иране составляла 146 млрд м³, а в 2013 г. выросла до 166,6 млрд м³. Практически весь добытый в Иране природный газ идет на внутреннее потребление (144,6 млрд м³ в 2010 г. и 162,2 млрд м³ в 2013 г.). По объему экспорта природного газа (9,4 млрд м³ в 2014 г.) Иран сегодня пока что уступает 20 странам мира. Занимая второе место в мире по доказанным запасам газа, иранский экспорт этого сырья достаточно незначительный, хотя мог бы по меньшей мере входить в первую пятерку таких стран-экспортеров. Причина такого противоестественного явления — ряд внутренних и внешних факторов.

Более 90 % экспорта иранского газа поступает в Турцию, а остаток — в Азербайджан и Армению. Предполагается, что после завершения строительства соответствующих газопроводов Иран будет поставлять природный газ в соседние страны — Ирак, Оман, Пакистан и ОАЕ.

Иранские нефтяные месторождения неравномерно распределены по территории страны. Приблизительно 70 % запасов сырой нефти Ирана сосредоточены на суше, а остальные — на шельфе Персидского залива и Каспийского моря. Больше всего нефтяных месторождений расположено в провинции Хузестан, на юго-западе Ирана, на границе с Ираком. Более 50 % экспорта иранской нефти идет на Дальний Восток (в Японию, Китай и Южную Корею), остальные — в Европу и Африку. Согласно оценкам Управления энергетической информации США (EIA), экспорт нефти и конденсата Ирана начал увеличиваться в конце 2013 года, и составлял в среднем 1,4 млн б/с в 2014 году, что почти на 150 000 б/с выше уровня 2013 года.

Расположенное на шельфе Персидского залива месторождение природного газа «Южный Парс» является самым крупным в Иране. Его площадь составляет приблизительно 3700 кв. км, а доказанные запасы газа — до 14 трлн м³, что составляет 8 % мировых и половину иранских запасов газа. Приблизительно 80 % запасов иранских углеводородов разведано до 1965 года, поэтому не исключено, что будут открыты новые большие залежи. По данным FGE, Иран имеет высокий коэффициента добычи природного газа, которые оцениваются в 79 % по сравнению с мировым средним коэффициентом — 30 % к 35 %.

По данным Ирана, в 2011 г. в его территориальных водах Каспийского моря на глубине 700 м было открыто огромное нефтегазоконденсатное месторождение «Сардар Джангал». По предварительным оценкам, запасы нефти в нем составляют приблизительно 8 млрд баррелей, а природного газа — 50 трлн м³, что значительно увеличивает газовые запасы Ирана, выводя его на первое место в мире с большим отрывом от России и Катара. Азербайджан также претендует на часть этого месторождения, что является еще одним фактором усиления напряжения и в без того сложных отношениях между Баку и Тегераном. Неурегулированность распределения акватории Каспийского моря также тормозит добычу в нем иранских углеводородов.

Поскольку введенные Западом санкции усложнили Ирану доступ к современным западным технологиям, иранским специалистам пришлось самостоятельно освоить новые эффективные технологии. В частности, было отлажено возведение платформ для добычи нефти и газа на морском шельфе. Сейчас завершается строительство трех заводов для сжиженного природного газа. Один из них, мощностью 100 млн м³ в сутки, строится совместно с китайскими компаниями в районе месторождения «Северный Парс». Еще два завода строятся там же совместно с европейскими компаниями. Суточная мощность — 50 и 75 млн м³ газа. Эти заводы планировалось построить еще в 2013-2014 гг., однако вследствие международных экономических санкций сроки введения их в действие перенесены на 2016 год.

Ущерб Ирана от международных санкций

Практически Исламская Республика Иран подпала под воздействие международных санкций с момента своего основания в 1979 году. Большая страна (площадь 1648 тыс. км², населения около 80 млн чел.) с древней культурой, насчитывающей несколько тысяч лет, с огромными запасами нефти и газа в течение продолжительного времени находилась на периферии международной политики и экономики, от чего, собственно, понесла убытки не только она, но и немало других стран, в частности, европейских, с Украиной включительно.

Из-за нефтяного эмбарго, которое США и страны ЕС ввели в 2002 году, подозревая иранцев в том, что они разрабатывают ядерное оружие, Иран ежемесячно терял от 4 до 8 млрд долл. США. Самые суровые санкции, жесткие финансовые ограничения и нефтяное эмбарго были введены в 2011-2012 годах. В частности, санкции США и ЕС запрещали крупномасштабные инвестиции в нефтегазовый сектор Ирана и ограничивали его доступ к европейским и американским финансовым источникам. С начала 2012 года Иран был отключен от банковской системы SWIFT и оказался в финансовой изоляции. Любые инвестиции в нефтегазовом секторе и в отрасли высоких технологий были запрещены.

Под угрозой применения карательных мер отказались от инвестиций в Иран французская Total, итальянская Eni, норвежская Statoil и британско-голландская Royal Dutch Shell. Однако много азиатских партнеров Ирана, такие как Китай, Тайвань, Япония, Южная Корея, Индия, Пакистан, Туркменистан и Турция, игнорировали эти санкции. Не считались с действием санкций также такие страны как Афганистан, Сингапур, Индонезия, Малайзия, Филиппины, Шри-Ланка и т. д.

Иран имел разрешение на экспортирование не более 1,1 млн баррелей за одни сутки (на грани выживания), хотя до санкций экспорт составлял 2,5 млн баррелей. Впрочем, Иран добычу не снижал, а закачивал нефть в хранилища в расчете на быстрое возобновление экспорта. Доходы от экспорта упали с 100 млрд долл. США до 35 млрд долл. США. ВВП Ирана упал на 20 %. ВВП на душу населения за годы санкций снизился с 12 тыс. долл. США на душу населения до 6 тыс. долл. США. ЕС ввел эмбарго на иранскую нефть и запретил страхование иранских нефтяных танкеров. В итоге экспорт иранской нефти в Европу в 2012 году, по сравнению с предыдущим годом, упал на 78 %.

Международные санкции и нефтяное эмбарго крайне негативно сказались на экономической ситуации страны. Так, по данным Международного центра исследований развития (Лондон), Иран ежегодно терял приблизительно 40 млрд долл. США. Инфляция в стране составила до 25 %, уровень безработицы — 20 %. В конце 2011 года и в течение 2012 года Соединенные Штаты Америки и Европейский Союз применили санкции против Ирана, особенно негативно сказавшиеся на его энергетическом секторе, в сравнении с ранее введенными санкциями. Общий уровень добычи нефти в Иране в 2014 году составлял почти на 200 000 б/с больше, чем в 2013 году, но на 800 000 б/с меньше, чем в 2011 году до усиления санкций — 4,2 млн б/с. Из-за международных санкций добыча сырой нефти в Иране резко упала с почти 3,7 млн б/с в 2011 году до 2,7 млн б/с в 2013 году. В 2014 году в Иране добывали 2,8 млн б/с сырой нефти и 6 млн б/с нефтегазового конденсата.

Если в 2011/2012 финансовом году доходы от экспорта нефти и природного газа Ирана составляли 118 млрд долл. США, то в 2012/2013 финансовом году доходы снизились на 47 % — до 63 млрд долл. США. По оценкам МВФ, доход от экспорта нефти и природного газа Ирана опять упал в 2013/2014 финансовом году на 10 % — до 56 млрд долл. США.

В течение последних нескольких лет Иран разведывал и разрабатывал новые нефтяные месторождения, однако санкции не давали возможности реализовать эти проекты. Санкции, а также отсутствие в Иране современных технологий и инвестиций замедляли, а в некоторых случаях — отменяли проекты. Тем не менее, развитие некоторых проектов продолжается, хотя и медленнее, чем планировалось вначале.

Вместе с сырой нефтью и конденсатом Иран также экспортирует нефтепродукты. По данным FGE, в 2014 году Иран экспортировал почти 300 000 б/с нефтепродуктов, приблизительно на 50000 б/с больше, чем в 2013 году, но где-то на 100 000 б/с меньше, чем в 2011 году, поскольку санкции США и ЕС также негативно сказались на способности Ирана реализовать нефтепродукты. Однако Иран ставит перед собой задачу нарастить производство и продажу нефтепродуктов.

Снятие международных санкций с Ирана, бесспорно, серьезно будет влиять на национальную, региональную и международную экономику. Среди главных бенефициаров, кроме Ирана, будут страны Евросоюза и Юго-Восточной Азии, которые получат дополнительные источники энергоносителей. Хорошо бы, чтобы среди этих стран была и Украина.

Перспективы развития иранской энергетики после снятия санкций

Иран открывается миру, его демографический, ресурсный и экономический потенциалы привлекают к себе внимание больших транснациональных инвесторов. Еще задолго до снятия санкций мировые энергетические компании консультировались с иранским руководством на тему возобновления своей деятельности в Иране. Так, руководство англо-голландской Shell и итальянской Eni с мая с. г. вело в Тегеране переговоры с министром нефти Бижаном Зангане об инвестициях в иранскую энергетическую отрасль после отмены санкций. Сразу после подписания соглашения в Вене иранский министр нефти Б. Зангане встретился с руководством Shell, Eni, Total, ВР и «LUKOIL». По оценке иранского правительства, энергетическому сектору Ирана необходимы инвестиции в объеме 300 млрд долл. США в течение 8 лет.

По мнению некоторых экспертов, с помощью иностранных инвестиций нынешний уровень добычи нефти в Иране (2,7 млн б/с) может быстро увеличиться до 3,3 млн б/с. При объеме иностранных инвестиций в нефтяную отрасль Ирана не менее 50 млрд долл. США уже до 2020 года добыча нефти составит 4,4-5 млн б/с, что может ощутимо оказать влияние на мировой рынок нефти и цену на нее. В апреле прошлого года министр нефти страны Б. Зангане определил новую цель — добычу 5,7 млн б/с сырой нефти уже в 2018 году. Если Ирану это удастся, то по объему экспорта нефти он выйдет на третье место в мире после Саудовской Аравии и России. По оценкам IEA, если на мировом рынке появится большой объем иранской нефти до конца этого года, то баррель нефти в 2016 году может подешеветь на 5-15 долл. США.

Как стало известно, с помощью международных нефтяных компаний Багдад планирует до 2020 года увеличить производство нефти втрое, до 9 млн б/с. Таким образом, Иран вместе с Ираком могут до конца десятилетия перехватить мировое лидерство у Саудовской Аравии и России по добыче нефти, каждая из которых добывает приблизительно по 10 млн б/с нефти. При этом следует отметить, что КСА занимает второе место в мире после Венесуэлы (298 млрд баррелей) по запасам нефти (268 млрд баррелей), а Россия — восьмое (80 млрд баррелей). Таким образом, иранские запасы нефти (157.3 млрд баррелей) превышают российские почти в два раза.

На данный момент Иран хранит свыше 20 млн баррелей сырой нефти в супертанкерах, стоящих на якоре в иранских портах в готовности отправить нефть потребителям сразу же после надлежащего решения СБ ООН в соответствии с подписанным в Вене соглашением. По данным института Thomson Reuters, еще в марте с. г. на рейде иранских портов стояли 14 супертанкеров, 9 из которых были заполнены сырой нефтью полностью, а остальные — приблизительно на 60 %. Кроме того, Иран арендует нефтехранилища в Китае, где также хранится иранская нефть.

Готовясь к отмене санкций, Иран рассматривал также варианты экспорта своего природного газа. Так, выступая в конце января 2014 года на международном экономическом форуме в Давосе перед представителями мировых энергетических компаний (BP PLC, Eni S.p.A., Royal Dutch Shell PLC, Aramco, Total S.A.), президент ИРИ Х. Рухани отметил, что Иран готов возобновить конструктивное сотрудничество с европейскими странами для того, чтобы обеспечить глобальную энергетическую безопасность. Осенью 2014 года в кулуарах Генеральной ассамблеи ООН в Нью-Йорке президент Ирана Хасан Рухани в разговоре с президентом Австрии Хайнцем Фишером заявил, что, с учетом российско-украинского конфликта, который может послужить причиной задержек в поставках российского газа в ЕС, Иран предлагает Европе свой газ. И хотя в ИРИ до сих пор активно не развивались экспортные газовые мощности, по подсчетам специалистов, потенциал добычи газа в этой стране все же достаточно внушительный: предполагается, что до 2020 года Иран сможет добывать приблизительно 215 млрд м³ газа, а это даст возможность экспортировать на протяжении года до 35 млрд м³ газа. В октябре 2014 г. Иран также подготовил план разведки и добычи значительных запасов газогидратов на шельфе Оманского моря.

По нашему мнению, иметь запасы газа, по объему занимающие второе место в мире, и экспортировать совсем небольшую их часть — крайне нерационально. Поэтому, если после урегулирования проблемы вокруг своей ядерной программы Иран существенно не увеличит добычу и поставки газа в больших объемах в страны Европы, то вскоре это ощутимо отразится на его национальной безопасности. Видимо, одновременно с наращиванием добычи газа Иран приступит к строительству магистральных международных газопроводов.

Имеющийся трубопровод Тебриз-Анкара с пропускной способностью 14 млрд м³ газа на протяжении года потенциально может связать Иран с европейским рынком. При этом иранцам необходимо будет построить еще одну ветку газопровода для увеличения объема поставок. Не исключено, что будет возобновлено строительство «Трубопровода дружбы» (Иран-Ирак-Сирия) длиной 5000 километров, который свяжет нефтегазовое месторождение «Южный Парс» со средиземноморским побережьем.

С 2009 г. между Ираном и Арменией функционирует газопровод Тебриз-Мегри протяженностью 140 км и производительностью 1,1 млрд м³ за год. До 2019 года планируется довести мощность газопровода до 2,3 млрд м³ газа. Российский «Газпром» участвовал в строительстве этого газопровода, и он же владеет 45 % его акций. Украина также выразила готовность участвовать в строительстве газопровода и в его прокладке по своей территории в Европу. Российский же «Газпром» эти планы заблокировал.

В ноябре 2012 года, в соответствии с соглашением, подписанным министрами нефти Ирана, Ирака и Сирии в июле 2011 г., Иран приступил к строительству своей части газопровода Иран-Ирак-Сирия-Европа. Но оно приостановилось как из-за нестабильной ситуации и беспорядков в Сирии и Ираке, так и из-за нехватки финансовых ресурсов в самом Иране вследствие санкций.

В 2013 г. планировалось начало строительства газопровода IGAT-9 стоимостью 7 млрд долл. США и максимальной пропускной способностью 37-40 млрд м³ за год из месторождения «Южный Парс» к г. Базарган на иранско-турецкой границе. Предполагалось, что из Турции газопровод будет проложен в Грецию, Италию, Швейцарию, ФРГ, Францию и Испанию. Общая длина газопровода — 3300 км (иранский сектор — 1800 км, турецкий — 660 км, остальные — по территории упомянутых европейских стран). Однако из-за бойкота западных нефтегазовых компаний Иран был вынужден законсервировать это строительство.

Реализации этого проекта не способствовало также обострение отношений между Ираном и Турцией в связи с гражданской войной в Сирии, в которой Анкара поддерживает сирийскую оппозицию, а Тегеран — режим Б. Асада. Тегеран резко осудил размещение на границе Турции и Сирии американских батарей ЗРК «Петриот». В свою очередь, Анкара обвиняет Тегеран в поддержке боевиков сепаратистской Рабочей партии Курдистана (РПК), которые базируются на территории Иранского Курдистана. Однако, невзирая на ухудшение двухсторонних турецко-иранских отношений, Турция продолжает приобретать иранский газ. Кроме газа, практически половину потребляемой нефти Турция также импортирует из Ирана. Такая взаимозависимость двух стран в определенной степени гарантирует, что Анкара и Тегеран не пересекут «красную линию» в своих отношениях. Турция готова увеличить импорт иранского газа при условии снижения цены, которая составляет 490 долл. США за 1 тыс. м³, что намного выше цены за поставленный в Турцию российский и азербайджанский газ. В феврале с. г. начался международный арбитражный суд по иску к Ирану со стороны Турции, требующей снизить цену на 25 %.

Особенности законодательства Ирана в энергетической отрасли

В 2002 г. в Иране был принят новый закон о привлечении иностранных инвестиций. Однако этот закон, как и предыдущий от 1975 г., определяет достаточно сложный порядок иностранного инвестирования в нефтегазовый сектор иранской экономики. В действительности же сохранилось достаточно много ограничений на получение разрешений для ведения такой деятельности. В частности, запрещается использование внешних инвестиций, если это может привести к получению особенных прав и привилегий иностранных компаний. Не допускаются концессионные соглашения, а также прямые инвестиции иностранного государства в экономику Ирана. Не разрешается создавать предприятия со 100 % иностранным капиталом. Зарубежные компании могут вести деятельность на территории Ирана только в сотрудничестве с иранскими партнерами. После прохождения установленной законом процедуры регистрации, образованное предприятие получает в соответствующем иранском министерстве учредительную лицензию и заключает базовое соглашение.

Закон предоставляет иностранному инвестору право вернуть начальные инвестиции, согласно заблаговременно согласованной фиксированной ставке, за счет товаров и услуг, реализованных в рамках проекта. Условия BOT (build — operate — transfer) позволяют постепенно передавать объект в собственность иранского заказчика по мере возмещения расходов инвестора. Однако инвесторы неохотно соглашаются подписывать такого рода контракты, поскольку после возвращения потраченных средств и получения установленных процентов, они полностью оставляют объект, который потом начинает работать исключительно на Иран. В связи с этим иностранные инвесторы пытаются убедить иранское руководство согласиться с более выгодными для них соглашениями на условиях соглашения о распределении продукции (СРП), однако юридического закрепления СРП в местном законодательстве до сих пор не получило. В последнее время иностранный капитал привлекается в экономику Ирана на условиях finance, при которых инвестор после введения в эксплуатацию объекта получает платежи в валюте. Инвестиционное законодательство предлагает иностранному капиталу национальный режим и режим наибольшего содействия, а также снимает ограничение на участие иностранных инвесторов в государственных секторах иранской экономики. Однако, невзирая на предоставленные государством иностранному инвестору гарантии, сохраняется неопределенность в отношении правовой защиты заграничных капиталовложений, что и обусловливает чрезвычайно низкий уровень чистого привлечения прямых иностранных инвестиций в иранский ТЭК.

По данным консалтинговой фирмы Energy Pioneers, сейчас Иран разрабатывает проекты контрактов. Они предложат иностранным компаниям более привлекательные условия, в которых будет предусмотрено партнерство в рамках совместных предприятий. В частности, заграничным инвесторам будут предлагаться ставки вознаграждения, учитывающие уровень риска и цены на нефть, а не фиксированные проценты, как было раньше. Кроме того, продолжительность контрактов будет увеличена до 30 лет.

 


Об авторе
[-]

Автор: Алексей Волович

Источник: bintel.com.ua

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 02.08.2015. Просмотров: 675

Комментарии
[-]

Комментарии не добавлены

Ваши данные: *  
Имя:

Комментарий: *  
Прикрепить файл  
 


zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta