О прямых переговорах между представителями официального Дамаска и частью вооруженной оппозиции Сирии

Содержание
[-]

Переговоры по Сирии в Астане и Москве: старые рецепты, иначе выписанные

23-24 января в столице Казахстана Астане впервые прошли прямые переговоры между представителями официального Дамаска и частью вооруженной оппозиции. На предыдущих переговорах в Женеве стороны конфликта общались не напрямую, а с помощью посредников, хотя и на этот раз без посредников не обошлось. Переговоры проходили за закрытыми дверями в отеле «Риксос». Представители эмигрантской политической оппозиция в переговорах в Астане не участвовали, 27-го января они встречались в Москве с главой МИД РФ С. Лавровым.

Всего во встрече в Астане приняли участие семь делегаций — официального Дамаска, «протурецкой» сирийской вооруженной оппозиции, группы спецпосланника генерального секретаря ООН по Сирии Стаффана де Мистуры, стран-гарантов соглашения по перемирию от 29 декабря прошлого года — России, Ирана и Турции, — а также посол США в Казахстане Джордж Крол в качестве наблюдателя. Делегацию правительства Сирии возглавлял постоянный представитель Сирии при ООН посол Башар Джаафари. Российскую делегацию возглавлял спецпредставитель президента РФ по сирийскому урегулированию Александр Лаврентьев, иранскую — заместитель министра иностранных дел Хосейн Джабери Ансари, турецкую — заместитель советника МИД Турции по делам Ближнего Востока и Африки Седат Онал.

Сирийская вооруженная оппозиция была представлена двенадцатью «протурецкими» группами, в рядах которых насчитывается около 60 тысяч боевиков, действующих на севере, в центре и на юге страны. По оценкам американских экспертов, участвовавших на переговорах в Астане, группа оппозиции представляла не более одной трети всех оппозиционных сил. И только 5 из 12 представленных в Астане сирийских группировок согласились принять условия режима прекращения огня. Делегация сирийской вооруженной оппозиции на переговорах в Астане не имела общей платформы и единого руководителя. Каждая группировка выступала со своих позиций. Однако все эти группировки имеют в лице Турции главного спонсора и главного руководителя. Поэтому успех или неудача на переговорах в Астане в значительной мере зависели от возможности достижения компромисса с турецкой стороной.

За переговорным процессом наблюдали представители нескольких десятков стран. Против приглашения в Астану сирийских курдов категорически выступила турецкая сторона. По настоянию Тегерана Израиль и Саудовская Аравия также не получили приглашение.

Подготовка и ход переговоров

В рамках подготовки к переговорам в Астане в ноябре и декабре 2016 года Минобороны РФ, при посредничестве Турции, провело переговоры с лидерами сирийской вооруженной оппозиции, контролирующей большую территорию в центральной и северной частях Сирии. Последний раунд переговоров российских военных с полевыми командирами нескольких группировок сирийской вооруженной оппозиции состоялся 23-24 декабря 2016 года в Анкаре при посредничестве турецких спецслужб. В результате переговоров удалось согласовать позиции всего лишь семи оппозиционных формирований и подписать два документа, регулирующих режим прекращения огня на всей территории Сирии, а также программу проведения переговоров в Астане. В соответствии с этими документами перемирие началось с 00 часов 30 декабря. Всего режим перемирия поддержали около 16 вооружённых формирований оппозиции, включая и тех, кто не подписал соглашение о перемирии.

От участия в переговорах отказалось крупнейшее «протурецкое» оппозиционное формирование «Ахрар аш-Шам», действующее на севере Сирии в провинциях Идлиб и Алеппо. По некоторым данным, представителям этого формирования сейчас не до переговоров, поскольку их соперники из «просаудовской» группировки «Джабхат ан-Нусра» вытесняют их с позиций на границе сирийской провинции Идлиб и Турции, тем самым устанавливая контроль над пунктами перехода, что позволяет сохранять монополию над каналами материально-технической поддержки из Турции. По мнению экспертов, при такой динамике развития ситуации группировка «Ахрар аш-Шам» в скором времени может либо окончательно влиться в «Джабхат ан-Нусру», либо сильно ослабеть и утратить всякое влияние на военно-политическую ситуацию в стране.

По сообщению The New York Times, первая встреча лицом к лицу между сирийскими повстанцами и правительственными чиновниками после почти шести лет гражданской войны сразу переросла в жесткую перебранку и взаимные обвинения. Лидер формирования «Джейш-аль-Ислам» Мухаммед аль-Аллюш в своем вступительном заявлении назвал сирийское правительство «кровавым деспотическим режимом». Со своей стороны руководитель делегации сирийского правительства Башар Джаафари назвал делегацию оппозиционеров «вооруженными террористическими группировками» и обвинил их в «неуместном провокационном поведении».

После того, как стало ясно, что переговоров «с глазу на глаз» не получается, делегации были расселены в разные гостиницы и для каждой из них были выделены отдельные переговорные комнаты. По словам замминистра иностранных дел Казахстана Романа Василенко, спецпосланник генсека ООН по Сирии Стаффан де Мистура «переходил из одной комнаты в другую для ведения переговоров либо с правительством, либо с оппозицией». Таким образом, нормального переговорного процесса без посредников в Астане практически не получилось. Похоже, что непримиримые противники психологически ещё «не созрели» для прямых переговоров без посредников.

На переговорах в Астане обсуждались и политические вопросы сирийского урегулирования. Российская сторона передала вооруженной оппозиции проект будущей новой конституции Сирии, в котором предлагаются следующие нововведения: избрание президента на семь лет без возможности переизбрания на второй срок; исключение положения, согласно которому президентом Сирии должен быть только мусульманин; формирование двухпалатного парламента. Рекомендовано сохранить страну как унитарное государство с созданием курдской автономии. В документе предусматривается право регионов Сирии выбирать язык в качестве регионального, а также отмена шариата в качестве основного источника права в стране. Из названия Сирийская Арабская Республика предлагается исключить слово «арабская», что очень важно для курдов. Глава МИД РФ Сергей Лавров заявил, что подготовленный российскими экспертами проект конституции Сирии разработан с учётом пожеланий официального Дамаска и оппозиции, однако представители сирийской оппозиции на переговорах в Астане отвергли российский проект конституции. Многие оппозиционеры предлагают превратить Сирию в федерацию по религиозно-этническому признаку в составе автономий или округов для суннитов, алавитов, курдов, туркменов, ассирийцев и армян.

Напомним, что в феврале 2012 года сирийское правительство представило проект новой конституции, для утверждения которого был проведён референдум. Документ поддержали 89 % сирийцев из 57,4 % граждан страны, принявших участие в референдуме. Новая конституция упраздняла политическую монополию правящей партии «БААС» и закрепляла плюрализм и верховенство гражданских прав. Однако ни оппозиция, ни представители западных государств не признали итоги референдума легитимными.

Позиции сторон

Позиция России. Комментируя итоги переговоров в Астане, глава МИД РФ С. Лавров отметил, что «впервые состоялся прямой выход правительства Сирии на вооруженные формирования оппозиции, то есть за одним столом находились представители сторон, которые друг другу противостоят на земле с оружием в руках». Кроме того, по словам министра, российская делегация, в которой были представители МИД и Минобороны РФ, проводила несколько прямых встреч с представителями вооруженной оппозиции и обсуждала с ними перспективы налаживания совместной борьбы с терроризмом в Сирии, прежде всего с ИГИЛ. С. Лавров также отметил наращивание взаимодействия Москвы с Турцией, Ираном по вопросу мирного урегулирования сирийского кризиса. По его словам, именно благодаря этому взаимодействию «удалось освободить от террористов Алеппо, а затем ввести режим прекращения боевых действий на основе соглашения от 29 декабря прошлого года».

Позиция Турции. Что касается позиции Турции по отношению к мирному урегулированию сирийского кризиса, то в последние месяцы она претерпела существенные изменения. По некоторым данным, в настоящее время Анкара более не видит жесткой необходимости в смещении Б. Асада. Сегодня турецкие власти более озабочены необходимостью обустройства «зоны безопасности» на севере Сирии якобы для размещения беженцев, в которой турецкие войска в настоящее время ведут боевые действия против исламистов и курдов. Таким образом, Турция стремится не допустить создания сплошного курдского анклава вдоль турецко-сирийской границы. При этом турецкие власти крайнее недовольны партнерством, установившимся между сирийскими курдами и Вашингтоном. В частности, Анкара резко выступает против попыток Вашингтона привлечь к сирийским переговорам курдов из Партии демократического союза. Разочарование в американских партнерах побуждает Анкару к более тесному сотрудничеству с Россией.

Представители сирийского правительства, традиционно обвиняя Анкару в поддержке оппозиционных формирований, считают, что по этой причине Турция не может играть полноценную и беспристрастную роль в мирном урегулировании сирийского кризиса. Постпред Сирии в ООН Башар Джаафари считает, что Турция не собирается прекращать поддерживать вооруженные оппозиционные группировки (Свободная сирийская армия, «Джейш-аль-Ислам» и другие группы), и что за большинством действий против сирийской правительственной армии стоит Анкара. Башар Джаафари посетовал на то, что Турция играет негативную роль в сирийском урегулировании, однако правительство Сирии «вынуждено закрыть на это глаза ради спасения страны». По его словам, «иногда в политике приходится иметь дело со своими врагами, чтобы спасти свою страну».

Позиция Ирана. Иранское руководство считает, что нет оснований для приглашения США к участию в процессе дальнейшего урегулирования в Сирии. В частности, министр иностранных дел ИРИ Мохаммад Джавад Зариф отметил, что его страна «крайне негативно относится к приглашению США участвовать в переговорах в Астане». Впрочем, традиционный антагонизм Вашингтона и Тегерана не мешает их сотрудничеству, особенно когда это выгодно обеим сторонам. Так, в последнее время иранские и американские военнослужащие сотрудничают в Ираке в районе Мосула в борьбе с боевиками ИГИЛ. С другой стороны, не все представители вооруженных оппозиционеров были согласны с участием Ирана в переговорах в Астане. Так, Мухаммед аль-Аллюш заявил, что оппозиционеры не согласятся на какую-либо посредническую роль Ирана, поддерживающего официальный Дамаск.

Несмотря на то, что и Россия, и Иран являются сторонниками сирийского президента Б. Асада, их взгляды на дальнейшее будущее Сирии существенно отличаются. Более того, ирано-российские разногласия по поводу мирного процесса в Сирии продолжают углубляться. Если Россия заинтересована в сильном централизованном правительстве, которое сможет обеспечить сохранность ее интересов, то для Ирана более желательным является вариант с большей властью у региональных лидеров, что дало бы возможность для усиления проиранских сил в Сирии.

Позиция США. По словам посла США в Казахстане Джорджа Крола, новая администрация США заинтересована в подключении к процессу урегулирования сирийского кризиса. США приветствовали решение о создании механизма контроля за перемирием в Сирии, достигнутое на переговорах в Астане. Как заявил 24 января с. г. руководитель пресс-службы Госдепартамента США Марк Тонер, «американская администрация приветствует действия стран-гарантов, направленные на деэскалацию насилия и уменьшение масштаба страданий в Сирии». По его словам, США готовятся к возобновлению межсирийских переговоров под эгидой ООН между режимом Б. Асада и оппозиционными группировками в соответствии с резолюцией СБ ООН 2254.

Ещё 11-го ноября 2016 года в интервью газете The Wall Street Journal избранный президент США Дональд Трамп заявил, что в Сирии он готов бороться с группировкой ИГИЛ вместо того, чтобы свергать лидера страны Башара Асада. В процессе формирования ближневосточной политики администрации Д. Трампа эта идея находит все больше сторонников. Так, член палаты представителей Конгресса США демократ Тулси Габбард, которая входила в число претендентов на пост госсекретаря в новой американской администрации, недавно в ходе поездки по Сирии встретилась с лидером страны Б. Асадом. После этой встречи она пришла к мнению, что «война США за свержение режима Б. Асада является контрпродуктивной и не отвечает ни интересам Америки, ни интересам сирийского народа». По её словам, «если президента Асада свергнут, то террористы и исламисты получит контроль над всей Сирией». Думается, что эти заявления Тулси Габбард в известной степени отражают нынешние настроения в новой американской администрации в отношении Б. Асада и его будущей роли в урегулировании сирийского кризиса.

Совместное заявление стран-гарантов

После завершения официальных переговоров глава МИД Казахстана Кайрат Абдурахманов зачитал совместное заявление России, Ирана и Турции, выступивших гарантами межсирийских переговоров в Астане.

Краткое содержание совместного заявления:

«Делегации Ирана, России и Турции согласно совместному заявлению глав МИД от 20 декабря 2016 года и резолюции СБ ООН 2336 поддерживают начало переговоров между правительством Сирии и вооруженными группами оппозиции в Астане 23-24 января.

Страны-гаранты ценят участие в данных переговорах спецпосланника генерального секретаря ООН по Сирии Стефана де Мистуры и подтверждают приверженность принципам суверенитета, независимости и территориальной целостности САР. Страны-гаранты выражают уверенность, что сирийский конфликт не может быть урегулирован военным путем и его решение возможно только в рамках политического процесса на основе резолюции СБ ООН 2254. Россия, Иран и Турция решили создать трехсторонний механизм для мониторинга полного соблюдения режима перемирия, предотвращения провокаций и приняли решение совместно бороться с экстремистскими группировками «Исламское государство» и «Джабхат ан-Нусра». Страны-гаранты подчеркивают необходимость отделения вооруженной оппозиции от террористов и считают Астану эффективной платформой для прямого диалога между правительством Сирии и оппозицией в соответствии с резолюцией СБ ООН 2254. Страны-гаранты поддерживают готовность сирийской вооруженной оппозиции участвовать в следующем раунде мирных переговоров, которые начнутся в Женеве 8 февраля с. г.»

Представители сирийской оппозиции подготовили свой документ о контроле за режимом прекращения огня и передали его представителям Турции, России и ООН. По их мнению, этот документ может стать дополнением к соглашению о перемирии от 29-го декабря.

Переговоры в Москве

27 января глава МИД РФ С. Лавров провел встречу с представителями сирийской политической оппозиции с целью их информирования о переговорах в Астане. Сирийская Национальная коалиция оппозиционных и революционных сил (НКОРС) отказалась встречаться С. Лавровым. В Москву также прибыли представители курдской Партии демократического союза и представитель курдского Национального совета, которых турецкое руководство считает террористами и категорически отказывается вести с ними переговоры. В этой связи представитель курдского самоуправления Северной Сирии Али Абдессалям заявил, что «без курдов решения сирийского вопроса не будет, потому что курды сегодня — реальная сила, которая контролирует 20 % территории Сирии и реально борется с террористами ИГИЛ».

На брифинге С. Лавров сообщил, что ООН перенесла начало переговоров по Сирии в Женеве с 8 февраля на конец февраля. При этом С. Лавров подчеркнул, что «пассивность ООН, которая с апреля 2016 года не проводила каких-либо переговоров, является недопустимой». Затем С. Лавров довел до собравшихся содержание российских предложений к проекту сирийской конституции, выразив убеждение, что он «будет стимулировать практическую дискуссию, ориентированную на поиск общего взаимопонимания». Представитель «московской группы» сирийской оппозиции Кадри Джамиль отметил, что для успеха женевской конференции «необходимо создать объединенную делегацию сирийской оппозиции, которая включала бы всех, без гегемонии кого-либо».

По окончании встречи С. Лавров подчеркнул: опыт показывает, если нет конкретного документа — проекта конституции, «переговоры вязнут и могут продолжаться бесконечно». По его мнению, сейчас у всех представителей сирийской оппозиции (политической и военной) появилась возможность анализировать этот документ и вносить предложения в преддверии встречи в Женеве.

Зоны безопасности или зоны оккупации?

По данным агентства Reuters, в кулуарах переговоров в Астане Россия, Иран и Турция продолжили консультации о разделе Сирии на зоны влияния, вернее о закреплении уже занятых зон. Больше всего в этом плане преуспели Россия и Турция с той разницей, что РФ разместила свой военный контингент на территории Сирии по просьбе Б. Асада, а ТР — вопреки его воли.

Зона российского военного присутствия в Западной Сирии очерчена городами Дамаск, Алеппо и приморскими портами Латакия и Тартус. В центре этой территории находится авиабаза Хмеймим, где размещена российская авиагруппа ВКС РФ в Сирии. Недавно Москва и Дамаск договорись о превращении пункта материально-технического обеспечения кораблей ВМФ РФ в Тартусе в полноценную военно-морскую базу с возможностью базирования тяжелых кораблей, включая крейсеры и авианосцы.

В ходе турецкой военной операции «Щит Евфрата», начатой 24 августа 2016 года, турецкие войска заняли «зону безопасности» протяженностью 90 километров и глубиной 20 километров вдоль сирийско-турецкой границы, под предлогом вытеснения из этой зоны формирований ИГИЛ и сирийских курдов. Позже Анкара заявила о готовности расширить «зону безопасности» до 45 км вглубь сирийской территории. Главной целью этой турецкой операции является срыв планов сирийских курдов по образованию своего автономного анклава на севере Сирии. В Дамаске эту военную операцию Турции назвали «вторжением и нарушением сирийского суверенитета».

Иран также стремится прибрести новые гарантии своего присутствия в Сирии. Так, в ходе визита премьер-министра САР Имада аль-Хамиса в Тегеран 19 января с. г. были достигнуты договоренности о передаче в иранскую собственность 5 тысяч гектаров сельскохозяйственных угодий в одном из наиболее плодородных районов Сирии и около одной тысячи гектаров для размещения нефтяных и газовых терминалов. Освобождение Алеппо открыло возможность создания наземного коридора, соединяющего Иран с югом Ливана, что позволит Тегерану напрямую отправлять оружие и боеприпасы ливанскому движению «Хизбуллах», ведущему боевые действия в Сирии на стороне режима Б. Асада.

Президент США Д. Трамп также заявил о своем намерении создать в Сирии зону безопасности для мирного населения под американским контролем. Некоторые московские аналитики сразу же увидели в этом шаг, направленный против Москвы и Анкары. Впрочем, пока сложно судить о том, что имел в виду Д. Трамп — где, для кого, когда и какими силами планируется создать эту зону безопасности. Вероятно, что под «американским зонтиком» окажется территория, подконтрольная коалиции «Демократических сил Сирии» (альянс курдских отрядов народной самообороны с различными арабскими, ассирийскими, армянскими и туркменскими формированиями), где уже находятся американские военные объекты.

По данным американского аналитического центра Stratfor, в начале 2016 года США приступили к расширению взлетно-посадочной полосы аэродрома в городе Румийлан провинции Эль-Хасаке, на северо-востоке Сирии, контролируемом курдами. В настоящее время на этой базе размещено несколько американских вертолетов и около 100 военнослужащих спецназа. Новая американская авиабаза создается также в городе Кобани вблизи турецкой границы. Официальный Дамаск неоднократно квалифицировал пребывание американских военных подразделений на территории Сирии нарушением суверенитета страны.

Выводы и прогнозы

Используя момент передачи власти в Вашингтоне, Москва решила играть ведущую роль в урегулировании сирийского конфликта. На переговорах в Астане российская делегация пыталась продемонстрировать, что Россия может сделать значительно больше в деле урегулирования сирийского кризиса на фоне «малоэффективных миротворческих усилий США и ООН в последние годы». Кроме этого, Москва пыталась представить переговоры в Астане в качестве альтернативы Женевскому формату переговоров. Иными словами, организованные Россией и Турцией в Астане межсирийские переговоры имели целью продемонстрировать возрастающую роль Москвы в урегулировании сирийского кризиса и её взаимопонимание с Анкарой.

Достигнуть положительного результата на переговорах в Астане было весьма сложно по нескольким причинам. Первая — разобщенность оппозиции и её зависимость от различных спонсоров. Вторая — разные мотивы участия трех стран-гарантов в процессе мирного урегулирования и довольно сложные отношения между ними. Третья — стремление режима Б. Асада добиться урегулирования конфликта преимущественно силовым путем, что в значительной степени уменьшает шансы достижения договоренности с оппозицией. Кроме того, такие террористические организации, как ИГИЛ или «Джабхат ан-Нусра», исключенные из соглашения о перемирии, будут делать все возможное, чтобы сорвать шаткое перемирие.

Перемирие в Сирии от 29 декабря 2016 года мало чем отличается ото всех предыдущих. Как и раньше, участники конфликта соглашаются на перемирие только для того, чтобы «нарастить мускулы» и затем продолжить воевать. Как и раньше, мятежники садятся за стол переговоров в тех случаях, когда утрачивают возможность побеждать на поле боя. На наш взгляд, предельная усталость от шестилетней войны и состояние «равновесия бессилия» и неспособности одержать убедительную победу над противником, которую проявляют в Сирии и власть, и оппозиция, в значительной мере способствует поиску взаимоприемлемых компромиссов в рамках процесса мирного урегулирования.

Определенным успехом встречи в Астане можно считать тот факт, что правительственную делегацию Сирии и лидеров «протурецкой» части вооруженной оппозиции удалось усадить за стол переговоров, хотя и ненадолго. Один из главных итогов переговоров в Астане — это решение стран-посредников — России, Ирана и Турции — создать трехсторонний механизм для контроля режима прекращения огня путем учреждения совместной оперативной группы, которая будет контролировать соблюдение перемирия в Сирии. Насколько эффективной будет работа этой группы — покажет время.

Переговоры в Астане и достижение компромисса с «протурецкими» формированиями вооруженной оппозиции несет в себе еще и вероятность раскола ситуативного союза Анкары, Эр-Рияда и Дохи. И переговоры в Астане демонстрируют, что этот процесс уже пошел. Турция старается автономно и сепаратно решать свои задачи без консультаций с Эр-Риядом и Дохой.

Сегодня главными партнерами Турции в Сирии становятся Россия и частично Иран. Однако прочность этого нового ситуативного объединения остается весьма уязвимой, поскольку все его участники преследуют, прежде всего, свои собственные цели и интересы, в значительной степени противоречивые и разновекторные. При этом, сегодня пока трудно предугадать — какой будет политика администрации президента США Д. Трампа в отношении Сирии и как она будет сочетаться с политикой стран-гарантов. Если вмешательство США в сирийский конфликт будет масштабным, то роль России, Турции и Ирана в качестве гарантов сирийского урегулирования значительно ослабнет. Будет это вмешательство масштабным или нет — покажет время, но уже сегодня становится очевидным, что США из Сирии просто так не уйдут и «подарка» странам-гарантам не сделают.

Если присутствие российских и иранских войск на территории Сирии согласовано с сирийским правительством, то этого нельзя сказать о дислокации военных подразделений и объектов ТР и США на сирийской территории, что по существу является актом оккупации, о чем сирийские власти неоднократно заявляли в своих официальных обращениях в ООН. Турция и США оправдывают свои никем не санкционированные военные действия на территории Сирии концепциями «soft law», «responsibility to protect», «responsibility while protecting». В любом случае закрепление американской зоны безопасности на территории Сирии в значительной степени будет сковывать действия РФ, ТР и ИРИ и оказывать влияние на планы урегулирования сирийского кризиса. Так что без взаимодействия с США «странам-гарантам» никак не обойтись. Однако предполагаемое взаимодействие будет очень не простым, на грани возможного.

Как известно, в своих предвыборных выступлениях и в своей инаугурационной речи президент США Д. Трамп неоднократно заявлял, что он готов бороться с ИГИЛ, сотрудничая в этом с любой страной, включая Россию. На наш взгляд, вступление в коалицию с США для совместной борьбы против ИГИЛ и других террористических группировок представляет для Москвы архиважную задачу и, прежде всего, как возможность нормализовать отношения с США, что автоматически позволит добиться снятия санкций и выхода из международной изоляции, а также «порешать украинский вопрос» на выгодных для Кремля условиях. Ради достижения этой цели Москва будет готова отодвинуть вопрос мирного урегулирования в Сирии на второй план и даже выйти из ситуативного союза с Турцией и Ираном.

Почему «старые рецепты, иначе выписаны»? Дело в том, что в Сирии действуют: протурецкая, пророссийская, проиранская, просаудовская, прокатарская, проегипетская и другие марионеточные оппозиционные группировки и практически нет просирийской оппозиции. В действительности в Сирии идет не гражданская война, а так называемые прокси-войны, то есть, войны стран-спонсоров руками марионеток на сирийской территории. Поэтому в этих условиях, когда за столом переговоров собирается марионеточная оппозиция, то она прежде всего пытается реализовать волю своих спонсоров, а не волю сирийского народа. К тому же, нельзя искусственно разделять сирийскую оппозицию на политическую и военную. И в любом случае следует отдавать предпочтение политической оппозиции, в частности созданной в 2012 году «Национальной коалиции сирийских революционных и оппозиционных сил», представителей которой вообще не было в Астане.

Итак, перед тем как договариваться о чем-то между собой марионеточным группировкам оппозиции, прежде всего должны договориться страны-спонсоры о единой позиции на основе резолюций СБ ООН, которые, к сожалению, не выполняются. Поэтому задача стран-спонсоров, или стран-гарантов должна заключаться в том, чтобы в первую очередь обеспечить выполнение этих резолюций, а не проталкивать решения, которые отвечают лишь разновекторным интересам этих стран. На наш взгляд, создание зон безопасности (зон влияния) стран-спонсоров на сирийской территории — это ошибочная тенденция, которая заводит урегулирования сирийского кризиса в тупик. Вместо этого должна расширяться и укрепляться сирийская зона, то есть зона влияния и юрисдикции законного правительства Сирии.

Нельзя потушить очаг войны, если постоянно подбрасывать в него «дрова» в виде финансовых ресурсов, оружия и боеприпасов. Страны-спонсоры сирийской оппозиции должны прекратить снабжать своих марионеток оружием и деньгами. Перед тем как вести переговоры об урегулировании сирийского кризиса путем политических договоренностей, оппозиция должна сложить оружие, а сирийские власти прекратить применять оружие против сирийской оппозиции. Если этого не будет сделано, то никакие «рецепты» урегулирования сирийского кризиса не будут действовать.


Об авторе
[-]

Автор: Алексей Волович

Источник: bintel.com.ua

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 05.02.2017. Просмотров: 159

Комментарии
[-]

Комментарии не добавлены

Ваши данные: *  
Имя:

Комментарий: *  
Прикрепить файл  
 


zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta