Глава финансового комитета Верховной Рады Даниил Гетманцев - о будущем Украины

Содержание
[-]

Даниил Гетманцев: "Мы наводим порядок в стране, в которой 28 лет была "пьяная вечеринка»

Как изменился ко второму чтению "ресурсный" законопроект 5600? Какие политические силы проголосуют за его принятие? Какая судьба ждет закон о так называемой деолигархизации? Как в Украине продвигается налоговая амнистия?

На эти и другие вопросы изданию  Цензор.НЕТ ответил народный депутат фракции "Слуга народа", руководитель финансового комитета Верховной Рады Даниил Гетманцев.

***

Одиозный законопроект №5600 о внесении изменений в Налоговый кодекс и некоторые законодательные акты Украины по обеспечению сбалансированности бюджетных поступлений в парламенте называют "налоговым" или "ресурсным". Это одна из важных властных инициатив, о которой начали говорить больше, чем пол года назад. Документ прошел первое чтение. Во второе парламентарии внесли одиннадцать с половиной тысяч поправок Для того, чтобы не затягивать процесс его рассмотрения, монобольшинство решило применить спецпроцедуру, как это уже было с так называемым деолигархическим законом. Руководитель фракции "Слуга народа" Давид Арахамия заявил, что на этой неделе законопроект будет принят. Это подтверждает в интервью "Цензор.НЕТ" и глава финансового комитета Верховной Рады, народный депутат СН Даниил Гетманцев.

"В РЕГЛАМЕНТЕ ЕСТЬ ТАКИЕ НОРМЫ, КОТОРЫЕ ПРОТИВОРЕЧАТ ОДНА ДРУГОЙ, И ТЫ В ЛЮБОМ СЛУЧАЕ КАКИЕ-ТО ИЗ НИХ НАРУШАЕШЬ"

"Цензор.НЕТ": - Есть ли голоса для принятия законопроекта?

Даниил Гетманцев: - Да, есть.

– Это голоса монобольшинства? Или снова придется привлекать "Довіру" и "За майбутнє"?

– Есть голоса монобольшинства. Но на комитете была поддержка "Довіруи". Не помню, как голосовали депутаты "За майбутнє". Не исключаю, что они не явились. К сожалению, Игорь Палица – не самый дисциплинированный член нашего комитета (улыбается. – ред.). Мы его редко видим.

– А поддержка "Батькивщины" есть?

– Нет, она не будет голосовать.

– Кстати, народный депутат "Батькивщины", являющийся членом вашего комитета, Андрей Николаенко заявил, что законопроект на заседании рассматривался со значительными нарушениями. Цитирую: "Очень серьезный документ, как я считаю, вреден для украинской экономики, рассматривается ненадлежащим образом. Между первым и вторым чтениями появилось около 80 изменений в статье, не являвшихся предметом рассмотрения в первом чтении. Соответственно, это нарушение статьи 116 регламента. На это указало большое количество депутатов. Но это было фактически проигнорировано руководством комитета". Почему вы игнорируете членов своего комитета?

– Вопрос процедурный. Да, есть 116 статья регламента, которая нам запрещает вносить изменения во второе чтение в статьи, которые не были предметом рассмотрения в первом. Я подтверждаю, что в законопроекте 5600 есть такие изменения. Не следует быть даже экспертом, чтобы найти эти нормы в таблице. Они не вызывали дискуссий, были восприняты одобрительно (по крайней мере, комитетом), устраняли те или иные недостатки в законодательстве и позволяли нам быстро урегулировать определенные вопросы, не ведя документ через два чтения. То есть, это те нормы, которые необходимы, и с которыми соглашаются почти все члены комитета. Но я бы обратил внимание на другое. Почему оппозиция упоминает о статье 116 Регламента Верховной Рады именно тогда, когда нужно либо затормозить принятие того или иного законопроекта, либо вообще "сбить" его. В обоих случаях так происходит, когда это выгодно. А если нет, в частности г-ну Николаенко лично, то он голосует за принимаемые законопроекты с нарушением 116 статьи регламента и в комитете, и в зале…

– Например?

– Например, законопроект о налогообложении электротранспорта. Здесь во второе чтение были внесены изменения по льготам на налогообложение производства не только электротранспорта, но еще и транспорта, ездящего на метане. Это абсолютно нормальная норма – мы хотим поддержать производство электротранспорта в Украине, потому что это экологически чистый транспорт будущего. В ходе дискуссии выясняется, что для поддержки требуется производство еще одного вида транспорта. Его рынок невелик по своему объему. Но он, во-первых, позволяет нам поддержать нашу ГТС. Это плюс один миллиард кубометров прокачки газа через ГТС в год. Во-вторых, здесь речь идет о городском транспорте. И мы решаем: такие же льготы применяем и в этой отрасли. Правильное решение? Да. Нет возражений? Нет. На комитете поддержали единогласно. В зале – 300 голосов. Николаенко голосовал. Почему же его здесь не смущало нарушение статьи 116 регламента? А почему сейчас он возмущается? Возможно, потому, что другие нормы закона 5600, которые были и в первом, и во втором чтении, ему не нравятся?!

– А почему?

– Я не хочу подробно говорить о позиции именно этого народного депутата. Мне кажется, у него есть определенные мотивы, мешающие ему поддержать этот законопроект и даже вынуждающие выступать против. Кстати, законопроект об электротранспорте – это лишь один из случаев. А таких – десять.

Я вам скажу такую крамолу: редкий закон нашего комитета проходит без нарушения статьи 116 регламента. Если ты готовишь большой проект, при обсуждении все время появляются вопросы, необходимые для учета. Например, в 5600 с нарушением 116 статьи регламента мы предоставили энергогенерирующим компаниям возможность уплаты НДС по кассовому методу (он означает, что налог уплачивается, когда ты получаешь деньги, а не когда отгружаешь продукцию), потому что на рынке есть задолженность за услуги ЖКХ (потребители задолжали более 60 млрд. грн.). Это абсолютно нормальная норма, которую мы поддерживаем. Она вообще возникла в процессе обсуждения вопроса "зеленой" генерации. Они выступили с такой идеей, вышли на рабочую группу, мы ее обсудили и поддержали, потому что она логична. Нужно ли для ее осуществления принимать отдельный закон, который должен пройти два чтения, станет в очередь и, в лучшем случае, через год попадет в зал и никому уже не поможет?

– Возможно, стоит просто пересмотреть статью 116 регламента?

– Возможно. Я, кстати, выступаю в поддержку этого.

Так вот, в чем основная контрпозиция с моей стороны по отношению к таким ярым законникам – они или ярые к любым решениям, которые принимает Верховная Рада (и тогда Николаенко или другие известные "законники" никогда бы не проголосовали, если идет нарушение статьи 116 ), или ни к каким, и мы говорим: если есть уместное решение, благодаря которому решаются проблемы страны, мы отклоняемся от этой статьи, что не влечет за собой неконституционность документа. Ибо есть позиция Конституционного Суда, что нарушение регламента при принятии законопроекта, не лишающего депутатов права на законодательную инициативу, не влечет его неконституционность. В регламенте таких норм очень много. Более того, там есть такие, которые противоречат друг другу, и ты в любом случае какую-нибудь из них нарушаешь. Он несовершенен. Нужно ли его переделать? Действительно. Но это вопрос к председателю Верховной Рады, который два с половиной года имел такую ​​возможность, но почему-то этого не сделал.

- Поговорим подробнее о том, что изменилось в законопроекте 5600 ко второму чтению. Первый – вечный вопрос о ренте на железную руду. Выходит так, что налогооблагаемая база изменена с индекса China на индекс China минус логистика. Верно?

– Логистика была учтена в формуле. (Наибольшими добытчиками железной руды в Украине являются "Метинвест" Рината Ахметова и Вадима Новинского, "Ferrexpo" Константина Жеваго, "АрселорМиттал Кривой Рог" Лакшми Миттала. – Ред.).

– Когда из налогооблагаемой базы вычитается логистика, то эта заложенная в 5600 трехступенчатая ставка, которая зависит от цены на руду, приведет к уменьшению поступлений в бюджет от ренты. Да?

– Мы с вами обсуждаем систему налогообложения в зависимости от цен на руду. Это неправильно. Потому что мы не знаем, какой она будет. Кто знал, что летом этого года цена будет 210-220 долларов? Никто. Поэтому мы предложили справедливую формулу ренты, в соответствии с которой, чем выше цена, тем добытчик платит больше, чем ниже – тем меньше. У нас была серьезная дискуссия с отраслью, которая до сих пор не завершается, относительно того, учитывать ли логистику, и по какой величине учитывать украинскую часть логистики (стоимость перевозки по железной дороге в порты). Кстати, тот же Николаенко обвинил меня в том, что я здесь сам лично занизил стоимость логистики. Так вот, смотрите: если стоимость руды 70 долларов за тонну, они (добытчики – ред.) выходят в ноль. Если меньше – работают в минус.

– Раньше они продавали и по 60 долларов за тонну…

– Было и по 40. Но вопрос в том, какой у них баланс. Если они продают по 40 долларов, то делают это себе в минус, надеясь, что компенсируют себе, когда стоимость будет 100.

– Они вам предоставили расчеты?

– Да, у нас есть эти расчеты. Это же абсолютно "белые" компании, публикующие всю свою отчетность.

– Но мы в этой отчетности ежегодно видим огромные прибыли.

– Давайте я сначала закончу по ставке. Если стоимость руды – более 100 долларов по сегодняшней ставке на основе логистики, государство зарабатывает больше. Если меньше 100 долларов – получает столько же, как сейчас, или меньше, если стоимость существенно меньше 100 долларов. Но мы с вами не можем прийти к представителям отрасли и сказать: "У вас огромные доходы и мы хотим от вас плюс миллиард долларов". Мы не на "большой дороге" и государство не бандит, чтобы такое делать! Поэтому должны установить такую ​​систему, которая будет понятна и прозрачна для всех.

Была дискуссия по поводу логистики: нужно ее включать или нет? Она имеет аргументы как "за", так и "против". Они заключаются в том, что нельзя облагать налогом расходы, а надо облагать доходы - то, что они получают. А логистика – это то, что они тратят, поэтому ее нельзя облагать налогом. Есть примеры зарубежных стран, например, тех же Австралии, Канады, Бразилии, которые вычитывают логистику…

– Если бы законопроект, даже с изъятием из налогооблагаемой базы логистики, был принят в начале года – это нормально. А так выходит: поднялись цены на руду и только Метинвест показал прибыль 2,8 миллиарда долларов за полгода. Пришла осень, цены упали, и теперь государство через Верховную Раду принимает такие ставки ренты, которые позволяют горно-обогатительным комбинатам (ГОК) платить меньше…

– Еще раз: задача законотворца состоит в том, что мы должны принять нормальную справедливую систему, которая ни у кого не вызывала бы сомнений, а не догонять бизнес, когда он получает сверхприбыли в результате колебания цен. Ибо второе – это задача бандита. Когда мы принимаем справедливую шкалу, понимаем: если в следующем году, по прогнозам, средняя стоимость руды будет 105 долларов за тонну, мы получим плюс два-три миллиарда грн поступлений в бюджет от ренты. Если выше – больше. Если цена руды снизится – получим меньше. Но это справедливо как для бизнеса, так и для государства. Если мы говорим о том, хотели ли принять этот закон раньше, то это правда...

– Разумков помешал.

– Вы же знаете эту историю? Было решение комитета о сокращении сроков рассмотрения до второго чтения, которое не было в зале поставлено на голосование. Мало того. Бесспорно, мы приняли справедливую систему, которая выгодна бизнесу, но хотели сделать это на полгода раньше. Если бы так произошло, то мы получили бы дополнительные поступления в бюджет где-то 5 миллиардов гривен.

– Слушаю вас, и будто слышу лоббиста металлургов, президента "Укрметаллургпрома" Александра Каленкова.

– Я, как раз, был с другой стороны.

– Тогда чье это решение о снижении налоговой нагрузки на ГОК?

– Повторяю в третий раз, речь идет не о понижении. Это компромисс. Если поднимете прессу, после принятия решения на комитете, увидите, как его характеризовали тот же Каленков и все ангажированные лица. Писали: "Гетманцев на комитете принял волюнтаристское решение и добавил в налогооблагаемую базу пять долларов на тонне, не закладывая их в доставку по Украине". Посмотрите запись заседания комитета и во что превратился наш разговор, когда я вообще требовал прекратить обсуждение этой темы и отказался ставить на голосование вопрос.

Они по Украине хотели 15 долларов/тонна на доставку. А мы посчитали, что там 10 долларов хватит с головой. Чтобы вы понимали: 5 долларов – это полмиллиарда гривен поступлений от ренты за год. Поэтому я у них – антигерой. Но я вам объясняю логику принятого решения. Видимо, я сейчас не могу его критиковать, даже если бы мне где-то хотелось (улыбается. – ред.), но я не буду этого делать.

– А вы производили подсчеты: в случае принятия 5600 при цене руды 90-99 долларов за тонну, будет ли уменьшение поступлений ренты в бюджет?

– По нашим расчетам, уменьшение поступлений будет происходить при стоимости руды 75-80 долларов за тонну.

– Вы видели пост вашего коллеги Андрея Геруса по этому поводу? Он написал о том, что заложенный в 5600 дизайн рентного налога на железную руду приведет к уменьшению уплаты ГОКа этого налога из-за снижения мировой цены на руду.

– Видел.

– Он – не враг президента и не лучший друг Ахметова.

– То, что он не является лучшим другом Ахметова, это факт.

– Он критиковал эту систему.

– Я знаю его позицию. Как и свою. Говорю же вам: характеризую это решение, как компромисс, который для меня очень тяжелый.

– А как в 5600 попала правка об отмене повышения в три раза платы за хранение отходов горной промышленности? Вы ее автор.

– Там, где обозначены поправки, как мои, речь идет о комитетских. Потому что я – председатель комитета. Там речь идет о повышении на 10 процентов на все отходы вместо трехкратного повышения. Это тоже компромисс. (В базовой версии 5600 предполагалось, что налог на хранение твердых малоопасных отходов поднимется с 0,49 грн/т до 1,5 грн/т. Но после правки запланировано повышение всего до 0,54 грн/т – ред.).

– В чем логика заложить в документ акциз на "зеленую" генерацию, а затем убрать его оттуда? (Речь идет о введении для "зеленой" генерации акциза на произведенную электроэнергию в 3,2% от ее стоимости. Такой акциз действует для всех других видов генерации в Украине. – ред.).

– Это был очень трудный и дискуссионный вопрос. Выгоды бюджета – 1,9 млрд грн по году. А потери государства в среднесрочной перспективе могли бы быть гораздо больше в связи с тем, что они ("зеленые". – ред.) с большой долей вероятности пошли бы в суды. Я настаивал на том, чтобы оставить акциз для "зеленых" в проекте. Коллеги говорили, что это риски. В конце концов убрали. Никто не знает, какое решение, на самом деле, правильное. Потому что, с одной стороны, мы получим почти два миллиарда, с другой – можем потратить 10 миллиардов через семь лет, как в Испании. Есть такие прецеденты. Они не в пользу этого решения. Кроме того, я бы не воспринимал "зеленых" как вопрос Ахметова. Потому что у него там – меньше четверти. Все остальное – иностранцы…

 -Есть еще интересная норма в законопроекте о том, что не менее 70 процентов экологического налога на выбросы СО2 направляются на борьбу с этими выбросами. У нас самыми большими загрязнителями атмосферного воздуха являются металлургические предприятия и ТЭС Ахметова. То есть они заплатят этот налог, а потом им вернут большую часть средств?

– Нет, не так. Во-первых, это не норма Налогового кодекса. Эти отношения должны быть урегулированы в его пределах. Мы просто записали норму, что средства от налога на выбросы СО2 увеличиваются втрое: с 10 до 30 гривен за тонну СО2 направляются на экологию. Это общемировая практика, когда правительство средства, полученные от экологического налога, направляет на экологию. На какую именно, каким образом – это уже норма Бюджетного кодекса. А в 5600 – это просто такой "путеводитель": мы считаем, что эти средства должны быть использованы на определенные цели, а регулируйте в других законах отдельно.

– Синхронизировали ли законопроект 5600 с бюджетом-2022?

– 5600 не включен в первое чтение бюджета. Но в презентации документа говорилось, что он будет учтен во втором. Раньше нам каждый год было так: всегда под бюджет принимался налоговый закон. Бесспорно, мы хотели принять 5600 летом еще, чтобы выдержать эти полгода. Не смогли этого сделать. Но так или иначе, примем его сейчас, ведь он ресурсный законопроект под бюджет. Потому будет там обязательно.

– Правительство успеет учесть?

– Бесспорно. У нас еще в первом чтении бюджет не принят. Тем более, в Минфине уже расписаны все программы под 5600. Посмотрите презентацию бюджета. Там на программы красным выделен "ресурс - 5600".

– Расскажите, что осталось в 5600? Что с минимальным налоговым обязательством (МНС) для собственников земли? Насколько мы понимаем, идет убыль с двух гектаров до 0,5…

– Нет. У нас в первом чтении была норма о неналогообложении пол-гектара. Мы заменили ее той, в которой речь идет о не налогообложении земель в пределах населенных пунктов, чтобы убрать манипуляции по огородам. То есть, любая земля (независимо от того, паи или огороды), которая находится в пределах населенного пункта (причем по состоянию на данный момент – 2021 год), то она вообще не облагается налогом на вмененный доход. Если она вне этих пределов – облагается налогом.

– Кто станет плательщиками такого налога?

– Те, кто сегодня обрабатывает 8 миллионов гектаров без уплаты каких-либо налогов местным общинам и государству.

– То есть обычных людей, у которых огороды в селе, это не касается?

– Нет. Посмотрите заседание, на котором будет рассматриваться 5600. Я уверен, что "Батькивщина" будет "качать" именно этот вопрос, потому что с их стороны это распространенная манипуляция. На самом деле, в Украине товарное сырье настолько развито, что используются все земли для выращивания зерновых. Просто государство этого не видит, как и органы местного самоуправления. Они, кстати, являются основными лоббистами этого закона, потому что они получат часть средств в местный бюджет, а также белые аграрии, уплачивающие налоги.

– А собственный огород вне населенного пункта будет облагаться налогом, правильно?

– Да. Мы знаем статистику. Таких земельных участков – около 20 процентов. Если там есть 20 соток, и мы говорим, что по Украине средняя ставка этого налога будет 1200 гривен за гектар в год, делим на пять, будет 300 гривен в год. Я не думаю, что это будет слишком тягостно. С другой стороны, мы не можем вводить норму, не способную проадминистрировать. А льгота на земле в пределах населенных пунктов, во-первых, решает 90 процентов всех проблем. Во-вторых, легко администрируется.

– Если все так хорошо, как мы с вами говорим, почему тогда эксперты и некоторые народные депутаты говорят, что между первым и вторым чтением законопроект превратился из "антиахметовского", как его называли в начале "пути", в "антинародный"?

– Вы меньше читайте социальные сети. Ибо те люди, кто там пишут, не читают первоисточники. Вот вы пришли подготовленными, у вас есть конкретные вопросы, на которые я отвечаю. Откуда берутся такие заявления? А откуда появилась критика первого чтения, когда документ даже не читали? Вспомните, первой претензией к законопроекту было то, что вроде бы там есть норма: сначала плати – потом обжалуй. Но такого никогда не было даже в воображении! Как и 90% другого бреда от блогеров, дискредитировавших само слово "эксперт" своей "экспертизой".

Они сейчас говорят, что закон – не "антиахметовский", потому что упала цена на руду. Если бы она сейчас была 300 долларов, то его называли бы супер "антиахметовским", понимаете?! Но еще раз, мы с вами не можем обсуждать шкалу, исходя из цены на руду по состоянию на конкретный данный период. Мы должны говорить, что должна быть справедливость. Если они получают меньше – платят меньше, так же и больше. Это обеспечивает процент, а не постоянная величина ренты, как сейчас.

Почему появляются заявления, о которых вы говорите? Потому что "бесполезные идиоты" собирают лайки в соцсетях, а полезные не идиоты, в том числе, используя первых, умышленно демонизируют законопроект, сбивая его.

– Но что "антиолигархического" осталось в 5600 после внесения правок ко второму чтению, если, по сути, никто из олигархов не пострадает?

– Во-первых, с ренты станут платить больше. Это, как мы с вами выяснили, будет зависеть от цены.

Во-вторых, мы все же говорим об "антиолигархическом" законе. Вспомним курятину. Ее производители пролоббировали для себя когда-то такую ​​норму, что на сегодняшний день уплачивают налог с дохода, исходя из объема земель, которые они возделывают. Что такое четвертая группа единого налога? Она позволяет упрощенно облагать налогом аграриев, которые сеют и собирают урожай в зависимости от площади земли, которую они возделывают. Но курятина не зависит от обрабатываемой земли. Земля под фабрикой ни на что не влияет. Это все равно, что обложить "Метинвест" по четвертой группе сельскохозяйственного налога…

– Неужели такие крупные холдинги, как МХП Юрия Коюсюка (крупнейший производитель курятины в Украине, – ред.), используют четвертую группу единого налога?

– Не только они. В 2020 году у отрасли было 62 миллиарда дохода. Знаете сколько они заплатили в бюджеты? 17 миллионов. Вот это то, о чем я говорю – проблема, которая наращивалась годами льготы в результате политической коррупции. Скажите, а почему мы легкую промышленность так не облагаем налогом? Лен тоже "добывается" из земли, потому здесь тоже может быть эта четвертая группа! А возьмем других – не олигархов, но жуликов, которые занимаются табаком. Мы приняли о переносе уплаты НДС и пятипроцентного местного акциза на первое звено – производителя.

– Насколько нам известно, этот пятипроцентный налог многие реализаторы табачных изделий в бюджет не платят.

– Да. Местные бюджеты недополучают только от этого пятипроцентного акциза три миллиарда.

– А как он будет теперь распределяться?

– Будет автоматическое расщепление. Еще одно: табак должен продаваться только через регистраторы расчетных операций (РРО). То, что сейчас "мимо кассы" торгуют – это уже другое дело. Согласно данным реализации, через РРО бюджет получает средства, например, от Philip Morris, и они расцепляются по местным бюджетам согласно данным реализации табака через РРО. Задача местных властей теперь – чтобы все киоски "били" чеки. Пусть трудятся. Это их деньги! Мы хотим их заинтересовать, чтобы они это делали.

Ну а "скрутки" по НДС с табаком – это же вообще "притча во языцех"! У нас есть кейс, когда в начале этого года предприятию поставили сигареты, а оно из них "изготовило" газовую станцию. Вот так работают "скрутки". И никто ведь не видит!

– Налоговая же должна видеть.

– Увидела, доложила нам об этом. Мы взяли ситуацию под контроль. Но дело в том, что это не редкий случай, а только то, что на "гребне волны". Поэтому мы передали администрирование "наверх". Там есть убеждение, что эти крупные пять компаний, включая одну нашу, которая "полубелая”, будут платить НДС в полном объеме (имеются в виду большая четверка международных табачных корпораций Philip Morris (PMI), British American Tobacco (BAT), Japan Tobacco ( JTI), Imperial Tobacco (IT) и Винниковская (Львовская) табачная фабрика – ред.).

Думаю, здесь мы справимся с проблемой. Но, безусловно, дело за исполнительной властью. Мы не можем на законодательном уровне побороть все, на что закрываются глаза. Кроме этого, у нас еще достаточно перемен. К примеру, мы сняли со второй группы единого налога "кабельщиков".

– Те, которые предоставляют нам услуги Интернет?

– Так и телевидение. Большие сети. Работают как организованная группа ФЛП второй группы. Как так?

– Так все поступают? Киевстар, например.

– Сомневаюсь по Киевстару. Но есть сверхбольшой бизнес, который так работает. Мы их убрали из второй группы. Даже если остаются на третьем, то пусть платят хотя бы пять процентов, а не копейки, как сейчас.

– А что по недвижимости? Вы как будто хотели побороть схему, когда физлица несколько раз перепродают квартиры.

– Так мы ее побороли! Схема состоит в том, что многоквартирный дом оформляют на физическое лицо (кстати, один из народных депутатов имеет уголовное дело по этому вопросу) и уплачивают пять процентов подоходного налога вместо того, чтобы платить НДС. Мы говорим: первая продажа в течение года – ноль, вторая – пять, третья – 18 процентов по разнице (между тем, за что ты купил, и продал).

– А если квартира продается вторично через три года?

– Тогда никакого налога нет. Мы указываем срок – год. Я знаю статистику по Украине – в 2020 году до тысячи человек совершили такие сделки. Это, как правило, и есть эти "схемщики". Мы эти схемы побороли. Но что они творили по всем телеканалам!

– Были заявления, что человек не сможет по нормальной цене продать квартиру, потому что придется уплатить большой налог.

– Ужас! Человек не сможет продать третью квартиру в течение года без уплаты налогов. Как такое может быть? Я тоже шокирован (улыбается. – ред.). Смотрите, я каждую неделю объясняю, что закладывается в законопроекте. Если тебе нужно что-то услышать, ты этого должен хотеть, а не просто лайкнуть какой-нибудь пост в Facebook, где пишут, что власть снова "убивает" бизнес! Вот вчера (26 октября. – ред.) Гордон в программе у Голованова говорит: "Снизите налоги до 10 процентов, все будут платить, но посадите в тюрьму тех, кто не платит. А Гетманцев же – социалист! Он говорит: "Если ты не уплатил налог, тебе доначислят ставку налога (он подразумевает косвенные методы налогового контроля) на то, что ты не уплатил". Дайте людям "обрасти жирком". Это же уникально! Человек, трезвый, вроде бы вменяемый, за две минуты умудрился в нескольких предложениях сначала требовать лишения свободы за неуплату налогов (чего у нас нет, и мы не планируем это вводить), а потом требовать, чтобы этим же людям не доначисляли сумму налога! Как так?! "Медики" Мы медсестре со следующего года поднимаем зарплату до 13,5 тысяч гривен.Это 500 долларов! Как мы с вами можем говорить об этом, когда в Польше она получает 60 тысяч гривен (в эквиваленте. – ред.)! А учителя? А пенсионеры? Они должны "обрости жирком"?

– При этом закладываете в бюджете только 200 гривен на повышение минимальной зарплаты…

– Это тоже интересный и манипулятивный вопрос. Вспомните, насколько мы подняли минимальную заработную плату в предыдущие два года. На начало 2020 года она составляла четыре с половиной тысячи, затем четыре семьсот, а на 2021 год мы повысили до шести тысяч, а с декабря – до шести с половиной тысяч. Со следующего года – до шести семисот. Нам говорят: "Почему так мало – на 200 гривен?!" Мы за один год подняли ее более чем на 45 (подчеркиваю) процентов! У нас впервые минимальная зарплата выше, чем в России, Беларуси и Молдове. Она у нас высокая. Минимальная заработная плата должна соотноситься со средней по определенному коэффициенту. Мы его выдержали по среднеевропейскому стандарту. Теперь индексируем. Когда мы поднимали ее на 45 процентов, нас все критиковали и говорили: "Как же так – это нагрузка на бизнес!". А сегодня нас упрекают: "А почему только на 200 гривен?!"

– Здесь, действительно, проблема, ведь повышение минимальной зарплаты – это повышение налогов.

– Конечно. Простите, а как иначе?

– Критики говорят, что налоги неэффективно используются на финансирование государственного аппарата.

– Безусловно, нужно сокращать расходы на госаппарат и, что важнее – делать его эффективным. Я принимаю этот довод и на своем месте работаю над этим. Но, с другой стороны, разве мы должны платить полицейскому меньше, чем получает охранник в супермаркете? Нас критикуют: "Увеличиваете расходы - создаете полицейское государство!"

С другой стороны, может быть, нам нужно сделать достойными зарплаты полицейским?! Или даже при такой зарплате давать им квартиры, чтобы за нее 20 лет отрабатывали. Как, кстати, ввел Аваков. Это абсолютно нормальная программа, которая у них работает. Смотрите, мы не делаем никаких экспериментов. Мы просто наводим порядок в стране, в которой 28 лет была "пьяная вечеринка с употреблением тяжелых наркотиков".

– Остаётся ли в 5600 налог на роскошь?

– Нет, его там и не было – Кабмин не подал. Это к ним вопрос, почему не внесли.

– В целом после второго чтения сколько этот закон может принести бюджету?

– 25 миллиардов гривен. Первоначально была цифра в 50 миллиардов. Мы убрали норму по уплате НДС застройщиками, также снижены прогнозы по ренте на руду, на которую, как мы уже выяснили, упала ценуа Хотя и эти прогнозы несколько манипулятивны, ведь мы сейчас не знаем, какой будет реальная цена на руду в следующем году.

"ЧТО ТАКОЕ ОЛИГАРХИЧЕСКАЯ СИСТЕМА В УКРАИНЕ? ЭТО НЕ 15-20 ФАМИЛИЙ, А ОПРЕДЕЛЕННЫЕ ПРАВИЛА ПОВЕДЕНИЯ"

– Президентский законопроект о так называемой деолигархизации журналисты уже окрестили многострадальным. Его обещали принять быстро и легко. Все вышло наоборот: документ нещадно критикуют как в парламенте, так и в обществе, рассмотрение и голосование состоялось со скандалом и ошибкой, было 12 постановлений об его отмене. Его судьба до конца неизвестна…

– Почему? Известно. Я вам ее озвучу: во вторник сразу после рассмотрения бюджета по 131 статье регламента он будет вынесен в зал, будут проголосованы отдельные неувязки, которые обозначил комитет, сразу председатель Верховной Рады подпишет и направит президенту. Всё очень просто.

– Дмитрий Разумков уверяет: именно он должен подписать закон, а если это сделает Стефанчук, будут представления в Конституционный Суд.

– Мы не исключаем и даже предусматриваем иски в Конституционный Суд в любом случае. Все видели, что творила в зале с этим законопроектом оппозиция, к сожалению, с помощью Дмитрия Александровича (не забывайте, что именно этот документ стал причиной его отставки). Это было беспрецедентное сопротивление – начиная с Венецианской комиссии, завершая количеством поправок, происходящим в зале и после голосования в первом чтении. Я признаю, что профильному комитету следовало более детально изучить таблицу перед тем, как передавать ее в зал. Да, там есть определенные нюансы. Но мы их во вторник поправим, примем и подпишем. Закон обязательно заработает, независимо от чьего-либо желания.

– Вы считаете, что Разумков блокировал принятие антиолигархического проекта?

– Вы тоже это знаете. Более того, по непонятным причинам он использовал именно этот повод. Это было его решение, Вы же понимаете? А тщательно сконструированный для него на известных олигархических каналах образ жертвы вызывает улыбку у тех, кто умеет мыслить или знает, как все было на самом деле. Я точно не буду стирать грязное белье, но для меня лично Дмитрий Александрович является едва ли не самым большим разочарованием в моей политической жизни. Я не преувеличиваю, это моя личная боль. Бог дал человеку, просто, без сверхжертов и сверхусилий быть вторым человеком в государстве, решающим образом влиять на его будущее, не имея никаких обязательств перед бизнесом, никакими политическими актерами, кроме своей же команды.

Как можно было так бездарно потерять все? Кто не давал ему возможности проводить такие необходимые стране реформы? Кто бил по рукам? И что он за два года реализовал лично? Где хотя бы реформа парламента? Вот сейчас он говорит о политическом будущем и о своем политическом проекте. Политический проект, "чтобы что?". Что он сможет добиться в собственном проекте из того, что не смог достичь, будучи вторым человеком в государстве? Извините, но кажется все это точно не об интересах людей и не об интересах государства.

– Считаете, он изменил Президенту?

– Считаю, он предал себя и людей, а это самое важное. Поддался таким простым, банальным манипуляциям…

– Этот законопроект – инициатива президента. У вас – монобольшинство. Почему возникли такие сложности?

– Потому что олигархат в этой стране очень крепкий.

– нова против олигархата.

– Почему вы улыбаетесь?

– Потому что снова виноваты олигархи. При этом сейчас СНБО получает слишком много полномочий, которые не присущи координационному органу, которым он является согласно Конституции.

– Смотрите, что такое олигархическая система в Украине? Это не 15-20 фамилий, а определенные правила поведения, транслируемые всему обществу. Этакая параллельная реальность, существующая в дополнение к правовому полю и заставляющая его работать так, как это выгодно определенным людям – не только олигархам. К примеру, тем, кто разливает "левый" спирт – мошенникам, имеющим бизнес на уклонении от налогообложения. Я хочу сказать, что мы боремся прежде всего не столько с этими "фамилиями", сколько с системой, работающей по определенным правилам. А они такие: чтобы быть успешным в этом обществе, нужно иметь связи и средства на коррупцию. Ты получаешь власть, конвертируешь ее в бизнес, потом наоборот, и так ты растешь. Это правило, согласно которому Украина развивается все 30 лет независимости. Нам говорят: "Давайте примем необходимые законы, чтобы изменить эти отношения и сделаем эти изменения цивилизованным путем". Зная, что любые законы будут искривлены их "правильным" исполнением.

Мы вносим законопроект 5600, а к нему появляются 11 с половиной тысяч поправок. Тогда начинается: "Это же право депутата на законодательную инициативу, а сокращенную процедуру не будем применять, закон сложен". Если мы "выходим" в такой ситуации в зал, то рассмотрение этих поправок (ведь есть такие, что на подтверждение, и на учет) займет год. В конце 2022 года вряд ли этот закон стране будет интересен. Тем более, никто сейчас не может знать, как его можно разбалансировать в сессионном зале этими поправками. Делаем все по закону! Вспомним все! Ту же статью 116 регламента и то, что депутатам за 10 дней нужно раздать таблицы. Хотя мы 54 раза в течение только этого года не упоминаем эту норму. Она никому не была интересна. А вот за три дня до Согласительного Совета всем нужно обязательно разослать материалы. Иначе никак, это же нарушение! Но ведь никто об этом не упоминал раньше! Знаете, о чем идет речь? Есть такое библейское слово – фарисейство. Извините, я ни в коем случае не хочу Зеленского сравнить с Христом. Но это фарисейство: когда вы, якобы соблюдая закон, полностью искривляете его содержание. С одной стороны, говорите: "Мы соблюдаем все заповеди". С другой – в храме нельзя в субботу исцелять человека, потому что это запрещено. Вот у нас нужно "изгнать из храма фарисеев"…

– Вы говорите о том, что сейчас из-за Рады невозможно провести правильное решение?

– Нет нет! Это была подводка с историческими параллелями (улыбается. – ред.). Теперь вывод: на сегодняшний день эта система представляет угрозу безопасности страны. Мы с вами можем страну потерять без преувеличения, если не сломаем эту систему. Ибо тем людям, назовем их общим словом олигархи, хотя речь идет не только о 20 фамилиях: это и профессиональные политики, и нечестные чиновники, судьи, правоохранители, нелегальный "бизнес", так вот им на Украина безразлична. Они работают исключительно на себя, на свой карман, семью, детей, обучающихся за границей. Если мы не сломаем эту систему, ничего не получится. Поэтому Совет национальной безопасности и обороны – единственный орган, который должен в данный конкретный исторический момент решать этот вопрос. Нет другого! Вроде бы остальные органы работают. Я знаю это, потому что пытаюсь заставить налоговую милицию прекратить "левый" спирт и табак. У нас самый большой процент нелегального рынка табака за всю историю! Так вот: они вроде бы работают – предоставляют отчеты, рапортуют, у них все хорошо. Как будто есть правоохранительные органы, но они бездействуют…

– Так у нас – парламентско-президентская форма правления, какая проблема проконтролировать правоохранительные органы? Правительство же ваше.

– Поэтому мы увольняем и меняем министров. Мы в этом бескомпромиссны. Но для того, чтобы решить этот вопрос, необходимо сконцентрировать в высшем органе государства, который отвечает за безопасность, полномочия по определению перечня лиц, которые, обратите внимание, по собственному решению захотели быть олигархами. Им дается полгода, чтобы избавиться от одного из критериев и не быть в соответствующем реестре. Не сделали этого – попали в список, в котором мы определили их, как олигархов. Правда, они туда не желают попадать. Но это инструмент, которым мы сверху продолжим реформировать эту систему. Это революция сверху, которая началась с 2019 года. Антиоффшорный закон, финансовый мониторинг, международный обмен налоговой информацией – это все о том, чтобы сломать систему только по моему направлению. Будем последовательны: для решения чрезвычайных задач для страны необходимы законные, но нестандартные решения. Кстати, наш "антиолигархический" закон, на самом деле, "антитрастовый"…

- Теперь вы сравниваете президента с Теодором Рузвельтом?

– (Улыбается. – ред.) Тоже исторические параллели. Так вот, этот закон является "антитрастовым", потому что не дает возможности сконцентрировать в одних руках медиа, собственность и политику.

"Я СЕЙЧАС РАБОТАЮ "НАЛОГОВОЙ НЯНЕЙ" – СОПРОВОЖДАЮ ТЕХ, КТО ХОЧЕТ ПРОЙТИ НАЛОГОВУЮ АМНИСТИЮ"

- Недавно Денис Монастырский сказал, что в МВД будет создан Офис по вопросам защиты бизнеса для более эффективной коммуникации в деле. Он будет заниматься борьбой с нелегальным бизнесом. Нам такой нужен?

– Я поддерживаю создание такого Офиса. Кстати, как и вообще Монастырского в том, что делает в должности. Он хочет перемен...

– Но при чем Министерство внутренних дел при защите бизнеса? У нас уже есть БЭП. Зачем создавать новый орган?

– Знаете, у меня есть горячая линия, на которую от бизнеса приходит много разных жалоб. К примеру, обращается бизнесмен и рассказывает такую ​​историю. Он в Харьковской области купил компанию, посеялся, пошел урожай, нужно собирать. И здесь приходят местные районные прокуратура и полиция и арестовывают поле с комбайном под уголовное дело, которое когда-то издавна было возбуждено под эту купленную человеком компанию. В этой ситуации бизнесмену просто некуда жаловаться! Он обратился ко мне, я – в Офис генерального прокурора, разобрались.

Но ведь мы понимаем: такие действия были предприняты не для расследования какого-то давнего уголовного дела, а чтобы он с ними рассчитался деньгами. Понятно, что нужно было бы что-то делать, ведь пшеница через две недели просто "упадет" и ее не надо будет собирать. То есть, на уровне районов есть своя мафия, которая таким образом работает и зарабатывает. Ты можешь убрать весь состав МВД, прокуратуры или СБУ и завести новые? Откуда? Из Германии, Китая? Ты должен работать с теми, кто есть.

– Так можно наказывать!

– Вот что я бы сделал на месте Монастырского или Баканова: есть те статьи, за которые отвечают правоохранительные органы. К примеру, нелегальная торговля табаком. Мы ставим системе задачи: "У вас есть месяц на то, чтобы навести порядок. После этого я проконтролирую". Разумеется, за это время они ничего не сделают, потому что на местах "харчатся" с этого. Тогда мы выезжаем в любую область, где обнаруживаем пять нелегальных точек, ответственный идет с должности. На его место приходит новый (скорее всего, бывший заместитель). Снова месяц, если ситуация такая же – тоже идет. Простой формальный признак, который очень просто проконтролировать. Нас олигархи устами “мамкиных” экспертов иногда обвиняют в узурпации власти и диктатуре. Это вызывает ухмылку.

Но я более чем убежден: в отношении государственного аппарата (в первую очередь, правоохранительных органов) нужно вводить не только диктатуру – тиранию. Она здесь должна быть бескомпромиссной. Сажать или не сажать – другой вопрос. Бесспорно, да, если доказать основания, по закону. А вот увольнять за нарушение формальных, доведенных до них условий нужно немедленно без сантиментов по поводу нарушения прав госслужащего. Ведь в этом случае это вопрос выбора – либо мы увольняем без лишнего фарисейства одного некомпетентного человека или вора (разница на самом деле небольшая), или нарушаем права тысяч граждан, на которых этот человек работает. Мы с вами либо наводим порядок, либо становимся на позицию защиты прав трудящихся в органах госвласти. Здесь акцент следует делать именно на их эффективности. Если мы эту тиранию не применим прямо сейчас, мы можем иметь негативные последствия.

– Когда мы к вам заходили, встретили у входа людей с флагами. Они просили передать, что вы – убийца…

– Мне они говорили, что я – Гитлер. Немного уточнили характеристику (смеется. – ред.).

– Расскажите, что это за протест. Они говорят, что выступают за утверждение законопроектов 3853-2 (внесение изменений в Налоговый кодекс Украины и некоторые другие законодательные акты Украины относительно определения объемов доходов для применения упрощенной системы налогообложения, восстановление права плательщиков единого налога не применять регистраторы расчетных операций и отмены коррупционного механизма кэш-бек – ред.) и 3993 (о внесении изменений в Налоговый кодекс об упрощении учета доходов физлиц-предпринимателей. – ред.).

- Эта конкретная внепарламентская политическая сила (которая уже малочисленная) выступает за отмену фискализации любым способом. Я с ними активно общаюсь. С некоторыми дружим. Детей, правда, еще не крестим (улыбается. – ред.). Когда ты общаешься с этими людьми, понимаешь, что они стали жертвами тех же мошенников, о которых мы говорили в контексте олигархата, только гораздо мельче. Вчера встретился с двумя женщинами из Запорожской области, они приехали протестовать против введения РРО, поскольку идейные лидеры этого движения, откровенные мошенники, сказали им, что им потребуется первичная документация на весь товар. Это откровенная ложь! Я сам выдал официальное разъяснение. Люди, когда узнали, были в шоке.

Так вот, лидеры этого движения занимаются привычным для украинской политики делом. Они врут, на лжи будоражат людей и затем либо конвертируют этот "актив" в депутатский мандат, либо банально продают другим политическим силам организованные акции протеста. Содержание их требований для них не столь важно. Вот отмена фискализации, то есть обязательная установка РРО. Ну стоит ли эта тема обсуждения, если система работает во всех странах Европы, подавляющем большинстве стран мира? Бессмысленный разговор совершенно. А количество РРО, устанавливаемых именно плательщиками единого налога, в динамике увеличивается колоссально. У нас с ноября прошлого года рост больше, чем в два раза. Это значит: люди переходят, потому что поняли, что этот процесс необратим. Мы не имеем права откатиться назад и не откатимся.

– Мы также много говорим о налоговой амнистии. За месяц было легализовано 90 миллионов гривен…

– Уже больше ста двадцати миллионов. Сумма каждый день увеличивается. Число декларантов растет в прогрессии.

– В то же время, по подсчетам НБУ, "под подушками" у украинцев может быть до 50 миллиардов долларов. Так какой же смысл такой амнистии? Она же может занять несколько лет.

– Она не продлится несколько лет. Только год. Это ясно определено в законе. Кроме того, она будет производиться только раз. То есть люди, добровольно не легализующие деньги за это время, потеряют на это шанс. Это первое.

Второй вопрос. Почему так мало легализировано? Я не считаю, что мало для первых двух месяцев. У нас никогда не проводилась амнистия, поэтому для многих важен другой положительный пример. Люди присматриваются, и динамика говорит о том, что декларантов ежедневно становится все больше. Люди много консультируются, многие звонят в налоговую и мне тоже. Кстати, я сейчас работаю "налоговой няней" (улыбается. – ред.) – сопровождаю тех, кто хочет пройти эту амнистию. Если у вас есть кто-нибудь, кто боится, отправляйте ко мне – я дам все гарантии, что негативных последствий не будет. Только положительные. Для меня это немного личный вопрос. Потому пусть обращаются.

Но эти сто двадцать миллионов свидетельствуют: даже несмотря на то, что у некоторых есть страх, многие уже пользуются налоговой амнистией.

– Какие у нее последствия?

– Если вы откроете закон о налоговой амнистии, увидите там норму, на которую почему-то не обращают внимания: так называемое юридическое предположение. Если ты не воспользовался правом на налоговую амнистию, считается, что ты заявил: вообще нет активов, полученных тобой с уклонением от налогообложения. Зачем нужна такая налоговая презумпция? Если в будущем человек будет производить те или иные расходы на большие суммы, налоговая сможет спросить: откуда у тебя эти деньги? На самом деле это право уже есть сейчас у банков – в рамках финансового мониторинга задают такие вопросы. А в Европе или США на счет невозможно положить ни одного евро, не объяснив его происхождение. Хотим мы или нет, но мы являемся частью мира. Мы – не Россия. Поэтому у нас будут такие же правила, как в мире. Даже если тормозим этот процесс, все равно нас заставят их ввести. Никто не будет держать Украину на карте, как этакую ​​"черную дыру". Поэтому я советовал бы под эти 5 процентов воспользоваться налоговой амнистией.

– Пару вопросов об исполнительной власти. Как вы оцениваете деятельность руководителя таможни Рябикина в должности?

– Я на сегодняшний день негативно оцениваю деятельность таможни. У нас есть перевыполнение плана, но в целом мы не видим положительных изменений.

– При этом некоторые отдельные таможни наняли себе пиарщиков. Выходит, средства на это есть.

– Значит, есть деньги. Я вот себе не могу нанять пиарщика.

– А что скажете о Мельнике, который возглавлял ГФС, пиарился, а потом возглавил Бюро экономической безопасности?

– Вы сейчас от меня хотите сенсационного заявления с оценкой результатов конкурса (на главу БЭБ. – ред.). Я ее вам не дам. Вы можете открыть мои комментарии полугодичной давности. Там такие сенсации есть. Но если решение уже принято, считаю, мы должны дать шанс ему работать. Со своей стороны, я сделаю все возможное, чтобы у него получилось. А для оценок его работы в должности точно не прошло достаточно времени. Я буду оценивать по делам.

– Еще напоследок хотели спросить, вам не кажется, что власти проиграли борьбу с нелегальной продажей горючего? В марте мы с вами говорили об этом. Сколько времени прошло, но все осталось без изменений.

– Обратите внимание, что у нас с вами с первого и до последнего вопроса "красной нитью" проходит вопрос борьбы с системой. Олигархат, горючее и даже те ФЛПы, которые здесь (под комитетом. – ред.) стоят – это та же система в разных проявлениях. Это неправда, что мы провалили борьбу с нелегальной продажей горючего. У нас год к году – плюс 25 процентов поступлений.

– Это разве не о том, что в мире выросли цены на все энергоносители?

– Нет. Ставки акциза на горючее - фиксированные. Если говорить о горючем, то нам здесь как раз есть, чем гордиться. Первый тезис. Второй: этого, конечно, недостаточно. Если вы возьмете налоговую нагрузку на компанию Shell, увидите здесь 1 гривну 70 копеек за литр, и на Авантаже, которые платят восемь копеек. Разве этого налоговая не видит?

– Конечно, видит.

– Потому я и говорю о тирании в госаппарате. Нас не должно интересовать, как профессионал выполняет свою работу. Если ты согласился выполнять эту функцию, как ты добьешься цели – твои проблемы. Не можешь – уходи, а не трать время страны на докладные с объяснениями, почему нет. Если мы видим, что у нас 15,9% нелегального рынка табака – это антирекорд за всю историю государства! Какая разница, не имеешь ли ты ума, чтобы это решить, берешь ли деньги?! Для страны это все равно проблема. Ты должен уйти, а на твое место придет другой человек. Десять других – значит десять. Мы должны их "перебрать". Но если система не поймет, что у нас есть четкие правила по определенному KPI, если мы будем слушать и говорить: "В принципе, человек же неплохой, как-то работает, пусть еще поработает", ничего не получится. Чрезвычайные обстоятельства требуют чрезвычайных решений. Если мы с вами хотим навести порядок, должны требовать результата, а не объяснения, почему его нет. Потому что в последнем у нас все – большие специалисты. Медали можем раздавать. Повторяю: должны требовать результата. Поэтому я отрицательно оцениваю ситуацию со всеми безакцизными товарами. Но если мы говорим об этих "50 оттенках "серого"", то у них все же топливо - "белее", а табак - "чернее". Вот такая характеристика.

 


Об авторе
[-]

Автор: Сергей Головнев, Ольга Москалюк

Источник: argumentua.com

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 09.11.2021. Просмотров: 34

zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta