ОДКБ и ШОС как российско-китайская «ось» евразийской стабилизации

Содержание
[-]

О роли миротворческой миссии ОДКБ в стабилизации обстановки в Казахстане

Любому адекватному эксперту понятно, что генеральной целью разрушения Казахстана было существенное ослабление позиций России на переговорах с США. Скажем прямо, это был американский ответ на русский ультиматум о нерасширении НАТО. Своеобразная демонстрация силы: дескать, «мы можем все, в том числе у вас в тылу!». И если бы этот план удался, Москва неминуемо столкнулась бы в Швейцарии с серьезными трудностями при обсуждении своих предложений.

Становится уже недоброй традицией, что на новогодние праздники все чаще определенные силы организуют резонансные провокации и события, которые серьезно напрягают международную обстановку, подрывая ее стабильность. Как говорится, один эпизод — случайность, два — уже тенденция. В начале января 2020 года мир облетела весть о совершенном в Багдаде варварском покушении американских спецслужб на одного из наиболее авторитетных иранских генералов и политиков — Касема Сулеймани, командующего спецподразделением «Аль-Кудс» в составе Корпуса стражей исламской революции (КСИР). В только что начавшемся 2022 году первые дни «ознаменовались» казахстанской трагедией — попыткой государственного переворота, целью которого в наиболее радикальном варианте, по некоторым данным, была не только смена власти в республике. Но и ее фактическая ликвидация путем раздела на клановые сферы влияния, которые вели юг страны под фактический протекторат внешних сил. Видимой их верхушкой айсберга служили исламистские группировки, а подводная часть включает подзабытый, но извлеченный из нафталина проект перекройки всего Ближнего и Среднего Востока, контролируемый «глубинным государством». Так называемый «Большой Ближний Восток». Или «Новый Средний Восток».

Своевременное и эффективное вмешательство миротворческих сил ОДКБ спасло ситуацию; конституционный порядок и законность были восстановлены. Ряд источников указывает на то, что не только в правоохранительные органы и спецслужбы Казахстана были внедрены предатели, но и отправленное в отставку президентом Касым-Жомартом Токаевым прежнее правительство не просто принимало сомнительные решения, как получилось в случае с двукратным повышением цен на газ. Но и провокационно приурочивало их к определенным корпоративным трендам в социальной сфере. В канун этого детонатора социального взрыва, использованного террористическими элементами, на трех нефтегазовых месторождениях — Тенгиз, Кашаган, Карачаганак, где ведущим акционером является отнюдь не национальный монополист «КазМунайГаз», а пул западных корпораций в составе Chevron, ExxonMobil, Shell, ENI, Total и т.д., с производства были уволены около 40 тыс. сотрудников. Условия участия этих корпораций для Казахстана кабальные, ибо оно осуществляется в рамках сохраненной при режиме Нурсултана Назарбаева системы СРП — соглашений о разделе продукции, от которых в России отказались еще двадцать лет назад. Поэтому, с одной стороны, воспрепятствовать этому социальному беспределу прежнее правительство не могло, а с другой стороны — не очень к этому и стремилось. Само осуществление ценового подъема под эти сокращения персонала очень сильно попахивает подзабытыми словами «сговор», «вредительство» и «саботаж», и думается, что расследование покажет, куда тянутся ниточки принятого кабинетом решения. И если уж проводить параллели между событиями в Казахстане и социальной обстановкой в других республиках постсоветского пространства, то в первую очередь следует обращать внимание на выявление потенциальных связей внутренних и внешних сил, которые дергаются за ниточку общими «стратегами».

Очень важным фактором, который благоприятствовал миссии ОДКБ, стала позиция, занятая китайской стороной, а также ШОС как организацией, в которую входят и Казахстан, и Китай, и Россия. Поскольку спекуляции, которые сводятся к обвинениям Пекина в «ползучей экспансии» в Средней Азии, давно уже стали расхожим местом в ряде СМИ, а предыдущий крупный кризис 2016 года этими же СМИ напрямую увязывался с протестами против «китайского засилья», в то время как реальная картина, как видим, — противоположная и свидетельствует о западном засилье, имеет смысл остановиться на позиции Китая в эти дни подробнее. Итак, уже 7 января, на второй день ввода войск ОДКБ, лидер КНР Си Цзиньпин через посла в Казахстане передал президенту Токаеву устное послание, назвав просьбу о помощи со стороны России и союзников «решительными, действенными мерами, быстро восстановившими спокойствие». Китай, подчеркнул председатель Си, «решительно против подрыва стабильности в Казахстане», а также против «умыслов внешних сил» и «подрыва китайско-казахстанской дружбы».

Выразив уверенность в скорейшей стабилизации, китайский лидер подчеркнул: «Несмотря ни на какие риски и вызовы, Китай останется другом и надежным партнером Казахстана, и китайский нард всегда будет стоять на стороне интересов народа Казахстана». И здесь явно усматривается понимание недовольства этой принципиальной позицией со стороны организаторов трагических событий с Запада и исламистов. Заметим, что с этим альянсом сама КНР уже много лет сталкивается в Синьцзяне, в котором, подчеркнем это, проживает крупная казахская диаспора, лидеры которой неизменно поддерживают курс официального Пекина. В заключение Си высказал готовность Китая оказать Казахстану помощь в преодолении «трудного периода», и понятно, что с учетом масштабов погромов, особенно в Алма-Ате, речь идет прежде всего об участии в ликвидации последствий мятежа.

Забегая вперед, отметим, что отдельный разговор, в том числе на казахстанскую тему и по военной помощи, оказанной республике по линии ОДКБ, Си Цзиньпин 10 января провёл по телефону и с президентом Белоруссии Александром Лукашенко. Учитывая основные тезисы выступления белорусского лидера за несколько часов до этого на виртуальном совещании ОДКБ, в которых раскрывалась ситуация вокруг других среднеазиатских республик, происходит активизация тематики союзного строительства применительно к Казахстану. И особое внимание Пекина к Минску показывает, что эти интеграционные процессы на постсоветском пространстве, которые жестко критикуются Западом, в китайской столице встречают понимание и поддержку.

9 января один из ведущих информационных каналов Китая — CGTN — разместил у себя интервью с пресс-секретарем ОДКБ Владимиром Зайнетдиновым, в котором были раскрыты как основания оказания Казахстану военной помощи — обращение с просьбой Токаева, так и функции миротворцев. Зайнетдинов подчеркнул, что подавлением очагов сопротивления заговорщиков занимаются армия, спецслужбы и полиция Казахстана, в то время как силы миротворческого контингента обеспечивают прежде всего охрану объектов инфраструктуры, что и позволило властям республики усилить противостоящую террористам войсковую группировку.

С 7 января регулярные заявления о решительной поддержке Казахстана и миссии ОДКБ делал китайский МИД. А 10 января в активную деятельность внешнеполитического ведомства на этом направлении включился министр Ван И. В телефонном разговоре с казахстанским коллегой Мухтаром Тлеуберди глава китайской дипломатии подчеркнул статус Казахстана как «вечного всеобъемлющего стратегического партнера». И высказал решительную поддержку «пресечению насилия», предложив «наращивать сотрудничество и координацию правоохранительных органов по преодолению цветных революций» и «защите национальных политических систем». В интересах Китая — «долгосрочная стабильность в Средней Азии» (заметим, что китайской стороной обычно используется термин «Центральная Азия», поэтому в данном случае речь шла именно о постсоветской части региона, не включающей Афганистан и Пакистан). Президента Токаева, подчеркнул Ван И, ждут в Пекине в начале февраля на открытии Олимпиады и гарантируют безопасность этого визита.

Отметим, что риторика официального Пекина вслед за самим Казахстаном и Россией, а также союзниками по ОДКБ, как показало видеосовещание лидеров этой организации, полностью исключила упоминание о первом президенте — Назарбаеве. Понятно, что в реалиях современности эта фигура вышла из общественного доверия, и полное понимание этого обстоятельства имеется во всех заинтересованных столицах. В том числе в Пекине.

В тот же день, вскоре после совещания лидеров ОДКБ, телефонные переговоры по ряду вопросов, включая ситуацию в Казахстане, провели и главы китайского и российского МИД. Обсудив подготовку визита в Пекин российского президента Владимира Путина, Сергей Лавров проинформировал Ван И о ходе женевских переговоров с США по стратегической стабильности. Касательно казахстанских событий, оба министра поддержали действия президента Токаева как «своевременные и соразмерные масштабам угрозы». Как отмечается в сообщении российского МИД, «Ван И позитивно оценил предпринятые по линии ОДКБ меры в ответ на обращение руководства Казахстана в целях содействия нормализации обстановки в стране», а также подчеркнул особую «роль ШОС в обеспечении безопасности в Евразии, включая Центрально-Азиатский регион».

Китайская сторона, как следует из переговоров, полностью разделяет оценки лидеров ОДКБ, отмечая «обеспокоенность захватом государственных учреждений и других важных объектов жизнеобеспечения», а также участие в незаконных силовых акциях против конституционного порядка в Казахстане «иностранных наемников». Упоминание темы безопасности в масштабе уже не Казахстана, а Евразии является однозначным свидетельством, во-первых, увязки действий ОДКБ с ШОС, а во-вторых, учитывая российско-китайское лидерство в последней, теснейшей координации Москвы и Пекина, которая имела место по вопросу о Казахстане. Нет сомнений, что о принятом решении ввести в республику войска ОДКБ Москва и Астана (данное название столицы теперь более уместно) проинформировали Пекин значительно раньше, чем о нем узнала международная общественность. Так что в ситуации казахстанских событий проверку делом прошла на только ОДКБ, но и ШОС, а также был достигнут новый, по-настоящему стратегический уровень российско-китайского партнерства. И глубоко символичным является упоминание ответственности двух стран за безопасность Евразии. «Чужим на нашем континенте, а особенно тем, кто пришел не с миром, а с гегемонистскими амбициями, здесь делать нечего, а если они все же сюда являются, Москва и Пекин неизменно остаются начеку», — примерно так звучит этот месседж.

И последнее. То, что «чужие явились», нанеся удар в так называемом «южном подбрюшье» России и в «западном» — Китая, однозначно адресовалось в Женеву. Обнародуют эту информацию или по дипломатическим резонам «приберегут», но любому адекватному эксперту понятно, что генеральной целью разрушения Казахстана было существенное ослабление позиций России на переговорах с США. Скажем прямо, это был американский ответ на русский ультиматум о нерасширении НАТО. Своеобразная демонстрация силы: дескать, «мы можем все, в том числе у вас в тылу!». И если бы этот план удался, Москва неминуемо столкнулась бы в Швейцарии с серьезными трудностями при обсуждении своих предложений. Быстрота, эффективность и, если угодно, красота российской реакции, которые оценили профессионалы и которым в НАТО могут только завидовать, но вряд ли в состоянии к этим показателям даже приблизиться, надо полагать, произвели на «заклятых партнеров» весьма сильное, причем удручающее впечатление. И сохранили стратегическую переговорную инициативу в российских руках, вопреки всем усилиям Вашингтона. Это важно, и это еще сыграет свою роль в начавшемся диалоге, особенно если противная сторона, продвигая его, решится на новые провокации, что совсем не исключено. Однако есть обоснованная надежда, что планировщики «новогодних» кризисов, замышляя третий прецедент с переводом тенденции уже в закономерность, подумают теперь уже не три, а тридцать три раза, прежде чем на такую провокацию отважатся.

И совсем в заключение нельзя не сказать о том оздоровляющем и отрезвляющем потенциального агрессора влиянии, которое казахстанские события оказали на общую геополитическую обстановку в Центральной Азии. Именно в «Центральной», а не «Средней», ибо успех сил ОДКБ выходит далеко за постсоветские рамки и существенно укрепляет стабильность и в Афганистане, и в зонах индийско-пакистанского конфликта и даже Персидского залива, особенно вокруг Ирана. Тот, кто «посеял ветер», — в итоге «пожал бурю», и в этом, пожалуй, состоит главный урок столь грозового начала нового 2022 года. Глядишь, и рукотворная эпидемия в ближайшее время, вопреки пророчествам адептов «новой нормальности», получит мощный импульс к своему «естественному» завершению. И, выражаясь словами Михаила Жванецкого, «соберется в кучу, уменьшится в размерах и исчезнет за горизонтом».

Автор  Владимир Павленко

Источник - https://regnum.ru/news/3473372.html

***

Приложение. Президент Таджикистана Рахмон намерен изменить Среднюю Азию и Средний Восток

 «Пояс безопасности» вокруг Афганистана предполагает как решение внутриполитических проблем республики, так и учет исходящих импульсов из соседнего Пакистана и Ирана, которые могут принять участие в геополитическом проекте президента Таджикистана Эмомали Рахмона.

Президент Таджикистана Эмомали Рахмон в ходе внеочередной сессии Совета коллективной безопасности ОДКБ заявил о необходимости создать «пояс безопасности» вокруг Афганистана. Он не в первый раз выступает с такой идеей. Еще в июне 1998 года он призывал все мировое сообщество сконцентрировать усилия для создания вокруг Афганистана коллективного «пояса безопасности». Кстати, аналогичные призывы ООН к НАТО прозвучали в 2001 году. Но реализовать тогда этот проект не представлялось возможным по разным причинам. Сейчас события в Казахстане стали выдвигать этот проект на первые позиции, хотя он нуждается в серьезной аналитической проработке и определенной детализации.

Пока на поверхности лежат обозначенные Рахмоном следующие факторы. Это то, что на границах Таджикистана с Афганистаном сосредоточено до шести тысяч боевиков, готовых атаковать границы ОДКБ. В целом, по данным спецслужб Таджикистана, количество лагерей и центров по подготовке террористов, граничащих с южными границами Организации, в северно-восточных провинциях Афганистана насчитывает около полусотни. Признан факт наличия в странах региона «спящих» ячеек радикальных исламистов, транснациональной организованной преступности, включая незаконный оборот наркотиков.

При определенных условиях и обстоятельствах предлагаемая «синергетика» может взорвать практически весь регион Средней Азии. В этой связи Рахмон предлагает создать «пояс безопасности» вокруг Афганистана на коалиционной основе, заявляя, что «усиление активности международных террористических группировок в Афганистане непосредственно влияет на зону коллективной безопасности ОДКБ». Плюс к этому и негативная оценка происходящих в Афганистане процессов после прихода к власти в Кабуле «Талибана» (организация, деятельность которой запрещена в РФ), и такой же прогноз на будущее.

Связано это с тем, что талибы (организация, деятельность которой запрещена в РФ) развалили в стране прежнюю систему управления, а сами никак не выйдут из ситуации взаимных политических разборок. Более того, их правительство никем не признано в мире, и в страну не идет помощь, тогда как 75% бюджета страны составлялось из иностранных помощи и инвестиций. В такой ситуации разгромленная в Сирии и Ираке инфраструктура ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) перебрасывается в Афганистан.

По оценке многих экспертов, республика потенциально превращается в то, чем был «халифат» в Сирии или Ираке. Но намерены ли исламисты с территории Афганистана прорываться на север? Этот вопрос остается открытым. А ведь геополитическая модель как на Ближнем и Среднем Востоке, так и в Средней Азии уже в обозримом будущем меняется.

Термин «пояс безопасности» предполагает однородность и одновременность каждого из протекающих внешнеполитических процессов, гарантию движения к метастабильному состоянию, с длительным равновесием системы международных отношений. Это не «санитарный кордон» или «буферная зона». В широком смысле «пояс безопасности» предполагает разнонаправленность и географическую разновекторность внутренних и внешних секторов, имея в виду как внутриполитические проблемы Афганистана, так и исходящие различные импульсы из соседнего Пакистана и Ирана.

Эти страны также могут принять участие в геополитическом проекте Рахмона, который должен выходить за рамки южных рубежей постсоветских государств. Так что создание широкого мирного «пояса безопасности» вокруг Афганистана коренным образом изменит ситуацию во всем регионе. Дело за детализацией этого проекта.

Автор Станислав Тарасов

Источник - https://regnum.ru/news/polit/3473133.html


Об авторе
[-]

Автор: Владимир Павленко, Станислав Тарасов

Источник: regnum.ru

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 12.01.2022. Просмотров: 42

zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta