«Матрица» — не фантазия, а реальность. При чем здесь цифровая экономика России?

Содержание
[-]

Удобств стало больше, а жизнь стала лучше?                           

Помните, как негативно общество встретило инициативу присвоения всем гражданам России ИНН — мол, номер взамен фамилии, имени, отчества, который, как и любой идентификатор, связан с числом антихриста, что так и до чипа на лоб можно дойти. Подобные слухи отнесли к пережиткам прошлого и расценили их как первобытные взгляды.

Однако прошло не так много времени, и мы узнали, что выезд за рубеж с домашними питомцами разрешен лишь при наличии чипа на животных. Уже привыкли и к тому, что подавать все данные, связанные с нашими доходами, расходами и «передвижением» имущества, в «одно окно» — «личный налоговый кабинет» — удобно. Правда же?

Создание многофункциональных центров (МФЦ) по стране — тоже удобная для граждан инициатива. То, что казалось раньше долгой нудной процедурой — оформление документов в госучреждениях, — сегодня происходит за несколько часов, порой — минут. Декларируемые цели МФЦ всем известны. Между тем другая, возможно, истинная цель — собрать все данные о россиянах, поставить на учет, находится за кадром.

Цифровая экономика — экономика или игра на выбывание?

Давайте для начала вспомним, что такое экономика. Это хозяйственная деятельность общества, а также совокупность отношений, складывающихся в системе производства, распределения, обмена, потребления. А что такое цифровая экономика? Внятно объяснить инициаторы идеи даже не берутся. Что такое криптовалюта, мы уже все знаем — это цифровые деньги. То есть несуществующие деньги. Так, может быть, и цифровая экономика — это не экономика, несуществующая экономика? А между тем несуществующему понятию и без понятия о нем решено придать национальный статус, и предусматривается необходимость для реализации программы — 2 триллиона рублей бюджетных денег. Откуда эти деньги в то время, как денег не хватает, что пришлось продлить пенсионный возраст? Вот откуда — профицит бюджета 2018 года, по данным Минфина, составил 2,746 трлн рублей. Большая часть доходов бюджета — наши с вами налоги, как граждан, так и предприятий. То есть налоговая нагрузка растет, мы все становимся беднее, но полученную прибыль в результате этих действий планируется вложить в несуществующую экономику.

«Россия — страна возможностей» — на форуме с таким названием, прошедшем в марте 2018 года, глава Сбербанка Герман Греф пытался убедить всех там присутствующих, что все управленцы и главы государств мыслят линейно, а нужно мыслить экспоненциально. Привел в пример индийскую притчу, в которой царь просил мудреца удвоить зернинку, и вот мудрец показывает на картинке, не объясняя, за счет чего зернинки приумножаются, как из одного зерна он может вырастить 100 тонн, затем и 350 миллиардов тонн зерна. А между тем, не погружаясь в научные подходы, можно посмотреть и другие примеры, приводящиеся справочной системой «Википедия». Итак, она гласит: примером экспоненциального роста может быть рост числа бактерий в колонии до наступления ограничения ресурсов, или другим примером служат «сложные проценты» — это когда проценты начисляются не только на основную сумму кредита или вложенного капитала, но и на сумму накопленных процентных доходов, то есть проценты на проценты. Что имел в виду Греф? Что мы идем в колонию, которой можно будет развиваться, пока ей не ограничат собственные же ресурсы? С мышлением линейным предстоит бороться, отметил Герман Греф. Одним из главных инструментов выступит образование.

Наработки Сбербанка в основе нацпроекта?

Спецпредставитель президента РФ по вопросам цифрового и технологического развития Дмитрий Песков в интервью ТАСС рассказал, что ключевая роль в нацпрограмме будет отводиться развитию инфраструктуры, под которую, по его расчетам, потребуется от 50 до 70%, то есть большая часть денег всей стоимости проекта. Вторым по значимости денежных вложений пунктом программы Дмитрий Песков считает именно образование и отмечает, что придется потратиться на переобучение депутатов, управленцев всех отраслей, а также в целом поменять систему обучения. В пример приводит «Школу 21» — проект, основатель которого немецкого происхождения с советским образованием, достигший карьерного роста, завидного многим, — Герман Греф, не признает советский метод обучения. А потому «Школа 21» обучает без преподавателей, в режиме онлайн и не выдавая дипломов. Кому нужны такие курсы и для чего они нужны? Кто будет разрабатывать программы обучения и кто их контролировать? Чему будут учить? Тому, как удвоить зернинки? Герман Греф давно не скрывает, что доступ к образованию должна иметь элита. А для чего? Чтобы элита стала центром управления, не факт, что эта самая элита умная, главное, чтобы не было умнее никого, кроме нее! Остальные, очевидно, должны превратиться в бактерий колонии, жизнью которой будет управлять элита. Другой вопрос — кто эта элита, какие ее цели?

На том же форуме «Россия — страна возможностей» Герман Греф приводил подсчеты клуба элитных ученых. Что за клуб, каких ученых? Обратимся к материалам Всемирного экономического форума, прошедшего в 2016 году в Швейцарии, посвященного четвертой промышленной революции. Клаус Шваб, руководитель Всемирного экономического форума, в своей приветственной речи участникам выразил надежду, что все они отправятся домой убежденными, что будущее нашей всемирной деревни (!) может хорошо управляться только путём диалога, сотрудничества и координации. Не для будущего ли этой самой всемирной деревни в нашей стране активно принялись координировать экономику и наше в ней существование инициаторы цифровых технологий? Не станет ли цифровая экономика последним и главным в координации России звеном в цепи уже произошедших событий — от экономического контроля до перехода власти к сообществу всемирной деревни?

Анализируя доклад «A Blueprint for Digital Identity», составленный заинтересованным в переходе на цифровую идентичность сообществом Всемирного экономического форума 2016 (ВЭФ), доцент Санкт-Петербургского государственного экономического университета Галина Сологубова делает выводы о том, что авторы доклада предполагают возложить контроль цифровой идентичности на финансовые учреждения, где, по существу, уже хранятся учётные данные «мирских идентичностей». Не согласиться с этой точкой зрения нельзя! На самом деле работа по цифровизации в России давно ведется.

МФЦ, создание которых началось еще в пору работы Германа Грефа на посту министра экономического развития и торговли РФ, уже собран огромный массив данных, которые госорганы успешно пополняли, передавая взаимоотношения с обществом, под благим предлогом — повышение эффективности работы власти и создания удобств для бизнеса и граждан. При этом МФЦ — всего лишь бренд, зарегистрированный в Федеральной службе интеллектуальной собственности. Что можно сделать с брендом? Продать со всеми потрохами, как и любое предприятие, или присвоить. Затем распоряжаться данными как угодно и удобно. Подобными массивами информации владеют и финансовые структуры, больше всех — Сбербанк, а также различные платформы, в которые активно вкладывает вложения россиян Сбербанк и выделяет эти активы в отдельную экосистему под именем «Сбер».

Кто будет иметь доступ к данным и как ими будут распоряжаться? Государство? Но, если государству не подчиняются «машины», созданные за его счет… А потому во главу встают вопросы защиты данных и их безопасность. Подобные вопросы в нашей стране всегда курировала ФСБ. Но и на этот счет у представителей «всемирной деревни» свой взгляд на то, как подвинуть в сторону одну из главных отвечающих за национальную безопасность страны структуру. Как сообщало агентство ТАСС в августе прошлого года, председатель правления Сбербанка Герман Греф и основатель Давосского всемирного экономического форума, профессор Клаус Шваб подписали партнерское соглашение в рамках создания Центра кибербезопасности, которое подразумевает обмен данными. Сбербанк стал первым из шести партнеров — основателей центра. Не создается ли подобным образом государство в государстве или вовсе — новое государство взамен существующего, включая свои собственные органы по безопасности???

Свои мысли насчет безопасности данных в интервью ТАСС высказал представитель президента РФ Дмитрий Песков:

«…Есть важный сюжет, связанный с кибербезопасностью. Прошлая версия программы подразумевала создание национального центра по борьбе с киберпреступлениями, в которой инициатором выступал Сбербанк. С точки же зрения регулирования — это полномочия, которые закреплены за соответствующими ведомствами, в частности за Федеральной службой безопасности. Сейчас у нас, наконец, появился национальный центр, который работает именно с киберинцидентами».

Вспомните популярный в конце 90-х фильм «Матрица», изображающий будущее, в котором реальность, существующая для большинства людей в действительности, оказывается симуляцией, созданной разумными машинами для подчинения и усмирения человеческого населения, чьи ресурсы используются машинами в качестве источника энергии. Фантазия ли это или уже сегодняшняя реальность? Имея личные и биометрические данные: отпечатки пальцев, снимки роговицы глаз, анализ крови, голос и тому подобное, имея знания о наших физических, моральных приоритетах, данные об имуществе, как о нашем, так и юрлиц, оснащая автомобили, дома, самолеты «умными» технологиями, даже чайник сможет нас выгнать на улицу или уничтожить. Почему чайник? На форуме «Россия — страна возможностей» Герман Греф продемонстрировал видеоролик, в котором «умный чайник» в прямом смысле этого слова выживает из дома человека. Ролик, безусловно, шуточный, но в каждой шутке есть доля правды.

Автор: Галина Смирнова

https://regnum.ru/news/polit/2627087.html

***

Комментарий: Кому будет принадлежать цифровая Россия?

В статье «Россия-2024: Стратегия социально-экономического развития», опубликованной в журнале «Вопросы экономики», премьер Дмитрий Медведев заявляет о «беспрецедентных» темпах технического прогресса на протяжении жизни современного поколения — когда изменения условий жизни и производства происходят уже не на протяжении столетий и десятилетий, а за считанные годы, как сейчас — в рамках жизни одного поколения. И в первую очередь эти изменения происходят благодаря масштабному внедрению новых технологий, меняющих экономический уклад.

«Если раньше казалось, что жизнь моего поколения делится на два этапа — при коммунистической системе и при системе рыночной, то теперь не менее актуально (хотя и менее драматично) выглядит разделение на эпоху «до интернета», «до смартфона», через некоторое время более актуальным станет водораздел «до искусственного интеллекта», — поясняет премьер Дмитрий Медведев в статье, не уточняя, что ждет нас всех после внедрения искусственного интеллекта. Может быть, замена им естественного интеллекта? Хотя ответ на этот вопрос очевиден.

Как сказал на одном из последних форумов в Давосе господин Чубайс, о том, что произойдет еще через 20 лет с блокчейном, криптовалютами, искусственным интеллектом знает только Герман Греф.

Герман Греф, не явивший миру ничего нового из того, что видел этот мир, как и в России внедряя с поддержкой государства и от имени его устаревшие, как мир, ростовщические технологии (как писал Некрасов: «Он — процентщик, он торгаш, не уйдешь от его капкана»), полученную прибыль инвестирует уже много лет в экосистему, которую планирует отделить от банка. Даже сейчас, как писал РБК, Сбербанк отказывается для реализации «новых» технологий — подключению к системе быстрых платежей, разработанной Центробанком на общих условиях, требует за каждый отправленный или полученный платеж 1% от его суммы, помимо комиссии, которую будет взимать сама система. Если вспомните, когда начиналась тотальная санация банков, то рождалась она, в том числе, под лозунгом «не дадим собственникам банков финансировать свой бизнес или бизнес друзей», то есть тогда много говорилось о том, что собственники финансово-кредитных учреждений используют средства вкладчиков для финансирования своих проектов. И вот, дожили, предприятий новых больше не становится, и кредитует Герман Греф кого хочет по особому режиму, и вкладывает инвестиции в то, что считает нужным. Как писало издание Банки.ру, в создание «собственной» экосистемы Сбербанк вложил 62−63 млрд. рублей, из которых половина инвестиций — в Яндекс. На данный момент в так называемую экосистему Сбербанка входит порядка 20 компаний по таким направлениям, как электронная коммерция («Яндекс.Маркет»), медицина (DocDoc), телекоммуникации («Сбербанк Телеком»), облачные технологии (SberCloud), коммуникации (Dialog), идентификация (VisionLabs), лайфстайл («Фудплекс»), сервисы для оптимизации бизнес-процессов («Эвотор», «Интеркомп») и другие. Сегодня банк владеет огромными массивами информации о физлицах и юрлицах, включая биометрию, необходимой для работы платформ данной экосистемы, но нет у банка медицинских и образовательных данных. Нет их и у Росстата. Видимо, потому Сбербанк, будучи разработчиком дорожной карты по развитию нейротехнологии и искусственного интеллекта нацпроекта «Цифровая экономика», предлагает создать государству национальный банк медицинских и образовательных данных. Инициатива, безусловно, на словах ставит перед собой «высокие» моральные для общества задачи, если коротко сказать — всё улучшить: и образование, и медицину, мол, искусственному интеллекту виднее, где, что и как. А между тем многие эксперты уже назвали электронные школы концлагерями. Очевидно, что медицинские данные при необходимости можно будет использовать тоже не только ради извлечения прибыли, постановки правильного диагноза, минуя доктора, но и для блокировки доступа неугодных к системе жизнеобеспечения.

Мыльный пузырь или монополист-регулятор экономики России?

Во всей этой гонке «цифровых вооружений» остается слишком много вопросов. Почему Сбербанк не финансирует экономику, так сказать, осязаемую — материальную, создание не платформ по предоставлению услуг и покупке товаров? Некоторые ответы на данный вопрос тоже очевидны, но только некоторые. Например, банк таким образом завязывает на себя, точнее, даже не на себя как на банк, а на экосистему роль главного продавца и логиста, в том числе, производимых в России товаров и услуг. Не секрет: нет сбыта — нет предприятия. То есть экосистема будет регулировать необходимость производства товаров и услуг и формировать конечную стоимость продукции, причем не делая каких-либо телодвижений, как в традиционной схеме — когда магазины получают прибыль, порой бОльшую, чем производители товаров. Но вот что странно, как государство позволяет банку так много тратить сил не на реальный сектор экономики, а на виртуальный, не вкладываться в поддержку российских разработчиков, а их немало, и параллельно также ведут работы по разработке тех же российских беспилотников, например, в сельском хозяйстве. Есть в реализуемой политике Сбербанка какая-то загадка. Что будут продавать площадки Сбера и кому, если бизнесу и населению страны подрезают крылья? Быть может, эти платформы — ширма, мыльный пузырь?

Между тем президент РФ поставил задачу значительно увеличить финансирование научных исследований в области искусственного интеллекта

«Если кто-то сможет обеспечить монополию в сфере искусственного интеллекта, то последствия нам всем понятны — тот станет властелином мира», — добавил Путин.

Однако о какой монополии может идти речь, если мы наблюдаем, как основная масса технологий, развивающихся в России, дублируют уже имеющиеся в мире? И навязывать их миру, как навязывают какие-либо продукты путем лоббирования внутри страны, у России не получится. Приведем опять пример Сбербанка: выручка от его совместного с «Яндекс. Маркет» проекта интернет-магазина «Беру», видимо, на покупку доли в котором банк и инвестировал 30 миллиардов рублей, превысила за полгода работы 1 млрд рублей в месяц. Об этом сообщил сам Герман Греф, как писало издание vc.ru, на собрании акционеров. А накануне собрания Греф сообщил в интервью изданию КоммерсантЪ, что, как и большинство игроков электронной торговли, площадка «Беру» торгует себе в убыток, и главная задача — это завоевание доли рынка. Между тем Греф не рассказал акционерам о других планах — выхода «Яндекс. Маркета» на биржу для IPO, то есть компания будет распродана неизвестно кому, таким образом, возможно, иностранные лица будут владеть этой самой долей российского рынка, которую сейчас так активно пытаются занять, в том числе за госсчет, Сбербанк и «Яндекс.Маркет».

Чубайс перережет провода: материальный мир против виртуального или заодно?

Параллельно активно за госсчет развивает технологии Анатолий Чубайс. Всем известно, что пока эти технологии не новинки для мира. В 2015 году на сайте Роснано сообщалось, что Консорциум наноцентров Фонда инфраструктурных и образовательных программ Роснано вступает в программу Хольст-Центра (совместный проект IMEC и TNO) по разработке технологической платформы тонкопленочной гибкой электроники, что позволяет консорциуму получить доступ к новейшим технологическим решениям Хольст-Центра — неэксклюзивные лицензии на уже полученную иностранными партнерами интеллектуальную собственность в сфере гибкой электроники, а также права на все патенты и ноу-хау. Возникает вопрос — когда выделялись государством деньги для развития технологий, то имелось ввиду, что мы будем искать доступ к чужим технологиям или создавать свои?

На Петербургском цифровом форуме 2018 года Чубайс признался:

«Я окончательно запутался, я перестал понимать, где цифровая, где инновационная, где всё остальное. Поэтому я предлагаю радикально всё упростить. Мы как-то ругались с Германом Грефом (шутит Чубайс) по поводу инновационной экономики, кто чем занимается, где блокчейны, где социальные медиа, где финтех, где нанотехнологии, в конце концов договорились взять и разрезать весь инновационный мир пополам. Половина — Грефа, половина — моя. Половина Грефа — это всё цифровое. А моя половина — это всё материальное. Мне кажется, я очень выгодно поделил мир, но смысл не совсем в этом, а чтобы разобраться с исходными понятиями. Все виды человеческой деятельности делиться на две части…, например, есть машиностроение, никакая цифровизация, никакие блокчейны, никакие биг-даты никогда не отменять необходимости преобразования, в частности, металла, или энергетика моя родная, то же самое — не отменит необходимость выработки электроэнергии, ее все равно нужно вырабатывать… Роснано как раз находится в той части экономики, которая не цифровая».

Когда ранее Герман Греф говорил о том, что олигархи в России побеждены — он не кривил душой. Перевод экономики в цифровой режим позволит окончательно поставить точку в этой борьбе — концентрировать управление этой самой экономикой в нескольких парах рук, возможно, и одной, как видим — не обязательно российской юрисдикции. Кто победит, какова цель победителя? Кто кого прогнет — цифровой мир или материальный? Или, например, Чубайс решит прогнуть мир виртуальный под материальный — выключит всем свет или ограничит доступ к оптоволоконным проводникам, производство которых Роснано анонсировало в 2015-м году. Утрируем, конечно, но как носители естественного интеллекта — переживаем.

Сначала поколениям, жившим в эпоху приватизации по системе Чубайса, пришлось бороться за выживание, в результате чего снизилась рождаемость, теперь, когда экономику переводят в режим виртуальный — бороться за выживание придется еще больше, а главное, малочисленно рожденным в 90-х и после годах поколениям. Что пугает? Вся информация, материалы, данные, размещенные в единой информационной системе, в которой, напомним, еще нет образовательных и медицинских сведений о гражданах России, порталы органов власти, включая администрацию президента, доступны по лицензии зарубежной компании — убедиться в этом вы можете, зайдя на эти сайты и спустившись вниз — в конец страницы. Как не раз отмечали эксперты, любая современная технология имеет удалённое управление:

«Это значит, что если мы садимся на фейсбук или сажаем госуправление на какую-то иностранную систему, то нам в любой момент ее могут выключить» — заявила генеральный директор группы компаний InfoWatch Наталья Касперская в рамках своего выступления на Петербургском цифровом форуме — 2018, напоминая о рисках перехода на цифровую экономику, приводя в пример блокировки банковских карт платежных систем Visa и MasterCard, связанные с американскими санкциями.

Автор: Галина Смирнова

https://regnum.ru/news/polit/2640140.html

***

Приложение. Как хакатоны помогут решить проблему дефицита ИТ-специалистов в стране?

Летом 2019 года в 40 городах России пройдет конкурс для ИТ-специалистов, дизайнеров и управленцев «Цифровой прорыв». Заявочная кампания конкурса стартовала 3 апреля. Главная цель проекта — найти новые кадры для цифровой экономики по всей России.

Участие в онлайн-тестировании является обязательным условием для прохождения в региональный этап конкурса. Он будет проводиться в формате хакатонов — соревновательных мероприятий, где представители информационных технологий, дизайнеры и управленцы в командах за 36 часов создают прототипы цифровых продуктов.

По результатам участники смогут запустить свой бизнес, получить работу в ведущих компаниях страны, выиграть денежный приз для своей команды в размере 500 000 рублей, а также получить грант от «Фонда содействия инновациям» на развитие своего проекта. Кроме того, у конкурсантов будет возможность пройти обучение по специальным образовательным программам в «Мастерской управления «Сенеж» — образовательном центре АНО «Россия — страна возможностей».

Руководитель проекта Олег Мансуров рассказал корреспонденту ИА REGNUM о «Цифровом прорыве» и о том, как хакатоны помогут решить проблему дефицита ИТ-специалистов в различных отраслях.

ИА REGNUM:  — Каким будет конкурс «Цифровой прорыв»?

Олег Мансуров: - Последние несколько лет государство реализует национальный проект «Цифровая экономика», одна из стратегических целей которого — поиск новых кадров для частных и государственных компаний, стремящихся к цифровизации. Такая цель вызвана тем, что во многих областях ощущается сильный дефицит персонала, например, в государственном секторе, промышленности, образовании и др. Конкурс соберет на одной площадке ИТ-специалистов, а также людей, которые в той или иной мере влияют на создание технологических продуктов — дизайнеров, управленцев, маркетологов и др. Главная цель — создать новые профессиональные возможности для развития талантов в сфере цифровой экономики.

До 15 мая проходил сбор заявок на конкурс, после чего потенциальные участники пройдут онлайн-тестирование по широкому спектру направлений: актуальные языки программирования (например, Python, Java, C##), ряд теоретических аспектов создания информационных систем, дизайн программного обеспечения, управление проектами, менеджмент продуктов, финансовый и бизнес-анализ, и другие. Ограничений по возрасту участников нет, но мы все-таки рассчитываем на аудиторию со знаниями выше базовых. Поэтому вопросы тестирования подобраны специально, чтобы возможные участники могли полностью проявить свои знания и таланты.

После тестирования начнется серия очных хакатонов, которая пройдет с 8 июня по 28 июля во всех крупных областных центрах России. Финал хакатона пройдет в сентябре. В него попадут лучшие команды, которые смогли за 36 часов разработать прототип решения, на высшем уровне презентовать его членам жюри и в целом обратить на себя внимание.

— Как формируются требования к участникам онлайн-этапа?

Нас поддерживают ведущие университеты России — ИТМО, МФТИ, МГТУ им. Баумана и многие другие. Большую роль играют региональные учебные заведения, на площадке которых проводятся хакатоны. Они помогают нам вырабатывать определенные требования и составлять грамотные задания для участников. Помимо этого, мы работаем с ИТ-специалистами, дизайнерами, управленцами из крупных компаний, имеющими широкий спектр задач в информационной поддержке бизнеса — все они способствуют принятию решений по направленности тестов.

— Почему для реализации программы конкурса выбрали именно хакатоны?

Хакатоны — это мероприятия, где программисты, дизайнеры, управленцы объединяются в команды и за 36−48 часов решают задачи: пишут код, создают алгоритмы или прототипы продуктов, которые потом используются в компаниях. Задачи для команд формируются на основе главных «болей» компаний, которые они не способны решить собственными силами за короткое время. На хакатонах же любая проблема бизнеса быстро решается при помощи команд.

Задачи на «Цифровой прорыв» ставятся представителями государственных и частных компаний, которые хотят не просто получить прототип решения, но и найти профессиональную команду к себе в штат. Отсюда вытекает еще одна важная цель конкурса — способствовать формированию мультидисциплинарных команд, которые потом можно интегрировать на предприятия с целью внедрения цифровых решений. Предполагается, что на хакатоне будут не только программисты, но и дизайнеры, управленцы и маркетологи. Для них предусмотрены специальные тесты по узким направлениям, например, Project Management, UI/UX и т. д. И так как главный инструмент для получения результата на хакатонах — это командная работа, то этот формат отлично способствует вышеуказанной цели.

Помимо этого, хакатоны показывают участников «в бою»: все же 36 часов — это очень сжатые сроки, поэтому чтобы в них уложиться надо выложиться на все 100%.

— Какие области затронут задачи?

В первую очередь мы ориентируемся на темы национальных проектов, особенно это касается социальной сферы — здравоохранения, образования, культуры, демографии, науки, экологии и др. Как показывает практика, у участников, которые приходят на хакатон, в арсенале часто есть наработки в какой-то области, поэтому мы решили охватить максимально широкий круг тем, на которых будут основываться все задания конкурса. Все темы в равной степени важны и идеи участников помогут в решении стратегических задач, отраженных в Национальном проекте России на ближайшие годы. Мы ищем талантливых специалистов во всех областях, и уверены, что они смогут создать по-настоящему жизнеспособные проекты.

— Что произойдет с проектами после хакатонов?

По результатам хакатонов участники смогут найти работу в крупной компании, инвестора для своего проекта и главное — познакомиться с людьми, которые станут будущими партнерами по бизнесу. Помимо того, что участники «тестируют» уже имеющиеся у себя скиллы, они постоянно сталкиваются с теми задачами, с которыми не сталкивались прежде. Соответственно, на хакатонах они получают уже новые навыки, которые тут же можно использовать на практике.

После мероприятий мы будем отслеживать, что стало с командами и теми продуктами, что родились на хакатоне — узнавать, как прошло трудоустройство, на каком этапе находится реализация проекта, сколько инвестиций они привлекли. Также будем собирать обратную связь от компаний, которые работают с командами — все это будет способствовать цифровому развитию нашей страны.

Автор: Анна Наводничая

https://regnum.ru/news/innovatio/2629715.html


Об авторе
[-]

Автор: Галина Смирнова, Анна Наводничая

Источник: regnum.ru

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 04.06.2019. Просмотров: 58

Комментарии
[-]

Комментарии не добавлены

Ваши данные: *  
Имя:

Комментарий: *  
Прикрепить файл  
 


zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta