О проблеме инфляции в России в 2022 году и ее влиянии на экономику и уровень жизни населения

Содержание
[-]

***

Почему россияне боятся роста цен, а власти России — нет

Инфляция в России, конечно же, есть. Правда, как сообщило Министерство экономического развития в своем релизе «О текущей ценовой ситуации» от 08.12.21, в ноябре рост цен замедлился до 0,96% (в октябре цены прибавили 1,11%).

В годовом выражении инфляция ускорилась с 8,13% до 8,4%. По прогнозу ЦБ РФ, инфляция по итогам года ожидается в диапазоне 7,4–7,9% (оптимистичная версия). Минэкономразвития считает, что цены по итогам года вырастут на 7,4%.

В то же время годовой показатель продовольственной инфляции уже превысил 10%. Сами граждане оценивают рост цен еще более пессимистично: в опросах Центрального банка люди говорят об инфляции в 15–20% и даже в 30%. И чем меньше доход у людей, тем сильнее они ощущают рост цен на еду.

Действительно, на питание мы тратим много. Как рассчитали эксперты Лаборатории исследований уровня жизни и социальной РАНХиГС, по итогам карантинного 2020 года россияне отдали на продукты питания 38,2% потраченных денег. Доля расходов на еду в семейных бюджетах стала рекордной с 2010 года — тогда питание «съедало» 38,5%. (см. «Мониторинг экономической ситуации в России № 3(135). Февраль 2021 г.»). Итоги 2021 года подводить еще рано, но ориентировочно можно сказать, что доля расходов на еду в наших бюджетах не снизилась.

Поэтому потребительские практики россиян сильно изменились, свидетельствуют данные социологического опроса «Повседневные практики населения: потребительский выбор и бюджеты времени», опубликованные НИУ ВШЭ 6 декабря 2021 года.

Согласно результатам опроса, 58% респондентов начали экономить на покупке одежды и обуви, 47% — сократили количество потребляемых продуктов питания или перешли на более дешевые аналоги, 45% — снизили расходы на покупку бытовой техники. Кроме того, в список того, на чем прежде всего экономили респонденты, попали транспорт (41%), посещение ресторанов и кафе (39%), театры, музеи и кино и медицинские услуги (по 33%), а также путевки и туристические поездки (23%). 

Люди не прекратили есть 

Да ладно, могли бы возразить финансовые власти! Допустим, россияне отвечают социологам, что все плохо, и они экономят. Но как вы тогда объясните такие расчеты «…по итогам 2021 года оборот розничной торговли в России вырастет на 8% год к году, примерно до $510 млрд, что соответствует уровню 2019 года». Этот прогноз содержится в исследовании потребительских расходов «Новый год и Рождество — 2022», выполненном Deloitte. Согласно выводам аналитиков Deloitte, несмотря на рост цен, пессимизм россиян в отношении экономической ситуации снизился с 77% до 61%. Рост и стабильность экономики наблюдают 33% респондентов (в прошлом году оптимистов было всего 19%). 

Причем «экономическое настроение» улучшилось даже у россиян «с низкими доходами»: если в 2020 году 81% бедных оценивал экономическую ситуацию в стране негативно, то в 2021 году пессимистов было уже 67%. А у тех, кто получает высокие доходы, уровень скепсиса в отношении перспектив экономики РФ снизился с 75% (2020 год) до 53% (2021 год). 

Свое хорошее настроение богатые россияне подтверждают делом, то есть покупками. В январе-сентябре 2021 г. продажи предметов роскоши и дорогостоящих товаров длительного пользования в России выросли: продажи часов увеличились на 37,5% в годовом выражении, мобильных телефонов — на 27,9%, ювелирных изделий — на 26,6%, автомобилей — на 24,8%, следует из данных доклада «Социально-экономическое положение России», опубликованного Росстатом 1 декабря 2021 года. 

С богатыми понятно, но как объяснить потребительский оптимизм бедных? Может быть, его подтолкнули вверх предвыборные выплаты? Да и можно ли верить Росстату? Что ж, скажут аналитики исследовательской компании NielsenIQ, государственной статистике в данном случае верить можно. «Уже во II квартале 2021 г. продажи товаров повседневного спроса были всего на 0,2% ниже, чем в аналогичный период 2019 г. Таким образом, этот показатель практически вернулся на допандемийный уровень…» 

Мнения корпоративных аналитиков и данные государственных статистиков поддерживает и Центральный банк в своем «Мониторинге отраслевых финансовых потоков № 21(57) 09.12.21», подчеркнувший, что «данные финансовых потоков указывают на продолжение роста экономической активности в середине IV квартала». Экономика восстанавливается. Правда, восстановление это обусловлено в первую очередь ростом цен на российский сырьевой экспорт, но другого рецепта экономического роста у власти для вас нет. 

Кроме того, по мнению начальства, с потреблением россиян и не происходило ничего страшного. Согласно данным исследования «Комментарии о государстве и бизнесе № 400 от 3.12.2021» Института «Центр развития» НИУ ВШЭ, даже в карантинно-кризисном 2020 году «калорийность питания всего населения в среднем выросла на 0,5% по сравнению с 2019 годом и на 1,5% — по сравнению с 2013 г. и составила в 2020 г. 2651 ккал на чел. в сутки». 

Потребление основных продуктов в 2020 г. по сравнению с 2019 г. в среднем даже выросло: по мясу и мясным продуктам, молоку и молочным продуктам и яйцам — на 1,5–1,8%, по фруктам и ягодам — на 1,7%». Зато в 2020-м граждане стали есть меньше картофеля (на 2,9%) и растительного масла (на 1,3%). Также снизилось потребление хлеба и сахара. А вот в 2015–16 годах было не так: в то время экономический кризис снизил среднюю калорийность питания — в среднем на 50 ккал в сутки в 2015 году по сравнению с 2013 годом. 

Да и в том, что касается собственно инфляции, все еще не так плохо. Те, кто сокрушается о росте цен в 2021 году, просто забыли инфляцию 2014–2015 гг., колебавшуюся в интервале 11–13%. Но уже к концу 2016 года инфляция в годовом выражении упала до 5,4%. И в следующие четыре года мы не видели высокой инфляции: к концу 2017 года рост потребительских цен составил 2,5%, к концу 2018 года — 4,3%, в 2019 году — 3,0%, в 2020 году — 4,9%. В среднем инфляция за последние восемь лет не достигала никаких экстремальных показателей. 

А сейчас, по мнению руководства, «в смысле инфляции» вообще говорить не о чем. Статистика фиксирует рост цен, однако это ни в коем случае не голод. И запас прочности — в смысле способности людей мириться с дальнейшим переписыванием ценников — еще большой. А на разговоры людей о росте цен можно не обращать внимания: статистика показывает, что люди продолжают делать покупки. 

Личный опыт как фактор экономического поведения 

Почему же тогда вокруг инфляции идет столько разговоров? Потому что люди в России слишком хорошо помнят рост цен, могла бы сказать Ульрика Мальмендир, профессор экономики и финансов Калифорнийского университета в Беркли, автор исследования Exposure, Experience, and Expertise: Why Personal Histories Matter in Economics, объясняющего, каким образом «экономический опыт», пережитый в прошлом, влияет на ваше поведение в настоящем. 

Для принятия решений в сфере экономики лично пережитый опыт кризиса имеет исключительное значение. Если вы когда-то потеряли все сбережения на бирже, вы до конца жизни будете бояться инвестиций и станете хранить деньги в наличности и банках или покупать недвижимость и запасаться вещами. Как американцы, пережившие Великую депрессию. Или, если вы видели гиперинфляцию, вы всю жизнь будет бояться роста цен, как немцы в ХХ веке. Опыт лично пережитой финансовой травмы будет влиять на вас даже после того, как он больше не применим, объясняет Ульрика Мальмендир. 

Что ж, это многое объясняет. Люди в России помнят, что в любой сложной ситуации надо запастись товарами. Можно взять кредит — кто знает, придется ли его возвращать, и неизвестно еще, какими деньгами. И всегда лучше напомнить начальству, что денег нет. Но какие решения на основании собственного опыта будут принимать люди, определяющие экономическую политику страны? И так ли значим для них этот опыт? 

Да, ответит Ульрика Мальмендир, «эффект опыта» применим ко всем, независимо от уровня финансовой грамотности, знаний, образования и должности. Свой тезис профессор Мальмендир эффектно доказала в исследовании The Making of Hawks and Doves: Inflation Experiences on the FOMC («Откуда в Федеральном резерве США берутся «ястребы» и «голуби»). В этой работе Мальмендир изучала, как принимают решения сторонники жесткой кредитно-денежной политики («ястребы») и их оппоненты («голуби»), выступающие за низкие банковские ставки и расширение денежного предложения. 

Члены Комитета по открытым рынкам (FOMC) Федеральной резервной системы США — самые авторитетные эксперты по финансам в Америке. Казалось бы, они должны опираться исключительно на цифры и анализ, но… Ульрика Мальмендир и ее соавторы проанализировали 7350 результатов голосований членов FOMC по итогам 659 заседаний Комитета в период с марта 1951 по январь 2014 г. А потом сопоставили эти результаты с данными о каждом из участников заседаний. 

Экономисты установили, что участники FOMC, выросшие в период высокой инфляции, были сторонниками более жестких экономических мер («ястребами»). Своим приоритетом они считали борьбу с инфляцией и повышение ключевой ставки. А «голубями» оказывались те, кто не застал роста цен, но зато повидал безработицу. И «голуби» выступали за смягчение монетарной политики в пользу экономического роста (и снижения безработицы). Проблема инфляции не была для «голубей» приоритетной.

Что получится, если «спроецировать» выводы Мальмендир на российский опыт? Логично предположить, что действия и решения не условного «правительства», а живых людей, из которых правительство состоит, продиктованы их личным опытом, который восходит к опыту СССР и реформ 90-х. Например, очевидно, что начальство помнит советские «пустые прилавки», боится дефицита и ни в коем случае не хочет его допускать: пусть по высоким ценам, но товары должны быть.

А нынешняя «инфляция» начальников совершенно не беспокоит — и не такое видали. В девяностые директора заводов бывших советских предприятий переписывали прайс-листы каждый день — и ничего не случилось. Никакой «экономический кризис» не пугает людей, принимающих сегодня решения в российской экономике: во время «кризисных девяностых», «тучных нулевых», «воинственных десятых» эти люди не переживали никаких «финансовых травм». Они обогащались тогда, они сделали фантастические карьеры, никакой кризис не влиял на их благополучие; они сказочно обогащаются сейчас. Почему этих людей должно волновать, что овощи в супермаркете стали стоить вдвое дороже? Нет капусты — пусть едят авокадо, что ли, мог бы сказать начальник по финансам. Тем более что статистика не дает им поводов для огорчения.

Никакой проблемы в росте цен российские руководители не видят и эффективных мер по борьбе с инфляцией предпринимать не будут. Надо сказать, они честно предупреждают, что дальше будет дороже. «Мы сейчас проходим вторую инфляционную волну, и, очевидно, будет третья. Потому что сейчас вторая волна с высокой вероятностью породит третью, связанную опять с продовольствием, <с которой> мы столкнемся в 2022 году, во втором полугодии особенно», — сказал вице-премьер Андрей Белоусов на международном экспортном форуме «Сделано в России». (Цит. по ТАСС.)

И справедливости ради надо добавить, что инструментов для борьбы с инфляцией у российских начальников совсем немного. Но это уже другая история.

Автор Дмитрий Прокофьев, специально для «Новой газеты»

Источник - https://novayagazeta.ru/articles/2021/12/14/net-kapusty-pust-ediat-avokado?utm_source=push

***

Сможет ли ЦБ РФ вернуть инфляцию к целевому показателю в 2022 году?

Инфляция в этом году превысит плановый уровень, но и в следующем году ее возврат к 4 % эксперты считают маловероятным. И пока регулятор российского финансового рынка прибегает к повышению ключевой ставки, мировые Центробанки могут прибегнуть к манипулированию статистикой.

Инфляция по итогам этого года окажется выше плановых значений, пишет «Российская газета» со ссылкой на заявление главы российского Минфина в интервью ТАСС. По словам Антона Силуанова, она может достигнуть к концу года около 8%. Но к концу 2022 года министр ожидает возвращения показателя к целевым 4%. По мнению министра финансов, политика Центробанка адекватна нынешней ситуации, и принимаемые Банком России меры позволяют рассчитывать на усмирение инфляции и возвращение ее на плановый уровень. При этом нынешний всплеск инфляции в России, как считает Силуанов, вызван преимущественно глобальными трендами: печатание денег, рост цен на ключевые товары в мире, в том числе сырьевые и товары переработки, что сказывается на росте внутренних цен в России, которая так же, как и другие страны, является участником глобальном экономики.

Между тем аналитики, опрошенные изданием Lenta.ru, назвали возврат к целевому уровню инфляции в 2022 году маловероятным. Более того, некоторые эксперты считают, что основные причины инфляции больше внутренние и главная из них — не совсем умелое владение инструментами регулирования денежного обращения со стороны ЦБ РФ. Хотя при этом, заметим, финансист, бывший руководитель инвестиционного блока ГК «Открытие» Нина Семина в то же время отмечает, что минимум 75% товаров и комплектующих в различных секторах экономики, производства и потребления России — импортного происхождения. Тем не менее она считает, что «в нынешнем году мы столкнулись с тем, что истинные размеры инфляции [в России] либо замалчивались, либо скрывались, и вдруг в конце года мы обнаружили то, что на бытовом уровне чувствовали уже несколько месяцев». При этом исправить ситуацию, по ее словам, трудно. По мнению Семиной, Центробанк может сдержать рост цен путем использования более широкого спектра инструментов монетарной политики. Нужно, по ее словам, помнить, что инфляция — это не повышение цен, это обесценивание национальной валюты. «Повышение цен лишь одно из проявлений инфляции, — говорит финансист. — Происходит путаница причин и следствий — к моему бесконечному удивлению, их путает даже руководитель ЦБ (Эльвира Набиуллина)». Другим же действенным средством, как говорит Семина, будет льготное финансирование отраслей промышленности — ключевых для импортозамещения: допустимы финансовые дотации и субсидии с прозрачной отчетностью за их освоение. Маленькие объемы производства в стране не позволяют защитить россиян от инфляции, считает финансист.

Старший аналитик банка БКС Сергей Суверов также говорит о том, что в России есть проблемы с производством, которые толкают цены вверх: «нет достаточной конкуренции на товарных рынках, много монополии и олигополии», что тоже не позволит быстро преодолеть инфляцию. Аналитик не верит в возврат инфляции к 4%, так как попутными факторами инфляции являются политика крупнейших мировых Центробанков и ситуация в цепочках поставок. Денежная ликвидность, по его словам, может уменьшиться в 2022 году, так как ЦБ развитых стран сокращают стимулы, возможно также, что улучшится ситуация с логистикой, но восстановление логистических цепочек и устранение дефицита товаров носит продолжительный характер и быстро не закончится. Главный экономист «Альфа-банка» Наталия Орлова считает, что глобальными процессами инфляция обусловлена отчасти: сказывается повестка по декарбонизации — рост мировых цен на сырье и удобрения, что движет ценами на продовольствие. 

Неоднократное повышение ключевой ставки в последнее время не доказало своей эффективности, дружно считают аналитики. Вместе с тем издание напомнило об аналитической записке Центробанка, в которой оспаривались механизмы искусственного ограничения роста цен. Речь идет о мерах, принятых правительством по ограничению цен на ряд товаров. По мнению аналитиков, инвестиции в производство и выпуск российских товаров вследствие таких ограничений сократятся, а ценовые сигналы больше не будут отражать реального положения дел. Между тем, допустим, если цены «отпустят в свободное плавание», то возникает вопрос, какого размера может на самом деле достичь инфляция и, соответственно, до какого уровня ожидать повышения ключевой ставки Центробанком, потому как, в свою очередь, напомним, Центробанк ранее также говорил и о том, что расширение производственных мощностей — дело не быстрое. 

Возврат к ориентиру в 4% возможен, по мнению Орловой, лишь при очень жесткой бюджетной политике и урезании расходов. А пока таких тенденций не наблюдается, напротив, по ее словам, власти проводят дополнительные индексации. Как и Сергей Суверов, Орлова прогнозирует 6%-ный уровень инфляции в 2022 году. Напомним также, по мнению вице-премьера Андрея Белоусова, в следующем году нас может ожидать новая волна роста цен. Вторая волна с высокой вероятностью породит, по его словам, «третью волну, связанную с продовольствием, с которой мы столкнёмся в 2022 году, во втором полугодии особенно». При этом вице-премьер подчеркнул, что, в отличие от Банка России, далеко не все регуляторы мира готовы бороться с инфляцией такими решительными методами, как повышение ставки. 

Тем временем издание «Эксперт» публикует мнение о том, что борьба с инфляцией мировыми Центробанками будет носить формальный характер: они просто-напросто прибегнут к манипулированию статистикой, что исключит необходимость в принятии решительных действий с их стороны. В материале издания предполагается, что Центробанки могут использовать эффекты низкой и высокой базы: например, если экономика впадает в рецессию, как это было в 2020 году, то на следующий год она, скорее всего, будет показывать высокие темпы роста, что как раз можно было видеть в 2021-м. 

Верно и обратное, и в случае с инфляцией в 2022 году с высокой долей вероятности, как сообщается в статье, она будет значительно замедляться, так как за базу сравнения будут браться цифры 2021 года — рекордные за несколько десятилетий. Такое манипулирование позволит монетарным властям утверждать, что рост цен стабилизировался и спешить с ужесточением политики не стоит. Старший партнер FP Wealth Solutions Игорь Стремоухов, мнение которого публикует «Эксперт», говорит, что США в своей истории уже прибегали к изменению самого способа расчета потребительской инфляции. 

«Еще в 1980-х годах они провели кардинальные изменения. Ключевым изменением стало то, что показатель ИПЦ перестал включать в себя цены на жилье. Вместо этого появилась очень расплывчатая формулировка — арендная плата, и этой цифрой достаточно легко манипулировать. В действительности же, если бы сегодняшний ИПЦ включал цены на жилье, сообщаемые в настоящее время показатели инфляции подтолкнули бы и общий и базовый индекс потребительских цен к двузначным темпам роста», — цитирует издание Игоря Стремоухова.

Напомним, в декабре прошлого года мы сообщали о том, что в ходе пресс-конференции по итогам заседания Совета директоров 18 декабря глава российского Центробанка Эльвира Набиуллина сообщала о готовности к дискуссии по включению цен на недвижимость и аренду в методологию Росстата по расчету инфляции в России. Как отмечала Набиуллина, для того чтобы росстатовский индекс достоверно отражал, что происходит с ценами, с ценовым влиянием, нужно периодически производить такую оценку и вводить изменения, если это будет необходимо.

Автор Галина Смирнова

Источник - https://regnum.ru/news/economy/3450567.html

***

Инфляция — один из рисков для России. Когда одолеем?

Эксперты полагают, что российские рынки в целом верят в способность Центробанка уже ко второму полугодию 2022-го добиться перелома инфляционного тренда и перейти к снижению ставок, а для восстановления структуры спроса, по всей видимости, потребуется полная победа над COVID-19 «или его превращение в эндемическое заболевание».

Годовая инфляция снизится к целевым показателям до 4−4,5% только к концу следующего года. Таков прогноз Банка России, который приводится в декабрьском информационно-аналитическом комментарии Центробанка «Инфляционные ожидания и потребительские настроения». Регулятор российского финансового рынка считает по-прежнему высокими проинфляционные риски, сохраняющиеся именно на фоне более быстрого расширения спроса по сравнению с возможностями наращивания выпуска продукции. 

«Это может привести к более значительному и продолжительному отклонению инфляции вверх от цели, — заключает Банк России. Прогноз инфляции профессиональных аналитиков на будущий год, к коим регулятор относит агентства Bloomberg, Reuters и Интерфакс, менее оптимистичен, но и немногим выше целевых показателей ЦБ РФ. По данным опросов обозначенных агентств, которые проводились в конце ноября — декабре, «консенсус-прогнозы аналитиков на конец этого года находились в интервале 8,0−8,3%, а на конец 2022 года — в интервале 4,5−5,1%». В рамках целевого значения Центробанка инфляция, по их предположениям, будет в 2023 году. 

Ожидания же населения, как утверждается в проведенном по заказу Центробанка опросе ООО «инФОМ», бьют рекорды. В декабре такие ожидания возросли, достигнув максимального значения с февраля 2016 года. Медианная оценка ожидаемой в ближайший год инфляции составила 14,8% (+1,3 п.п. к ноябрю). Наблюдаемая населением инфляция в ноябре также увеличилась и достигла максимума с июля 2016 года, составив 17,7% (+1,5 п.п. к ноябрю). Что интересно, оценки ожидаемой и наблюдаемой инфляции сильнее выросли у респондентов со сбережениями. Таким образом, частично сократился их разрыв с оценками респондентов, не имеющих сбережений, расширившийся в последние месяцы. Тогда как до сих пор увеличение этого разрыва на протяжении всего года было связано с тем, что оценки респондентов без сбережений быстрее и сильнее реагировали на текущее ускорение роста цен, особенно чувствительно — на продукты питания. При этом в ноябре инфляция продовольственных товаров снизилась, что повлияло на оценки данной группы респондентов. В декабре население стало чаще беспокоитьсяо подорожании продуктов животного происхождения (мяса, яиц, молока) и отмечать рост цен на рыбу и морепродукты. Ускорение роста цен на рыбопродукты фиксировалось Росстатом в ноябре текущего года, темпы роста цен на мясо, молоко и яйца также оставались высокими. 

Инфляционные ожидания на год вперед при этом практически не побудили население перейти к сберегательной стратегии: в декабре, как и в ноябре, по данным опроса, только 50% респондентов посчитали необходимым откладывать сейчас свободные деньги. Причем эта доля остается вблизи минимальных значений с июля 2015 года. Правда, при этом всё же возросла (на 2 п.п. к ноябрю) доля тех, кто предпочитает хранить сбережения на счете в банке, достигнув 37% среди опрошенных. Между тем, по данным другого опроса — Аналитического центра НАФИ, посвященного целям сбережений россиян с 2011 по 2021 год, опубликованного «Банки.ру», за десять лет россияне стали все-таки чаще делать сбережения на случай непредвиденных трат: если в 2011 году об этом говорили 29% россиян, в 2021-м — 44%. Выросла и доля тех, кто откладывает «на старость» — 18% в 2011 году и 26% в 2021-м, на отдых или лечение — 14% против 19% соответственно. Доля тех, кто не считает важным формировать сбережения, снизилась с 2011 года на 8%, достигнув 6% в 2021 году. Правда, средняя суммой, которую россияне считают сбережениями, составляет 100 тыс. рублей. По данным же опроса сервиса SuperJob, проведенного среди 1600 представителей экономически активного населения старше 18 лет из всех округов страны, у 43% россиян полностью отсутствуют какие-либо сбережения. Напомним, что, по мнению эксперта Центра финансовой грамотности НИФИ Минфина России Ольги Дайнеко, которое публиковало издание Прайм, оптимальный размер финансовой подушки безопасности для физлиц должен равняться примерно шести обязательным ежемесячным расходам. 

Возвращаясь к информационно-аналитическому документу Центробанка, отметим также, что среди предприятий, по данным мониторинга, проведенного Банком России в декабре, их ценовые ожидания на ближайшие три месяца практически не изменились, оставаясь на уровне максимальных значений последнего года: средние значения ожидаемого темпа роста цен составили 5,1% в годовом выражении (в декабре 2020 г. — 3,3%). Регулятор считает, что сохранение повышенного уровня ценовых ожиданий обусловлено быстрыми темпами роста спроса и издержек. 

«Дополнительное давление оказывает сохранение высоких рисков хозяйственной деятельности», — сообщается в отчете. Причем среди предприятий транспортировки и хранения, а также сферы услуг ценовые ожидания выросли, а в торговле, хоть и незначительно, но снизились — по причине замедления роста издержек. Тем не менее в торговом сегменте ввиду сохранения позитивных ожиданий в отношении спроса и товарооборота в ближайшие три месяца ценовые ожидания по-прежнему остаются повышенными: средний темп прироста цен на обозначенный период они ожидают в размере 7,9% в годовом выражении (в декабре 2020 г. — 6,7%). Снизились ценовые ожидания в строительной отрасли из-за отмечаемого респондентами ослабления рисков хозяйственной деятельности, хотя в целом в отрасли сохраняют позитивный настрой относительно динамики спроса на услуги и объемов строительства, поэтому снижение ценовых ожиданий, сообщается в отчете, «было незначительным». 

Несколькими днями ранее Центробанк публиковал информационно-аналитические комментарии об инфляции в ноябре по регионам. Так, из выводов регулятора следует, что годовая инфляция в ноябре находилась в диапазоне от 4,5% — в Чукотском автономном округе и до 12,2% — в Республике Дагестан. В большинстве регионов ускорился рост цен на непродовольственные товары, преимущественно за счет подорожания моторного топлива и легковых автомобилей. Быстрее, чем месяцем ранее, дорожали услуги. В сфере зарубежного туризма это было связано с активизацией спроса на поездки в Турцию и ОАЭ в период новогодних праздников в условиях сохраняющихся ограничений на поездки по многим популярным туристическим направлениям. Годовой прирост цен на продовольственные товары в ноябре в целом немного замедлился, в зависимости от региона — по-разному. Основной вклад в замедление вносило уменьшение темпов подорожания овощей из-за смещения сезонности. Традиционно тепличные огурцы и помидоры заменяют продукцию открытого грунта в ноябре, но в этом году из-за холодной погоды это произошло уже в октябре. На Дальнем Востоке в ценах овощей слабее проявились общестрановые дезинфляционные факторы, здесь ускорение инфляции было наибольшим. На Северном Кавказе, напротив, наблюдалось замедление инфляции. В регионах этого округа вклад в снижение годового прироста цен на продукты питания был значительнее из-за более высокой доли продовольствия в структуре расходов населения. 

На днях РБК опубликовал мнение главного экономиста Всемирного банка по России Дэвида Найта, которое он обнародовал в интервью «Ведомостям». Помимо трех названных главных рисков для российской экономики в 2022 году, среди которых угроза развития пандемии, возможное введение международных санкций и энергопереход, экономист выделил также достаточно высокий риск неожиданного всплеска инфляции. По словам Найта, несмотря на то, что Центробанк принимает меры для ее погашения, говорить о контроле над ростом цен сложно. 

«Вопрос, как долго продлится аномально высокая инфляция, остается открытым, более того, нельзя исключать и новые шоки для экономики», — предположил экономист, добавив, что если этот сценарий реализуется, экономика окажется под давлением, так как ЦБ будет вынужден ужесточить денежно-кредитную политику и повышать ставку.

Переход к глобальному росту инфляции, ответом на который стало повышение процентных ставок центральными банками по всему миру, стал, по мнению экспертов аналитического портала Сбербанка SberIndex.ru, главным вызовом года, пишет портал «Банки.ру». Пока, по мнению экспертов, потребители справляются с ростом цен на фоне высокой скорости индексации заработных плат, но эта ситуация неустойчива, поскольку инфляция создает риски ухудшения динамики в реальном выражении». При этом даже на фоне отсутствия значимых ограничений потребители не возвращаются к прежней структуре трат. Доля безналичных расчетов в расходах граждан продолжает расти, но через несколько лет она может вплотную приблизиться к своему пределу. Причем драйвером роста безналичных платежей стала онлайн-торговля, в особенности покупки в экосистемах. Но есть и сдерживающие факторы: серая экономика и привычка людей старших поколений к наличным. Продолжает расти интерес розничных инвесторов к фондовым рынкам, даже несмотря на последовавший за повышением ключевой ставки рост ставок по депозитам: предпочтение отдается ценным бумагам, выпущенным российскими эмитентами, в особенности акциям. Восстановился рынок труда по итогам года, что происходит за счет быстрого восстановления найма и активной индексации заработных плат бизнесом. Рынок ипотечного кредитования, как считают эксперты, стал главным бенефициаром снижения ключевой ставки в 2020 году и введения программы субсидирования ипотеки на первичном рынке с апреля 2020-го: за год объемы выданной ипотеки составят около 5,5 трлн рублей, то есть на четверть больше, чем в 2020-м, который также был рекордным.

Чистая прибыль российских банков, по оценкам «СберИндекса», достигнет по итогам этого года рекордных 2,5 трлн рублей, но росту прибыли во многом способствует то, что многие банки в течение года распускали резервы, созданные в кризисный 2020 год. При этом, как указывают аналитики, улучшение экономической ситуации подтолкнуло рост кредитного портфеля, что также является причиной высоких доходов российских банков в текущем году. Уровень просроченной задолженности банковского сектора снизился, чему способствовали рост кредитования и восстановление экономической активности. Эксперты полагают, что российские рынки в целом верят в способность Центробанка уже ко второму полугодию 2022-го добиться перелома инфляционного тренда и перейти к снижению ставок, а для восстановления структуры спроса, по всей видимости, потребуется полная победа над COVID-19 «или его превращение в эндемическое заболевание».

Автор Галина Смирнова

Источник - https://regnum.ru/news/economy/3461757.html


Об авторе
[-]

Автор: Дмитрий Прокофьев, Галина Смирнова

Источник: novayagazeta.ru

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 10.01.2022. Просмотров: 58

zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta