Как работает экономика Беларуси и какие санкции болезненны для режима президента Лукашенко

Содержание
[-]

*** 

Чего боится диктатор

«Новая газета»:Владислав Леонидович, насколько серьезным «наказанием» для Лукашенко будут нынешние европейские санкции против Белоруссии?

беларусский экономист Владислав Иноземцев: — Мне кажется, эти санкции очень серьезны. В Евросоюзе четко оценили «проступок» Лукашенко и филигранно ответили на него. В отношении России такого пока никто не вводил. В 2018 году, когда Запад реагировал на отравление Скрипалей, в Конгрессе США было принято решение о том, что во «вторую волну» санкций по этому делу включается и запрет на прямые полеты «Аэрофлота» в Америку. Но тогда Трамп не подписал второй санкционный пакет, и дело осталось пустой угрозой. Теперь европейцы сделали большой шаг вперед.

— А в чем здесь наказание именно для Лукашенко, для белорусского режима?

— С одной стороны, это подрывает в Белоруссии целую отрасль. С другой — это серьезнейший удар по большому количеству людей. И то, что против Белоруссии санкции так серьезны, что их к тому же ввели так быстро, может иметь далекоидущие последствия.

— Какие последствия? Как скажутся разорение авиакомпании и фактически запрет для граждан покидать страну на ситуации в Беларуси?

— Не думаю, что потери Беларуси именно от утраты авиакомпании будут какими-то гигантскими. Во-первых, «Белавиа» не умрет, во-вторых, большой прибыли она никогда не приносила. Но у них есть еще «Белаэронавигация», которая собирала порядка 70 миллионов долларов в год за пролеты над территорией страны. Трафик был большой, так как через Беларусь идут практически все авиационные грузовые потоки с Ближнего Востока в США. И достаточно большой объем пассажирских перевозок из Европы в Азию. Это чистая потеря, потому что летать, скорее всего, никто не будет.

Если Запад уж взялся за транспорт, так есть еще Белорусская железная дорога — тоже государственная. Есть достаточно большой объем перевозок между Россией и Беларусью. Около двух третей автомобильного транзита из Европы в Россию идут через Минск. И если вдруг дойдет до серьезных ограничений по всем видам перевозок, это будет сильный удар. Транспорт дает республике порядка 7% ВВП. Вокруг основной трассы в Беларуси построено много бизнесов, которые с нее тоже кормятся. Потеря всего этого стала бы сильным ударом для Беларуси. Это может быть ударом и по России. Если дальше потянуть эту ниточку, то потери будут и репутационные, и стратегические. По сути, у нас получается фактически железный занавес. Через Украину уже нет транзита — за исключением газа, через страны Балтии — там тоже постоянные конфликты.

— Когда я спрашивала об ущербе для Лукашенко, я имела в виду именно его и его режим. Те санкции, которые уже действуют, разве наказывают диктатора, а не обычных белорусов? Они ведь теперь совсем не смогут оттуда выбраться? Кого в итоге европейцы наказали?

— Наказали, безусловно, белорусов, и очень серьезно. Но если говорить о санкциях, то мы вынуждены быть циничны: санкции и созданы для того, чтобы в подсанкционной стране возбудить какое-то движение, чтобы народ стал оказывать давление на власть, подтолкнул ее к изменениям.

— Применительно к России я бы это еще могла понять. Но белорусов-то за что? Разве они недостаточно «толкали» свою власть? Они и так, бедные, не знают, что со своим Лукашенко делать.

— Это, кстати, хороший вопрос, до сих пор я его ни от кого не слышал. Наоборот, и на Западе, и в российской либеральной среде говорят: пусть там все будет хуже и хуже. Я тоже не понимаю, почему хуже и хуже должно быть белорусам, если в стране существует только один сумасшедший. Я не осуждаю никого в белорусской оппозиции, боже упаси. Это действительно героические люди, которые находятся в опасном положении. Но большой вопрос, стоит ли представителям той или иной страны вызывать санкционный огонь на себя. А белорусская оппозиция это делает очень активно, и уже обсуждаются новые волны санкций. Я подозреваю, что будет нанесен удар по госпредприятиям, Запад может перестать покупать их продукцию. Американские санкции против «Нафтана» уже вводились, в результате на предприятии упала переработка российской нефти. Думаю, сейчас могут быть введены санкции против Мозырского НПЗ, против «Беларуськалия» и так далее.

— И какой от этого будет эффект?

— Разный. Больше 50% нефтепереработки, например, уходит на экспорт в Европу. Но наверняка они будут гнать нефтепродукты обратно в Россию, а потом продавать уже от лица российских компаний.

— «Беларуськалий» — любимая игрушка Лукашенко. Могут ли его задеть всерьез санкции против этого предприятия?

— Это очень странная игрушка. Лукашенко рассказывает о ней разные сказки, якобы она стоит 30 миллиардов долларов. Хотя «Уралкалий», вполне прибыльная компания, стоит порядка двух миллиардов, выпуская продукции гораздо больше. Но «Беларуськалий» давно ушел с европейского рынка, главные покупатели у него — Индия, Бразилия и Китай. Так что ничего катастрофического не случится, если Европа закроется для белорусских удобрений.

— Может ли Россия как-то использовать ситуацию в своих отношениях с Западом?

— Я думаю, что сейчас начнется изнуряющая санкционная война. Беларусь, я бы сказал, в этой ситуации оказалась очень к месту. Посмотрите на последние решения саммита Евросоюза. Как говорили его участники еще задолго до встречи, они собирались изо всех сил прополоскать Россию, понять, как можно ее посильнее прижучить, как строить с нею отношения. В результате Россия просто стремительно исчезла из повестки, и все сосредоточились на Беларуси. Думаю, она стала просто потрясающим громоотводом. На ближайшее время это будет тема № 1. Причем это такая страна, что… Знаете, это как ставить опыты на лягушках. Значение Беларуси для европейской экономики близко к нулю, поэтому отрабатывать на ней какие-то санкции «массового поражения» можно без проблем.

— То есть опять это будет бить по белорусам. Их бил Лукашенко — а теперь, получается, «побьют» его противники.

— При этом самому Лукашенко и его прихвостням, которые за границей-то не были минимум лет десять, от этого ни холодно, ни жарко. Они будут и дальше испытывать терпение белорусов. И понятно, как они на все эти санкции ответят. На днях у них уже запретили трансляцию митингов, любую информацию о протестах, любую помощь людям с выплатой штрафов и так далее. В общем, продолжится подогревание запаянной консервной банки, а это всегда кончается плохо.

— «Банка» и так рванула в прошлом году.

— Но ее немного припаяли. Я был в Беларуси дважды весной и могу сказать, что там уже не ощущается ничего кризисного. Если бы Лукашенко сам не поднимал градус, то протестное настроение на какое-то время успокоилось бы. Ему лучше какое-то время посидеть тихо, но у него тормоза не работают. В компаниях люди абсолютно открыто говорят о правительстве в таких формулировках, что даже мне становилось немного не по себе, но при этом ничего не происходит. Это, думаю, последствия как раз того, что люди выговариваются, но на площади пока идти не собираются.

— В какой степени Белоруссия зависит от России, точнее, Лукашенко — от Путина?

— Зависит довольно сильно. Во-первых, он продолжает получать большие объемы денег от переработки российской нефти и реэкспорта нефтепродуктов. По этому году — где-то 19% бюджетных доходов. Это большая сумма. Общий бюджет Беларуси по доходам — приблизительно 9,5 миллиарда долларов, по расходам — где-то около 11 миллиардов. То есть просто закрыть Беларуси поставки российской нефти или заметно поднять — это было бы, наверное, очень радикальным шагом. Хотя Россия прошлой весной уже закрывала поставки, но как закрыла — так потом и открыла.

— Прошлой весной Лукашенко еще мог обратиться к Европе, пытался договориться о нефти с норвежцами. С лета эти пути для него закрыты.

— Он давно договаривался — и всегда безуспешно. С середины 2000-х по Минску ходили сказки, что он чуть ли не у Чавеса хотел закупать нефть, пришел один танкер — на этом все кончилось. Думаю, альтернативы российским поставкам у него никогда особой не было, а сейчас и подавно.

Второй момент связан с торговлей: на Россию приходится 55% импорта в Беларусь и где-то 48% экспорта. Продукция крупных белорусских предприятий, вроде МАЗа, БелАЗа или завода бытовой техники «Атлант», больше чем на 50% идет на экспорт в Россию, и эти предприятия контролируются государством. Закрытие российского рынка или его жесткие ограничения — это серьезный удар по белорусской экономике.

Здесь, правда, есть другая сторона вопроса, которую часто не рассматривают: если Лукашенко соберется идти ва-банк, он, конечно, может и сам объявить, что закрывает торговлю с Россией, выставляет таможню и так далее. Так он разрушит любимую игрушку Путина — Евразийский союз. Мне кажется, что здесь шантаж со стороны Лукашенко может быть успешным. Путин не хочет этой игрушки лишаться, а Белоруссия — важный игрок: в 2020 году чуть более 50% всей торговли в ЕврАзЭС — это была торговля между Россией и Белоруссией.

— У России ведь есть и другие инструменты, если она захочет как-то надавить на Лукашенко?

— Россия может, например, потребовать выплаты долгов, ограничить новые кредиты. В Беларуси финансовая ситуация аховая: огромное количество долгов в валюте, долларизация невероятная. Приблизительно 74% всех вкладов в белорусских банках — это вклады в валюте, и они примерно в четыре раза превышают валютные резервы нацбанка. Для сравнения: в российских банках вклады частных лиц в валюте — приблизительно 1/7 всех резервов ЦБ, а в Беларуси — это 4 резерва их ЦБ. И если эта пирамида начинает сыпаться, то она рушится полностью: реально забрать валюту из белорусских банков граждане не смогут. Так что Москва может поставить Лукашенко в очень неудобную позицию.

— Если захочет. А не похоже, что Москва хочет это сделать.

— Не похоже, это правда.

— А почему? Считается, что президенты Путин и Лукашеко друг друга недолюбливают. И если бы Путин хотел от Лукашенко избавиться, то разве сейчас не подходящий момент?

— Конечно, подходящий. Путин, предположим, объявляет, что осуждает действия Лукашенко, требует немедленного возвращения домой этой девушки — Софьи Сапеги, отменяет встречу в Сочи. Весь мир млеет. Встреча с Байденом проходит на ура. А Лукашенко сидит в своей берлоге один. Хорошо было бы всем, все были бы в восторге, кроме Лукашенко. Почему бы Путину не поставить его в такую позицию?

— И почему не поставить?

— У меня на этот вопрос нет ответа. Мы же с вами помним, что Лукашенко подарил нам нашу сегодняшнюю замечательную Конституцию. Он был категорически против объединения с Россией, которое решило бы проблему новых сроков Путина гораздо проще и легитимнее. Когда стало ясно, что эта стена непрошибаемая, все развернулось к варианту с конституционными поправками. Я думаю, Путин не был этому рад. Вариант был сложный, он вызвал в России сильную цепную реакцию, которая еще не закончилась. Вот мы считаем Путина сильным руководителем. Но разве это не позиция слабака, когда Лукашенко тобой, можно сказать, пол вытер, а ты даже не хочешь ответить, когда появилась возможность?

— Вы считаете, Россия и теперь поможет Лукашенко?

— Думаю, что поможет. Пока Россия, как факир, проглатывает все, что кинет ей Лукашенко, любую шпагу, любого ежа, любую гранату. Это, видимо, позиция. Будет ли она меняться — сложно прогнозировать. Я думаю, что Москва посмеивается, глядя на происходящее, и с интересом смотрит, до каких еще безумств Лукашенко опустится. Но в целом это все-таки позиция человека, который долго смотрит, как другой поскальзывается, но в последний момент руку-то подаст. У нас тут впечатление, что Белоруссия — это какая-то «черная дыра» и постоянная нахлебница…

Отчасти это верно, но не совсем. Мы не очень хорошо понимаем белорусскую экономику, а она устроена очень по-советски. Те же МАЗ, БелАЗ, то же белорусское сельское хозяйство — это страшно дотируемые предприятия. Их долги перед бюджетом никогда не будут выплачены. По сути, вся их экспансия на российский рынок, начиная от молочных продуктов и заканчивая холодильниками, обусловлена тем, что производителей постоянно дотируют из бюджета, поэтому в России их товары часто продаются ниже себестоимости.

— Да, в российских магазинах холодильники «Атлант» дешевле, чем в Минске.

— Так что какой-то возврат российских трансфертов существует, его не надо сбрасывать со счетов. То есть Россия дотирует Беларусь, но это настолько сложная схема, что мы не можем вычислить реальные объемы этих дотаций. Важно здесь другое: белорусская экономика очень отсталая. И технологически она не совершенствуется. Интегральный показатель технического прогресса — это энергоемкость, а белорусская экономика, по данным на 2019 год, потребляла столько же нефти, как в 2005-м, и чуть больше газа, чем тогда. За это время Украина на четверть сократила потребление нефти, а газа — больше чем вдвое. То есть в нормальной экономике появляются новые технологии, совершенствуется производство. В Беларуси этого вообще не происходит.

И финансово Беларусь — это очень запущенный случай. С 2005 года российский рубль упал примерно в 2,5 раза по отношению к доллару, а белорусский за это же время — в 10 раз. Это страна, которая выживает на постоянных девальвациях, за счет этого распродаются накопленные товарные запасы, которые рынок раньше не востребовал, народ сметает с полок продукты собственных предприятий. И вот так, от одной девальвации к другой, эта страна живет. В случае форс-мажора сегодняшняя Белоруссия обанкротится моментально.

— Это опять плохо для белорусов, которые реально вкалывают и что-то производят на тех самых «мазах» и «белазах». А Лукашенко-то что? Как на него повлияет вероятное банкротство страны?

— Конечно, саму страну и ее граждан невероятно жалко. Там действительно основная часть ВВП создается не какими-то природными богатствами, а постоянным упорным трудом людей. Более того, белорусы давно интегрируются в Европу. Если посмотреть на Россию, то это единственная страна, где сумма исходящих переводов от частных лиц год за годом остается выше, чем аналогичные поступления средств из-за границы. А Белоруссия — одна из тех стран, где граждане, выезжая работать, присылают деньги домой. И если в середине 2000-х это было порядка 200 миллионов долларов в год, то последние цифры — уже больше 1,2 миллиарда. Если не получается за границей, люди работают у себя дома, делают бизнес, создают новые отрасли — как это было с IT. И еще находят время, чтобы выходить на улицы за свободу. То есть с обществом в Белоруссии, как выяснилось, все очень неплохо.

— Индекс человеческого развития в Беларуси, по данным ООН, находится на отметке «очень высокий». Как в развитых странах.

— Я к таким показателям отношусь скептически, они построены на чисто формальных критериях: количество лет в образовательных учреждениях, доля лиц с высшим образованием в рабочей силе, количество врачей и так далее. Это все очень формально. Можно настрогать специалистов, которые не будут работать по специальности, это и у нас типичный случай. Расходы на здравоохранение в Беларуси — примерно 360 долларов на человека в год. Сравните: в Венгрии и Чехии — около 2000 долларов, в Германии — порядка 6000. Хотя врачей в Беларуси наверняка больше, чем в Германии. От такого рода критериев я бы остерегся, они мало о чем говорят.

— Как, по-вашему, могла бы развиваться Беларусь с каким-то другим правительством?

— Эта страна прекрасно расположена, она сидит на «золотой жиле». Россия все хочет стать мостом между Европой и Китаем, но она слишком большая для моста. А Беларусь — страна, которая имеет именно функцию «моста». Вы становитесь свободной экономической зоной, вы привлекаете европейских инвесторов, которые развивают сборочные предприятия. Для Белоруссии, на мой взгляд, это идеальный вариант: быть европейским сборочным цехом с выходом на российский рынок без таможни.

Представьте себе такой вариант: Лукашенко уходит, новый президент начинает искать ассоциации с Европой, отменяет налоги на европейские инвестиции, туда приходят компании. Белорусы начинают производить не креветку из озера Нарочь, а что-то реально хорошее. Какие-нибудь энергосберегающие лампы, полупроводники, компьютеры. На МАЗе собирают «Шкоду», на заводе «Атлант» — холодильники «Бош», и это все идет на российский рынок. А для России это чем плохо?

— Я никогда не пойму, чем это плохо для России, но в похожей ситуации Украина лишилась Крыма. Нашим соседям почему-то дорого обходятся попытки повернуться к Западу и развиваться независимо от нас.

— Оторвать от Белоруссии кусок? А смысл? Это наш ближайший союзник. Любые действия против Беларуси — это подрыв союзного государства, с которым мы носимся с 1999 года, это развал Евразийского союза, который мы кое-как сколотили после ухода Украины. Нет, Россия стерпит просто потому, что Беларусь ей нужна. Казахстан, вон, вообще смотрит в разные стороны, у него голова вертится, как флюгер. Они тоже не знают, откуда ждать проблем: тут Никонов пообещает отнять половину территории, а тут американцы стоят с их интересами в Средней Азии. Про Китай и его историю отношений с казахами вообще лучше и не вспоминать. И если вдруг события в Белоруссии начнут развиваться неожиданным образом, то и в Астане сильно подумают, стоит ли им оставаться в ЕврАзЭС. Это будет большое домино.

Да, Беларусь — член Таможенного союза и Союзного государства. Но никто ведь не запрещал Лукашенко подписывать соглашения с европейцами — даже оставаясь в Таможенном союзе и в составе Союзного государства. Строишь у себя китайский индустриальный парк — прекрасно. А почему ты не строишь европейский? Кооперируйся с Европой, а дальше предъявляй Путину счет. Иди в Евразийский союз, блокируйся там с Казахстаном, ставь всех ребят из Москвы в неудобные позы. Все возможно. Мне кажется, давление Белоруссии на Россию было бы сильнее, если бы она разворачивалась и в противоположную сторону.

— Примерно это Лукашенко и делал до прошлого лета. Когда ему не нравилось что-то в поведении России, он тут же изображал поворот на Запад, шантажировал Россию шашнями с Европой.

— Беда в том, что все его шашни были сугубо политическими, а не экономическими. И сигналы были очень слабыми. Вот если бы в Беларусь пришла компания «Интел» и построила самый крупный в Европе завод микрочипов, а потом они бы экспортировались по всему миру, это была бы сильная заявка. И такого рода вещей много можно было сделать.

— Вы сказали, что понимаете логику Лукашенко, который знает, что Россия не бросит «чемодан без ручки». А логику Путина вы понимаете? России-то зачем этот чемодан?

— Вот этой логики я не могу понять. Почему Россия не может поставить Лукашенко в неудобную позу и заменить его кем-то другом? У меня нет ответа на этот вопрос. Понятно, что Беларусь все равно от России будет зависеть. Недавно в Вашингтоне несколько организаций решили совместно написать программу для белорусского правительства. Не для оппозиции, а для любого правительства, которое там придет к власти. И первым пунктом значилось: ни в коем случае не разрывать отношения с Россией, ни в коем случае не пытаться уйти из Евразийского союза, иначе конец.

Мне кажется, что здесь есть некая чисто психологическая стычка человека коммерческого с безумным властолюбцем. Путин, несмотря на то что сидит у власти больше 20 лет, все-таки коммерсант. Мне кажется, что он любит деньги не меньше, чем власть. А Лукашенко любит только власть. В этом смысле Путин — человек, с которым можно договариваться. Он и люди вокруг него воспринимают страну как собственность, используют ее как собственность. Поэтому они не могут не понимать разговор о том, что собственность могут отнять, разрушить. Для них это важно. Белорусская власть делает, конечно, бизнес, но несопоставимый с российским. Лукашенко — маньяк, зацикленный на власти. Для него нормально выйти с автоматом к народу. Погибнуть, как Альенде. Ни Путин, ни кто-то из его друзей никогда до этого не дойдут.

Автор Ирина Тумакова, спецкор «Новой газеты»

https://novayagazeta.ru/articles/2021/05/27/chego-boitsia-diktator

***

Как крупнейшая авиакомпания Беларуси будет расплачиваться за поступки Александра Лукашенко

После того как 23 мая самолет ирландской авиакомпании Ryanair, летевший из Афин в Вильнюс, совершил вынужденную посадку в Минске, а затем были задержаны находившиеся на борту сооснователь оппозиционного Telegram-канала Nexta Роман Протасевич и его девушка, гражданка РФ София Сапега, власти множества стран выступили за бойкот белорусского воздушного пространства и запрет использования своих аэропортов минскими авиакомпаниями.

Такое положение дел напрямую бьет по государственной авиакомпании «Белавиа». «Новая газета» разобралась, в каком состоянии авиаперевозчик вступает в новые ограничения и каковы его перспективы в таких условиях. 26 мая борт «Белавиа», летевший в Барселону, вернулся в Минск. Самолет авиаперевозчика не пустили в воздушное пространство Польши, потому что по маршруту следования находилось воздушное пространство Франции, а Франция небо для «Белавиа» закрыла. Страны Евросоюза 24 мая во время европейского саммита приняли решение запретить белорусским авиакомпаниям использовать воздушное пространство и аэропорты европейских стран. Решение вступает в силу после утверждения в Совете ЕС. Великобритания также приостановила разрешение на выполнение полетов «Белавиа» и других белорусских авиаперевозчиков, включая чартерные компании. Похожее решение приняли и французские власти. После этих ограничений «Белавиа» отменила рейсы в Лондон и Париж до конца октября. Компания также прекращает полеты в Финляндию с 26 мая, а в Чехию — с 28 мая.

Авиасообщение между Беларусью и Украиной последняя прекратила с полуночи 26 мая. Секретарь Совета национальной безопасности и обороны Украины Алексей Данилов, который анонсировал это решение, отметил «наглость вызовов» белорусских властей. «Учитывая уровень опасности и наглости вызовов демократическим ценностям, которые создают своей деятельностью власти Беларуси в непосредственной близости от границ Украины, президент Владимир Зеленский инициировал решение о полном прекращении авиасообщения с Республикой Беларусь и перенаправлении всех авиарейсов в обход ее воздушного пространства», — сказал он.

В официальной группе «Белавиа» в социальной сети «ВКонтакте» авиакомпания разместила короткое видео с очень грустным маленьким белым самолетом с символикой перевозчика (это традиционный белорусский цветок василек; на сайте указано, что он с давних пор считается символом чистоты, приветливости и дружелюбия), который говорит, что хочет летать, и пост с ответами на самые популярные запросы пассажиров. Так, в сообщении есть сведения о том, какие рейсы уже отменили, как узнать состояние определенного рейса, а также о том, что пассажиры смогут вернуть либо обменять билет без штрафов в течение 12 месяцев с момента его приобретения — для этого нужно всего лишь обратиться по месту покупки авиабилета. «Нам жаль, что всем пришлось столкнуться с такой неопределенной ситуацией. Верим в лучшее», — написано в посте авиакомпании.

Наша справка: Авиакомпания «Белавиа» была основана 5 марта 1996 года. Размер ее флота составляет 30 активных бортов (Boeing 737-8; Boeing 737-800; Boeing 737-500; Boeing 737-300; Embraer 195-E2; Embraer 195; Embraer 175). У авиаперевозчика сейчас около 60 пунктов назначения в странах Европы, Азии и СНГ, из которых, по подсчетам «Новой газеты», из-за ситуации с Романом Протасевичем потеряна будет почти половина. В 2019 году компания расширила штат почти на сотню новых сотрудников; таким образом, их число составило более 1800 человек. 25 мая 2021 года белорусский блогер Антон Мотолько опубликовал в своем Telegram-канале документ, из которого следовало, что «Белавиа» сократит половину своих сотрудников после ограничений, введенных европейскими странами. В «Белавиа» подтвердили РБК, что компания вынуждена будет «оптимизировать численность штата», но массовых сокращений не ожидается.

«Белавиа» имеет 17 представительств в странах ближнего и дальнего зарубежья, является членом международной организации авиаперевозчиков IATA. В 2016 году было перевезено почти два с половиной миллиона пассажиров, что на 19% больше, чем годом ранее. Доля транзитных пассажиров на регулярных рейсах авиакомпании составила порядка 50%.

Исполнительный директор агентства «Авиапорт» Олег Пантелеев рассказал «Новой газете», что бизнес-модель авиакомпании «Белавиа» в силу специфики самой страны была изначально ориентирована на экспорт транспортных услуг: «Значительная часть пассажиропотока — это граждане России, которые отправляются к пункту назначения в Европе, прежде всего по тем направлениям, на которых недостаточная конкуренция российских перевозчиков, а также по некоторым закрытым или условно закрытым направлениям, таким как Украина или Грузия, куда напрямую российские авиакомпании не летают, сейчас еще Турция и Египет и так далее. Поэтому авиакомпания очень успешно эксплуатировала потенциал географического положения, и это дало ей в свое время мощный стимул к развитию. Действительно, «Белавиа» смогла стать крупным региональным игроком, успешным, прибыльным», — уверен Пантелеев.

По его словам, сейчас у компании «отвалился» огромный сегмент бизнеса, связанный с полетами в целый ряд пунктов назначения, которые были востребованы для российской аудитории. «Естественно, транзитный потенциал — это не единственная составляющая в бизнесе компании, «Белавиа» обслуживает, например, и полеты граждан республики, в том числе — в места массового отдыха, не только из самого Минска, поэтому определенная часть бизнеса у авиакомпании сохранится. Но сокращение транзитного потенциала, соответственно, снизит и объем, выражаясь образно, входящего трафика из России. То есть если нет возможности продолжить полет дальше, то люди особо никуда и не полетят», — говорит эксперт. По сведениям Евроконтроля, чаще всего авиационное пространство Беларуси пересекают «Белавиа», «Аэрофлот» и «Турецкие авиалинии» (эти данные учитывают только направления внутри Европы или из пунктов в Европе куда-то еще), пишет BBC. По данным ведомства, через пространство страны пролетает 339 рейсов только на этих направлениях.

Серьезных судебных претензий к «Белавиа» ни в белорусской, ни в российской юрисдикции «Новой газете» найти не удалось. «Белавиа» становилась участницей публичных скандалов всего несколько раз. Так, 22 октября 2016 года в киевский аэропорт Жуляны вынужден был вернуться Boeing 737-800, следовавший по маршруту Киев — Минск. На его борту находилось 136 пассажиров, в том числе одиозный активист «Антимайдана» Армен Мартиросян.

Позже МИД Беларуси опубликовал стенограмму, согласно которой украинский диспетчер угрожал экипажу применением боевой авиации, но в Службе безопасности Украины (СБУ) эту информацию отрицали. Как заявлял СМИ сам Мартиросян, СБУ искала некий накопитель информации. Найти флешку якобы так и не удалось, и после допроса активиста отпустили. После этого случая разворота в небе до процесса дело так и не дошло — украинская и белорусская стороны договорились об урегулировании претензий в досудебном порядке. Сам Мартиросян имел претензии к властям Украины, в частности к СБУ, но не к авиакомпании.

Менее приятный след в публичном поле оставила история с уволенной сотрудницей «Белавиа» Надеждой Букатая, которая работала инспектором группы розыска багажа в Национальном аэропорту Минск. В феврале 2021 года девушка рассказала белорусскому изданию «Солидарность» о том, как после видеообращения «против произвола властей» (имелись в виду события в Беларуси лета 2020 года, когда из-за несогласия с результатами президентских выборов большое число людей вышло на улицы страны, после чего происходили массовые задержания, столкновения и проч. — Ред.) ее вызывали на разговор, а потом уволили и отправили на 15 суток на Окрестина и в Жодино (следственные изоляторы Минска. — Ред.).

***

15 августа 2016 года авиакомпания провела ребрендинг, который разрабатывался на протяжении полутора лет. Для пассажиров прошлая ливрея «Белавиа» (темно-синий и красный цвета, а также флаг республики) ассоциируется с авиакомпаниями советского времени, что накладывает отпечаток на образ белорусского авиаперевозчика. Главным новым элементом «Белавиа» теперь выступает упомянутый уже василек.

Пытаясь привлечь еще большую аудиторию, 29 июля 2016 года авиакомпания представила воздушное судно Boeing 737-300 в ливрее популярной белорусской интернет-игры World of Tanks: фюзеляж самолета стал черным, а крылья — оранжевыми. В задней части борта был помещен оранжевый орнамент в белорусском стиле, выполненный в форме танка Т-34, а сбоку — надписи: «Игра из Беларуси, в которую играет весь мир». На хвосте — все тот же василек, только белый. Для Беларуси это был первый случай коммерческого брендирования самолета. 12 декабря 2018 года в аэропорту Минска приземлился самолет Embraer ERJ-195LR, брендированный для компании Wargaming. Интерьер салона также был брендирован в стиле игры World of Tanks, а приветствие на борту — стилизовано под игру.

***

В феврале 2021 года генеральным директором авиакомпании «Белавиа» был назначен Игорь Чергинец, который ранее занимал должность заместителя генерального директора по маркетингу и внешнеэкономической деятельности и вообще всю жизнь проработал в «Белавиа» — буквально с момента ее основания в марте 1996 года.

«Прежде всего хочу отметить, что все традиции, существующие в «Белавиа», останутся неизменными. Они были выработаны на протяжении многих лет и крепко обосновались в жизни компании. Тем не менее мы будем уделять особое внимание дальнейшей цифровизации и стремиться к внедрению передовых мировых практик. Мы планируем обновлять флот за счет новейшего поколения Embraer 195-E2, ведем подготовку по приобретению самого современного Boeing 737-8. До конца текущего года мы планируем прекратить эксплуатацию Boeing Classic. Несомненно, модернизация воздушного парка будет способствовать расширению сети маршрутов, открытию новых направлений и увеличению пассажиропотока. Я также уверен, что для эффективной эксплуатации современной техники необходимо и дальше уделять особое внимание подготовке кадров авиакомпании, развитию авиационного отряда, авиационно-технической базы, службы бортпроводников и других служб и отделов», — заявлял тогда Игорь Чергинец.

Он сменил на этом посту Анатолия Гусарова, посвятившего авиакомпании больше 25 лет. «Белавиа» навсегда останется одним из самых значимых и теплых этапов в моей жизни. 25 лет мы вместе строили компанию: внедряли новые услуги, открывали новые направления, модернизировали флот, помогали людям встречаться со своими близкими и открывать для себя новые страны, меняли жизни людей. Сотрудники «Белавиа» являются примером того, что в этом мире нет ничего невозможного, когда рядом такая команда», — говорил Анатолий Гусаров.

Собеседники «Новой» в российской авиаотрасли характеризуют обоих руководителей комплиментарно, а также отмечают, что в феврале Чергинец был настроен очень оптимистично относительно развития бизнеса и ждал получения новых бортов для перевозок. Исполнительный директор агентства «Авиапорт» Олег Пантелеев отмечает, что кризис в мировой гражданской авиации, связанный с коронавирусом, значительно ограничил объем международных полетов. «Поэтому по понятным причинам и «Белавиа» вошла в сегодняшнюю ситуацию, с одной стороны, максимально ужавшись, хотя, с другой стороны, налицо были признаки восстановления рынка перевозок более динамичного, чем по Европе, и это дало возможность авиакомпании оптимистично оценивать ситуацию и буквально в считаные недели и месяцы получить даже несколько новых самолетов от производителей», — резюмирует он. Во время подготовки материала ни Чергинец, ни Гусаров на звонки и сообщения корреспондента «Новой газеты» так и не ответили.

***

Как пишет Bloomberg, по оценке директора консалтинговой компании Friendly Avia Support Олександра Ланецкого, после запрета на полеты над Беларусью для европейских авиакомпаний страна может лишиться до половины сборов за авиатранзит. Также, по его мнению, «Белавиа» может потерять половину своей выручки, которая в 2020 году составила 210 миллионов долларов.

Исполнительный директор агентства «Авиапорт» Олег Пантелеев напоминает, что подобного рода ситуации, насколько бы вопиющей эта ни была, с точки зрения мировой практики — это не первый прецедент. В 2017 году ряд арабских стран — Саудовская Аравия, ОАЭ, Ливия, Египет — объявили бойкот Катару. «Авиакомпания Qatar Airways, чья бизнес-модель еще больше зависит от транзита, оказалась в изоляции, потому что значительная часть ее маршрутов естественным образом проходила через воздушное пространство ближайших соседей. И для перевозчика оставалась лишь относительно узкая полоска в нейтральных водах над Персидским заливом, которая продолжала позволять выполнять полеты.

Авиакомпания потеряла не менее 7% трафика и была вынуждена отказаться от порядка 19 направлений, открыв взамен 14 новых. В нынешней ситуации перед «Белавиа» встанет вопрос о поиске новых маршрутов.

Сохраняющиеся хорошие отношения с Россией в принципе позволили бы открыть еще какие-то пункты назначения в России, но для россиян полеты в Минск без продолжения куда бы то ни было менее интересны», — говорит Пантелеев. По мнению эксперта, бесконечно долго такая ситуация длиться не может. «Все понимают, что Республика Беларусь не является частью Евросоюза и сохранит приверженность традиционной модели, когда есть национальный перевозчик. Это в Европе есть прецеденты, когда национального перевозчика продают Lufthansa и страна остается без своей собственной авиакомпании. Беларусь найдет, очевидно, какие-то меры поддержки для возможности сохранить авиакомпанию, хотя, конечно, не без потерь с точки зрения количества занятых и парка воздушных судов. До кризиса авиакомпания «Белавиа» была стабильно прибыльной и была успешным и весомым налогоплательщиком. Сохранить в тяжелых условиях курицу, которая способна нести золотые яйца, — разумный подход. И было бы логично, если бы правительство прямо или косвенно поддержало авиакомпанию», — считает Пантелеев.

Автор Александра Джорджевич, редактор отдела расследований,

При участии Дениса Короткова

https://novayagazeta.ru/articles/2021/05/27/belavia-v-prolete

***

Приложение. Останется ли Беларусь "Кремниевой долиной Восточной Европы"?

Долгое время власти Беларуси гордились имиджем передовой IT-страны, но политический кризис поставил под вопрос будущее и белорусских айтишников. Многие уезжают из страны. Подробнее - у DW.

Еще недавно успехи белорусской IT-индустрии гремели на весь мир. О Беларуси писали, как о "Кремниевой долине Восточной Европы". Однако политический кризис, который начался в Беларуси в августе 2020 года после президентских выборов, затронул практически все сферы и отрасли страны, не обошел стороной и IT-бизнес. Многие айтишники выступили против насилия, помогали пострадавшим от репрессий, протестовали, а осенью активно заговорили о релокации бизнеса из Беларуси. Как обстоят дела с IT-сектором в Беларуси сегодня?

Оптимизма в белорусском IT больше нет

"IT-индустрия - практически единственный толковый драйвер роста нашей экономики, на который до 2020 года ориентировались все остальные отрасли. Но после событий августа оптимизм сменился пессимизмом", - говорит глава объединения инвесторов Angels Band в Беларуси Валерий Остринский. Главной причиной такой ситуации инвестор называет начало протестов в Беларуси, когда итоги выборов были сфальсифицированы, силовики избивали и задерживали протестующих, а власти на три дня оставили страну без интернета.

Но в целом, по словам Остринского, нельзя сказать, что в отрасли все остановилось. "Проекты и стартапы все равно появляются, хотя такого информационного освещения как раньше нет, оффлайн-мероприятий - тоже, они раньше были в хабе "Имагуру", который власти закрыли. Мы видим также, что многие проекты просто не аффилируются с Беларусью с позиций резидентства и переводятся в другие страны", - поясняет инвестор.

Аналитик Центра экономических исследований BEROC Анна Огинская описывает нынешнее состояние отрасли как выжидательное. "Мы не можем сказать, что есть резкое падение - в Парк высоких технологий все равно просятся новые члены, а по результатам 2020 года экономические показатели не слишком упали". По словам экономиста, IT-компании пытаются снизить риски, открывая офисы за рубежом: "Потихоньку мы будем видеть отток кадров и центров прибыли из Беларуси".

Вместе с тем, несмотря на весь пессимизм экспертов, согласно новым данным, в 2020 году IT-бизнес отчислил самые большие налоги в бюджет за последние несколько лет. "Мировой рост IT - это глобальный тренд, технологические проекты развиваются даже в Беларуси, несмотря на проблемы. Но если бы не было политического кризиса, выручка бизнеса была бы еще большей", - поясняет Валерий Остринский.

IT-бизнес планирует релокацию, но многие остаются

Наиболее активно о релокации бизнеса белорусские айтишники заговорили осенью, когда ситуация стала опасной и для самого IT - в сентябре власти возбудили уголовное дело против IT-компании PandaDoc, а в белорусском офисе "Яндекса" прошли обыски. Сообщалось, что сразу 12 фирм занялись переездом.

Сейчас, спустя 9 месяцев после начала протестов, оценить масштабы потерь белорусского IT-бизнеса довольно трудно, ведь точной статистики нет, говорит IT-бизнесмен Кирилл Голуб: "В моем окружении уехало 60% айтишников - как рядовые программисты, так и предприниматели. Тем, кто хочет уехать, такие возможности предлагают, компании поддерживают релокацию, хотя не всегда готовы за это платить и компенсировать снижение уровня жизни".

Ссылаясь на недавнее исследование BEROC, экономист Огинская говорит, что по опросам 48,6% допускают возможность или уже реализуют хотя бы один из видов релокации во имя сохранения прибыли и безопасности сотрудников - будь то перевод ведущих специалистов или полная релокация. "Впрочем, это не означает, что они это сделали или сделают, - добавляет она. - Пока говорить о массовой релокации нельзя".

Предприниматель Кирилл Голуб с сожалением отмечает, что у белорусских IT-бизнесменов в основном доминирует прагматичный и меркантильный подход - если сохранение операционки в Беларуси позволяет экономить, то айтишники остаются в стране. "Для честного человека есть только два пути - уехать, чтобы не поддерживать происходящее деньгами, или сражаться за изменение ситуации и со стопроцентной вероятностью пострадать. Делать вид, что все по-прежнему, могут только люди без совести", - говорит Голуб, который сам недавно уехал из страны.

Резидентам Парка высоких технологий подняли налоги

Причиной, почему не все бизнесы из-за августовских событий решили релоцироваться, вероятно, являются довольно привлекательные условия Парка высоких технологий. В конце 2017 года Александр Лукашенко подписал Декрет о цифровой экономике, который стал поистине революционным - легализовал блокчейн и продлил налоговые льготы для резидентов ПВТ. Правда, протесты айтишников даром не прошли: с начала 2021 года подоходный налог для ПВТ повысили с 9% до 13% как у всех.

Один из авторов декрета, адвокат из юридической фирмы "Алейников и партнеры" Денис Алейников говорит, что декрет остается революционным и навсегда вписан в историю Беларуси: "Мы стали страной-пионером в регионе - это важное достижение декрета. При этом мы получили значительный экономический эффект, ничто в то время не росло, как ПВТ".

Что касается повышения налогов Алейников признает, что с точки зрения инвест-имиджа страны, это был не лучший шаг властей. "Но экономически повышение налогов не является существенным для большинства резидентов ПВТ. Среди стран Восточной Европы наши условия все равно самые лучшие". С этим мнением согласен и Кирилл Голуб: "Изменение подоходного налога могут почувствовать только те компании, у который низкая маржинальность, а таких бизнесов в Беларуси немного".

Но, как говорит член Координационного совета, IT-бизнесмен Максим Богерцов, сегодняшние и будущие резиденты ПВТ должны задуматься, стоят ли того льготы, учитывая уголовное преследование информационного портала Tut.by якобы за неуплату налогов из-за пользования привилегиями ПВТ. "Это не первый и не десятый звоночек. Те, что остались тут работать, понимают риски, а те, у кого была возможность, давно не пользуются белорусской юрисдикцией и не открывают тут бизнесов", - говорит предприниматель.

Политический кризис ставит под вопрос будущее IT-отрасли

Эксперты констатируют, что после августовских событий отношения между властью и IT-бизнесом кардинально изменились: айтишники перестали быть любимчиками. "IT уходит с официальной повестки, все больше новостей о пересмотре тех или иных условий", - отмечает Анна Огинская.

По мнению Остринского, власть утратила иллюзию лояльности - мол, мы здесь создали райские условия, и айтишники будут от этого счастливы. "Но я не считаю, что у властей сейчас полностью фокус на уничтожение, - добавляет он. - IT это серьезный фактор для экономики и в целом для молодежи - оставаться в стране или нет, ведь хорошую работу сейчас связывают только с IT".

Однако будущее отрасли в сложившихся условиях видится не очень радужным. "Инвесторы обеспокоены правовыми рамками своей деятельности. Если они видят, что право, как таковое, не работает и возможно одностороннее расторжение договоренности - это ставит под вопрос дальнейшие инвестиции и существование бизнеса в Беларуси", - резюмирует экономист Огинская.

Автор Богдана Александровская

https://p.dw.com/p/3tik0


Об авторе
[-]

Автор: Ирина Тумакова, Александра Джорджевич, Денис Коротков, Богдана Александровская

Источник: novayagazeta.ru

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 28.05.2021. Просмотров: 50

zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta