О ситуации в сфере образования России

Содержание
[-]

«Нельзя пересадить сердце слона лягушке»

Педагоги страны впервые рассказали о своих проблемах президенту лично. Откровенный разговор «без посредников» о ситуации в сфере образования России состоялся на форуме ОНФ.

На минувшей неделе в Пензенской области прошёл масштабный форум Общероссийского Народного фронта (ОНФ) «Качественное образование во имя страны». В течении трёх дней свыше 500 участников обсуждали самые наболевшие проблемы российского образования. Дискуссии проходили на пяти площадках, а итоги обсуждений были представлены лично президенту Владимиру Путину. Главные аспекты работы форума отметил Заслуженный Учитель Российской Федерации, профессор Российского государственного педагогического университета имени А.И. Герцена, заместитель директораПрезидентского физико-математического лицея №239 г. Санкт-Петербурга Сергей Рукшин, единственный в мире педагог, воспитавший сразу двух Филдсовских лауреатов - Григория Перельмана и Станислава Смирнова.

«Expert Online»: - Сергей Евгеньевич, сложилось впечатление, что в России ещё не было такой гигантской дискуссионной общественной площадки, посвящённой проблемам образования?

Сергей Рукшин:  - Самое главное, что у нас, педагогов, пожалуй, впервые появилась возможность поговорить с президентом напрямую. Мы хорошо помним пассаж Дмитрия Медведева, который как-то сказал: «Я много ездил по стране и не видел ни одного учителя, который был бы против ЕГЭ». И я готов поверить, что он говорил искренне. Пресс-службы традиционно формируют аудиторию из людей зависимых: собираются директора школ, которых сейчас по закону можно снять без объяснения причин, ректоры, которые на контракте с министерством, управленцы различного уровня, городские, областные, краевые управления образованием. Эта публика устраивает «одобрямс» любым инициативам сверху.

ОНФ принципиально сделал ставку не на «управленцев», а на педагогов. Собрались учителя школ, воспитатели детсадов, социальные педагоги, представители сельских школ, общественных организаций. А потому дискуссии на пяти площадках были жаркими и интересными, а встреча с президентом стала финальным и очень полезным аккордом.

- Расскажите, какие болевые точки системы образования затронули участники на круглых столах?

- «Миссия и статус педагога» - первая площадка. У нас катастрофически низок престиж профессии. Мы не работаем, не воспитываем, не учим, а оказываем образовательные услуги. Социальный статус педагога в широком смысле описывается не только зарплатой, но и многими другими факторами. Например, хотят ли родители, чтобы их ребёнок не дай бог стал бы учителем, преподавателем ВУЗа? Есть ли конкурс в педагогических вузах? Ответы очевидны.

Другие проблемы - бюрократизация системы образования, запредельная отчётность. Во многих заведениях электронный документооборот, электронный журнал вводят не вместо, а в дополнение к имеющимсябумажным.

Крайне неэффективная, не стимулирующая система оплаты труда учителя и преподавателя вуза. Выход на запредельные нагрузки.

- На форуме рассказали невеселый анекдот: «Почему учитель выбирает полторы ставки? На одну ему есть нечего, а на две – некогда».

- Учитель, который работает на 2,5 ставки, не может высококлассным образом исполнять свои обязанности. Преподаватели вузов, которые работают на 1,5 ставки, не могут нормально заниматься научной работой и полноценно готовиться к занятиям. Система оплаты не стимулирует рост качества преподавания.

Третий вопрос по поводу миссии – отсутствие реальной самостоятельности руководителей образовательной организации. Директора можно вышвырнуть без объяснения причин, что в стране часто и происходит. Ректор сидит на контракте с министерством и не избирается коллективом, а наделяется полномочиями один из прошедших министерский отбор кандидатов.

Наконец, один из самых острых вопросов первой площадки – отсутствие социальных лифтов для наших педагогов. Для профессии «учитель» нет системы рангов и иерархий. Повышение для учителя - это что? Завуч, директор, всё. Народ рекомендовал создать иерархию рангов должностей педагогов с учётом уровня квалификации и достижений. От простого учителя до учителя-методиста, наставника и так далее.

- Получился ли диалог по довольно непростой теме «Ценности национального образования: воспитание и формирование российской идентичности»? Как педагоги понимают эту проблематику?

- Человек, который получает образовательную услугу, причём иногда за свои деньги, воспринимает родину как место работы. А ведь место работы можно и поменять в случае чего. Мобильность, о которой упоминал президент Путин, это не такое уж и большое благо, когда от нас уезжают сильнейшие, а приезжают малограмотные гастарбайтеры. Утечка мозгов – это катастрофа.

Один из способов борьбы с этим процессом – воспитание национальной идентичности, когда люди, даже поучившись за границей, возвращались бы к себе на родину. Конечно, это очень непростой вопрос. Но ведь Ломоносов вернулся!

- Ещё две площадки - «Доступное образование для всех» и «Новая повестка развития экономики: требования к образованию».

- О доступности образования много говорят в последнее время наши чиновники, но проблемы пока лишь усугубляются. Люди обсуждали нехватку мест в детских садах, угрозу ликвидации коррекционных школ, школ длядетей-инвалидов, нехватку школьных зданий, проблемы с образованием для учащихся из малообеспеченных семей.  Поднималась злободневная тема нормативно-подушевого финансирования.

На площадке «Новая повестка развития экономики: требования к образованию» в основном обсуждали проблемы средней профессиональной и высшей школы. Система начального профессионального образования развалена. Кадры готовятся безобразно. Помните эту историю, когда пару лет назад двое парней-сварщиков на морозе нагревали баллон, забыв, что при нагревании в один градус давление возрастает чуть ли не в десяток раз. Баллон, конечно же, взорвался. А ведь ребята успешно закончили курсы сварщиков, но при этом не получили общего образования по физике. Мы очень дорого платим за отсутствие системного подхода к профессиональному образованию.

Практически развалено среднее профобразование. Техникумы давали огромное количество необходимых кадров средней квалификации. Это были люди, которые и знают теорию, и владеют практикой. Сегодня бакалавры в лучшем случае знают теорию, хотя и хуже чем техники, но не имеют никакой практики.

Наконец, здесь обсуждали необходимость восстановления инженерных школ. Ведь мы также потеряли и инженерный корпус. Я рассказал президенту со сцены анекдотичный случай, к сожалению реальный. Отличника, окончившего магистратуру, при приёме на работу попросилинаписать простейшее уравнение обтекания жидкостью препятствия, которое он, как будущий кораблестроитель знать обязан. Он же спросил: из каких вариантов нужно выбирать правильный ответ? Это даже не смешно.

Ещё тема - показатели эффективности ВУЗов. В первом рейтинге показатели не имели никакого отношения, как говорят, к добавленной стоимости. То есть, что ВУЗ взял и что добавил в результате образовательного процесса. В рейтинге были формальные критерии – квадратные метры, число иностранцев, доходы, - и ничто не имело прямого отношения к миссии ВУЗа.

Болонский процесс, который стимулирует отток наших кадров. Потому что теперь они действительно могут уезжать за границу после бакалавриата и магистратуры, а не аспирантуры, как раньше. Но есть и внутренние проблемы: человек может закончить бакалавриат по одной специальности, а в магистратуру пойти совсем по другой. Деньги, которые в рамках госзаказа по подготовке специалистов мы тратим на обучение, фактически оказываются потраченными на специалистов в совсем других областях.

- Наиболее дискуссионной и жаркой оказалась площадка «Качество образования в России: деградация или развитие?», которую вы модерировали.

- Можно сказать, что мы совместно определили причину, по которой в нашем образовании появилось так много болевых точек. Она такова: совершенно некритическое заимствование отдельных элементов успешных систем развития образования и науки в других странах без сопутствующих им социально-экономических условий функционирования этих систем. Нельзя пересадить сердце лягушки слону, ссылаясь на то, что это сердце успешно справлялось со своими задачами, правда, в теле лягушки. Равно как и обратная ситуация – лягушка не сможет прыгать с сердцем слона, оно её просто раздавит.

Система образование связана нервами и кровеносными сосудами со всей остальной жизнью страны. И потому некритическое заимствование не лучших, но успешных практик, создало две самых страшных угрозы нашему образованию. Это ЕГЭ, то есть итоговая аттестация, и болонский процесс.

Единый госэкзамен имеет, безусловно, позитивный результат: он радикально уменьшил коррупцию при приёме в вузы и позволил школьникам с самых отдалённых мест поступать в московские и петербургские вузы. С другой стороны – он деформировал систему образования.

Мы требуем от вузов качественной подготовки специалистов, но они начисто лишены возможности выбирать себе абитуриентов. Ни в одной профессии – от гончара и слесаря до врача и хирурга - мы не запрещаем выбирать инструментарий для работы.

ЕГЭ деформировал школьное обучение, потому что учителя волей-неволей под давлением родителей и директоров вместо прохождения школьной программы ориентируются на подготовку учащихся к ЕГЭ. А ЕГЭ затрагивает далеко не все разделы школьной программы. В результате происходит «объегэривание» российской школы. Ученики зачастую заявляют: а я на ваш предмет ходить не буду, он в ЕГЭ мне не нужен. Или, например, даже если предмет нужен – а я не буду ходить к вам на математику, я занимаюсь с очень хорошим репетитором, он даст мне всё что надо. А я сэкономлю время. Это ведь сегодня реальные ситуации.

Болонский процесс уничтожил высококлассную подготовку специалистов и стал угрозой образования сразу в нескольких областях. Прежде всего – это педагогическое образование. За последние годы более 40 педвузов было закрыто и перепрофилировано. Ведущий в стране Российский государственный педагогический университет имени Герцена, в котором я имею честь работать, не имеет набора по специальности учитель. Это безликие бакалавры образования или специалисты по совершенно непрофильным отраслям, ну, например, бакалавры прикладной математики и информатики.. Что здесь осталось от слова педагогический?

Точно также с инженерными школами, мы их развалили. Потому что инженер должен иметь фундаментальные знания и практические навыки. Их не имеют бакалавры, их не имеют магистры.

- Какие предложения участники круглых столов сформулировали и озвучили президенту?

- По поводу ЕГЭ. В качестве первого шага, чтобы вернуть уважение к самостоятельной ценности школьного курса, было предложено тем учащимся, которые не хотят в десятый класс – не навязывать аттестацию. Тем, кто не хочет в ВУЗ – выдавать аттестат ровно по результатам обучения в школе, не заставляя их сдавать ЕГЭ. Это первый шаг, но уже он поможет избежать скандалов, когда заранее объявленные баллы пришлось занижать, потому что иначе огромная часть выпускников осталась бы без аттестата.

Это не уберёт всех проблем ЕГЭ, но поможет критически отнестись к экзамену и разгрузит педагогов от проверки работ тех детей, кому не нужно высшее образование. Школа – это самостоятельная ценность, и должна иметь право выдавать документ о прохождении образования. Вот представьте, вас лечит врач. Кто выписывает справку, что вы здоровы и можете выйти на работу? Тот же самый врач. Если учителя плохие, непорядочные, нечестные – они не должны учить. Если мы им доверяем – пусть они выдают документ о том, что человек прошёл обучение. А вот ЕГЭ можно оставить как форму для поступления в вузы.

Для болонского процесса – мы просим вернуть специалитет как минимум по инженерным  и педагогическим специальностям.

И третья – очень болезненная проблема – отсутствие единого образовательного пространства. Ребёнок может перейти в другую школу через дорогу и из отличника стать двоечником, не потому, что он стал хуже учиться, а потому что там другая программа, другой учебник. По одной из программ по математике в пятом классе проходят дроби обыкновенные, в шестом – десятичные. По другой – наоборот. Мы рекомендовали сформировать единое фундаментальное ядро школьного курса и на основе этого ядра разрабатывать вариативную, альтернативную линейку  программ, учебников и дополнительной литературы. Это касается практически всех предметов. В истории уже пришли к этому. Естькультурно-исторический стандарт, а вовсе не единый учебник. Это то, что должны знать все.

- Как прошли остальные два дня форума?

- Во второй день были дискуссии уже в больших группах, где обсуждались главные проблемы, выделенные на площадках. Ну и финалом явилась встреча с Владимиром Путиным, на которой руководители круглых столов и модераторы изложили президенту итоги работы.

Были заданы интересные вопросы. Как математик и специалист по олимпиадам не могу не отметить критику министерства по снижению квот победителей олимпиад. Если раньше 45% детей, попавших в финал по результатам районных, окружных соревнований, могли стать призёрами, то в прошлом году министерство образования урезало эту цифру в полтора раза до 30%. В результате резко возросла доля москвичей и петербуржцев, которые как победители российских олимпиад могли поступать в ВУЗы вне конкурса. И резко сократилась доля талантливых детей из регионов.

Нам рассказали о данных последнего опроса. Оказалось, сейчас до 55% граждан настроены против единого госэкзамена. Так что наше предложение по частичной отмене ЕГЭ действительно может стать лишь первым шагом в этом направлении. Или мы сможем придумать эффективную, честную, лишенную коррупционной составляющей систему поступления в вузы. И ЕГЭ будет одним из возможных инструментов, но не единственным.

Оригинал 


Об авторе
[-]

Автор: Петр Скоробогатый

Источник: expert.ru

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 22.10.2014. Просмотров: 452

Комментарии
[-]

Комментарии не добавлены

Ваши данные: *  
Имя:

Комментарий: *  
Прикрепить файл  
 


zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta