О беспрецедентном насилии милиции Беларуси против протестующих

Содержание
[-]

***

Лидеры белорусских протестов заявили о консолидации

Оппоненты Александра Лукашенко, оставшиеся на свободе, хоть и находясь в изгнании, преодолели некоторую растерянность и разногласия, которые присутствовали в последнее время.

В среду лидеры протестов Павел Латушко, Светлана Тихановская, супруги Валерий и Вероника Цепкало и Ольга Ковалькова заявили, что все созданные ими структуры (Народное антикризисное управление, Координационный совет, штаб Тихановской) объединяют свои усилия. В ближайшее время они намерены презентовать свой План победы – 2021. В нем не только помощь пострадавшим от репрессий, но и «наращивание протестной активности», «экономического и политического давления на режим», работа среди госслужащих с целью их перехода на сторону народа. «Время действовать, мобилизовать все ресурсы, демонстрировать, что нас большинство. Уже сейчас мы готовим совместные февральские кампании и поддержку массовых уличных акций весной. Мы работаем вместе, чтобы приблизить нашу общую победу и новые выборы», – говорится в их совместном заявлении.

Между тем были опубликованы сразу два документа, фиксирующие факты пыток и насилия в отношении мирных граждан Белоруссии. Инициатива BYPOL, объединяющая бывших сотрудников силовых структур, которые перешли на сторону протестующих, обнародовала данные собственного расследования обстоятельств гибели 31-летнего Романа Бондаренко. Молодой человек скончался 12 ноября 2020 года после нанесенных ему во время задержания травм. Органы правопорядка так и не возбудили уголовного дела по факту его гибели. Как, впрочем, и по всем другим случаям насилия и пыток.

В опубликованном BYPOL документе поминутно описано все, что происходило с Романом Бондаренко после того, как он вышел во двор, чтобы помешать «неравнодушным гражданам» срезать развешенные жильцами бело-красно-белые ленты. В том числе названы фамилии этих «неравнодушных» граждан. Согласно данным BYPOL, среди них – пресс-секретарь Александра Лукашенко Наталья Эйсмонт, сестра ее мужа, главы Белтелерадиокомпании Ивана Эйсмонта, и ведущая спортивных новостей на этом канале Анна Эйсмонт, член президентской хоккейной команды Павел Волчек и его жена Жанетта. Ранее на видео уже были опознаны глава Белорусской федерации хоккея Дмитрий Басков и боксер Дмитрий Шакута. Их присутствие на месте, где произошла трагедия, в расследовании подтверждено геолокацией их телефонов. Показательно, что отключен телефон был только у Дмитрия Баскова.

Далее авторы расследования называют фамилии сотрудников СОБРа, которые унесли Романа Бондаренко в автобус со двора, держа за руки и ноги и ударяя головой об асфальт. Геолокация телефонов, принадлежащих всем перечисленным в исследовании сотрудникам СОБРа, также подтверждает их присутствие в этом месте в это время.

В автобусе Роман находился около 40 минут, после чего уже сотрудниками ОМОНа (фамилии и геолокация телефонов также имеются в расследовании) был доставлен в Центральное РОВД в состоянии «не доступном речевому контакту». «Когда сотрудники ОМОНа бросили его под смотровое окно оперативного дежурного в помещении дежурной части, он мог совершать лишь неконтролируемые движения – «дергаться», – говорится в исследовании. Сотрудники ОМОНа сообщили, что молодой человек находится в состоянии «сильного алкогольного опьянения», и быстро исчезли. В РУВД спустя какое-то время (не сразу) обнаружили, что он вовсе не пьян, о чем свидетельствуют аудиозаписи нескольких звонков в скорую с требованием быстрее приехать. «Когда его привезли сюда, его состояние оценивалось практически таким образом, что он уже был почти за чертой, которой отделяют живых от неживых… тяжелый ушиб головного мозга, то есть участки мозга разбиты и в них кровоизлияния», – описывал врач в больнице скорой помощи состояние больного родным, констатируя, что шансов выжить практически нет.

Александр Лукашенко прокомментировал случившее с Романам Бондаренко, назвав это дворовой дракой. При этом он утверждал, что избитый до смерти был «в состоянии алкогольной интоксикации». Врач Артем Сорокин, который предоставил данные о том, что Роман Бондаренко не был пьян, а также журналистка портала TUT.BY Катерина Борисевич, которая написала об этом, в настоящее время сидят в тюрьме. Их обвиняют в разглашении врачебной тайны.

Смерть Романа Бондаренко – самое громкое дело периода белорусских протестов, однако далеко не единственное. В первые дни выстрелом в упор был застрелен 34-летний Александр Тарайковский, выстрелом в затылок был убит 44-летний Геннадий Шутов, замучен пытками 25-летний Александр Вихор, найден повешенным 28-летний Никита Кривцов. Через задержания прошли более 30 тыс. мирных граждан, зафиксировано более тысячи свидетельств пыток и насилия.

В среду, 27 января был опубликован еще один доклад на этот счет – «Коридор дубинок»: путь белорусских властей». Его подготовили российский Комитет против пыток и Всемирная организация против пыток. В нем описаны шокирующие реальные истории реальных людей, с фото, видео и аудио о том, что с ними происходило во время задержания в первые дни после президентских выборов. Люди рассказывают, как их избивали до синевы дубинками и ногами, помечали их краской, несколько суток не кормили и не поили, держали по 40 человек в камерах, предназначенных для четырех человек, заставляли петь гимн и кричать: «Я люблю ОМОН» и все время требовали назвать имена неких координаторов и рассказать, сколько им заплатили.

Не возбуждено ни одного уголовного дела в отношении силовиков, зато самих пострадавших сажают уже не просто на сутки, как в начале протестов, а на годы. В среду, 27 января суд Ленинского района Минска приговорил к пяти годам колонии строгого режима 32-летнего предпринимателя Виктора Борушко за «причинение тяжкого телесного повреждения омоновцу». В ходе заседания подсудимый не только отрицал свою вину, но и рассказывал шокирующие подробности своего пребывания в Ленинском РУВД. Его также били и насиловали дубинкой. После пребывания в РУВД он две недели провел в реанимации. Как следует из прозвучавшего на суде, «увечья» омоновец получил в результате столкновения с Виктором Борушко, которому его коллега сделал подсечку.

Общественность снижения уровня репрессий пока не замечает. Однако некоторые эксперты утверждают, что «власти притормозили поток репрессий» и даже готовы кого-то амнистировать, кем-то поторговаться с Западом. В частности, такую точку зрения высказал директор института «Политическая сфера» Андрей Казакевич. Однако даже он сам не уверен в том, что «ключевые политзаключенные» примут амнистию, которая предполагает признание вины.

Автор Антон Ходасевич, cобственный корреспондент "НГ" в Белоруссии

https://www.ng.ru/cis/2021-01-27/1_8067_belorussia.html

***

О работе правозащитной организации "Правовая инициатива" над докладом о насилии со стороны милиции в Беларуси

Юрист Комитета против пыток Дмитрий Казаков рассказал DW о работе над докладом, посвященном насилию со стороны силовиков в отношении протестующих в Беларуси, и жалобах пострадавших.

Российская правозащитная организация Комитет против пыток и международное объединение "Всемирная организация против пыток" (OMCT) в среду, 27 января, обнародовали доклад о милицейском насилии в Беларуси и бездействии властей, не расследующих сотни жалоб пострадавших от силовиков в ходе протестов с 9 по 13 августа 2020 года. Руководитель проекта от Комитета против пыток, юрист этой организации Дмитрий Казаков в интервью DW рассказал, как шла работа над докладом, что его больше всего поразило из увиденного в Беларуси и какова судьба жалоб, которые изучали эксперты комитета.

Deutsche Welle: - Кто в вашей команде непосредственно работал над докладом о насилии со стороны милиции в Беларуси?

Дмитрий Казаков: - Я и мои коллеги, которые провели три месяца в Беларуси. В общей сложности пять человек. Постоянная группа состояла из трех юристов. Я сначала приехал с двумя коллегами. Через некоторое время, когда мы поняли, что работа там занимает больше времени, чем мы изначально рассчитывали, на замену двух человек приехали двое других коллег.

- Вас пригласила белорусская правозащитная организация "Правовая инициатива"?

- И она, и несколько других белорусских организаций. Они выступили инициаторами создания международного комитета по расследованию событий, произошедших в Беларуси в августе 2020 года. В него вошли правозащитные организации из разных стран.

- Как следует из отчета, вы изучили 13 дел, 13 жалоб. Кто и как проводил их отбор?

- Отбор проводили мы сами. Изначально мы от наших коллег получили информацию о поступивших жалобах - в общей сложности у нас было чуть более двух сотен жалоб граждан. Мы прикинули, на что чаще всего жалуются люди, условно разделили жалобы на несколько групп.

Одна группа - это заявления о применении насилия непосредственно при задержании или сразу после задержания. Потом группа о применении насилия в отделениях милиции и целая отдельная группа заявлений о применении насилия в местах принудительного содержания - в центре на Окрестина и в других местах. Из каждой из этих групп дел мы взяли по несколько жалоб, которые, на наш взгляд, были наиболее показательны.

Немаловажно, что заявители были готовы работать по этим делам, потому что к моменту, когда мы начали общаться с заявителями, многие начинали опасаться работать по своим заявлением, поскольку уже не видели каких-то перспектив эффективного расследования этих жалоб.

- Кто-то из этих 13 заявителей обращался в белорусские правоохранительные органы за защитой или они не видели в этом смысла?

- Все наши заявители обращались в следственные органы. Подавляющее большинство обратились еще до того, как начали с нами общаться. Несколько - уже после этого. Большая часть людей, которые пострадали от насилия в те дни после выборов, сразу после произошедшего обращались в официальные органы, которые должны расследовать такие заявления - в том числе и в Следственный комитет. И уже в дальнейшем, не видя какого-то прогресса в расследовании, они начинали терять мотивацию заниматься этими делами.

Более того, они даже опасались, что может встать вопрос о привлечении их самих к ответственности. На тот момент, когда мы прибыли в Беларусь, люди готовы были получать помощь от всех, кто ее предложит. Некая безысходность стала проявляться чуть позже - в течение осени, к концу года, когда стало понятно, что Следственный комитет не намерен возбуждать уголовные дела по факту применения насилия в отношении граждан.

- Каким образом ваша команда проверяла эти жалобы, изучала их?

- Наша работа состоит из двух основных компонентов. Первый - самостоятельный сбор доказательств, то есть мы спрашиваем самих пострадавших, ищем и опрашиваем свидетелей, собираем медицинские документы, фото- , видео- и аудиоматериалы. И затем начинаем второй этап работы - юридическое сопровождение дела. Те материалы, которые мы собрали, во-первых, предоставляем следствию для того, чтобы помочь расследованию. Во-вторых, стараемся контролировать, чтобы следствие проводило эффективную работу, и если оно этого не делает, то мы различными юридическими способами пытаемся этого добиться.

- Какой была реакция властей Беларуси на вашу деятельность в процессе сбора доказательств и после обращения в следственные органы? Вам не мешали, на вас не давили?

- Я бы сказал, что в принципе наше присутствие не замечали. Чисто внешне это было именно так. Внимание к нам не было заметно ни при сборе доказательств, ни при дальнейшем юридическом сопровождении. Поскольку мы граждане России и не имеем специального статуса адвоката, то просто так вступать в процесс возможности не было. По сути, юридическое сопровождение по нашим делам мы осуществляли в сотрудничестве с местными адвокатами. Именно они непосредственно выступали в ходе процессов на стороне пострадавших.

- Из этих 13 дел, что вы сопровождали, какое-то решение хотя бы по одному делу принято?

- На данный момент по двум нашим делам вынесены постановления об отказе в возбуждении уголовных дел. По остальным проверка либо ведется, либо приостановлена. Еще перед Новым годом большая часть проверок по заявлениям избитых граждан были приостановлены. Уголовно-процессуальный кодекс Беларуси допускает такое приостановление.

- Ваш итоговый доклад довольно объемный. Какой главный вывод вы можете сформулировать из того, что вы увидели, изучили, поняли?

- Если совсем кратко, то наверное их будет два. Первое - то, что в Беларуси произошло массовое применение насилия со стороны силовиков в отношении граждан, и есть очень, мягко говоря, большие сомнения в законности такого применения. Я думаю, можно утверждать, что большей частью это насилие применялось незаконно. Второй вывод - это то, что уполномоченные государственные органы Беларуси - Следственный комитет - по сути уклоняется от своей обязанности провести эффективное расследование этих жалоб.

- У вас наверняка есть большой опыт работы в России. Если сравнивать действия белорусских силовиков во время задержания участников акций протеста, во время их содержания в изоляторах временного содержания и так далее, и действия их российских коллег - в чем отличие ситуации в обеих странах?

- Я не припоминаю случаев, когда в России были настолько массовые акции протеста и такое массовое применение насилия к такому количеству людей. Это беспрецедентное событие - и по масштабности применения насилия, и по интенсивности его распространенности. С другой стороны, последние события в России, скажем так, можно рассматривать как своего рода отражение белорусских событий. В последнее время в России начинаешь замечать некоторые схожие черты. Не знаю, как будет эта ситуация разворачиваться в дальнейшем.

- Из того, что вы сами увидели, узнали или прочли, какой эпизод, обстоятельство, жалоба вас больше всего поразила?

- Я наверное не смогу назвать один какой-то конкретный эпизод. Многое из того, что мы слышали из рассказов людей, мы уже видели на тех видеозаписях, которые доступны в интернете. Мое общее сильное впечатление касается того, как официальные власти Беларуси, по сути, игнорируют произошедшие события. В своих комментариях они говорят об этом так, как будто бы этого не происходило. Это какое-то отрицание реальности. На самом деле, мне кажется, это больше всего неприятно поражает.

- Вы изучали события, которые имели место после выборов, - с 9 по 13 августа. Но протесты в Беларуси продолжаются, пусть и в других формах. И репрессии продолжаются. Вы что-то собираетесь дальше делать в Беларуси?

- Мы совершенно точно собираемся продолжать работать по тем делам, которые взяли. Чтобы работать по каким-то другим дополнительным делам, нужны несколько иные ресурсы.

Автор Владимир Дорохов

https://p.dw.com/p/3oUST


Об авторе
[-]

Автор: Антон Ходасевич, Владимир Дорохов

Источник: ng.ru

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 29.01.2021. Просмотров: 37

zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta