Главное в цирке – не слова, а действие. О выступлении в Санкт-Петербурге Олега Попова спустя 25 лет после его отъезда в Германию

Содержание
[-]

Главное в цирке – не слова, а действие 

Клоун не робот. Он не может не изменяться, если меняется сам человек. А жизнь заставляет людей меняться

В этом году российские зрители смогли впервые увидеть выступление «Солнечного клоуна», спустя 25 лет после его отъезда в Германию. Программа «Пусть всегда будет солнце», главным участником которой стал знаменитый Олег Попов, будет идти в петербургском Цирке Чинизелли до середины апреля.

Когда Олега Попова (отметившего, кстати, в прошлом году свой 85-летний юбилей) спрашивают о том, каким образом он пришел в цирк, клоун улыбается и отвечает, что в жизни каждого человека огромное значение имеет случай. Ведь в цирковой школе он оказался из-за хлебной карточки. Во время войны четырнадцатилетний Олег уже работал слесарем на полиграфическом комбинате газеты «Правда», где ремонтировал оборудование. И кроме этого, кстати, занимался в кружке акробатики. За свою работу он получал по 550 граммов хлеба в день. Недалеко же от комбината находилось Государственное училище циркового искусства, со студентами которого юный слесарь общался и даже бывал на репетициях. А когда узнал, что в училище дают на 100 граммов хлеба больше, не задумываясь, ушел из слесарей в артисты. Интересно, что и выступать в цирке Олег Попов начал отнюдь не клоуном. Он получил образование и ставил свои первые номера как эксцентрик на проволоке.

Однажды во время выступления на Московском молодежном фестивале произошла судьбоносная встреча Попова со знаменитым клоуном Карандашом (Михаилом Румянцевым), который, посмотрев выступление молодого артиста, пригласил его работать к себе в труппу. Олег Попов согласился и стал выступать со своим сольным номером, а также активно ассистировать Карандашу во время представлений. Сам в качестве клоуна он в первый раз появится в 1951 году на манеже Саратовского цирка.

«Однажды мы приехали в Саратов. И узнали, что клоун, выступающий в местном цирке, упал и сломал ребро. Но представить цирк без клоуна невозможно. И дирекция, зная, что я имею некоторый опыт работы в качестве «клоуна у ковра» (который должен заполнять все паузы между номерами) и выступал с самим Карандашом, обратилась ко мне с просьбой поработать, пока их артист лежит в больнице. Я выступал неделю. И эта неделя решила мою судьбу», – рассказывает об этом Олег Константинович.

Конечно, закрался случай и в процесс создания образа Олега Попова. Так, например, на первую клетчатую кепку он наткнулся в костюмерной «Мосфильма» в 1953 году во время съемок в картине «Арена смелых». За свою творческую карьеру Попов износил несколько десятков таких кепок. При этом в некоторых интервью Олег Константинович признается, что, когда ему надоело их постоянно менять, он сделал себе металлическую, в которой и выступает по сей день.

Среди самых известных номеров Попова – репризы «Повар», «Свисток», «Машина» и другие. Ну и, конечно, его визитная карточка – «Луч» или «Солнце в авоське». Клоун признается, что именно этот номер является его любимым. Кстати, благодаря этой репризе за Поповым закрепилось прозвище «Солнечный клоун». Произошло это во время первых гастролей советского цирка в Европе в 1958 году. После выступления в Англии в местных газетах появилась рецензия, автор которой писал, что в туманный Лондон приехал клоун, который солнцем осветил арену, из-за чего всем стало теплей.

Олег Попов отработал в отечественном цирке 40 лет, прежде чем уехал в Германию. С его творчеством, как и с отъездом, связано много слухов. Сам Олег Константинович рассказывает, что когда в 1991 году они были на гастролях в этой стране, импресарио труппы бросил их на произвол судьбы, сбежав со всеми заработанными деньгами. Правда, незадолго до этого на одном из выступлений Олег Попов познакомился с девушкой по имени Габриэла. Она смотрела представление, стоя в проходе, поскольку свободных мест в зале не было. Тогда Попов попросил вынести ей стул из его гримерки. А когда она подошла поблагодарить его, взял у нее телефон. Оставшись один, без денег, в Германии, Попов решился позвонить Габриэле, которая и пришла ему на помощь.

В Россию после этого он так и не вернулся. При этом в Германии все эти 25 лет работал не покладая рук и выступал уже вместе со своей супругой Габриэлой под сценическим именем «Счастливый Ганс». И предложений о гастролях у него и сейчас столько, что, как признается сам маэстро, в них можно запутаться.

Олег Попов не раз признавался в интервью, что обижен на родную страну за то, что в свое время у него, как и у многих людей, «сгорели» здесь все накопленные сбережения, да и пенсию назначили такую, о которой народному артисту стыдно рассказывать.

Тем не менее, наконец, Санкт-Петербург все-таки увидел его. Олег Константинович приехал на гастроли в отреставрированный Цирк Чинизелли с программой, в которой выступает вместе со своей супругой и друзьями.

И, несмотря на плотный график и перенесенное воспаление легких, которое он успел подхватить здесь во время репетиций, «Солнечный клоун» выкроил время, чтобы пообщаться с журналистом «Эксперта С-З».

 

«Эксперт Северо-Запад»:Олег Константинович, вы и здесь, прямо в Петербурге, готовите сейчас новые репризы?

Олег Попов:  – Конечно. Ведь чтобы подготовить номер, его надо репетировать все-таки прямо в цирке, на манеже, а не дома. Вот и сейчас поеду на репетицию.

– А можете открыть хотя бы одно из названий?

– А вот это всегда «секрет актрисы». Приходите через недельку, возможно, их уже можно будет увидеть.

– Почему вы все-таки решили приехать в Россию на гастроли?

– Во-первых, меня сначала пригласили на открытие Цирка Чинизелли. Я приезжал в Петербург на пару дней в конце прошлого года. А потом я посмотрел и понял, что просто грешно в таком цирке не выступать.

– Расскажите о своих впечатлениях от гастролей.

– Город стал просто громадным. И меня каждый день удивляют его жители и мои зрители. Где бы я ни ходил – все узнают, подходят и благодарят за то, что я делал когда-то и делаю до сих пор. Отдельно хотелось бы сказать о петербургском цирке. Он очень хороший. В Европе таких цирков почти нет, может быть, один или два. Поэтому мне было радостно видеть, как Цирк Чинизелли после ремонта словно второе дыхание обрел. И я считаю, что у меня тоже второе дыхание здесь открылось.

– Скажите, а когда люди видят выступление клоуна, они обязательно должны смеяться?

– Ну, смеяться не смеяться, а улыбаться – это обязательно. Это для клоуна очень важно. Ведь клоун, по сути – большой ребенок.

– Что же в деле клоуна самое сложное?

– Рано вставать на репетиции (улыбается).

– А клоуны – отечественные и зарубежные – чем-то отличаются?

– У каждого народа есть свои особенности, национальные качества и привычки, которые, безусловно, отражаются и в работе, зачастую даже выходят на первый план. Кроме того, согласитесь, что и юмор, и его восприятие в разных странах – разное. Поэтому когда выступаешь в другой стране, порой даже репризы другие приходится для этого делать. То, что идет на «ура» у одних зрителей, в данном случае может быть совершенно не понято другими.

– Когда вы выступали, то следили за творчеством других артистов, может быть, подражали кому-то?

– Конечно. Я, например, всегда с удовольствием наблюдал за Георгием Вициным. Он мягкий клоун. Мне нравятся такие клоуны – лирические, очеловеченные, «с цветочком».

– Вы еще упоминали, что когда-то подражали Чарли Чаплину. А ему самому при встрече вы об этом говорили?

– Я старался. Мы встретились на гастролях в Венеции в 1964 году. Он был и на нашем представлении. Но Чаплин не знал русский, а я – английский, хотя при этом мы как-то разговаривали. И что-то, надеюсь, он все же понял и запомнил.

– Скажите, а на клоуна можно выучиться или здесь все решает только талант?

– Для того чтобы стать клоуном, надо иметь громадное желание. Всему можно научиться. У кого-то это получается быстрее, у кого-то – медленнее. Но желание здесь совершенно точно играет определяющую роль.

– В свое время у нас выступали клоуны, олицетворяющие эпоху. Почему же нет таких громких имен сейчас?

– Везде бывают взлеты и падения. Сейчас, конечно, очень мало имен в цирке. Раньше были Карандаш, Вяткин, Бугримовы, Кио... Сейчас все по-другому. Но я надеюсь, что они появятся среди молодежи. Связано нынешнее положение с тем, что все думают, что работать в цирке, а тем более быть клоуном – это очень легко. А на деле оказывается наоборот – очень трудно. Поэтому многие просто начинают и бросают.

– Сегодня цирк изменился, возможно, где-то стал больше похож на театрализованное шоу. Популярностью пользуются, например, Цирк дю Солей и другие проекты. Как вы считаете, это к лучшему?

– Главное в цирке – это по-прежнему не слова, а действие. Его больше смотрят, чем слушают. И, конечно, здесь бывают эксперименты. Они нужны, потому что вообще искусство – это эксперимент. Всегда пробуют разные варианты. Хорошие оставляют, неважные забывают. Но экспериментировать, я считаю, обязательно надо.

– А клоун в цирке – фигура постоянная или тоже со временем меняется?

– Клоун не робот. Он не может не изменяться, если меняется сам человек. А жизнь заставляет людей меняться. В чем это проявляется? Конечно, в первую очередь в творчестве. Приходится откликаться на сегодняшний день новыми актуальными номерами.

– Планировали ли вы когда-нибудь преподавать – готовить новых клоунов?

– Мысль, кончено, была. Все ведь иногда задумываются о своей старости, потому как всю жизнь не будешь прыгать, как птичка. Но просто не было возможности для этого.

– А создать собственный цирк не мечтали?

– Года ушли. Сейчас для этого желания нет лет. Но, по правде говоря, в свое время я думал о том, что мог бы быть режиссером в цирке, помогать артистам делать номера. А вот жизни директора цирка – с ее нервотрепками, со всеми этими финансовыми вопросами и скандалами – я никогда не желал. Зачем оно мне надо?!

– А где вы выступаете в Германии?

– В основном в цирке-шапито «Боссерт» (один из самых известных цирков страны. – «Эксперт С-З»). Раньше работал там все 11 месяцев в году плюс месяц на отпуск. Но сейчас я стараюсь работать там, где мне интересно, выбираю разные проекты.

– Вы как-то упоминали, что свой реквизит делаете сами…

– Да. Так сложилась судьба, что я в 14 лет был учеником слесаря, а потом попал в цирковую школу. И мне нравится, что я умею это делать. Поскольку, когда работаю над реквизитом сам, всегда выходит именно то, что мне надо. А сколько бы ни заказывал его на стороне, все время приходилось что-то переделывать.

– А другие клоуны тоже так поступают?

– Конечно, нет. Не все могут слесарничать, токарничать и сваркой заниматься.

– Скажите, пожалуйста, а кепка, в которой вы выступаете, действительно металлическая, как о ней говорят?

– Да какая металлическая (громко смеется)?! Ну как можно в это поверить? Тогда уж надо военную железную каску носить! Это просто материал, из которого она сделана, называется «металлик».

 


Об авторе
[-]

Автор: Ксения Потапова

Источник: expert.ru

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 03.04.2016. Просмотров: 273

Комментарии
[-]

Комментарии не добавлены

Ваши данные: *  
Имя:

Комментарий: *  
Прикрепить файл  
 


zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta