Главный редактор «Независимой газеты» Константин Ремчуков: «Санкции против России будут сняты летом 2016. Возможно...»

Содержание
[-]

Главный редактор «Независимой газеты» Константин Ремчуков: «Санкции против России будут сняты летом 2016. Возможно...» 

Как Россия переживет экономический кризис? Когда Запад отменит санкции? Как изменились отношения оппозиции и власти в России? На эти и другие вопросы в интервью главному редактору радио "Коммерсант FM" Анатолию Кузичеву ответил главный редактор «Независимой газеты» Константин Ремчуков в рамках программы «Действующие лица».

О целях «Независимой газеты»: «Миссия "Независимой газеты", как я ее определил и зафиксировал в тексте, — быть лидером на рынке анализа и интерпретации всех типов информации. Мы не можем быть лидером на рынке информации, потому что я не могу опережать интернет и "Интерфакс", но я могу быть лидером на рынке анализа и интерпретации. Структура газеты поддерживает эту миссию. Структура газеты состоит из одной тетрадки, в которой освещаются текущие события по классической схеме — политика, экономика, в мире, СНГ, культура и так далее, а вторая тетрадка газеты каждый день — это приложение, где на экспертном уровне в углубленной манере и рассматриваются соответствующие проблемы. Мы имеем много приложений: "НГ-НВО" — независимое военное обозрение, "НГ-Exlibris" — приложение о книгах, "НГ-Наука", "НГ-Религия", "НГ-Дипкурьер", "НГ-Политика". Таким образом, миссия и организационная структура газеты поддерживают ее.

Целевая аудитория — лица, формирующие решения, и лица, принимающие решения. И, наконец, по Gallup, читательская аудитория "Независимой газеты" — это на 98,5% лица с высшим университетским образованием. Строго говоря, это то лицо, которое я вижу перед собой, когда пишу или редакционную статью, или мы определяем на каждой утренней летучке именно тот аспект проблемы, который, как правило, к утру уже всем известен, поэтому я не могу отличиться, если я просто то, что уже известно. Но для меня задача — так поставить вопросы перед редактором отдела, чтобы мы выявили ту ценность, которую завтра человек, который уже слышал об этой новости, увидел для себя новой, потому что, вполне возможно, он поймет механизм происходящего, логику, почему случилось именно так, а не эдак. И это усилие каждодневное по реализации этой миссии — быть лидером на рынке анализа и интерпретации всех типов проблем».

О разделении российского общества на два идеологических лагеря: «Мне кажется, разделение между либералами и государственниками было всегда, просто информационные поводы последних двух лет были таковыми, что именно идеологическое разделение вышло на первый план, но на самом деле разделение было всегда. Это не новость уходящего года».

Об особенностях нынешней кризисной ситуации: «Есть несколько качественных специфических черт нынешнего кризисного состояния нашей экономики и в целом, скорее всего, нашей жизни, которая обусловлена не только спадом экономического производства, снижением реальных доходов населения, резким снижением инвестиций в основной капитал — это один из самых тревожных показателей, поскольку он предопределяет создание будущих рабочих мест с новым технологическим потенциалом. Это ослабление национальной валюты, это сокращение сбережений, это невозможность исполнения национальной валютой функции сохранения ценности, богатства. Это очень плохо, когда деньги могут выполнять меновую функцию или бытьсредством платежа, но не могут являться средством накопления богатства, поскольку твое богатство испаряется с изменением валютного курса.

Еще добавилось, мне кажется, помимо таких уже очевидных вещей, как невозможность заимствования на Западе, дополнение к санкциям — самосанкции, то есть ограничение торговли, прекращение активного движения по ряду туристических направлений, то есть обвал туристического рынка, а мы знаем, как элемент постиндустриальной экономики это очень важная компонента национального продукта.

И тут мы приходим к политике — мне кажется, оппозиция и власть за этот год удалились друг от друга, от площадки для разговора, на такую дистанцию, с которой они могут только кричать друг другу в терминах: "Преступники!".

То есть если мы с вами оппоненты и можем говорить, и это было еще несколько лет назад, то сейчас разговор начинается тогда, когда кто-то говорит: "А вы знаете, что он преступник и жулик? Он украл вот это и это". В ответ он получает точно такое же обвинение, что человек, который занимает такой-то пост или такой-то или такой-то, он жулик.

Это, конечно, показывает, что конфликт приобретает черты антагонистические, то есть которые снять нельзя в ходе нормальной дискуссии. А снятие антогонистических противоречий всегда болезненно, оно может привести к майданизации, поэтому это одна из грустных черт уходящего года на фоне с абсолютно доминирующей черты вступления нас в борьбу с ИГИЛ (террористическая организация; запрещена в России. — "Ъ-FM") , с бомбежками в Сирии, с терактом против нашего самолета в Египте и сбитым самолетом.

Получается, экономический кризис, который является предметом нашего рассмотрения, помещен в контекст серьезных, запутанных и трудноразрешимых противоречий, абсолютно непонятен выход практически ни из одной кризисной ситуации. Вообще, нельзя сказать: «Слушайте, сделайте так, так, так, и ты выйдешь», потому что на это ты услышишь шесть аргументов, почему так, так, так не надо выходить. Мне кажется, мы вступаем в 2016 год именно с грузом 3D-комплексных противоречий, в которые обернуто ухудшение кризисной ситуации».

О времени и возможностях борьбы с антагонистическими настроениями в обществе: «Если мы скажем: "Антагонизм будет нарастать еще, скажем, восемь лет", — вам легче от этого? У людей, склонных к революционной ментальности, одна из самых характерных черт — это нетерпение. Время у них просто спрессовано. Он прожил жизнь за неделю, потом, если нет чего-то боевого, он запивает, впадает в депрессию и так далее, поэтому это не вопрос бесконечности, это вопрос того, как этот антагонизм будет преломлен через следующие циклы выборов, потому что нас в 2016 году ждут выборы в Госдуму, и впервые за много лет половину депутатов будут избирать по одномандатным округам.

До этого все избиралось по партиям, теперь 225 человек изберется в Госдуму по партиям, а 225 человек изберется по одномандатным. И интересно будет смотреть на фоне нарастающей неспособности слышать и разговаривать друг с другом и определенные амбиции, и определенную повестку дня, обусловленную кризисными явлениями в экономике. Какую повестку дня предложат в ходе выборов одномандатники — это первый вопрос. Мне кажется, у власти есть отличный шанс после сентября проанализировать и скорректировать механизмы и форматы диалога с оппозицией».

О возможных итогах украинского кризиса: «Моя гипотеза состоит в том, что Путин принял решение, что Донбасс остается в составе Украины, поэтому нужно каким-то образом исполнить минские соглашения. Для Путина ключевой загвоздкой является то, что украинская сторона в конституцию на постоянной основе не включает положение об особом статусе районов Донбасса. Как только на постоянной основе в конституцию это будет включено — а я думаю, это будет включено — мы разрешим украинцам взять под контроль границу, и донбасская история закроется.

Я считаю, что главным итогом политической деятельности Путина будет Крым. И все, что он делает — это для того, чтобы легализовать, оставить Крым, и мне кажется, что в значительной степени вступление в войну с ИГИЛ из этой же серии, потому что он налаживает партнерские отношения с французами. Наши военные, и Генштаб, и Министерство обороны находятся на постоянной связи с американским генштабом или комитетом начальников штабов и министерством обороны, Лавров с Керри. А в ходе партнерства возникает доверие, если говорить об этом. И с Минском то же самое: мы решаем все вопросы, санкции будут сняты, вполне возможно, уже летом, и появятся предпосылки для увеличения спроса на российские активы, чтобы вот этот тренд в середине лета переломился на приток инвестиций, и мы вздохнули наконец и сказали: "Кажется, и на этот раз пронесло"».

О характере противоречий России и Турции: «Я думаю, что это не эмоциональная реакция, потому что турки не эмоционально к этому отнеслись. Для них как страны, которая претендует на роль ведущей державы в этом регионе, наше участие в Сирии и бомбежка союзников Турции, а также инфраструктурных путей, по которым вывозились не только нефть в этих 11 тыс. грузовиков, но и масса других ресурсов, к контрабанде которых Турция имела отношения, это не случайный, не эмоциональный жест.

Ответ наш такой же неэмоциональный, я считаю, потому что если ты это понимаешь, то ты понимаешь, что турки при другой нашей реакции должны были нам сказать: "Вам здесь не место, и вы отсюда уйдете". В результате они получили, что теперь любой самолет, американский, французский или турецкий, вылетая на задание, связывается с нашими службами и запрашивает коридор — результат перпендикулярный тому, которого, казалось, эмоционально Турция хотела добиться. Но это стратегические решения, связанные с исполнением задачи по Сирии».

О причинах проблем Ливии, Сирии и Ирака: «Моя гипотеза состоит в том, что проблема Сирии, Ирака и Ливии — это проблема, которую чисто теоретически, методологически нужно отнести к проблеме так называемых — по английский звучит failed state — несостоявшихся или несостоятельных государств. На территории этих государств зарождаются и функционируют бесконтрольно альтернативные официальным государственным структурам силы, которые наносят колоссальный ущерб миру по всем параметрам.

Могу объяснить абсолютно конкретные причины. В Ливии это уничтожение Каддафи таким слоновьим образом, что просто ненависть к Каддафи привела фактически к уничтожению государства. Ливия контролировала свою территорию исчерпывающим образом, там не могло ничего зародиться. Поэтому для мира, если Каддафи представлял угрозу в то время, когда он сбивал какой-то самолет, потом заплатил компенсацию, и сказал: "Я буду нормальным жителем планеты" — там невозможно было ничего сделать. Сейчас, когда они его хлопнули, а все племена взяли кто Триполи, кто Бенгази и так далее, и никакого влияния на них нет, то в этой территориальной конфигурации это failed, failed абсолютно.

То же самое с Ираком, потому что Саддама Хусейна хлопнули, баасисты — это партия Саддама, лежит в идеологической основе ИГИЛ. ИГИЛ сформировали офицеры, которые были в партии "Баас" и в службах безопасности Саддама Хусейна. Американцы не смогли навести демократию, не смогли навести порядок на этой территории. В Сирии другая проблема — там президент страны был слишком нечувствителен к оппозиции, их отношения достигли такого идеологического уровня, а стенания таких масштабов, что противостоящие ему сунниты обратились к Саудовской Аравии, к Катару за поддержкой, оттуда Турция поняла, что что-то можно. Поэтому, безусловно, никогда в этом регионе мы не вернемся к тем государственным границам, которые были 5 лет назад. И Сирия поменяет границы, и Ирак поменяет границы, и Ливия поменяет границы, ну, и будем смотреть, что будет с курдами».

 


Об авторе
[-]

Источник: ng.ru

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 02.01.2016. Просмотров: 300

Комментарии
[-]

Комментарии не добавлены

Ваши данные: *  
Имя:

Комментарий: *  
Прикрепить файл  
 


zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta