Ожесточенное перемирие. Первые итоги: уже первые сутки перемирия доказали, что скептицизм в оценках был обоснован.

Содержание
[-]

Ожесточенное перемирие. Первые итогиО переговорах в Минске и о прогнозах, что произошло после них написано уже сотни текстов. Консультации в «нормандском» формате, на первый взгляд, закончились результативно. По крайней мере, итогом можно считать подписание нового соглашения. Некоторые эксперты успели его назвать успешным. Некоторые – позорным. 

Чтобы определить, кто прав, нужно было дождаться хотя бы первых реальных результатов соглашения. Именно после 0 часов 15 февраля стало понятно, насколько стороны готовы идти на компромиссы.

К сожалению, первые сутки перемирия доказали: скептицизм в оценках был обоснован. Да, интенсивность боевых действий на многих участках фронта существенно снизилась, но говорить о полном прекращении огня нельзя. В отдельных же местах, например, на Дебальцевском плацдарме, уже с утра в воскресенье российские войска не то, что нарушали режим прекращения огня, а даже пошли в наступление на украинские позиции.

Только за первую половину вчерашнего дня в этом районе, по данным Дмитрия Тымчука, было зафиксировано 42 обстрела позиций ВСУ из РСЗО, ствольной артиллерии и танков. Если инциденты в Луганской области можно было как-то объяснить действиями «казачьих» группировок, якобы неподконтрольных «народным республикам», то продолжение наступления под Дебальцево никак уже не входит в мероприятия по поддержанию перемирия.

По этому поводу сепаратисты в лице главы «ДНР» Александра Захарченко сделали весьма симптоматичное заявление - дескать, удерживаемое украинскими войсками Дебальцево по карте размежевания должно отойти «ДНР», а не оставаться на нейтральной территории, как минимум. И поэтому они там стреляют – «наша территория, что хотим, то и делаем». Хотя, по тексту соглашений, подписанных в Минске, боевики из «народных республик» обязаны отойти на те позиции, где они были на момент подписания первых соглашений - 19 сентября. И тогда их передовые отряды не были не то, что у Дебальцево, а даже не приближались к Углегорску. Также Захарченко объявил о планах взять Мариуполь и начать наступление на Харьков в случае того, если украинские силовики не прекратят огонь.

Причины такого поведения могут быть разными: или от Захарченко из Москвы потребовали продемонстрировать самостоятельность действий «ДНР» и устроить дополнительное давление на Украину с целью добиться очередных уступок (вроде, обязательства допустить на Донбасс «миротворцев» из России).

Вторая версия Минских соглашений обречена на провал?

Впрочем, все 13 пунктов Минских соглашений с самого начала трудно выполнимы. Вне зависимости от того, в какой последовательности к ним приступать – сначала контроль границы, а затем местные выборы, или наоборот.

Главная загвоздка в том, что конфликт, полностью управляемый извне, но «управляющая сторона» (Россия) не несет никакой ответственности за выполнения перемирия…

10 причин, почему Минские соглашения-2 не могут быть выполнены

1. Безоговорочное прекращение огня с двух сторон с 15 февраля. По опыту предыдущих перемирий было известно: как только украинская армия прекращала огонь, боевики и российские войска тут же шли в наступление, на отдельных участках продвигаясь до 40 километров. Кто не верит, можете посмотреть на карты, где находилась линия фронта на момент подписания первого варианта соглашений в Минске и где она находится сейчас. Разница налицо. Отсюда – и попытки взять Дебальцево под контроль российских войск и боевиков на протяжении последних двух недель.

Источник: ИА ЛІГАБізнесІнформ
Источник: ИА ЛІГАБізнесІнформ

2. Отвод тяжелых вооружений как минимум, на 25 километров по обе стороны фронта и создание нейтральной полосы. Дело в том, что, например, РСЗО «Торнадо С» (модернизированная РСЗО «Смерч») имеет дальность выстрела до 100-120 км. Кроме того, даже если российская сторона на Донбассе их использовать не будет, что мешает заехать на «нейтральную» территорию, отстрелять боекомплект, развернуться и уехать (даже обычному «Граду» хватит примерно часа, а с разведанными путями и заранее выбранными позициями – и того меньше)? Украинская сторона будет в этом случае связанной по рукам и по ногам, что называется. Также, судя по карте разграничения, в нейтральную полосу попадает такой крупный город, как Мариуполь. Это облегчает его захват боевиками в случае наступления и вообще подвергает опасности обстрелов по указанной выше схеме.

3. Мониторинг прекращения огня и вывода техники с помощью ОБСЕ. Наблюдатели ОБСЕ не смогут одновременно контролировать всю полосу разграничения, даже используя беспилотники и т.д. Также были случаи, когда работе беспилотников ОБСЕ боевики сознательно мешали, используя станции РЭБ, поставленные из России (на участках российско-украинской границы, контролируемых боевиками). Останавливать нарушителей режима тоже нечем – даже личное оружие наблюдателям не положено по статусу. К тому же, многие наблюдатели ОБСЕ «не видят» перемещений техники там, где они есть и не посещают те места, в которых боевики накапливают технику и боеприпасы.

4. Принятие законов об особом статусе контролируемых боевиками территорий и проведение местных выборов. Это шаг к легитимизации сепаратистов и признанию, в случае очередного обострения, конфликта на Донбассе полностью внутренней проблемой Украины. С России автоматически снимается ответственность за дальнейшие действия «местной власти» на Донбассе. О процедуре местных выборов под дулом автомата можно даже не говорить – альтернативных нынешним «ДНР»-овским или «ЛНР»-овским властям кандидатов даже не зарегистрируют. Наблюдателей ОБСЕ на большинство участков могут не пустить, в отличие от российских наблюдателей, которые засвидетельствуют «торжество демократии». Внесение изменений в Конституцию Украины относительно статуса «отдельных районов Донецкой и Луганской областей» (как этого постоянно требует Россия), скорее всего, будет провалено. Постановление ВР могут принять, но работать оно не будет по тем же причинам.

Еще один пункт – формирование местной власти. Досрочное прекращение полномочий местных советов, избранных на территории, контролируемой сепаратистами, запрещается. Исполнительная власть, судьи и «народная милиция» будут набираться из местных жителей. Под местных жителей можно при желании «подогнать» граждан России (тех же «казаков» или российских военных), выдав им украинские паспорта из бланков, захваченных в Крыму и на Донбассе. Из остальных – это будут в основном «смотрящие» на местах от Рината Ахметова, Юрия Иванющенко, «семьи» Виктора Януковича, Александра Ефремова. Также в органы местной власти уже легально вольется криминалитет (как в Крыму «самооборона»), оборотни в пагонах и т.п. И еще одна вещь, которую хочется уточнить - что будет, если местные «власти» будут переводить свою территорию на российское законодательство, как это уже делают в Луганской области?

5. Обмен пленными в формате «всех на всех» . Россияне самых «знаковых» пленных не отдадут – тех, что находятся сейчас на их территории (Савченко, Сенцов, Кольченко, Чийгоз и т.д.). Будут использовать любые отговорки – решения судов, «неподходящие» обвинения и т.д.

6. Амнистия для всех боевиков и местной власти, активно поддерживавшей сепаратизм. Если всех амнистировать, где гарантия, что «сепаратисты» не будут проникать в другие районы, устраивать диверсии и провокации? Кто защитит другие территории от разгула криминала, контрабанды оружия и наркотиков? Всю линию соприкосновения с захваченными территориями нереально контролировать К тому же, именно это оттянет на неопределенное время введение безвизового режима между Украиной и ЕС, ведь по стране туда-сюда ездить российские боевики с новенькими украинскими паспортами.

7. Обеспечение подхода гуманитарной помощи. По крайней мере, российским «гумконвоям» никто не мешал и до сих пор не мешает (их не проверяют даже наблюдатели ОБСЕ, если они есть на пропускных пунктах, которые Украина не контролирует). Никто не препятствует и помощи, оказываемой от имени фонда Ахметова. Проблема скорее в распределении этих гуманитарных грузов – примерно половина грузов не доходит до потребителя, а перепродается боевиками и местной «властью» по завышенным ценам. Да и в российских «гумконвоях», как известно, находятся не продукты питания или теплая одежда. Иначе они бы проходили через участки границы под контролем Украины, а не боевиков.

8. Выплата зарплат, пенсий и восстановление разрушенной инфраструктуры. Опять же, о репарациях от России и речи быть не может – все будет делаться только за счет Украины и частично за счет кредитов МВФ и ЕБРР. Купные бизнесмены также могут начать требовать компенсаций из бюджета за действия боевиков. Естественно, на местах будет процветать невиданная даже в Украине коррупция на восстановлении инфраструктуры – деньги будут брать даже за разрешение вообще что-то восстанавливать. До рядовых жителей Донбасса деньги, как и прежде, доходить не будут. Отказ Украины финансировать разрушенный регион будет расценен Россией как нарушение соглашений.

9. Вывод войск и разоружение незаконных вооруженных формирований. О российских войсках, понятное дело, ничего в договоренностяъ не говорится. Мало того, при таком количестве оружия и различных формирований, часто конфликтующих между собой, это вообще невыполнимая задача без участия миротворцев ООН или украинской армии. В Луганской области на территориях «ЛНР» в каждом более-менее крупном приграничном городе – свои «атаманы», которые враждуют и между собой и с тем же Плотницким и Мозговым.

Стоит также проблема криминалитета, который массово завладел оружием, пребывая в рядах «ополчения». Бороться с ним никто на месте не будет по определению. Нужно признать, что со стороны Украины тоже может возникнуть проблема, если добровольческие батальоны откажутся покидать передовую.

10. Контроль границы. Мало того, что это по «графику» произойдет после «местных выборов», которые лишают Украину легитимных рычагов контроля за территорией. Так еще и можно поселить российских военных в приграничных городах, выдать им украинские паспорта и сказать, что они – коренные жители, из которых надо набирать «своих» пограничников. Эти «народные пограничники» будут активно содействовать контрабанде и поставкам оружия из России.

В общем, в идеале Россия хочет получить в Украине даже не второе Приднестровье, а вторую Чечню после Хасавюртовских соглашений 1998 года. Тогда, напомним, Чечня получила фактически независимость, и уже под конец Первой чеченской войны (с гибелью Джохара Дудаева) характер антироссийского сопротивления стал меняться – из более-менее секулярного оно стало исламистским. Его целью стала уже не независимость Чечни как таковой, а создание исламского государства «Имарат Кавказ» с претензиями на весь Северный Кавказ. Закончилось, как известно, вторжением групп исламистов из Чечни в Дагестан, что стало одним из поводов для Второй чеченской войны. Но здесь ситуация будет гораздо хуже – постхасавюртовская Чечня не имела внешнего управления, в отличие от «народных республик» Донбасса. И планов у России на Донбассе сразу несколько. Сейчас ставка сделана на внутренний коллапс Украины под влиянием массы факторов – это и попытки создать очередной «котел» под Дебальцево с последующими паническими настроениями и оплачиваемыми массовыми беспорядками, и навязывание обязательств содержать неконтролируемые территории, и требования федерализации в условиях нестабильности.

Возвращаясь к «чеченскому» сценарию для Донбасса, можно сказать, что со временем Россия будет периодически пытаться расширить «Новороссию» от Харькова до Одессы, используя, например, как повод для дальнейших атак банальное прекращение выплат «народным республикам» из украинского бюджета. К тому же, могут подключить и религиозный фактор в виде православного экстремизма – одна из группировок, воюющая на Донбассе, так и называется: Русская православная армия.


Об авторе
[-]

Автор: Максим Побокин

Источник: glavcom.ua

Добавил: ava  v3704207


Дата публикации: 16.02.2015. Просмотров: 149

Комментарии
[-]

Комментарии не добавлены

Ваши данные: *  
Имя:

Комментарий: *  
Прикрепить файл  
 


zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta