О военно-политической обстановке в странах Ближнего Востока и Северной Африки осенью 2022 года

Статьи и рассылки / Темы статей / Человек и общество / О политике
Тема
[-]
Внутренняя и внешняя политика и международная безопасность  

***

Правительство Пакистана надеется, что военные не будут слишком активно вмешиваться в политику 

Во вторник генерал Сайед Асим Мунир официально примет эстафету командования пакистанской армией от генерала Камара Джаведа Бадждвы. Одновременно с генералом Асимом, чья должность звучит как начальник штаба армии (COAS), председателем Объединенного комитета начальника штабов (CJCSC) станет генерал Сахир Шамшад Мирза. Теоретически эта должность является самой высокой в военной иерархии страны, однако на деле она носит лишь церемониальный характер. Фактически самым главным человеком в пакистанской армии теперь будет генерал Асим. 

В любой другой стране назначение командующего армией дело обычное, но только не для Пакистана, где военные играют ключевую политическую роль. Именно они принимают важнейшие решения, часто определяя основные направления развития страны, держат под своим контролем ядерное оружие, не доверяя его гражданскому правительству. 

Из 75 лет независимого существования почти половина этого срока пришлась на военное правление, когда в Пакистане вводилось военное положение или верхние ступени власти захватывали люди в мундирах. Бывало и так, что назначенные на высшие должности военные потом свергали, а то и казнили выдвинувших их политиков. В последние годы политическая роль военных снижается, однако процесс протекает слишком медленно. 

В таких условиях пакистанские политики проявляли большой интерес к этому назначению. Судя по публикациям в местных СМИ, кандидатуру генерала Асима поддерживали предыдущие – Наваз Шариф и Имран Хан – и действующий премьер-министр Шехбаз Шариф. Говорят даже, что настоящей целью затеянного бывшим премьером Имраном Ханом «похода протеста» было вовсе не объявление досрочных выборов, а именно назначение генерала Асима. Короче, эти политики вели свою хитроумную и многоходовую игру. А вот среди военных, особенно среди тех, кто и сам претендовал на столь высокий пост, с назначением Асима были согласны далеко не все. Речь идет прежде всего о генерал-лейтенантах Ажаре Аббасе и Фаизе Хамиде, которые даже решили уйти в знак несогласия в отставку раньше положенного по закону срока. 

Тем не менее политики настояли на своем, ясно дав понять, что на компромисс с другими военными, не согласными с кандидатурой Асима, они и их партии не пойдут. Почему правительство все же отдало предпочтение именно генералу Асиму? 

Главной причиной послужила его репутация профессионального солдата и одного из генералов, которые не приемлют политической роли вооруженных сил. Правительство, деятельность которого часто зависит от того, что ему разрешат или запретят военные, все же надеется, что генерал Асим предпримет необходимые шаги, чтобы воплотить этот принцип в жизнь. Что он не будет вмешиваться в политику, тем более в политические дрязги, выход из которых часто видели в объявлении военного положения, приостановке действия Конституции страны. 

Правда, далеко не всегда подобные надежды оправдываются. Как пишет влиятельная пакистанская Express Tribune, прошлая «смена» генералов в составе генералов Каяни, Рахила и Баджвы тоже начинала свою работу с большого количества обещаний. Однако карьеры этих высокопоставленных военных закончились далеко не на мажорной ноте. 

Смена «военного караула» в Пакистане произошла в критический момент. Часть политических партий требует проведения досрочных выборов, экономика переживает не лучшие времена, активизируются террористические организации, как всегда неспокойно на индо-пакистанской границе. Более того, нынешний Пакистан живет в условиях сильного давления со стороны США. Недовольный набиравшим обороты сближением между Исламабадом и Москвой по различным направлениям, в том числе по военной и военно-технической линиям, Вашингтон, по всей вероятности, приложил руку, чтобы отправить в отставку сторонника такого курса Имрана Хана. Официальную позицию Исламабада касательно сотрудничества с Москвой не так давно выразил министр финансов Пакистана Исхак Дар. Он сказал, что его страна готова покупать нефть и газ в России, «если США не будут против». 

Тем не менее 28 ноября в Россию отправилась делегация Пакистана во главе с министром нефти Мусадыком Маликом. В ходе визита планируется обсудить сотрудничество с Москвой, в частности покупку нефти и газа по более выгодной цене. Кроме того, стороны скорее всего затронут вопрос о строительстве газопровода «Пакистанский поток», ранее согласованный с предыдущим правительством Имрана Хана. Не исключена также проработка письма от пакистанцев с просьбой поставить им три танкера с СПГ в декабре нынешнего и в январе следующего года.

Автор Равиль Мустафин

Источник - https://www.ng.ru/world/2022-11-28/8_8601_pakistan.html

*** 

От Ирана ждут неминуемого удара по Аравийскому полуострову 

Фокус внимания администрации президента США частично смещается с Украины на Ближний Восток.

Саудовская Аравия предупредила союзника, что Иран в ближайшее время готов нанести удар по целям на ее территории. Несмотря на то что два региональных соперника с прошлого года провели серию переговорных раундов о нормализации официальных отношений, непрекращающиеся протестные шествия у себя дома заставили Тегеран пересмотреть дипломатические подходы: на Эр-Рияд открыто была возложена ответственность за разжигание антиправительственных выступлений.

Факт, что администрацию президента США Джозефа Байдена «беспокоит картина угроз» со стороны Ирана, признал на брифинге глава пресс-службы Госдепартамента Нед Прайс. Он проинформировал, что американская сторона находится «в постоянном контакте по военным, дипломатическим, разведывательным каналам» с Саудовской Аравией и готова без колебаний выступить в защиту интересов как США, так и регионального партнера в случае необходимости. Впрочем, находящимся в аравийской монархии американским гражданам не были разосланы уведомления с советом покинуть страну, как это часто бывает в форс-мажорных ситуациях.

Высказывания Прайса были одним из первых официальных заявлений «под запись» после того, как газета Wall Street Journal накануне со ссылкой на анонимные источники в Эр-Рияде и Вашингтоне сообщила, что саудовская сторона поделилась со своим союзником разведданными, которые дают возможность говорить о неминуемой угрозе иранского нападения на инфраструктуру королевства. Инсайдеры западных изданий некоторое время спустя внесли уточнение, что трансграничная атака может быть совершена в ближайшие дни. По-видимому, в США восприняли угрозу всерьез: развернутые на Ближнем Востоке американские силы приведены в состояние повышенной боевой готовности, отметила Wall Street Journal.

Резкое обострение отношений между двумя соперниками произошло в 2015 году, когда аравийская коалиция по руководством Саудовской Аравии начала военную операцию в соседнем Йемене против повстанцев-хуситов, позиционирующих себя как часть «оси сопротивления», возглавляемой Ираном. Противоречия значительно углубила состоявшаяся в Саудовской Аравии в январе 2016 года казнь шиитского проповедника Нимра аль-Нимра. На фоне снижающегося интереса США к региону Эр-Рияд предпринимал попытки восстановить контакты. Начиная с 2021 года государствам удалось провести серию встреч, посвященных перспективам «оттепели». Однако в этом году аравийская монархия пошла на громкую массовую казнь, жертвами которой стали шииты. Сейчас каналы связи, по которым велись переговоры о восстановлении отношений, вероятно, окончательно оборваны.

Под горячую руку Саудовская Аравия, однако, попала и потому, что ответственность за продолжающиеся с сентября массовые протесты у себя дома Тегеран попытался спроецировать на целую группу иностранных государств. Иранский Корпус стражей исламской революции (КСИР) отметился серией высказываний с критикой внешней политики королевства. По версии КСИР, на вину саудовцев в разжигании антиправительственных выступлений указывает аравийское финансирование лондонского спутникового телеканала Iran International – информационного флагмана иранской оппозиции.

Однако заявления иранского официоза продемонстрировали отсутствие координации в государственной политике на саудовском направлении. Если командующий КСИР генерал-лейтенант Хосейн Салами инкриминировал королевству буквально все, что происходило в последние недели, вплоть до массовой стрельбы в мавзолее в Ширазе, совершенной членом «Исламского государства» (запрещенная в России террористическая организация), то офис рахбара показал готовность искать баланс. Так, советник по международным делам верховного лидера Али Акбар Велаяти заявлял: «Мы соседи Саудовской Аравии и должны сосуществовать. Необходимо возобновить работу посольств двух стран, чтобы решать наши проблемы более эффективным способом».

Прогноз, согласно которому Исламская Республика может попытаться сместить акценты в повестке, нанеся удар по Саудовской Аравии, западные исследовательские центры давали еще в начале октября – через две недели после того, как иранцы вышли на массовые акции протеста против гибели девушки курдского происхождения Махсы Амини. Тем не менее в качестве одного из наиболее вероятных сценариев эксперты называли опосредованные нападения на инфраструктуру королевства с территории Йемена – по типу тех, которые потрясли нефтеперерабатывающие объекты Saudi Aramco в сентябре 2019 года. Тогда комбинированная серия атак хуситов с применением дронов и ракет заставила Эр-Рияд временно сократить добычу.

Все формальные предпосылки для такой крупной трансграничной акции есть: 2 октября хуситы объявили о прекращении перемирия в Йемене, действовавшего почти полгода. А после того как 5 октября члены ОПЕК+ приняли решение снизить квоты на добычу нефти вопреки попыткам администрации Байдена договориться с саудовским кронпринцем Мухаммедом бин Сальманом, американская законодательная власть дала понять, что не готова поддерживать идею о необходимости сохранения высокого уровня оборонных и военно-технических контактов с ближневосточным союзником в условиях, когда тот идет наперекор просьбам Вашингтона и тем более, как полагают конгрессмены, подыгрывает российским экспортерам.

«Саудовская Аравия плохо подготовлена к прямой военной конфронтации с Ираном в формате «один на один», – пояснил «НГ» военный эксперт Юрий Лямин. – Как показали события последнего десятилетия, вооруженные силы королевства испытывали серьезные проблемы даже в конфликте с хуситами. Причем саудовские средства ПВО и ПРО не могли надежно прикрыть стратегически важные объекты от имеющихся у хуситов ракет и беспилотников, количество и модельный ряд которых весьма ограничены по сравнению с имеющимся у Ирана».

Впрочем, собеседник «НГ» указывает на тот факт, что, несмотря на некоторое охлаждение в отношениях между Вашингтоном и Эр-Риядом, их все равно связывают очень тесные отношения, в том числе в военной и военно-технической сферах. «Так, по последним оценкам, на базах в Саудовской Аравии остается более 3 тыс. американских военных, – заметил Лямин. – Также там работают многочисленные военные инструкторы из США, технические специалисты и т.д. Так что Эр-Рияд в случае каких-либо серьезных угроз явно продолжит рассчитывать на поддержку Вашингтона».

Автор Игорь Субботин, oбозреватель-международник при главном редакторе НГ

Источник - https://www.ng.ru/world/2022-11-02/1_8581_iran.html

***

От гражданской войны в Ливии и Йеменe в выигрыше только полевые командиры 

Более 10 лет Ливия находится в состоянии гражданской войны. Йемен – тоже.

Европейцы, столкнувшись с проблемами беженцев из этих стран и поставок энергоресурсов, вынуждены обратить внимание на эти страны. С кем там можно сотрудничать в своих интересах? Кто фактически там договороспособен? Кто и чем заменяет разрушенные институты государства?

В недавно опубликованном докладе Итальянского института международных политических исследований подробно анализируется возросшая роль полевых командиров в условиях гражданской войны в Ливии и Йемене. Реальность такова, что вооруженные группировки при коллапсе государства и заметном сокращении международной помощи вынуждены искать источники финансирования собственной боевой деятельности. Энергоресурсы, контроль над критической инфраструктурой и нелегальная торговля – основа их финансового благополучия. И поскольку способ получения их доходов мало зависит от государства, его институтов и законов, то предположение, что полевые командиры мечтают о скорейшем завершении конфликта, чтобы делегировать новому государственному аппарату полномочия по эксплуатации подконтрольных активов, является малореалистичным. Они скорее готовы воссоздать будущие институты государства по образцам действующих сегодня механизмов удовлетворения своих потребностей.

Сейчас полевые командиры делятся добытыми ресурсами с населением подконтрольных территорий. Это дает им легитимность на переговорах по урегулированию конфликта. Иной легитимности у них нет, и трудно ожидать появления влиятельных политических сил в стране, способных настоять на формировании современных институтов государства после окончания конфликта. Независимо от победителя. Необходимо также отметить, что фактический уход США из этого региона образовал вакуум внешнеполитического, даже можно сказать, геополитического интереса к местным конфликтам. Никто не спешит размещать там свои войска или войска НАТО, как было совсем недавно в Ираке и Афганистане. С этой новой реальностью надо считаться при стратегическом анализе и стратегических оценках.

Поставляя энергоресурсы за границу через порты и терминалы, обеспечивая безопасный морской проход танкеров, полевые командиры устанавливают прямые контакты с основными контрагентами в Европе, минуя официальных лиц государства. Силой оружия они настаивают на непризнании институтов государства, разоряют аппарат бюрократии, не испытывая давления и осуждения со стороны Запада. Вооруженные люди берут под контроль, как правило, не столицы, а районы нефте- и газодобычи и их транспортировки. Для обеспечения потока контрабанды критически важен и контроль над пограничными территориями и пунктами, где пересекают границы товары, необходимые для жизнедеятельности населения. Вооруженные отряды воюющих сторон берут под наблюдение и официальные пункты таможенного контроля, где взимают в своих интересах таможенные пошлины и сборы.

Полевые командиры в Ливии и Йемене чаще всего отражают племенные интересы и связи, закрепляются на традиционных территориях. Их соглашения с другими полевыми командирами имеют почти всегда прагматический характер поиска коммерческой выгоды. Таким образом, полевой командир представляет собой в одном лице не только военного руководителя, но и вождя племени, главного дипломата-переговорщика и ключевого бизнесмена олигархического толка.

Очевидно, что именно полевые командиры, контролируя экспорт, импорт и доходы от них, превращаются в самых богатых и влиятельных людей страны. Своих сторонников они внедряют во все ключевые силовые и правоохранительные органы государства, подчиняя их работу собственным интересам. Поэтому, когда западноевропейские политики в качестве панацеи от всех бед этих стран предлагают провести «демократические выборы», сразу видятся счастливые лица победителей, по странному стечению обстоятельств исчерпывающе представляющих клан соответствующих данной территории полевых командиров.

История гражданского противостояния в Ливии и Йемене иллюстрирует очень высокий уровень универсальной применимости ключевых выводов. Полевые командиры повсеместно вытесняют и заменяют собой институты государства, берут под личный контроль все мало-мальски ликвидные активы экономики. Крылатая фраза Мао Цзэдуна «винтовка рождает власть» остается актуальной и поучительной для всех государств, которые с легкостью необыкновенной делегируют частным структурам оружие и право на насилие. В проигрыше окажутся и государство, и народ. В выигрыше – полевые командиры.

Источник - https://www.ng.ru/editorial/2022-11-27/2_8600_editorial.html

***

Противники Турции хотят создать в Ливии газовый форпост

Госдепартамент США выразил поддержку идее по соединению энергетической инфраструктуры Греции и Восточной Ливии.

Так американское дипломатическое ведомство прокомментировало прозвучавшие недавно высказывания главы Национальной нефтяной корпорации (NOC) Фархата Бенгдары о необходимости формирования двумя средиземноморскими игроками газопровода, который мог бы стать противовесом нефтегазовым соглашениям между Турцией и правительством в Триполи. Однако эксперты сомневаются, что на востоке Ливии есть необходимые ресурсы.

Заявление об укреплении энергетического сотрудничества в Средиземноморье сделал неназванный представитель Госдепартамента в разговоре с Афинско-Македонским агентством новостей. По словам дипломата, администрация президента Джозефа Байдена продолжает поддерживать нефтегазовые проекты, которые нацелены на взаимную интеграцию критически важных рынков, особенно если речь идет о Северной Африке и юге Европы. В то же время представитель внешнеполитического ведомства подчеркнул, что Вашингтон будет приветствовать инициативу по развитию газотранспортной инфраструктуры между Ливией и Грецией, потому что такой проект вписывается в его взгляды на сохранение энергетической безопасности.

Неделей ранее глава NOC, выступая в кулуарах Международной нефтяной выставки и конференции (ADIPEC) в Абу-Даби, проинформировал, что ливийская корпорация изучает идею создания газопровода, который бы вел по направлению к Греции, и еще одной трубы – в сторону Египта, что, по его словам, стало бы дополнением к уже функционирующим магистралям. Бенгдара особо подчеркнул, что большая часть газового производства в бывшей Джамахирии рассчитана на потребление локального уровня, однако ресурсный потенциал североафриканской страны очень велик. Кроме того, Бенгдара сообщил о готовности подписать контракт с итальянской компанией Eni об инвестировании от 6 до 8 млрд долл. в разведку и изучение ливийских месторождений. Вероятно, его заявления стали ответом на недавнюю попытку Анкары и Триполи интенсифицировать связи в энергетической сфере.

В начале прошлого месяца Турция заключила предварительные договоренности с Правительством национального единства (ПНЕ) о разведке нефти и газа у побережья бывшей Джамахирии. Вслед за этим президент Реджеп Тайип Эрдоган санкционировал расширение контактов по другим направлениям. Так, Анкара и Триполи отметились заключением громких сделок об углублении военного сотрудничества и укреплении обороноспособности Ливии. Документы касались в том числе взаимодействия в военно-технической области, в сфере обеспечения безопасности рубежей, а также борьбы с организованной преступностью и терроризмом.

Греция приняла появление новых соглашений в штыки. Это произошло потому, что правовым фундаментом сделки между Анкарой и Триполи в сфере нефти и газа стал заключенный этими же сторонами в 2019 году меморандум о взаимопонимании по разграничению морских зон в Средиземном море. Он носит односторонний характер и отражает исключительно турецкое видение того, где должны проходить морские рубежи. В 2019 году Афины не раз высказывались об отсутствии у меморандума международно-правовой базы, обращая внимание на то, что очерченные турецко-ливийским соглашением зоны распространяются в том числе на остров Родос и восточную часть острова Крит, фактически урезая их в праве на континентальный шельф.

Сейчас Греция не менее громко говорит, что намерена защищать свои права «всеми законными средствами при полном соблюдении международного морского права». «Нас не удастся запугать, но мы и не собираемся втягиваться в словесный поединок, – заявил по итогам переговоров со своим польским коллегой Збигневом Рау министр иностранных дел Греции Никос Дендиас. – Мы удовлетворены тем, что Европейский союз, США, Германия и наши египетские друзья публично осуждают действия Турции. Они подчеркнули очевидное: нынешняя администрация в Триполи не имеет мандата на подписание международных соглашений. И предыдущий, и недавний меморандумы между ПНЕ и Турцией не только незаконны, но и недействительны».

Однако у аналитиков есть большие сомнения в практической стороне создания Афинами и восточно-ливийским лагерем общей энергетической платформы. Как заявил «НГ» эксперт по Ливии Джалел Харшауи, Бенгдара попросту вводит в заблуждение, когда говорит о трубопроводе, который бы мог вести до греческой территории. «На востоке Ливии нет природного газа. Нужно быть не в своем уме, чтобы серьезно относиться ко всему из вышеперечисленного», – заявил исследователь. По его словам, глава NOC просто хочет аккумулировать дополнительную поддержку Египта и Греции – стран, которые находятся в конфронтационных отношениях с Эрдоганом. «Потому что Турция и Бенгдара не смогут работать вместе», – обращает внимание Харшауи.

По словам эксперта, нынешний глава NOC имеет крепкие исторические связи с командующим Ливийской национальной армией Халифой Хафтаром, чья орбита влияния распространяется на восточные районы североафриканского государства, и его кланом. Сам Бенгдара представляет собой скорее инструмент Объединенных Арабских Эмиратов, рассуждает собеседник «НГ». Что касается греческой стороны, то она, по словам Харшауи, просто стремится обуздать политику Анкары в Восточном Средиземноморье. «Греция требует, чтобы Турция прекратила вопиющее игнорирование ее территориальных вод. Она хочет, чтобы подобная риторика и поведение закончились», – подытожил эксперт.

Автор Игорь Субботин, oбозреватель-международник при главном редакторе НГ

Источник - https://www.ng.ru/world/2022-11-07/6_8583_greece.html


Дата публикации: 29.11.2022
Добавил:   venjamin.tolstonog
Просмотров: 210
Комментарии
[-]

Комментарии не добавлены

Ваши данные: *  
Имя:

Комментарий: *  
Прикрепить файл  
 


Оценки
[-]
Статья      Уточнения: 0
Польза от статьи
Уточнения: 0
Актуальность данной темы
Уточнения: 0
Объективность автора
Уточнения: 0
Стиль написания статьи
Уточнения: 0
Простота восприятия и понимания
Уточнения: 0

zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta