Курды: «Ближневосточный узел»

Содержание
[-]

Часть 1. "Сумеречная зона" 2018 

Курды - народ, который живет преимущественно в горах Тавр и Загрос в регионе Курдистан, охватывающий территории юго-востока Турции, мероприятия Ирана, севере Ирака и северо-востока Сирии, а также в Азербайджане, Армении и других странах. В мире по курдами закрепилось клише наиболее многочисленного и рассеянное между разными странами народа. Они не имеют ни собственного государства, ни единой политической организации.

По вероисповеданию курды - преимущественно мусульмане-сунниты, хотя есть также шииты, алавиты, езиды, в меньшей степени - христиане. Сейчас курдов насчитывается не менее 40 млн. Большинство из них расселено в регионе Курдистан. Почти 2500000 курдов проживают в странах Европы и Америки, где они образовали довольно крепкие и организованные общины. Однако, курды не теряют надежду и продолжают бороться за свою независимость и создание самостоятельного государства - Курдистана.

Долгое время курды Ирака ведут вооруженную борьбу за свою независимость. Во времена Саддама Хусейна в отношении курдов велась политика геноцида. Так, 25 тыс. Курдов погибли в результате химической атаки в городе Халабджа 16-17 марта 1988 года.

На конечном этапе иракско-иранской войны в 1987-1988 годах С. Хусейн провел «чистку» Курдистана, известную как операция «Анфаль». 182 тыс. Курдов были вывезены на армейских грузовиках и уничтожено, еще 700 тыс. Депортированы из Курдистана в особые лагеря; до 1991 года с 5000 населенных пунктов в Курдистане было уничтожено 4,5 тысячи. Села и небольшие города разрушались бульдозерами; чтобы сделать среду непригодным для проживания, вырубались леса, заливались бетоном колодцы.

В 1987-1988 годах С. Хусейн провел «чистку» Курдистана, известную как операция «Анфаль».  Однако в последние годы иракским курдам удалось завоевать широкую автономию, а после свержения режима С. Хусейна генеральный секретарь «Патриотического союза Курдистана» (PUK) курд Джалал Талабани стал шестым президентом Ирака (2005-2014).

Иракские курды всегда задавали тон курдском национализма, борясь с правительствами Багдада в течение ХХ века. После десятилетних войн иракские курды получили квазигосударственное образования в северной части Ирака. Это, в конце концов, произошло в результате двух военных кампаний в Ираке, возглавляемых США. Региональное правительство Курдистана имеет много признаков государства, однако его институты слабы и расколоты внутренним противостоянием.

Несмотря на все угрозы по недопущению проведения референдума в Иракском Курдистане, 25 сентября 2017 почти 93% курдов проголосовали за независимость. Преобразование де-факто независимости Курдистана в де-юре, безусловно, могло запустить цепную реакцию развала всего Ирака. Кроме того, курды, которые должны выйти из состава Ирака, могли забрать с собой не только территорию самого Курдистана, но и те земли, которые были уволены курдской «пешмерга» во время войны против «Исламского государства» (ИД), прежде всего Киркук и Синджар, заселенные преимущественно езидов.

Но не суждено! Курды находились в полушаге от создания независимого Курдистана. Причиной потери надежды стала единство. Вернее, ее отсутствие. Ответ правительства Ирака была быстрой и суровой: после референдума премьер-министр Ирака Хайдер аль-Абаде направил федеральные войска в спорных территорий, чтобы восстановить над ними контроль Багдада. Ирак потерял эти районы, оказавшиеся в руках курдских бойцов «пешмерга», более чем три года назад, когда иракская армия развалилась под натиском ИД. В октябре 2017 года, уже после возвращения нефтяных месторождений Киркука, иракские силовики и дальше продолжали свое наступление, отвоевывая огромные участки «спорных территорий» в северном и восточном Ираке, площадь которых больше, чем та, что курды захватили в 2014 году.

Президент Иракского Курдистана Масуд Барзани быстро понял, что союзники в очередной раз предали его, а враги объединились против иракских курдов. Иран, который долгое время выступал против любых шагов в направлении развала Ирака, мобилизовал некоторые из боевых групп шиитов, он научил и снарядил против курдских сил на стороне наступающей иракской армии. Турция, союзник М. Барзани, обеспокоена тем, что сепаратистские настроения могут распространиться и на собственное курдское население, угрожала закрыть границу с Ираком вдоль курдского региона и осталась в стороне, когда Иран заключил военный альянс, который позволил правительства Багдада выступить против курдов.

«Вопрос о независимости Курдистана закрыт», - заявил премьер-министр Ирака Х. аль-Абаде вечером 17 октября прошлого года. За несколько часов до того М. Барзани обратился к курдам с призывом объединиться. «Народ Курдистана, имеет силу храбрых, рано или поздно достигнет своей справедливой и священной цели», - обещал он.

Боевые отряды курдов сделали большой вклад в разгром ИД в Сирии. Всего несколько месяцев назад казалось, что курды Ирака и Сирии являются самыми победителями в этой войне. Подкрепленные союзами с западными государствами, они надеялись на устранение исторической несправедливости, когда геополитическое маневрирование лишило их возможности создать собственное государство после окончания Первой мировой войны. Однако, опять вместо того, чтобы стать хозяевами своей новой независимого государства, они подверглись серьезной неудачи. Соединенные Штаты и их союзники, с энтузиазмом использовали курдов в войне против джихадистов, тем не менее не спешат трансформировать это положение в долгосрочную военную или дипломатическую поддержку и, конечно же, не поддержали государственность курдов.

Курдские лидеры всегда понимали эту коварство, но тем не менее согласились и в дальнейшем принимать участие в этом альянсе, надеясь на справедливое вознаграждение за свои жертвы - тысячи загубленных жизней и огромные инвестиции, так и не были вложены в развитие курдских районов.

Такой подход вызвал глубокое разочарование среди курдской общины. Курды разочарованы тем, что силы «пешмерга» боролись за освобождение многочисленных арабских городов, в то время как большинство курдских районов, по-прежнему страдают от отсутствия нормальных жизненных условий.

Со своей стороны, официальные лица США долгое время выступали против любого изменения границ на Ближнем Востоке, опасаясь нарваться на непреодолимый «эффект домино», а также любого шага, который мог бы подорвать центральное правительство Ирака и привести к его распаду.

Восстановление контроля иракского правительства над нефтяными месторождениями вокруг Киркука нанесло больший удар по устремлениям курдов, чем потеря самого города. Нефть имеет решающее значение для их заявки на независимость: она обеспечивает поток доходов, который дает им в руки механизм экономического воздействия на своих соседей. Потеря контроля над этими областями означает, что необходимо снова возвращаться в Багдад. Действия властей Ирака, как и ранее, свидетельствуют о том, что она намерена восстановить полный контроль над курдским регионом.

Как западные, так и курдские аналитики и политики считают, что М. Барзани допустил две ошибки, которые привели к нынешней опасной ситуации. Первым просчетом было предположение, что Соединенные Штаты поддержат курдов, которые выбрали цель достичь государственной независимости. Курдские лидеры убеждены, что они в очередной раз доказали свою надежность как союзники США, а также начали позиционировать Курдистан в качестве верного партнера в регионе. Курдские лидеры также длительное время ссылались на свою поддержку демократических принципов устройства, утверждая, что они стали после 2003 года образцом в этом отношении для всего Ближнего Востока. Они никогда не забывают о защите этнических меньшинств и более миллиона внутренне перемещенных иракцев в курдском регионе. И они обоснованно утверждают, что их стремление к государственности Не менее легитимно, чем стремление американцев во время войны за независимость XVIII века, и они так же могут воспользоваться правом народов на самоопределение, которое закреплено в международном праве.

То, что действия курдов оказались провальными, частично связано со вторым просчетом М. Барзани, источник которого гораздо ближе к внутренней ситуации в регионе. Неудобным фактом является то, что курдские лидеры любят говорить, что построили процветающий демократический бастион на преимущественно монархическом Ближнем Востоке, но в действительности этого никогда не делали. После падения режима Саддама Хусейна две основные курдские партии - «Демократическая партия Курдистана» (KDP) Масуда Барзани и «Патриотический союз Курдистана» (PUK) Джалала Талабани не направляла свою энергию в дело создания дееспособных институтов, обеспечивающих верховенство права, или в диверсификацию экономики. Вместо этого они использовали нефтяные деньги для обогащения своего, своих семей и своих партийных кадров. Тактика «выжженной земли», использована ИД при проходе через северный Ирак в июне 2014 года, изменила ситуацию. Борьба с общей угрозой дала «политический передышку» М. Барзани, оправдала закрытия курдского парламента и предоставила возможность продлить срок его полномочий в качестве президента региона.

Правление партии было заменено личным правлением. Линия фронта с ИД в районах, контролируемых KDP и PUK, управлялась сетью политических, военных и бизнес-деятелей, которые в основном были связаны с лидерами партий личными или семейными отношениями. Получение выгод от войны небольшой группой крепнущих лидеров подорвало политическую систему курдов. Правительственные министры, которые принадлежат к оппозиционным партиям, имели меньше полномочий, чем чиновники-члены KDP или PUK в тех же министерствах.

Вторым за последние пять месяцев сокрушительным ударом по курдской проекта создания самостоятельного государства стала военная операции Турции «Оливковая ветвь» в курдском кантоне Африн, что на севере Сирии. 20 января 2018 началось наступление турецкой армии на Сирийский Курдистан, что разрушает надежды курдов в федерацию, как максимум, и как минимум - на расширенную автономию.

В любом случае мы уже видим, что «буферная зона» между кудськимы анклавами на севере Сирии практически сформирована. Наряду с этим турецкие войска взяли под свой контроль российскую зону в провинции Идлиб и закрепляются в ней. Здесь создается зона разграничения между протурецкую силами и отрядами «Хайят Тахрир аш-Шам» и «Свободной Сирийской армией» (FSA). Это еще раз ярко свидетельствует о том, что россияне разменяли Идлиб на Африн. Турция зачистит кантон Африн от «Рабочей партии Курдистана» (PKK), создаст «буферную зону» на границе с Сирией, а режим Башара Асада и Россия снова введут подразделения военной полиции и отряды наемников на часть территории кантона, что им останется после турок.

Как это ни прискорбно, но вокруг АФРИН сейчас активно ведется торг. Сирийские курды ведут переговоры и Б. Асадом и с Тегераном о введении их сил в анклав. Курды «выставили на продажу» завод «Коноко» в Дейр-эз-Зоре, где собирается у 5 млрд куб. метров попутного газа в год. Именно через этот завод российские наемники потеряли 300 своих бойцов, без учета раненых и пропавших без вести. Ценой за поддержку должно стать сохранение автономности курдских вооруженных формирований.

Режим Б. Асада настаивает на передаче вооруженных сил курдов под свой полный контроль. Кроме этого, Дамаск требует от курдов разоружить формирования YPG и вернуть школы, больницы, всю социально-общественную инфраструктуру. Пока не известно, о чем стороны договорились, но по сирийскому телевидению уже прошла информация о вводе войск Б. Асада в Африн.

Тегеран не имеет достаточного влияния на курдов, но весьма заинтересован в расширении подконтрольных территорий за счет АФРИН. Это дало бы ему новые возможности для дальнейших переговоров, но с другой стороны, в Тегеране понимают, что это может осложнить и без того очень непростые отношения с Москвой.

Не только о Африн, но и в отношении другого города - Манбидж - Вашингтон и Анкара ведут активные переговоры. Турция предложила США установить над городом совместный контроль, вывести курдов за Евфрат и «выжать» россиян с этой части Сирии.

Чтобы лучше понять причины поражения иракских и сирийских курдов, надо вернуться на несколько десятилетий назад. Окунуться в то время, когда создался курдский триумвират.

Хорошо известно, что политику курдов формируют лидеры курдского движения Оджалан и его «Рабочая партия Курдистана» (PKK), Масуд Барзани и подконтрольная ему «Демократическая партия Курдистана» (KDP), а также «Патриотический союз Курдистана» (PUK), во главе которого был бывший президент Ирака Джалал Талабани.

***

Примечание:

3 октября 2017 Джалал Талабани умер в возрасте 83 лет и был похоронен в Сулеймании в городке Дабашан. Действующим председателем «Патриотического союза Курдистана» (PUK) избран Косрата Расула Али. Выборы генерального секретаря партии состоятся на съезде PUK, который запланирован на 5 марта 2018 года.

Политические организации А. Оджалана и М. Барзани действуют не только в Турции и Ираке, но и на всей территории этнического Курдистана. Так, под прикрытием подконтрольного А. Оджалану «Союза общин Курдистана» (KCK) в Турции действует «Рабочая партия Курдистана» (PKK), в Сирии - партия «Демократический союз» (PYD), в Иране - «Партия свободной жизни в Курдистане» (PJAK), в Ираке - «Партия демократического решения для Курдистана» (PCDK).

М. Барзани контролирует деятельность «Демократической партии Курдистана» (KDP) в Ираке, а также оказывает огромное влияние на такие партии и организации, как «Демократическая партия Курдистан-Сирия» (KDPS) и «Курдская национальный совет Сирии» (KNC или ENKS) в Сирии, «Демократическая партия Иранского Курдистана» (PDKI или KDPI) в Иране и «Демократическая партия Курдистан-Турция» (PDK-T или PDK / Bakur) в Турции.

Боевые группы этих организаций в основном сосредоточены на границах Турции, Ирака и Сирии. Между ними довольно часто возникают разного рода конфликты и для их решения собираются международные конференции, в работе которых принимают участие лидеры курдских движений и партий со всего мира. Последняя такая конференция прошла в 2009 году, следующая должна была состояться в 2013 году в Эрбиле, но не состоялась из-за противоречий между А. Оджаланом и М. Барзани.

В 2013 году М. Барзани начал налаживать довольно тесное сотрудничество с будущим президентом Турции Р. Эрдоганом и встретился с ним в городе Диярбакыр, которое считается цитаделью «Рабочей партии Курдистана» (PKK). Немного ранее М. Барзани отказался от приглашения подконтрольной А. Оджалану «Партии мира и демократии» (BDP) прибыть на празднование курдского Нового года (Новруз), в связи с чем А. Оджалан обвинил М. Барзани в сговоре с Р. Эрдоганом .

Довольно напряженные отношения между А. Оджаланом и М. Барзани сохраняются и в Сирии. Последователи партии «Демократический союз» (PYD) желают видеть лидером всего региона А. Оджалана. Анкара всеми силами пытается помешать росту популярности А. Оджалана в Сирии и на все конференции «Сирийской национальной коалиции» приглашает исключительно представителей «Курдской национального совета Сирии» (KNC), подконтрольной М. Барзани.

Летом 2015 году в Сирийский Курдистан PYD провела ряд арестов членов подконтрольных М. Барзани KDPS и KNC, позже они все были освобождены. Причиной арестов стал новый этап противостояния между А. Оджаланом и М. Барзани. В частности, это было связано с тем, что PYD отказалась пускать на территорию Сирии отряды «пешмерга Рожава», которые были вооружены с помощью США и состояли из сирийских курдов. PYD настаивала на том, что они долгое время находились на территории Иракского Курдистана и в Сирию уже никакого отношения не имеют. На протяжении последних лет, к сожалению, имели место отдельные случаи недоразумений и даже вооруженных столкновений между подконтрольными А. Оджалану и М. Барзани отрядами PYD и «пешмерга».

***

Сейчас не будет лишним более детально рассмотреть ситуацию с курдами в странах их компактного проживания.

Ирак

Этнический Иракский Курдистан охватывает провинции (мухафазы) Эрбиль, Дохук, Сулеймания и Киркук, а также области Ханекин (мухафаз Действовала), Синджар и Махмур (мухафаз Нейнава), с территорией 80 тыс. Кв. км и общим населением около 6 млн человек, что составляет 1/6 территории и 1/4 населения всего Ирака. Непосредственно «Курдистанского регион» охватывает только три первых мухафазы с территорией в 38 тыс. Кв. км и населением 3500000 человек. Остальные территории находятся в ранге «спорных территорий», хотя предполагалось провести референдум в конце 2007 года с целью окончательного определения их принадлежности. Фактическое положение этих областей также двусмысленное, так что их нельзя точно назвать ни включенными в состав «Курдистанского региона», ни исключенными из него, а скорее - зависимыми от него территориями. На особом положении находится Киркук, где позиции курдских партий также достаточно прочные, но среди местного некурдського населения (арабов и туркменов) достаточно сильные антикурдской настроения.

Анкара с тревогой наблюдала за достижениями иракских курдов на севере Ирака в 1990-х и в начале 2000-х годов, опасаясь распространения этого процесса на курдскую меньшинство в Турции, а также распада самого Ирака. Впрочем, до 2007 года Иракский Курдистан, и в частности М. Барзани, превратился из врага в союзника Турции. Анкара получила возможность влиять на иракских курдов, в частности через свою широкую экономическое присутствие в регионе. Турция имела эффективный способ заблокировать любое движение Иракского Курдистана в направлении обретения независимости, а также была в состоянии привлечь KDP к борьбе против PKK. Референдум о независимости Иракского Курдистана, проведенный в сентябре 2017 года, однако вызвал напряжение в отношениях между правительством этого региона и Турцией, которая координировала с Ираном и Ираком ответ с целью помешать реализации курдских амбиций.

KDP и PKK являются основными соперниками за лидерство в курдском националистическом движении. PUK и движение Gorran есть ближе к PKK. Эти союзнические связи также экстраполируются на борьбу в Сирии. KDP выступает на стороне Турции в борьбе против курдского партии в Сирии «Демократический союз» (PYD) и ее боевого крыла «Отряды народной самообороны" (YPG). Зато, PUK и движение Gorran, которые являются более близкими к Ирану, поддерживают PYD / YPG.

***

Справка:

Сегодня на территории Иракского Курдистана действуют следующие курдские организации:

  • «Партия демократического решения для Курдистана» (Partî Çareserî Dîmukratî Kurdistan, PCDK или KDSP)
  • «Региональное правительство Курдистана» (Kurdistan Regional Government, KRG)
  • «Демократическая партия Курдистана» (Kurdistan Democratic Party, KDP)
  • «Патриотический союз Курдистана» (Patriotic Union of Kurdistan, PUK)
  • Партия / движение «За перемены» (Gorran)
  • «Совет безопасности Курдистана» (Kurdistan Region Security Council, KRSC)
  • «Силы самообороны Шангалы» (Yekîneyên Berxwedanа Şingal, YBŞ)
  • «Силы защиты Шангалы» (Hêza Parastina Şingal, HPŞ)
  • «Отряды женщин Езидистану» (Yekinêyen Jinên Êzidxan, YJÊ)
  • «Исламский союз Курдистана» (Kurdistan Islamic Union, KIU)

KDP активно боролась с режимом Саддама Хусейна и в 1991 году совместно с PUK подняла восстание, после чего была взята под контроль вся территория Иракского Курдистана. По итогам выборов KDP получила 51%, а PUK 49% голосов курдов. В 1994 году из-за разногласий во взглядах между партиями возник конфликт, который перерос в гражданскую войну, которая продолжалась до 1998 года. В результате войны территорию Иракского Курдистана были разделены на две части: северную, попала под контроль KDP, с центром в Эрбиле, и южную с центром в Сулеймании под контролем PUK.

На выборах 2005 года партии получили равное количество голосов, что стало поводом для их объединения. При поддержке М. Барзани Д. Талабани стал президентом Ирака, а сам М. Барзани становится президентом Иракского Курдистана. Однако, влияние партий сохраняется до сих пор на условно разделенных территориях. Там также представлены и интересы PKK через аффилированную с ней KDSP.

В Иракском Курдистане сегодня со всей коалиции Регионального правительства Курдистана (KRG) осталось две партии: «Демократическая партия Курдистана» (KDP) и «Патриотический союз Курдистана» (PUK). Региональное правительство было сформировано в 1991 году сразу после первой войны в Персидском заливе. Между партиями нет единства по многим вопросам, включая и вопрос проведения выборов курдского парламента. Лидер KDP Хосроя Горан выступает за их проведение 12 мая текущего года, одновременно с парламентскими выборами в Ираке. PUK (имеет 18 мест из 111 депутатов курдского парламента) настаивает на проведении выборов в сентябре 2018 года, через 4 месяца после общенациональных выборов.

Курдские партии Gorran (вторая по численности парламентская партия), «Исламский Союз Курдистана» (KIU) и «Исламская группа» (Komal) вышли из состава Регионального правительства Курдистана в конце декабря 2017 - начале января 2018 года. Лидер KIU Салахаддин Бахадин, во время пресс-конференции после объявления о выходе из состава правительства Курдистана, 16 января 2018 заявил, что он и его партия готовы к сотрудничеству с правительством, но «моральный долг» не позволяет этого сделать. «Отсутствие уважения между партиями делает работу правительства бесперспективной», - добавил он. Переговоры премьер-министра Курдистана Ничервана Барзани и его заместителя Кубада Талабани с лидером KIU результатов не имели.

На сегодня партии KDP (38 мест) и PUK (18) вместе с депутатами от христианской и туркменской меньшинств составляют большинство в парламенте Курдистана. Партии Gorran (23 места), Komal (6) и KIU (10) составляли официальную оппозицию в парламенте.

***

Иран

Иранский или Восточный Курдистан находится на северо-западе Ирана. Этнические курды составляют около 10% всего населения Ирана - 7 млн ​​человек. Условным столицей Иранского Курдистана считается город Мехабад. Курды населяют провинции (последний) Илам, Керманшах, Курдистан и Западный Азербайджан, а также прилегающие к ним районы последнего Хамадан и Зенджан. Курдские поселения также разбросаны практически по всем остальным последнего Ирана. Особенно большой район компактного расселения курдов лежит в последние лет Северный Хорасан, куда шах Аббас I в XVII в. расселял воинственные курдские племена для защиты от туркмен и Хивинского ханства.

Интеграционные процессы, происходившие в самом монархическом Иране, сказались и на характере межнациональных отношений. К свержению шахского режима в 1979 году определенное сближение национальностей, населявших страну, гарантировала политика иранского национализма. Она была направлена ​​на разрушение традиционных форм общественных отношений, на формирование социальной структуры и хозяйства, присущих капиталистическому обществу, распространение общеиранское форм культуры, внедрение персидского языка во все сферы жизни. На сегодня позиция Тегерана относительно курдов считается наиболее жесткой с позиций всех соседних с ним стран.

Турецкая «Партия прав и свобод» (HAK-PAR) в последнее время утверждает, что Тегеран принимает определенные меры с целью расколоть Иракский Курдистан и часть его обратить в свою базу. Для этого Иран широко использует шиитские вооруженные формирования, которые активно вели боевые действия в октябре прошлого года против курдов.

Интересно, что президент Ирана Хассан Роухани призвал Анкару прекратить военную операцию «Оливковая ветвь» в курдском кантоне Африн. Его резкое заявление с элементами угрозы объясняется обострением противоречий между двумя странами на территории Сирии. Дело в том, что параллельно с наступлением турецких войск в Сирии разворачивается наступление ирано-сирийских сил на Идлиб, где Турция имеет свой интерес. Вооруженные столкновения между отрядами протурецких сил с ирано-асадивськимы формированиями свидетельствуют, что ситуация становится все дальше напряженной и борьба за сферы и территории влияния все обостряется.

***

Справка:

В настоящее время в Иране действуют такие курдские партии и организации:

  • «Партия свободной жизни в Курдистане» (Partiya Jiyana Azad a Kurdistanê, PJAK)
  • «Самооборона Восточного Курдистана» (Yekîneyên Rojhilatê Kurdistan, YRK)
  • «Женские силы самообороны» (Hêzên Parastina Jinê, HPJ)
  • «Союз свободы и демократии Восточного Курдистана» (Doğu Kürdistan Özgürlük Örgütü, KODAR)
  • «Демократическая партия Иранского Курдистана» (Democratic Party of Iranian Kurdistan, PDKI или KDPI)
  • «Объединенная партия Иранского Курдистана» (Komala Party of Iranian Kurdistan, KOMALA)
  • «Партия свободы Курдистана» (Partiya Azadîya Kurdistan, PAK)

 

Часть 2. Закрыт ли вопрос о независимости Курдистана? 

Турция

Этнические курды составляют значительную часть населения Турции - около 18%. Курды живут на территории всей Турции, но большинство - на востоке и юго-востоке страны. Турецкое представление о безопасности сосредотачиваются на «Рабочей партии Курдистана» (PKK) и на подавлении любого движения курдов к автономии.

«Рабочая партия Курдистана» (PKK)

Справка: «Рабочая партия Курдистана» (курд. Partiya Karkeren Kurdistane - PKK, с 4 апреля 2002 называется «Конгресс свободы и демократии Курдистана», KADEK) - курдская политическая организация, созданная 27 ноября 1978 как марксистско-ленинская (с маоистским уклоном) подпольная группа. В 1978-1980 годах PKK отличилась, главным образом, акциями против курдских националистических партий ( ​​«реакционных» с ее точки зрения) и «феодалов» (представителей духовной и светской традиционных курдских элит), что породило подозрения относительно того, что партия создана турецкими спецслужбами . После военного переворота 1980 года в Турции почти все руководство партии были арестованы, но Оджалан по кличке «Апо» (курд. «Дядя») и ряда партийцев удалось бежать в Сирию, где их взяли под опеку сирийские спецслужбы. PKK создала свою штаб-квартиру в долине Бекаа (Ливан) и получила возможность тренироваться в лагерях Организации освобождения Палестины. Лозунгом партии было создание «единого, независимого, демократического Курдистана».

В 1984 году PKK объявляет войну правительству Турции. Первой боевой акцией PKK стал захват партизанскими отрядами 15 августа 1984 города Эрух, с этого времени организация ведет непрерывную вооруженную борьбу. PKK ориентируется преимущественно на партизанскую тактику ведения боевых действий. Боевые отряды партии участвуют в столкновениях с подразделениями турецких армии и полиции, стремятся контролировать населенные курдами города и деревни на территории юго-восточной Турции.

Военное противостояние между турецким государством и PKK привело к гибели более 40 000 человек и к вынужденному переселению еще сотен тысяч. Вооруженный конфликт сделал еще большей пропасть между курдами, с одной стороны, и турецким государством - с другой. Однако, около половины из пятнадцатимиллионных населения курдов, проживающих в Турции, особенно представители религиозной общины и интегрированные в турецкое общество рядовые курды, традиционно поддерживают правительство в Анкаре.

В 1990-х годах сторонники А. Оджалана имели уже многотысячную партизанскую армию под названием «Народная освободительная армия Курдистана» (Artêşa Rizgariya Gelê Kurdistan, ARGK) и разветвленные политические структуры, объединенные в «Фронт национального освобождения Курдистана» (Eniya Rizgariya Neteweyî ya Kurdistanê, ERNK). Армия состояла из профессиональных партизан, с хорошо оборудованными базами в труднодоступных высокогорных районах.

Политические структуры PKK жестко контролировали курдское общество как в самой Турции, так и в европейской диаспоре, собирая дань со всех курдских бизнесменов и жестко (вплоть до убийств) прекращая любое инакомыслие. В результате PKK располагала большой бюджет, который пускала в оборот через подконтрольных партии бизнесменов; акже сведения о причастности партии к торговле наркотиками. Основными боевыми целями были правительственные силы безопасности в Турции, но PKK была также активна и в Западной Европе, действуя против турецких объектов.

PKK нападала на турецкие дипломатические и коммерческие учреждения во многих странах Западной Европы в 1993 году и весной 1995 года. Пытаясь подорвать индустрию туризма Турции, PKK играла туристические объекты и похищала иностранных туристов; Впрочем, против туристической индустрии она действовала не часто и непоследовательно, а методы «слепого террора» с массовыми жертвами среди мирного населения партией не применялись.

Популярность PKK объясняется глубоким чувством курдского патриотизма и ощущением национального унижения и неравноправия курдов в Турции, однако при этом идеология и практика партии носят четко тоталитарный характер.

В 1998 году PKK потеряла поддержку со стороны Сирии, а вскоре после этого по приказу арестованного А. Оджалана прекратила боевые действия, однако в 2005-2006 годах боевые акции восстанавливались. При этом, основные лагеря PKK размещены в Иракском Курдистане и партия находится в неоднозначных отношениях с американскими военными и местными курдскими властями. В Иракском Курдистане существует мнение, что боевые акции, которые периодически возобновляются PKK в Турции, на самом деле является делом рук турецких спецслужб, чтобы иметь повод для ввода войск на территорию курдской автономии.

PKK отказалась от призывов создать независимую курдскую государство более десяти лет назад и сейчас стремится более широких культурных, языковых и политических прав. Языком самой PKK, эта «борьба» включает права женщин, права человека, охране окружающей среды и «демократическую автономию» - низовую форму правления, рассматривается в качестве модели для всего Ближнего Востока.

Легальная прокурдской «Демократическая партия народов» (HDP) является третьим по численности партией в парламенте Турции. Она также выступает за широкие культурные, языковые и политические права путем внесения соответствующих изменений в конституции государства.

Через политическую позицию HDP ее обвиняют в том, что партия является легальным фронтом PKK. С момента неудачной попытки военного переворота в Турции в июле 2016 были арестованы несколько депутатов HDP, более 80 мэров городов, которые были членами партии, отстранены от власти и заменены на лояльных к правительству чиновников, а тысячи членов HDP были арестованы.

Говоря об отношении Анкары к вопросу независимости курдов следует иметь в виду несколько фактов.

Во-первых, в последние годы Иракский Курдистан стал для Анкары важным экономическим партнером. Способствовали этому достаточно большие инвестиции турецкого бизнеса в курдскую автономию и энергетические потребности Турции, постоянно растут. В 2013 году между Турцией и Иракским Курдистаном было подписано соглашение о прямом экспорта углеводородов в Турцию без согласования с Багдадом, сильно его разозлило.

Во-вторых, желательно иметь в виду, что между «Рабочей партией Курдистана» (PKK) и «Демократической партией Курдистана» (KDP) М. Барзани существуют непреодолимые политические противоречия: PKK была создана турецкими марксистами, взгляды которых мало изменились и партия на данный момент остается «светской партией левого толка», а KDP как была, так и остается феодально-клановой структурой М. Барзани.

И PKK, и KDP являются соперниками и постоянно ведут борьбу за лидерство в курдском регионе, значительно обострилась с начала 2000-х годов. Обе партии создали свои дочерние организации, через которые они распространяют свое влияние на курдов во всем мире.

***

Сирия

В северной и северо-восточной части Сирии проживает 3,8-4 млн курдов, преимущественно курманджи (Kurmanji). «Сирийский Курдистан» - неофициальное название (обычно курды называют его «Западным Курдистаном»), которая также используется для территорий, заселенных курдами и связанных с Курдистаном.

В северо-восточной части страны курды заселяют большую часть провинции Хасеке. Главные города в этом регионе: Камышлы и аль-Хасеке. Другие регионы со значительным курдским населением - Айн-аль-Араб (Кобан) - в северной части Сирии в районе города Джераблус, а также город Африн и его окрестности вдоль турецкой границы. Условным столицей считается город Камышлы.

Многие курдов стремятся политической автономии для курдских населенных пунктов в Сирии, похожей на Иракский Курдистан в Ираке, или полной независимости в составе единой курдского государства. С начала гражданской войны в Сирии правительственные войска оставили большую часть заселенной курдами территории в результате чего образовался политический вакуум, который курды заполнили своим автономным управлением.

За всю историю курдского народа сирийские курды были наиболее бесправными и исторически так сложилось, что они также были самыми спокойными. С 1980-х до конца 1990-х годов PKK осуществляла свою деятельность с территории Сирии и Ливана при поддержке сирийского президента Хафеза Асада. Сирия выгнала со своей территории PKK в 1998 году после того, как Турция пригрозила ей вторжением. После этого между Анкарой и Дамаском налаживались отношения вплоть до 2011 года, когда в Сирии началась гражданская война и страна фактически развалилась на куски.

Турция поддерживала различные отряды сирийских повстанцев, сначала с целью свержения режима президента Башара Асада, а затем, чтобы вести борьбу против сирийских курдов и не позволить последним достичь независимости. Кроме того, немаловажное значение имеет попытки Анкары устранить опасность на своих границах с Сирией.

С началом гражданской войны сирийские курды получили несколько военных побед и основали три автономные районы. Партия «Демократический союз» (PYD) является самой влиятельной политической партией среди сирийских курдов. Ее основали в 2003 году по указанию турецкой PKK, которая хотела иметь светскую сестринскую организацию в Сирии. PYD имеет также вооруженное крыло - «Отряды народной самообороны" (YPG), которые тесно связаны с PKK. Они воюют в северной Сирии и их считают важным партнером коалиции во главе с США, которая продолжает бороться с ИД, о «полной победе» над которой Россия объявила несколько месяцев назад. YPG сейчас контролирует значительную часть сирийской границы с Турцией. Осенью 2014 года у битве за сирийский город Кобан бойцам YPG, которым авиаударами помогала международная коалиция, удалось выбить ИД из города.

Возглавляемые PYD и ее вооруженным крылом YPG сирийские курды не присоединившихся ни к Б. Асада, ни к исламистским повстанческих групп. Фактически они имели негласное взаимопонимание с режимом и сосредоточились на борьбе с исламистскими силами и о турецкими группировками. С тех пор, как в 2012 году силы сирийского режима покинули курдские районы, сирийские курды фактически создали автономную зону вдоль всей границы с Турцией. Тогда же была создана «Высший Совет курдов Сирии» (DBK), в состав которой вошла PYD, и «Курдская национальный совет Сирии» (KNC), созданная по указания М. Барзани.

Позиции курдов были укреплены Вашингтоном, который поддерживает «Сирийские демократические силы» (SDF), объединяющих арабские и курдские отряды, костяк которых составляют члены PYD. Сегодня силы SDF контролируют около четверти сирийской территории.

***

Примечание:

В января 2014 года курды объявили о создании на севере Сирии автономии под названием Рожава (Западный Курдистан). В ее состав вошли области (кантоны) Джазира, Кобан и Африн. До конца 2016 года курдам удалось провести ряд операций против ИД и объединить Кобан и Джазира, отдельно остался только Африн. Турция не могла позволить курдам создать на своих границах еще одно потенциально независимое курдское образования и в августе 2016 начала военную операцию «Щит Евфрата», которая продолжалась до марта 2017 года.

Власть в Дамаске ничего не могла противопоставить курдам, а Вашингтон открыл перед курдами возможность создания независимого от центральной власти Сирии курдской автономии. Таким образом, сирийские курды стали своего рода «заложниками ситуации», которую создали Турция и США в своей борьбе в Сирии.

В настоящее время в Сирии остается много последователей А. Оджалана, но главной целью сирийских курдов является достижение собственных интересов. Отдельные отряды PKK пытаются влиять на ситуацию и ведут борьбу против ИД на стороне PYD, но их основные силы и базы находятся на территории Иракского Курдистана.

К 2016 году Анкара не пренебрегала связями с сирийскими курдами, когда это было выгодно. Например, летом 2013 года один из лидеров PYD Салех Муслим посещал Стамбул, где встречался с представителями силовых структур Турции. В то время главной задачей Анкары было объединение сирийской оппозиции с целью свержения президента Б. Асада, и курды были их союзниками. Со временем ситуация изменилась и курды стали врагами, «угрожают национальным интересам» Турции.

 «Высший Совет курдов Сирии» (DBK) имела взять на себя функции временного правительства Сирийского Курдистана, однако из-за отсутствия единства и готовности к компромиссу ничего не сложилось. Дело в том, что она была ближе к оппозиции режиму и ни при каких условиях не шла на диалог с Б. Асадом, и благодаря этому стала постоянным членом женевского процесса. В свою очередь PYD, которая имела реальную власть и влияние на курдов, не смогла договориться относительно отдельного представительства сирийских курдов в одном из форматов переговоров о будущем Сирии. Вследствие этих разногласий PYD стала двойной мишенью для Турции - как потенциальный союзник Б. Асада и как идеологический союзник PKK.

На территории Сирии ведут активную деятельность такие партии и организации:

  • «Высший Совет курдов» (Desteya Bilind a Kurd, DBK)
  • Партия «Демократический союз» (Partiya Yekîtiya Demokrat, PYD)
  • «Курдская национальный совет Сирии» (Encûmena Niştimanî ya Kurdî li Sûriyê, KNC или ENKS)
  • «Отряды народной самообороны" (Yekîneyên Parastina Gel, YPG)
  • «Отряды женской самообороны» (Yekîneyên Parastina Jin, YPJ)
  • «Безопасность Рожавы» (Asayîş Rojava)
  • «Движение за демократическое общество» (Tevgera Civaka Demokratik, TEV-DEM)
  • «Демократическая партия Курдистан-Сирия» (Partiya Demokrat a Kurdistanê li Sûriyê, KDPS)
  • «Курдский фронт» (Jabhat al-Akrad)

Учитывая события последних недель можно с уверенностью заявить, что военно-политическая ситуация в Сирии в значительной степени изменилась. Рассмотрим эти события более подробно:

  1. Конференция в Сочи, которая была организована Россией с целью «достижения мира и единства» в Сирии, провалилась. Курды отказались участвовать в этом фарсе. Отказ сирийской «умеренной» оппозиции сделала эту конференцию абсолютно бесперспективной.
  2. Контингент США и отряды сирийских курдов 7-8 февраля 2018 нанесли катастрофических потерь подразделениям контингента РФ в Сирии, российским наемникам с ППК «Вагнер» и правительственным войскам Б. Асада в районе Дейр-эз-Зора. Сейчас наступление российско-сирийских сил за Евфрат практически невозможен. Более того, 9 февраля курды уничтожили опорную базу группы российских наемников «Карпаты», которые держали оборону плацдарма на левом берегу Евфрата, в поселке Тайбийя. Это может означать только одно: режим Б. Асада потерял ресурсные нефтяную и газовую базы, потому что они перешли в руки курдов. Кроме этого, Тегерану и Москве срочно нужно пересмотреть свою финансовую стратегию, потому что без их денежных инъекций Дамаск долго не продержится.

Вашингтон дал понять, что из Сирии не пойдет, по крайней мере в Восточной Сирии останется надолго. А это означает, что США могут создать любое курдское образование и никто им в этом не помешает. Принимать решения будут исключительно в Вашингтоне.

  1. 10 февраля на границе с Сирией был сбит боевой самолет израильских ВВС. В ответ Израиль мгновенно отреагировал и нанес несколько массированных авиационных ударов по системе сирийской ПВО в городах Алеппо, Тияс и Дамаск. Можно считать, что система ПВО Сирии перестала существовать. Кроме того, был нанесен удар по объектам инфраструктуры иранской разведки на территории Сирии.

***

Bыводы

Ситуация, сложившаяся в последнее время в курдских анклавах, требует объединения всех курдов под единым руководством объединенной политического совета основных курдских партий, учитывая опыт Иракского Курдистана и рекомендации руководства этого региона, в интересах всего курдского народа, в том числе, что проживает в Турции и Иране. Чрезвычайно важное значение приобретает централизованная координация стратегии и тактики всех четырех регионов Курдистана. Безусловно, лидером национально-освободительного движения должно стать Иракский Курдистан во главе с политическим руководством этого региона, но придать ему необходимой силы можно, только объединив усилия всех.

Курдские лидеры согласны с тем, что события 16 октября 2017, когда Ирак вернул под свой контроль Киркук и положил конец попыткам курдов создать независимое государство, кардинально изменили ситуацию. Так, говорят они, мы не сумели создать национальные вооруженные силы, которые подчинялась министру обороны, президенту, а не выполняли приказы своих партийных лидеров.

В настоящее время руководство курдов не имеет четкого плана на будущее. По заявлениям лидеров также не видно, сделали выводы из предыдущих неудач, особенно 2017 года. До сих пор лидеры партий и организаций пытаются обвинить других во всех бедах. Безусловно, наличие четкого плана и реальное объединение лидеров всех политических и военных сил курдов будут вдохновлять населения курдских анклавов на победу и достижения их цели: создание независимого курдского государства.

Курды должны прийти к пониманию того, что Запад взаимодействовал с ними по двум причинам.

Во-первых, борьба с ИД с помощью иракских и сирийских курдов значительно дешевле, чем применение своих сил. Именно поэтому в силу взаимной заинтересованности Курдистан стал центром интересов западных государств.

Во-вторых Курдистан за свое участие в борьбе с ИД требовал довольно мало от западных стран, и когда встал вопрос о поддержке референдума о независимости, надежды были так велики, что Запад не смог на них ответить. Запад не поддержал курдов.

Что курдам осталось делать? Сегодня курды должны вернуться в Багдад, чтобы снова подняться. Вернуться, чтобы укрепиться в Иракском Курдистане и в Ираке, выжить в Сирии. Создать условия для укрепления своих позиций в Турции и Иране и быть готовыми продолжать свою борьбу за независимость.

А пока правительство Ирака выразил свою готовность начать переговоры с Региональным правительством Иракского Курдистана. В своем ответе Багдад отмечает условиях, при которых сядет за стол переговоров с курдами:

  • передача правительству Ирака всех аэропортов;
  • передача под контроль правительственных сил всех контрольно-пропускных пунктов на границе;
  • передача всех нефтяных, газовых месторождений и других объектов добычи полезных ископаемых;
  • передача контроля над органами безопасности;
  • передача контроля над министерством «пешмерга» (Минобороны) Иракского Курдистана;
  • передача всех спорных территорий, остались;
  • отмена итогов референдума сентября 2017.

    Таким образом, сочетание конфликта интересов между курдами и Западом с внутренней политической дисфункцией оставило курдов в более опасном положении, чем когда-либо, а фактическое выполнение условий, которые выдвигает Багдад, приведет к полной ликвидации автономии Иракского Курдистана.

Премьер-министр Ирака Х. аль-Абаде во время встреч и переговоров с курдами неоднократно отмечал: «Заключите соглашение между собой, тогда и будем договариваться о будущем Иракского Курдистана».

Альтернативы единства нет!

 


Об авторе
[-]

Автор: Вадим Волохов

Источник: bintel.com.ua

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 15.04.2018. Просмотров: 28

Комментарии
[-]

Комментарии не добавлены

Ваши данные: *  
Имя:

Комментарий: *  
Прикрепить файл  
 


zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta