Исторический опыт и новаторство в китайской политике в условиях современных геополитических изменений. Часть 2. Внешняя политика

Содержание
[-]

Особенности внешней политики Китая в новых геополитических условиях

Проявление мудрости Конфуция можно отыскать и в современных подходах Китая к ведению внешней политики, которая направлена на усиление роли КНР в международных отношениях.

Так, модернизируя и адаптируя сегодняшние реалии, но не изменяя при этом их первоначальной сущности, китайское руководство придерживается принципов ведения внешней политики, выработанных за долгую историю Китая. К основным из таких принципов следует отнести:

  • национальные интересы имеют приоритет по сравнению с любыми другими внешнеполитическими проблемами (своеобразный «китаецентризм»);
  • внешнеполитические задачи решаются последовательно и целенаправленно;
  • отсутствуют временные ограничения для решения стратегических задач внешней политики;
  • международное сотрудничество развивается за счет адаптации национальных интересов к местным законам и традициям, благодаря чему предотвращаются конфликты;
  • применяется экономическое и социокультурное «абсорбирование» народов, привлеченных к сотрудничеству с Китаем;
  • поощряется эмиграция китайцев.

Эти принципы учитывались с самого начала китайских реформ. Не исключено, что именно поэтому Дэн Сяопин сделал единственно правильный выбор, приступив к развитию сотрудничества с развитыми странами, вместо того, чтобы укреплять связи с бывшим СССР. Как следствие, Китай получил возможность наладить прагматичные отношения с большей частью мира и создать условия для своего экономического развития.

Избегая каких-либо конфликтов в течение последних более, чем тридцати лет, и пытаясь интенсивно развиваться экономически, Китай сумел выстроить прагматичные отношения со многими странами. Укрепление его международных позиций предопределило активизацию деятельности по обеспечению стабильного развития мировой экономики в условиях усиливающейся на Западе турбулентности.

Для того, чтобы реализовать национальные стратегические интересы, официальный Пекин активизировал свою деятельность на международных площадках, а также активно развивает прагматичные отношения с мировыми «центрами силы».

Использование Китаем этих площадок предполагает деятельность по ряду направлений, к основным из которых следует отнести:

  • участие в формировании международной повестки экономического развития;
  • формирование у иностранных партнеров отношения к Китаю как к надежному мировому лидеру;
  • расширение многостороннего сотрудничества КНР со странами Европы и Азии;
  • укрепление региональной стабильности при помощи Шанхайской организации сотрудничества.

Участвуя в формировании международной повестки экономического развития, Китай использует возможности «Большой двадцатки» (G20). В рамках своего председательства в этой организации китайская сторона выступила на саммите G20 4–5 сентября 2016 года в г. Ханчжоу с инициативой создать условия для устойчивого глобального экономического роста. Как известно, инициатива Китая заключалась в призыве международного сообщества к строительству в призыве международного сообщества к строительству инновационной, здоровой, взаимосвязанной и инклюзивной мировой экономики. Формирование такого подхода к развитию мировой экономики позволит увеличить долю развивающихся стран в глобальных цепочках добавленной стоимости, а самому Китаю — занять позицию лидера среди развивающихся стран.

Инициатива китайской стороны была учтена при организации неформальной встречи министров иностранных дел стран «Большой двадцатки» 16–17 февраля 2017 года в Бонне (ФРГ). В частности, там обсуждалась роль внешней политики в противодействии глобальным вызовам, а также возможность построения мирного и справедливого мирового порядка. О том, что ФРГ, как государство, возглавившее организацию G20 после КНР, уделяет особое внимание китайским инициативам можно судить по переговорам между министрами иностранных дел ФРГ З. Габриэлем и КНР Вана И. Эту встречу следует расценивать как очередной этап развития китайско-немецкого стратегического партнерства. Необходимо отметить, что дальнейшее сотрудничество между КНР и ФРГ зависит от предоставления немецкому бизнесу равных с китайскими предпринимателями прав на рынке Китая. В ходе переговоров З. Габриэль акцентировал на этом внимание китайской стороны.

При формировании у иностранных партнеров отношения к Китаю как к надежному мировому лидеру Пекин демонстрирует свое желание и далее развивать мировое сотрудничество. Открывая международный экономический форум в Давосе, который 17–20 января 2017 года проходил под лозунгом «Отзывчивое и ответственное лидерство», Си Цзиньпин активно выступил в защиту глобализации, назвав при этом основными причинами кризисных явлений в мире непродуманную внешнюю политику ведущих стран.

В целом, выступление китайского лидера на форуме демонстрирует, что Пекин жизненно заинтересован в необратимости глобализации, развитию которой угрожают политические популисты на Западе, чьи позиции сегодня заметно усиливаются. Потенциальная возможность ослабления экономических связей вследствие сосредоточения США и странами ЕС своих усилий на решении внутренних проблем, способна разрушить позитивную динамику развития китайской экономики, структура которой сориентирована на внешнее потребление.

Кроме того, выступление Си Цзиньпина против протекционизма и каких-либо ограничений в международной торговле свидетельствует о намерениях КНР продолжить активное сотрудничество с западными странами и «проникать» в их экономику с целью расширения возможностей своего развития. Заявление китайского лидера в Давосе стало закономерным шагом в деле реализации инициативы по «строительству инновационной, здоровой, взаимосвязанной и инклюзивной мировой экономики», с которой Пекин выступил на саммите G20 в Ханчжоу в 2016 году. Такими мерами Китай стремится обеспечить деятельность национальной экономики за рамками стадии производства в «глобальных цепочках добавленной стоимости», занимая новые места в предпроизводственных и послепроизводственных стадиях. Также участие Си Цзиньпина в форуме должно было продемонстрировать неослабевающую заинтересованность КНР в иностранных инвестициях, прежде всего для развития высоких технологий, а также возможности самих китайцев по инвестированию экономики иностранных государств. Исходя из деятельности китайской делегации на форуме в Давосе, можно утверждать, что участники форума заинтересовались Пекином, как потенциальным инвестором. Фактически, формат и тематика встреч Председателя КНР могут расцениваться как демонстрация амбициозных намерений Китая стать одним из лидеров глобальных экономических процессов.

В свою очередь, Китай смягчает ограничения на допуск на свой фондовый рынок фирм с иностранным капиталом, которым разрешается выпускать ценные бумаги на территории КНР. В докладе о работе правительства КНР, подготовленном перед 5-й сессией Всекитайского собрания народных представителей 12-го созыва (проводилась в марте 2017 года), была высказана поддержка введения административных процедур для иностранных инвестиций (зарегистрированных в стране компаний) и разрешения зарубежным фирмам выпускать облигации и принимать участие в научно-технических программах и инфраструктурных проектах.

Один пояс — один путь

Для расширения многостороннего сотрудничества со странами Европы и Азии КНР в полном объеме использует китайскую геоэкономическую инициативу «Один пояс — один путь». Концепция реализации этой инициативы была впервые представлена Си Цзиньпином в ходе его посещения стран Центральной Азии, а также Индонезии в 2013 году. Инициативой предполагается развитие экономических и культурных связей между развивающимися и развитыми государствами Евразии, создание условий для интеграции стран с развивающейся экономикой в глобальные производственные связи. Попутно Китай укрепляет культурные связи с теми странами, которые приглашены к реализации проекта «Один пояс — один путь», что дает возможность избегать каких-либо спорных вопросов во взаимоотношениях.

За время, которое прошло после обнародования инициативы, около 40 стран подписали соглашение с КНР о сотрудничестве на основе полного консенсуса. Всего же о своем участии заявили более 100 стран и международных организаций.

Очередным этапом в деле реализации инициативы стал форум «Один пояс — один путь», который прошел в Пекине 14–15 мая 2017 года и собрал около 1500 представителей из 130 стран, в том числе 29 глав иностранных государств. Такое количество участников форума продемонстрировало высокую эффективность применения сегодняшним руководством Китая принципов ведения внешней политики, которых придерживались китайские лидеры в далеком прошлом. Открывая форум, Председатель КНР Си Цзиньпин говорил о стремлении способствовать созданию «…новой модели международного взаимовыгодного сотрудничества», при которой Китай не будет вмешиваться «…во внутренние дела других государств». По заявлению китайского лидера, «страны должны уважать суверенитет, территориальную целостность, особенности социального развития, коренные интересы и озабоченности друг друга». Демонстрация отсутствия притязаний вместе с огромным экономическим потенциалом обеспечили китайской инициативе серьезное международное внимание.

Исходя из этого, на форуме была предпринята попытка найти возможные варианты согласования концепции инициативы «Один пояс — один путь» с действиями каждой из стран-участников, которые предпринимаются для развития национальных экономик. Участники также обсудили условия, необходимые для активизации интеграционных процессов, парламентского сотрудничества и взаимодействия в вопросах борьбы с экстремизмом. Состоялся обмен мнениями о возможности сопряжения национальных экономик с точки зрения объединения элементов местной инфраструктуры, устранения препятствий для торговых потоков и т. п. Важным элементом встречи стало проведение круглого стола с участием глав государств-участников форума.

Программа форума подчеркнула намерение Китая сделать устойчивым развитие интеграционных процессов в регионе Юго-Восточной и Центральной Азии на фоне «таймаута» западных стран в вопросах глобализации. Пекин также уделил особое внимание развитию международных контактов в перспективных и наукоемких отраслях экономики, не забывая при этом о решении среднесрочных проектов, в которых заинтересованы китайские производители. Развитие сотрудничества в инновационной сфере с китайской стороны будет заключаться в составлении плана действий по проведению научно-технических разработок, создании совместных лабораторий и научно-технических парков. Одновременно Китай будет развивать взаимовыгодное торгово-экономическое партнерство с участниками инициативы «Один пояс — один путь».

Поддержка Китаем инициативы «Один пояс — один путь»

Для реализации своих намерений в рамках инициативы Китай готов выделить немалые средства. Так, китайская сторона заявила о следующих планах:

  • увеличить финансирование Фонда Шелкового пути приблизительно на 14,5 млрд долл. США;
  • осуществить через национальную банковскую сеть (Китайский банк развития и Экспортно-импортный банк Китая) специальное кредитование проектов сотрудничества по развитию инфраструктуры, промышленности и финансового сектора в рамках инициативы «Один пояс — один путь» более, чем на 55 млрд долл. США;
  • предоставить развивающимся странам и международным организациям, которые участвуют в реализации инициативы, финансовую помощь в размере приблизительно 9 млрд долл. США;
  • создать Китайско-российский региональный фонд сотрудничества, развития и инвестирования, в который Национальная комиссия Китая по развитию и реформам внесет 14,5 млрд долл. США. Предполагается, что из этого фонда 1,45 млрд долл. США будет использовано в интересах расширения сотрудничества северокитайских провинций с российским Дальневосточным регионом;
  • предоставить 290 млн долл. США для решения продовольственных проблем в странах, расположенных вдоль транспортных путей инициативы «Один пояс — один путь;
  • выделить в течение трех последующих лет 1 млрд долл. США в Фонд помощи нуждающимся странам Южной Азии.

Для успешной реализации инициативы «Один пояс — один путь» Китай добился ее признания на уровне ООН. С начала ее реализации инициатива несколько раз выносилась на обсуждение на заседаниях ООН, а в прошедшем форуме принял участие Генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш. По его заявлению, китайская инициатива — «…это общее видение глобального развития, а Китай стал центральной опорой международного принципа многосторонних отношений».

Проведение форума сопровождалось масштабной информационной поддержкой, одним из элементов которой стало опубликование книги об инициативе «Один пояс — один путь» на 14 языках. В ней содержится описание основных целей и ключевых проектов, запланированных к реализации в рамках инициативы. Данная книга стала очередным изданием в серии многоязычных книг «Ключевые слова для понимания Китая», которые освещают различные стороны жизни в КНР.

Кроме существенных финансовых вливаний Китая в инициативу «Один пояс — один путь», к основным итогам состоявшегося форума следует отнести:

  • договоренность участников о создании системы обеспечения стабильной финансовой поддержки и хеджирования рисков реализации инициативы «Один пояс — один путь»;
  • выработку участниками общей позиции по вопросу применения экологически чистых технологий в производстве;
  • увеличение количества стран и международных организаций, подписавших соглашение о сотрудничестве в рамках инициативы «Один пояс — один путь». По результатам форума, такое соглашение имеется у 68 стран и организаций, которые договорились о проведении аналогичного форума в 2019 году;
  • подписание меморандума о взаимопонимании с участниками инициативы (Монголия, Пакистан, Непал, Хорватия, Черногория, Босния и Герцеговина, Албания, Тимор, Сингапур, Мьянма и Малайзия);
  • установление взаимодействия с международными организациями при ООН, в частности: Программой развития ООН, Организацией Объединённых Наций по промышленному развитию, Программой ООН по населенным пунктам, Детским фондом ООН;
  • подписание договора о развитии сотрудничества в сфере экономики и торговли с 30 странами, в том числе: Вьетнамом, Пакистаном, Шри-Ланкой, Филиппинами, Индонезией, Узбекистаном и Беларусью;
  • подписание договора о создании Азиатской ассоциации взаимодействия в финансовой сфере.

Работа форума завершилась подписанием совместного коммюнике, которое содержит 76 направлений взаимодействия в таких отраслях как международная политика, торговля, финансы, гуманитарные связи.

Предварительные оценки форума инициативы «Один пояс — один путь» свидетельствуют о методичном и целенаправленном сосредоточении китайским руководством усилий на продвижение процесса глобализации, к которому коллективный Запад сегодня демонстрирует достаточно прохладное отношение. Такие усилия позволили Китаю предложить мировой общественности проект установления глобального экономического сотрудничества. Это нашло отклик у значительной части стран, которые активно ищут возможность интегрироваться в мировую экономику. Таким образом, изначально будучи инициативой регионального сотрудничества, «Один пояс — один путь» приобрела глобальный характер, позволив Китаю занять в мире более сильную позицию. При этом КНР выступает инициатором, организатором и финансовым донором нового формата сотрудничества в Евразии.

Инициатива, при условии своего динамичного развития, создаст предпосылки для возникновения нового центра роста мировой экономики. Однако обеспечить долговременное динамичное развитие в рамках инициативы только возможно в том случае, если в ней примут участие развитые страны Запада, которые позволят новейшим технологиям выйти в азиатские страны.

Китай и ШОСУкрепление региональной стабильности с использованием возможностей Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) рассматривается Китаем как важное условие усиления своей роли в Азии. Создание организации было вызвано необходимостью обеспечить предсказуемость в развитии отношений со странами Центральной Азии после того, как прекратил свое существование Советский Союз, и прежде всего в сфере безопасности. Сегодня, наряду с решением вопросов, связанных с безопасностью, организация стремится расширить экономическое партнерство стран-членов ШОС. В частности, в последнее время Пекин активно поддерживает процесс увеличения количества участников организации, которых он рассматривает как экономический рынок с большим потенциалом. Так, КНР проводит политику, направленную на уменьшение торговых барьеров между странами-членами и партнерами ШОС с дальнейшим созданием общего экономического пространства. В свою очередь, страны-участницы сотрудничества в рамках организации воспринимают Китай как сильного партнера, с которым необходимо вести диалог, а также как источник инвестиций и технологий.

Вследствие этих причин, с помощью различных форм сотрудничества, таких как членство, партнерство по диалогу, страны-наблюдатели и страны, подавшие заявку на участие в качестве наблюдателя, вокруг организации объединилось до двадцати государств Центральной, Южной и Юго-Восточной Азии, а также Кавказа.

Стремлению КНР интенсифицировать экономическое сотрудничество пытается противостоять Россия, которая рассматривает ШОС только как средство для объединения усилий в борьбе с экстремизмом в различных его проявлениях. С целью расширения сотрудничества в вопросах безопасности в рамках ШОС председатель парламентской ассамблеи ОДКБ В. Володин 26 марта 2017 года призвал обсудить со структурами и членами ШОС методы противодействия гибридным войнам. Россия избрала такую позицию, опасаясь усиления китайской экономической экспансии в Центрально-азиатских странах.

Кроме того, трения между КНР и РФ возникают из-за предложения последней создать наднациональные организации с частичным делегированием суверенитета. Пекин, категорично выступающий против ущемления своего суверенитета, не воспринимает подобных предложений.

Однако, придерживаясь своих принципов внешней политики, Китай способствует конструктивному развитию китайско-российских отношений. Так, в ходе Саммита глав государств-членов Шанхайской организации сотрудничества (8–9 июня с. г. в Казахстане), вместе с другими документами были приняты Конвенция ШОС по противодействию экстремизму и Заявление глав государств-членов ШОС о совместном противодействии международному терроризму. Кроме того, Си Цзиньпин, комментируя начало председательствования Китая в ШОС (2017–2018 гг.), предложил разработать Программу сотрудничества по борьбе с «тремя силами зла» на ближайшие три года. Такой подход вполне отвечает российским интересам в организации.

При этом Китай последовательно выполняет свои задачи. В ходе выступления на саммите Си Цзиньпин предложил разработать пятилетний План действий по реализации положений Договора о долгосрочном добрососедстве, дружбе и сотрудничестве государств-членов ШОС (должен определить направления сотрудничества между странами), сформировать институты регионального экономического сотрудничества, а также определить условия сотрудничества средств массовой информации.

Необходимо отметить, что после присоединения Индии и Пакистана к ШОС, организация будет вынуждена приспосабливаться к новым обстоятельствам своего функционирования. В частности, Китай во время своего председательствования будет вынужден предпринимать меры для сохранения стабильности организации на фоне напряженных индо-пакистанских отношений.

В рамках прагматичного развития отношений с мировыми «центрами силы» официальный Пекин особое внимание уделяет ведению стратегического диалога с Соединенными Штатами Америки, а также налаживанию продуктивных связей с Российской Федерацией и Европейским Союзом.

Развитие стратегического диалога с Соединенными Штатами Америки остается наиболее важным направлением внешней политики КНР. В условиях «политической турбулентности» в международных отношениях, вызванной усилением позиций популистов в западных странах, корректировкой президентом Д. Трампом внешнеполитического курса США и агрессивной внешней политикой России, официальный Пекин интенсивно выстраивает свои отношения с новой американской администрацией. Такое повышенное внимание к китайско-американским отношениям можно объяснить стремлением воспользоваться ситуацией для того, чтобы занять место среди мировых лидеров.

В частности, 6–7 апреля 2017 года состоялся визит Председателя КНР Си Цзиньпина в США, где он впервые встретился с Д. Трампом. О том, что китайская сторона уделила особое внимание налаживанию отношений с новым американским руководством, свидетельствует та поспешность, с которой организовывался визит китайского лидера, а также посещение Председателем КНР американской территории второй раз подряд, что идет вразрез с дипломатическим протоколом. Вполне вероятно, что такая поспешность вызвана заинтересованностью китайской стороны в скорейшей «объективной оценке» нового президента США и в установлении личного контакта между главами двух государств. Установление такого контакта в самом начале президентского срока Д. Трампа предполагало создание основы для предсказуемого и бесконфликтного развития двухсторонних отношений, что полностью соответствует принципам внешней политики КНР.

Первую после смены американского руководства китайско-американскую встречу на высшем уровне Пекин попытался использовать для формирования у нового президента США позитивного восприятия основных внешнеполитических устремлений КНР. Как отметило китайское агентство «Синьхуа», Си Цзиньпин призвал США присоединится к инициативе «Один пояс — один путь», которою предыдущая администрация США воспринимала как конкурентную своей стратегии по усилению американской роли в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

Кроме того, лидер Китая отметил важную роль активизации военного сотрудничества между США и КНР, в том числе на высшем уровне, для того, чтобы предупредить конфликты с участием вооруженных сил обеих стран. Обращая внимание на эту позицию, китайские государственные средства массовой информации преподносили встречу лидеров двух стран как пример в плане предотвращения конфронтации, которую во всем мире считали неизбежной.

Отличительной особенностью встречи китайского и американского лидеров стало ее неформальное проведение. Такой формат позволил участникам не соблюдать протокол и не принимать по итогам встречи совместного заявления. Таким образом, стороны «подстраховались» на тот случай, если после завершения переговоров останутся нерешенными важные проблемы.

Упомянутый подход был использован из-за достаточно обширного списка вопросов, у каждой из сторон на которые имелись свои ответы. К таким проблемам сегодня можно отнести: отношения между странами в сферах экономики, торговли и безопасности; валютная политика, протекционизм в экономике; ракетно-ядерная программа КНДР; политика КНР в Южно-Китайском море; размещение в регионе американских противоракетных комплексов.

Стремясь конструктивно развивать отношения, китайская сторона пыталась достичь компромисса в сфере экономики с целью избежать как дополнительной напряженности в двухсторонних отношениях, так и ухудшения экономической ситуации в КНР перед очередным съездом Коммунистической партии Китая. При этом учитывалась личная заинтересованность Д. Трампа в достижении конкретных результатов, которые могли бы продемонстрировать его эффективность в исполнении предвыборных обещаний. Прежде всего, имеется ввиду решение вопроса торгового дефицита между США и КНР, а также увеличение количества рабочих мест в американской экономике.

В этом контексте Китай продемонстрировал намерение пойти на существенные уступки американской стороне, среди которых: отмена запрета на импорт говядины (установлен с 2003 года), увеличение импорта сельскохозяйственной продукции и масштабов инвестиций в инфраструктурные проекты, осуществляемые на американской территории. По сообщению министра торговли США У. Росса, китайская сторона заявила, что намерена сократить китайско-американский торговый дисбаланс, рассчитывая уменьшить темпы инфляции в КНР. Пойдя такую откровенность в переговорах с американцами, китайская делегация в очередной раз продемонстрировала свою заинтересованность в конструктивном развитии двухсторонних отношений. Вместе с тем, эффективность китайско-американского сотрудничества после переговоров Си Цзиньпина и Д. Трампа будет изложена в отчете совместной рабочей группы по итогам ста дней деятельности в вышеуказанных направлениях.

Одновременно в ходе встречи китайская делегация дала понять, что готова изменить отношение к проблемам международной безопасности, что может свидетельствовать о намерениях Пекина обновить отношения с Вашингтоном. К таким проблемам относятся:

  • решение сирийского конфликта. Си Цзиньпин не только не осудил нанесенный американцами удар по авиабазе Шайрат, но и признал его как вынужденный в условиях применения химического оружия против мирного сирийского населения. В это же время КНР продолжает настаивать на поиске политического решения конфликта в Сирии. Не исключено, что Китай может поддержать смену режима Б. Асада в обмен на изменение позиции США по проблеме Южно-Китайского моря;
  • денуклеаризация Корейского полуострова. В этом вопросе Китай обязался всесторонне выполнять резолюции СБ ООН в отношении КНДР. По заявлению госсекретаря США Р. Тиллерсона, в ходе переговоров китайская сторона согласилась на более тесное сотрудничество с Вашингтоном в вопросе прекращения ракетно-ядерной программы КНДР.

Для скорейшего продвижения в решении северокорейской ядерной проблемы американская сторона обещала развивать торговые отношения с КНР. В своем заявлении Д. Трамп отметил, что он сообщил Си Цзиньпину о возможности заключения выгодного для китайской стороны торгового соглашения в том случае, если Китай «…избавится от угрозы КНДР или как-нибудь повлияет на неё». Ранее, в ходе подготовки китайско-американского саммита, Р. Тиллерсон заявил, что «эра стратегического спокойствия» завершается. В свою очередь Д. Трамп заявил о готовности действовать самостоятельно для разрешения северокорейской ядерной проблемы, в случае если официальный Пекин откажется использовать для этого свое сильное влияние на Пхеньян.

Однако темпы, с которыми президент США рассчитывал достичь договоренности по ядерной программе КНДР, явно опережают готовность Китая к принятию решения в отношении Северной Кореи. В частности, Д. Трамп безотлагательно усилил военное присутствие США в Юго-Восточной Азии, разместив в регионе авианосную ударную группировку во главе с авианосцем «Карл Винсон» и элементы системы противоракетной обороны США на территории Южной Кореи (завершение этого процесса планируется в конце 2017 года). За счет этого американская сторона оказалась на «шаг впереди» своих противников в вопросах военного сдерживания в регионе. Фактически, предпринятые Д. Трампом меры свидетельствуют о намерении заставить Пекин развивать отношения на своих условиях.

Промедлив с принятием действенных мер в отношении КНДР, официальный Пекин явно упустил возможность решить ядерную проблему на Корейском полуострове и одновременно сохранить статус-кво в военной сфере региона. Поэтому, негативно отреагировав на размещение американских противоракет в Южной Корее, Китай и далее настаивает на мирном урегулировании проблем с Северной Кореей и всячески избегает прямого участия в решении этого кризиса. В телефонном разговоре с Д. Трампом 24 апреля 2017 года Си Цзиньпин выразил надежду, что «…все стороны проявят сдержанность и не допустят действий, которые могут привести к эскалации напряженности».

Почему Китай выступает против размещения системы ПРО THAAD в Южной Корее?

Кстати, отдельные публикации в китайских средствах массовой информации направлены на дистанцирование Китая от северокорейской проблемы и подчеркивают, что у Пекина нет возможности оказывать влияние на руководство КНДР. По мнению китайских аналитиков, «перекладывание» ответственности за напряженность на Корейском полуострове на КНР является неправильным, а северокорейская ядерная проблема является следствием американо-северокорейских отношений, в частности, отсутствия в течение более, чем 60 лет мирного договора между США и КНДР.

Подобные «информационные вбрасывания» лишний раз подтверждают, что китайско-американский стратегический диалог будет сложным из-за использования Пекином «гибридных» подходов к решению проблем в сфере безопасности, которые очень напоминают российскую «гибридную» агрессию против Украины.

Одновременно, в вооруженных силах КНР прошли мероприятия по повышению боеготовности с целью сокращения времени реагирования на возникновение каких-либо «чрезвычайных обстоятельств, связанных с КНДР». При этом остается неясной направленность такого реагирования. Не исключено, что жесткие односторонние действия нынешнего руководства США подтолкнут руководство Китая к более активному участию в урегулировании международных конфликтов.

В целом, к основным итогам китайско-американской встречи на высшем уровне можно отнести:

  • обмен информацией о подходах к реализации национальных интересов, что вместе с установлением личных контактов и рабочих связей крайне важно для дальнейшего развития отношений между президентом США Д. Трампом, не имеющим опыта государственного управления, и лидером КНР Си Цзиньпинем, который обладает многолетним опытом продвижения по лестнице государственной иерархии Китая. По заявлению министра иностранных дел КНР Вана И, Пекин акцентировал внимание на своей принципиальной позиции в отношении Тайваня, Тибета и проблемы Южно-Китайского моря, а также выразил надежду, что США будут руководствоваться принципами трех китайско-американских совместных коммюнике /Шанхайское коммюнике, Китайско-американское коммюнике об установлении дипломатических отношений и Коммюнике 17 августа/ и политикой одного Китая. Фактически, китайская сторона изложила свои условия, при соблюдении которых она согласна развивать китайско-американские отношения;
  • признание совместной ответственности за безопасное развитие международных отношений и предупреждение вооруженных конфликтов. Стороны отметили необходимость поддержания контактов и согласования действий по наиболее важным международным проблемам. Исходя из этого, достигнута договоренность об обмене мнениями между двумя странами на высоком уровне. В частности, президент США Д. Трамп принял приглашение посетить КНР до конца текущего года. Кроме того, лидеры двух стран договорились поддерживать контакты по всем имеющимся каналам связи;
  • установление сотрудничества на высоком уровне в вопросах внешней политики и безопасности, экономики, взаимодействия между правоохранительными органами и в сфере кибербезопасности, а также социального и гуманитарного характера. Лидеры двух государств обещали, что первоочередные усилия КНР и США сосредоточат на взаимодействии в вопросах политики, безопасности и экономики;
  • договоренности о развитии сотрудничества на различных уровнях в сферах торговли и инвестиций, урегулировании торгово-экономических противоречий, борьбе с нелегальной миграцией, поиске лиц, скрывшихся от правосудия за пределами страны, возвращении незаконно выведенных за границу финансовых средств и так далее.

Для того, чтобы понять как в действительности официальный Пекин воспринимает современные китайско-американские отношения, необходимо обратить внимание на информационное сопровождение встречи лидеров двух стран. В частности, китайское руководство представляет визит Си Цзиньпина в США с позитивной стороны. По заявлению министра иностранных дел КНР Вана И, встреча лидеров двух стран оказалась «очень важной, своевременной, эффективной, способствовала взаимному пониманию, повышению уровня взаимного доверия». Кроме того, по его оценке, китайско-американский саммит стал «хорошим началом нового периода отношений». Также, по заявлениям представителей китайского руководства, встреча Си Цзиньпина и Д. Трампа задала «конструктивный лейтмотив продвижению китайско-американских отношений» и определила вектор их будущего развития. Первая встреча лидеров двух стран «стала сигналом» о том, что, несмотря на имеющиеся разногласия, «Китай и Америка могут быть отличными сотрудничающими партнерами».

В свою очередь, позитивные изменения в американском подходе к развитию отношений с КНР также подчеркивают наметившийся конструктив между двумя странами. Так, по итогам переговоров, Д. Трамп воздержался от резких высказываний по отношению к Пекину и заявил о «чувствительном прогрессе в отношениях с Китаем». Это случилось после того, как перед встречей Д. Трамп в привычной для себя манере назвал Китай «валютным манипулятором» и заявил, что не будет мириться с экономической политикой КНР, которая создает предпосылки для сохранения торгового дефицита.

У Д. Трампа также прослеживается желание быстро достичь результатов в решении проблемных вопросов, имеющихся в отношениях с Китаем в экономической сфере. Отказ администрации США от участия в Транстихоокеанском партнерстве следует рассматривать не только как отказ от нежелательных внешнеэкономических проектов, но и как намерение американской стороны срезать «острый угол» в отношениях с Китаем и по-новому подойти к выстраиванию китайско-американских отношений в АТР.

Не исключено, что КНР согласится приоткрыть свой рынок для американской продукции и увеличить масштабы инвестирования экономики США. Однако, в принципиальных вопросах, имеющих стратегическое значение, Пекин не намерен уступать. Прежде всего, это касается расширения китайского влияния в Азии.

Упомянутые особенности переговоров и позиций сторон после их завершения однозначно указывают, что США и КНР обоюдно заинтересованы в развитии взаимовыгодного сотрудничества. Инновационная экономика США и экономика КНР, обладающая мощнейшим производственным потенциалом, являются предпосылками для долгого и результативного китайско-американского стратегического диалога. При этом оба государства испытывают потребность в дальнейшем развитии мировых экономических связей на принципах открытости и инклюзивности. Вместе с тем, принципиальное значение для диалога между США и КНР будут иметь их отношение к «зонам влияния» и способность найти общее решение по статусу таких зон.

Заинтересованность Китая в получении максимальной пользы от стратегического диалога с США определяет сегодняшнюю активную позицию официального Пекина по отношению к Российской Федерации. Современные китайско-российские отношения характеризуются как прагматичное разностороннее сотрудничество с интенсивными контактами на высшем уровне. В частности, после своего избрания на пост Председателя КНР Си Цзиньпин осуществил первый визит в Россию. Комментируя эту официальную поездку, вице-премьер Госсовета КНР Ван Ян говорил о том большом значении, которое Китай придает отношениям с РФ.

Сегодня обмен визитами глав двух государств происходит регулярно. Только в 2016 году состоялось пять встреч Си Цзиньпина и В. Путина. На фоне динамичного изменения международной обстановки китайская и российская стороны придают особое значение контактам президента РФ и председателя КНР в 2017 году. Так, В. Путин принял участие в открытии 14 мая 2017 года форума «Один пояс — один путь», после чего встретился с Си Цзиньпином. Они обсуждали вопрос объединения возможностей, которые предоставляют странам Азии «Один пояс — один путь» и Евразийский экономический союз. Инициатором такого объединения возможностей выступила Россия, которая пытается использовать любые возможности для развития отношений с азиатскими странами

В свою очередь, китайская сторона готовит государственный визит председателя КНР в Россию. Он запланирован на 4 июля 2017 года. Не исключено, что встреча Си Цзиньпина и В. Путина в Москве в день празднования независимости США символична и должна обратить внимание Вашингтона на особые отношения между Пекином и Москвой. Тут уместно привести заявление главы Постоянного комитета Всекитайского собрания народных представителей КНР Чжана Дэцзяна, которое он сделал в начале 2017 года в Москве, о том, что китайско-российские контакты в последнее время «…носят все более глобальный и знаковый характер».

Не смотря на то, что стратегическое сотрудничество между двумя странами продолжается примерно два десятилетия, а именно с середины 1990-х, активизация двухсторонних отношений произошла после ратификации в 2006 году договора об урегулировании пограничных претензий. В соответствии с договором к Китаю отошли спорные территории на китайско-российской границе. Тогда же началась совместная деятельность Пекина и Москвы по «выдавливанию» США из стран Центральной Азии. В частности, благодаря усилиям КНР и РФ на форуме ШОС была принята декларация, призывающая Вашингтон определить сроки прекращения деятельности американских военных баз в Центрально-азиатских странах, а также началась практика проведения совместных китайско-российских военных учений.

При этом военное и военно-техническое сотрудничество с РФ является важной частью внешней политики Пекина. Возможности, которые предоставляет это сотрудничество, используется Китаем для установления паритета с США при развитии диалога по вопросам безопасности. В рамках военного сотрудничества китайская и российская стороны накопили значительный опыт проведения совместных учений разных видов ВС. Среди всего многообразия задач, которые китайская сторона ставит перед собой при проведении таких учений (приобретение опыта подготовки и проведения военных операций и боевых действий, изучение ВС РФ как вероятного противника, совершенствование подготовки личного состава в применении вооружения и военной техники российского производства, изучение новых образцов ВВТ РФ и т. д.), Китай уделяет особое внимание созданию образа союзнического взаимодействия между вооруженными силами КНР и РФ. Таким путем Пекин рассчитывает создать возможный противовес военному потенциалу США и их союзников в АТР.

Китайско-российское военно-техническое сотрудничество остается важным каналом поступления в Китай вооружения, военной техники и военных технологий, которые используются для усиления военной мощи КНР. Основные направления взаимодействия обеих стран в этой сфере определяются китайско-российской межправительственной комиссией по вопросам военно-технического сотрудничества, которая действует с 1992 года. С того времени было реализовано значительное количество контрактов на поставку вооружения и военной техники российского производства в интересах Народно-освободительной армии Китая (НОАК). В середине 2000-х годов масштабы приобретения российского вооружения для НОАК уменьшились вследствие увеличения номенклатуры производимого ВВТ в самом Китае.

Сегодня же КНР вернулась в пятерку крупнейших импортеров ВВТ из России. По данным Федеральной службы по военно-техническому сотрудничеству РФ, портфель заказов КНР российского вооружения составляет более 8 млрд долл. США, то есть приблизительно 15 % экспорта российского ВВТ. Произошло это за счет контрактов на поставку в КНР комплексов ПРО/ПВО С-400, истребителей Су-35 и авиационных двигателей. Готовое российское вооружение необходимо Китаю для восполнения текущих потребностей НОАК, которые определяются динамичным развитием военно-политической обстановки в АТР. Иными словами, вооруженные силы КНР должны быть готовы к выполнению боевых задач, не дожидаясь техники от китайских производителей.

Вместе с тем, подобная ситуация является временной. По мере развития китайской оборонной промышленности, масштабы закупки Китаем готового вооружения в России будут сокращаться. Единственное, чем еще длительное время будет интересоваться Китай, так это российские военные технологии.

В свою очередь, Китай превращается в поставщика комплектующих для военной промышленности РФ. В условиях международных санкций и необходимости реализации программы импортозамещения российская сторона увеличила закупки китайских комплектующих для производства вооружения и военной техники. Особое место тут занимает поставка китайских силовых установок для военных кораблей, которые не могут быть укомплектованы двигателями из-за эмбарго и разрыва связей с украинскими производителями.

Изменения в китайско-российском военно-техническом сотрудничестве свидетельствуют об усилении самостоятельности Китая в решении проблем безопасности в АТР. Это, в свою очередь, придает ему уверенность в деле отстаивания национальных интересов в Азии, что неизбежно приведет к усилению противоречий с Российской Федерацией.

С учетом этого, Институт азиатско-тихоокеанской и мировой стратегии Академии общественных наук КНР в изданной в 2013 году «Синей книге» утверждает, что установление по-настоящему союзнических отношений между КНР и РФ маловероятно.

Причиной такого соперничества между КНР и РФ в Азии также является экономическое отставание России, которое увеличивается после введения международных санкций в ответ на ее агрессивную внешнюю политику. Из-за этого Россия становится все менее способной развивать Дальний Восток и выступать гарантом стабильности в регионе. Если такая тенденция сохранится, то Китай будет воспринимать Россию как поставщика ресурсов, не способного вести сильную внешнюю политику в Азии.

В качестве примера можно привести требование Пекина к Москве расширить сотрудничество в сфере энергетики, с которым выступил член Постоянного комитета Политбюро ЦК КПК, вице-премьер Госсовета КНР Чжан Гаоли на встрече с главой компании «Газпром» А. Миллером в Пекине 15 февраля 2017 года. По его заявлению, китайская сторона надеется, что проекты поставки сырой нефти, строительство газопровода по восточному маршруту и проект «Ямал СПГ» будут выполнены в обещанные сроки. Кроме того, Пекин рассчитывает на увеличение масштабов поставки энергоносителей в Китай и развитие энергетической инфраструктуры на Дальнем Востоке.

Российские эксперты предполагают, что вскоре Китай может предъявить территориальные претензии на Дальневосточный регион России. Так, не исключается возможность того, что Китай, воспользовавшись законом РФ от 2014 года №473-ФЗ «О территориях опережающего социально-экономического развития в Российской Федерации», может выступить с инициативой о совместном использовании территории Дальнего Востока и Сибири. Об этом могут свидетельствовать китайские экспертные оценки о низкой эффективности экономической политики и пользования природными ресурсами на Дальнем Востоке РФ.

Китай — ЕС

На развитии отношений между КНР и Европейским Союзом в последние годы существенно сказалось усиление позиций Китая в мировой системе политических и экономических отношений.

В частности, располагая существенно возросшим экономическим потенциалом, Китай прилагает усилия для разностороннего развития связей с Европейским Союзом. Такой подход, в целом, соответствует Стратегическому плану развития китайско-европейского сотрудничества до 2020 года, подписанному сторонами в 2013 году.

С учетом этого плана, в ходе первого визита Си Цзиньпина в страны ЕС весной 2014 года были определены следующие направления сотрудничества КНР и ЕС:

  • развитие всеобъемлющего стратегического партнерства, начало которому было положено в 2003 году;
  • углубление экономического сотрудничества в традиционных отраслях, а также в сфере научно-технических инноваций;
  • усиление взаимодействия и согласование решений в ходе осуществления реформ в КНР и ЕС с целью обеспечить равномерное развитие сотрудничества на длительный период времени;
  • развитие культурных связей и гуманитарного взаимодействия в интересах успешной реализации экономических проектов и укрепления политического доверия между сторонами.

На фоне выхода Великобритании из ЕС и усиления позиций популистов в европейских структурах КНР решила использовать китайско-европейский стратегический диалог для оказания влияния на формирование внутренней политики Евросоюза. Во время последнего раунда диалога (7-го по счету), который состоялся в апреле 2017 года в Пекине, китайская сторона подчеркнула, что поддерживает единство и интеграционные процессы в Европе. Месяцем ранее на пресс-конференции премьер Госсовета КНР Ли Кэцян заявил, что «…это позитивно для глобализации, многополярного мира и разнообразия цивилизаций». В целом же сопредседатели заседания стратегического диалога — член Госсовета КНР Ян Цзечи и Верховный представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Ф. Могерини отметили обоюдную заинтересованность в углублении экономического и политического сотрудничества.

О необходимости сохранения единства Евросоюза и интеграционных процессов Си Цзиньпин также заявил 9 мая 2017 года в телефонном разговоре с новым президентом Франции Э. Макроном. При этом китайский лидер позитивно отозвался о французском участии в инициативе «Один пояс — один путь».

Такими шагами Китай стремится добиться, чтобы Европейский Союз принимал предсказуемые и сбалансированные решения по вопросам международного сотрудниче ства. В определенной степени это говорит о том, что Пекин не уверен в объективности принимаемых европейскими лидерами решений.

Главной причиной того, что Китай заинтересован в стабильном развитии Евросоюза, является его желание укрепить экономические связи с ЕС. Как следствие, сегодня Евросоюз превратился в крупнейшего (после США) торгового и экономического партнера Китая.

Среди главных задач Китая в вопросах экономического сотрудничества с ЕС следует назвать сохранение стабильности европейского рынка, увеличение масштабов присутствия на нем китайских производителей, а также обеспечение доступа китайских корпораций к производственным технологиям и научно-техническим разработкам. При выполнении этих задач серьезная ставка делается на европейскую заинтересованность в привлечении китайских инвестиций и в увеличении количества туристов из Китая, что способствует послекризисному восстановлению экономики ЕС.

Среди наиболее эффективных мер по усилению сотрудничества КНР с ЕС, которые скорее напоминают китайское проникновение в ЕС без соблюдения паритетности, следует отметить следующие:

  • поддержка высокого уровня контактов за счет регулярных визитов Председателя КНР Си Цзиньпина в Европу (происходили в 2014 и 2017 гг.) и телефонных переговоров с лидерами европейских стран. Особое внимание Китай уделяет контактам с лидерами наиболее влиятельных стран Евросоюза и руководителями международных организаций;
  • создание условий для привлечения европейских стран к участию в инициативе «Один пояс — один путь». В случае установления с Евросоюзом взаимодействия в вопросах реализации этой инициативы, возможности Китая на рынке Европы существенно увеличатся;
  • установление совместной зоны свободной торговли КНР и ЕС, инициированное Китаем в 2015 году, но оставленное Евросоюзом без должного внимания;
  • увеличение роли экономических инвестиций. Анализ показателей этой деятельности за последние пять лет свидетельствует о снижении актуальности торговли между КНР и ЕС готовыми товарами в пользу взаимного размещения инвестиций в производство. При этом, объем китайских инвестиций в экономику стран ЕС сегодня ощутимо превышает европейские капиталовложения в КНР. Основная часть китайских инвестиций направляется в высокотехнологичное и перспективное производство;
  • налаживание прямых экономических связей со странами Центральной, Восточной и Южной Европы. Одна из форм такого сотрудничества — регулярные, начиная с 2011 года, торгово-экономические форумы КНР и стран Центральной и Восточной Европы. Особое внимание стороны уделяют развитию транспортной инфраструктуры и энергетической системы Юго-Восточной Европы. Выбор этих направлений объясняется тесным увязыванием деятельности КНР на европейском направлении с действительными потребностями стран Центральной, Восточной и Южной Европы. В ходе 6-го форума, состоявшегося в ноябре 2016 года в Риге, премьер Госсовета КНР Ли Кэцян инициировал расширение двухсторонней торговли, ускоренное развитие транспортно-коммуникационных взаимосвязей, углубление сотрудничества в производственной сфере, обновление моделей финансового сотрудничества, активизацию сотрудничества в сфере туризма;
  • концентрация значительных усилий на углублении сотрудничества с наиболее развитыми и влиятельными странами Европейского Союза. Экономическое сотрудничество наиболее активно развивается между Китаем и ФРГ, которая, по итогам 2016 года, стала самым важным торговым партнером КНР, вытеснив с первого места США. Объем экспортно-импортных операций между странами в 2016 году составил 170 млрд евро (Франция — 167 млрд евро, США — 165 млрд евро).

Интересно, что у Китая наибольший интерес вызывает сотрудничество с ФРГ в сферах инвестиций и технологий. По оценкам китайских экспертов, инновационное сотрудничество Китая и Германии будет определять будущие отношения между двумя странами.

В частности, китайская сторона предоставляет инвестиции наиболее технологически развитым фирмам и предприятиям. По данным консалтинговой компании Ernst & Young, в 2016 году Китай израсходовал на приобретение компаний в ФРГ более 11 млрд евро, что в 20 раз превышает аналогичные средства, выделенные в предыдущем году. Всего же в 2016 году китайская сторона приобрела около 60 немецких компаний (приблизительно на 20 компаний больше, чем в 2015 году).

Кстати, эта активность Китая настораживает ФРГ по ряду причин:

  • китайская сторона усиленно интересуется предприятиями, имеющими доступ к технологиям, применяемым в производстве вооружения и военной техники. Особо китайские инвесторы интересуются технологиями производства элементной базы для вычислительной и роботизированной техники;
  • Китай ограничивает размещение немецких инвестиций в своей промышленности. В соответствии с изменениями в инвестиционной политике, которые произошли в 2015 году, приобретение зарубежным бизнесом активов в КНР запрещено в 38 административных районах и экономических зонах. На большей же части китайской территории разрешается создавать совместные предприятия.

Учитывая эти обстоятельства, руководство ФРГ запретило продажу высокотехнологических компаний и предложило Еврокомиссии рассмотреть вопрос расширения полномочий правительств государств-членов ЕС, с предоставлением им права запрещать приобретение неевропейскими фирмами активов в стратегически важных отраслях промышленности.

В последнее время Китай расширяет двухстороннее сотрудничество с северными странами ЕС, стремясь реализовать национальные интересы в Арктическом регионе. В этом плане он пытается развивать сотрудничество со странами, председательствующими в организации «Северный совет».

Во время своего визита в Финляндию в апреле 2017 года Председатель КНР Си Цзиньпин предложил ее руководству использовать возможности китайской стороны для стабильного развития национальной экономики в обмен на помощь финнов в деле налаживания сотрудничества между Китаем и странами Северной Европы в сфере освоения Арктического региона. Тут Китай пытается использовать председательствование Финляндии в организации «Северный совет» (с 2017 года). Также китайская делегация предложила сотрудничество в рамках инициативы «Один пояс — один путь», научно-технических инноваций, энергосбережения, инвестиций, чистых технологий и т. д.


Об авторе
[-]

Автор: Александр Лебедь

Источник: bintel.com.ua

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 08.07.2017. Просмотров: 48

Комментарии
[-]

Комментарии не добавлены

Ваши данные: *  
Имя:

Комментарий: *  
Прикрепить файл  
 


zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta