Глава МИД Польши Збигнев Рау: "Президент Беларуси Лукшенко спровоцировал мигрантский кризис при поддержке России"

Содержание
[-]

 

О мигрантах на границах ЕС и Беларуси 

Глава МИД Польши Збигнев Рау ответил на вопросы DW о мигрантах на границах ЕС и Беларуси, отношениях с Минском, планах Москвы и реакции НАТО и ЕС.

Министр иностранных дел Польши Збигнев Рау в интервью DW в программе "В тренде" в конце ноября рассказал о том, какую роль в ситуации с мигрантами на границе Беларуси и Польши, по его мнению, сыграла Россия, на что рассчитывает Лукашенко на фоне очередного пакета введенных санкций, как эти события связаны с Украиной и что должны делать НАТО и ЕС.

Константин Эггерт: Господин министр, добро пожаловать в программу "В тренде" на Deutsche Welle.

Збигнев Рау: Извините, пожалуйста, я уже совсем забыл, как говорить по-русски. Если можно, будем говорить по-английски.

Deutsche Welle: - Конечно. И говорить мы будем о Беларуси и о ситуации с мигрантами, которую некоторые считают гибридной войной на границе Польши и Беларуси. Недавно генсек НАТО и глава Еврокомиссии посетили Вильнюс, где встретились с литовским руководством. Кроме прочего, они обсуждали возможность задействования статьи 4 Договора НАТО, чтобы начать консультации по ситуации на границе. Как вы полагаете - стоит ли это делать?

Збигнев Рау: - Что касается статьи 4, то с точки зрения Польши, это было бы преждевременно. Насколько я помню, содержание статьи 4 относится к ситуациям, в которых под угрозой находятся суверенитет или территориальная целостность государства-члена НАТО. Пока же, несмотря на посягательство на наши границы со стороны мигрантов, которыми руководят и которых подталкивают белорусские власти, наблюдающие со стороны за этими посягательствами, мы все еще в состоянии защитить свои границы.

Но другое дело - позиции наших литовских и латвийских партнеров. Ведь они оказались в еще более трудной ситуации, учитывая размеры этих стран, численность их населения и протяженность границы с Беларусью. Прежде всего, это касается Литвы.

- Но как бы вы назвали то, что делает режим Лукашенко?

- У меня нет сомнений в том, что действия режима Лукашенко - это непрекращающиеся попытки дестабилизировать Польшу политически и - в какой-то степени - военным путем. Таким образом, это и попытки дестабилизировать демократический порядок всего Евросоюза. То же относится к Литве и Латвии. Поэтому то, чем занимаемся мы, - защита демократической Европы перед лицом белорусского диктатора. Очевидно, что это - не миграционный кризис, а кризис политический, который спровоцировал Лукашенко при поддержке - и, быть может, я даже готов сказать это: под наблюдением - его российских партнеров. 

- То есть, Путин сыграл в нем существенную роль? 

- Конечно. С точки зрения концепции, логистики, политики - Лукашенко был бы не в состоянии сделать все это в одиночку. Это точно. Думаю, стоит рассматривать этот кризис как часть более масштабной картины, если учитывать ситуацию вокруг Украины и если учесть нынешние цены на нефть, газ и так далее. Всем этим Россия пользуется как рычагом с целью разрушить солидарность и единство Европы - это более, чем очевидно. Все эти события координируются из одной точки, и я думаю, что эта точка - Москва.

- Вас устраивает то, как европейские партнеры Польши реагируют на ситуацию с мигрантами? В общем и целом, учитывая политический контекст, вы довольны? 

- Я чувствую солидную поддержку в политическом и финансовом плане. Но, с другой стороны, Польша может себе позволить построить пограничные заграждения и самостоятельно. Конечно, когда речь идет о чувстве солидарности, мы ощущаем большую поддержку. Многие европейские партнеры предлагают нам не только политическую поддержку, но и готовы предоставить оборудование, людей и так далее. 

- А как насчет поддержки со стороны НАТО? Ведь это своего рода и граница альянса. Все обсуждают сейчас ЕС, но ведь это и восточный рубеж НАТО, и при этом одна из самых уязвимых его границ. 

- Действительно, поддержка со стороны НАТО очень важна. Потому что, если мы будем рассматривать происходящее как часть более масштабной картины, я имею в виду ситуацию на границе Польши, то становится очевидно, что это - попытка повлиять на безопасность и обстановку на восточном рубеже НАТО. Так что, как мне кажется, здесь НАТО необходимо отреагировать как концептуально, так и организационно. 

- Вы мягко раскритиковали Ангелу Меркель (тогдашнего канцлера ФРГ) за ее звонок Лукашенко, сказав, что это не тот метод, которым стоило бы воспользоваться. Вы полагаете, это была разовая акция или в ЕС есть силы, которые хотели бы развернуться в сторону более интенсивного диалога с Минском, а, может, и с Москвой? Кстати, нужен ли такой диалог? 

- Насколько мне известно, ни один институт или агентство ЕС не давали Меркель полномочий вести такие телефонные переговоры. Это совершенно точно. За этот шаг ее критиковали и в Германии. Я не немец, поэтому не собираюсь присоединяться к этой критике. Как поляк и как министр иностранных дел Польши, могу вас заверить в том, что Варшава не собирается уважать какие-либо соглашения, заключенные без ее участия. 

В то же время как европеец и министр иностранных дел одного из государств ЕС могу сказать вам, что это не лучший способ демонстрировать взаимное доверие и доверие к партнерам, своего рода солидарность, особенно по отношению к Польше и Литве, учитывая, что мы столкнулись с этими действиями на нашей границе. 

- Так какой же урок можно из этого извлечь на будущее? 

- Думаю, что если кто-то собирается сделать подобный шаг, то лучше предварительно обсудить его возможные последствия с теми, чьи интересы затронуты в первую очередь. Что касается второй части вашего вопроса, то, полагаю, что такого рода решения надо обсуждать со всеми странами-членами ЕС. Когда санкции были введены год назад, причина для их введения была очевидна, и она не имела никакого отношения к гибридной войне, которая разворачивается на наших глазах прямо сейчас. 

Тогда введение санкций было естественной, и я бы даже сказал, спонтанной реакцией на сфальсифицированные выборы и репрессии, которым подверглись белорусские демократические силы. С того момента было очевидно, что ни один избранный демократическим путем лидер даже подумать не может о том, чтобы относиться к Лукашенко как представителю власти в Беларуси. И хотя мы удивлены этим шагом, ничто не указывает на то, что кто-либо из политических кругов в Европе будет готов сделать это. 

- Но ваша позиция, поправьте меня, если я ошибаюсь, состоит в том, что по техническим вопросам ЕС или НАТО стоит говорить с белорусской стороной. Но есть ли возможность говорить об этом кризисе с Путиным? 

- Позвольте мне начать с Лукашенко. Когда речь идет о технических вопросах, каналы коммуникации открыты, технические вопросы такого рода обсуждаются на нижнем уровне, но не на политическом уровне. И конечно же никто в ЕС не признает Александра Лукашенко президентом Республики Беларусь.Это очевидно. Тем не менее, если демократически избранный лидер - неважно из какой страны ЕС - устанавливает с ним связь, все мы в ЕС понимаем, что это вовсе не означает признание Лукашенко демократически избранным лидером. Но сам Лукашенко мыслит иначе. Он считает это первым шагом на пути к его признанию. 

- Разве это не порочный круг? Путин хочет, чтобы ЕС говорил с ним. А когда ЕС обращается к нему, он отвечает: "Вам надо говорить с Лукашенко. Он - глава суверенного государства". 

- Мне кажется, что порочный круг, о котором вы говорите, образовался еще до упомянутого разговора, не так ли? 

- Но ведь Лукашенко поддерживает Путин. Санкции не сильно потрясли его, ведь за его спиной - Россия. 

- Это правда. Но вы ведь очень хорошо знаете, что в нашей части Европы, учитывая опыт Польши, политический календарь не всегда совпадает с демократическим календарем Запада. После введения военного положения в Польше мы ждали прорыва восемь лет, пока не удалось добиться консенсуса, вылившегося в демократические выборы. Так что я убежден, что у наших демократических друзей в Беларуси есть полное право и причины мыслить таким же образом. Мы поддержим их в этом. Это более, чем очевидно. 

- Вы упомянули о том, что мигрантов используют в этой игре. Но ведь и Польшу критикуют правозащитные группы за использование на границе водометов, за то, что некоторых мигрантов, попытавшихся пересечь границу, избивали, а также за то, что приграничную зону закрыли для журналистов, особенно иностранных. Что вы на это скажете? 

- Вы описываете очень деликатную ситуацию, которую нужно хорошо понять нашим друзьям и партнерам на Западе. На самом деле все три страны, подвергнувшиеся посягательствам на их границы - я подразумеваю Польшу, Литву и Латвию - ввели режим чрезвычайного положения. А это означает, что, например, журналистам и политическим активистам нельзя входить в эту зону по соображениям безопасности. Вспомните, что мы ввели режим ЧС не ранее начала военных учений "Запад", в которых так тесно сотрудничали российские и белорусские военные. И эти военные учения, если вы посмотрите на их историю, включают отработку таких сценариев, как беспорядки на границе. Так что нашей целью было избежать любого рода политически неспокойной ситуации на границе, чтобы не дать другой стороне ни малейшего шанса интерпретировать ее как повод, чтобы вмешаться в ситуацию или накалить обстановку. Это - единственная причина использования водометов и подобного рода действий.

Вам следует помнить о том, что мигрантов привезли в Минск белорусские власти. Там их проинструктировали, некоторых натренировали, как себя вести на границе, как пересечь ее, разумеется, нелегальным способом, и как вести себя с полицией, пограничниками и так далее, даже используя предметы, которые с полным правом можно назвать оружием. Как использовать против польских пограничников ножи. Более чем очевидно, что эти люди вели себя агрессивно, не в последнюю очередь потому, что бросали камни в наших военных и пограничников. Использовать водометы против такой толпы - более чем оправданно для полиции в любой из стран ЕС. 

- Но ведь некоторые могут возразить: если у вас на польской стороне границы находятся международные журналисты, они покажут, как ведут себя польские полицейские на самом деле. Ведь сейчас получается, что информация поступает только с белорусской стороны. Вам не кажется, что вы проигрываете в этой информационной войне? 

- Это война, гибридная война. Поэтому первостепенная обязанность каждого правительства - обеспечение безопасности своих граждан. Также нам необходимо защищать границы. Когда придет время в этом отношении, когда ситуация станет более безопасной, вам дадут возможность собирать информацию. Это не подлежит сомнению. 

- Александр Лукашенко заявляет, что рассматривает возможность отказаться от нейтралитета или убрать эту статью из белорусской конституции. Большинство экспертов полагает, что после этого российские войска будут размещены на территории Беларуси. Это будет иметь последствия для НАТО. И это может иметь последствия для Украины. Что стоит в такой ситуации предпринять НАТО и ЕС? 

- Если честно, никто не может помешать этому, потому что, если Лукашенко хочет разместить российские войска на территории Беларуси, то есть Лукашенко и Путин, то они так и сделают.  У НАТО нет возможности помешать ни Путину, ни Лукашенко сделать это. Это точно. Но НАТО стоит усилить политику сдерживания в нашей части Европы, здесь, на восточном рубеже. 

- Каким образом? Какие меры вы предлагаете? 

- Если российские войска будут направлены в Беларусь, нам нужно будет дать симметричный ответ. Это так, любой военный подтвердит вам это. 

- В настоящее время российские войска дислоцированы вблизи границ с Украиной, и ведется много разговоров о том, что Кремль может начать войну против Украины. Вы опасаетесь этого? Если это произойдет, что нужно будет делать Западу? 

- Учитывая, что мы на Западе не приемлем любые передвижения войск России в направлении Украины, нарушение международного права, давление на Украину, нарушение ее территориальной целостности в рамках признанных на международном уровне границ. Прежде всего, нам необходимо признать право Украины защищать себя. Это основополагающая вещь. Украина не хочет быть частью того, что мы называем "русским миром". Так что у них есть полное право полагать, что мы окажем им ту поддержку, о которой они нас попросят. 

- Газопровод "Северный поток - 2", строительство которого было недавно завершено, - преимущественно российско-германский проект, который многие, включая ваше правительство, считают способом подорвать энергетическую безопасность Европы и надавить на Украину, лишив ее доходов от транзита. Как вы считаете, новое правительство Германии пойдет на то, чтобы остановить "Северный поток - 2"? 

- Остановить "Северный поток - 2" было бы лучшим решением, которое германское правительство может принять… 

- Оно его примет? Думаете, примет? 

- … в начале своей работы. Что же, посмотрим. Но, как вы знаете, за последнее десятилетие не было польского правительства, которое согласилось бы поддержать "Северный поток". Наша позиция не изменилась, и ничто не указывает на то, что она может измениться в будущем. 

- И все же правительство США не хочет давить на правительство Германии, пытаясь остановить "Северный поток - 2". Это официальная позиция Белого дома. Мне кажется это серьезным разладом в отношениях между Вашингтоном и Варшавой. 

- Да, но нам надо помнить, что позиция, которую заняли США, была занята ими в совершенно иной обстановке с точки зрения безопасности. Могу сказать вам, что с тех пор обстановка в сфере безопасности ухудшилась. Это точно. А это означает, что стоит переосмыслить это решение. 

- Думаете, Вашингтон это сделает? 

- Я этого не исключаю. Надеюсь, что время на переосмысление еще есть. Это то, что необходимо ЕС и, прежде всего, НАТО. 

- До кризиса на границе правительство Польши - давайте посмотрим правде в глаза - находилось в состоянии конфликта с европейскими институтами, Еврокомиссией из-за вопроса верховенства закона, судебной реформы и прав ЛГБТ-сообщества. Возобновятся ли разногласия между Брюсселем и Варшавой, когда или в случае, если кризис закончится? 

- Думаю, вы говорите о разных вещах. Потому что все, что называется верховенством закона, а также конституционной структуры и системы правосудия, является прерогативой национального государства и никогда не будет передано в область компетенции институтов ЕС. Это следует из договоров, и это позиция моего правительства, которая не изменилась. Думаю, что будет время объяснить нашу позицию, если начнется дискуссия на эту тему. 

- Другой вопрос касается прав ЛГБТ-сообщества. Это часть того, что вы назвали в одном из интервью "культурным колониализмом". 

- Понимаете, мы являемся плюралистическим обществом. Так много сегментов этого плюралистического общества пользуются собственной терминологией, чтобы описать один и тот же феномен. Когда речь идет о том комьюнити, про которое вы говорите, то каждый гражданин Польши, который считает себя членом ЛГБТ-сообщества, пользуется всеми правами, гарантированными ему польской конституцией и польскими законами. Это не подлежит сомнению. Думаю, это хорошая возможность, чтобы объяснить вам и вашей аудитории, что в Польше - и мы очень гордимся этим - в отличие от многих других стран Европы гомосексуальность никогда не наказывалась по польским законам. Она наказывалась в тот период, когда у нас действовали оккупационные законы, но вы не найдете ничего подобного в нашей законодательной системе. 

Как раз наоборот. В нашей культуре, которая является очень толерантной, вы можете в любых общественных кругах найти множество людей альтернативной сексуальной ориентации, и они никогда не подвергались дискриминации. Вы не сможете найти ни единого примера тому, за одним важным исключением - в конце коммунистического правления. Тогда целью тайной полиции было скомпрометировать людей иной сексуальной ориентации, однако коммунистам это не удалось, потому что наше общество это не приняло, доказав свою открытость и толерантность.

Автор Константин Эггерт

Источник - https://p.dw.com/p/43u3S

***

Комментарий. «Раньше граница была дырявая, ее с весны толпами переходили» 

Бизнес на мигрантах начался с дружеской встречи в минской гостинице «Пекин». Количество ушедших через границу в Европу в действительности исчисляется тысячами.

Александра Мурашова (имя изменено) согласилась дать интервью «Новой газете» на условиях полной анонимности. Она — менеджер одной из белорусских туристических компаний, которая с весны ввозила мигрантов из Ирака, Сирии, Ливана, Йемена в Беларусь для последующего нелегального перехода белорусско-польской границы. В этом бизнесе участвовали десятки белорусских фирм, а в октябре МИД лишил большинство из них права оформлять приглашения мигрантам. В списке остались лишь 12 компаний, 11 из которых вообще никогда не работали на рынке и, по словам Александры, были созданы исключительно «под мигрантов» приближенными к власти людьми. 

Ребята без определенных должностей 

Издание "Новая газета":О мигрантском кризисе на белорусско-польской границе мир заговорил в начале ноября. А когда вообще началась вся эта история с будто бы экскурсионными поездками в Беларусь? 

Александра Мурашова (имя изменено): — В начале весны в Минск прилетели иракские ребята, которые предложили очень близкому к семье Лукашенко человеку хороший бизнес, основанный на том, что он попросит у «Центркурорта» — главного представителя по въездному туризму в Беларуси, государственной структуры в составе Управления делами — дать карт-бланш на прилеты людей, заинтересованных в том, чтобы незаконно пересекать границу с Польшей, а потом гнать в Германию, Францию, Бельгию. Я не могу называть имена и должности этих иракских ребят, могу лишь сказать, что они не бизнесмены, а просто очень близкие к иракскому правительству. То есть встретились приближенные без определенных должностей, теневые лоббисты. Встреча прошла в середине марта в минской гостинице «Пекин». Стороны договорились к обоюдному удовольствию. Потом очень быстро в Минске открылось представительство Iraqi Airways, тогда же началась активная переброска мигрантов в Беларусь. Так что схема работает больше полугода. И только сейчас стало похоже на большое шоу. 

То есть начиная с весны мигранты благополучно прилетали в Беларусь и переходили границу. И это могло продолжаться точно так же тихо, без привлечения внимания. Но в ноябре их как будто выпустили из подполья и велели привлекать к себе максимальное внимание. 

— В наших кругах — среди тех, кто вовлечен в этот бизнес, — говорят, что это сценарий весны 2011 года. Тогда нужно было переключить внимание людей с репрессий на что-то другое. И желательно внимание всего мира переключить, а не только белорусов. В 2011 году это был теракт в минском метро. Сейчас, десять лет спустя, — мигрантский кризис. Но схема абсолютно идентичная. С весны Iraqi Airways запускает рейсы, причем в Минск оттуда прилетают Боинги-777 и аэробусы вместимостью 400–600 человек. Это оформлялось как экскурсионные поездки туристических групп. И наша фирма действительно сначала предлагала им экскурсионную программу. Наш сотрудник стоял в аэропорту и раздавал рекламные листовки. Мы раздали больше 700 листовок в течение недели и не получили ни одного звонка. То есть люди с самого начала вовсе не были заинтересованы в том, чтобы посмотреть Беларусь, а летели только для перехода лесными тропами в Европу. 

И 300 баксов сверху 

Выходит, в Минск рейсы Iraqi Airways летели полными, а обратно пустыми? 

— Так и было. Допустим, на рейс выкуплено 300 билетов, а летит 15–16 человек. Возвращались меньше десяти процентов. 

Если поставить в один ряд взрыв в минском метро 2011 года и мигрантский кризис 2021 года, то можно утверждать, что у этих событий один бенефициар? 

— Бенефициар один и тот же. Кроме того, огромные деньги на этой миграции заработал… как бы это выразиться… в общем, средний сын бенефициара. Начиная с октября право оформлять и принимать эти «туристические группы» осталось только у 12 компаний. Причем 11 из них — мишура, однодневки, спам. Они вообще никогда не работали на рынке, и о них никто не слышал. Главная на сегодня «турфирма по мигрантам» — это «Оскартур». Ее совладельцем тот самый сын бенефициара и является. Я знаю, что туда звонят люди из Дамаска, из Бейрута и говорят: «Мы можем отправлять к вам по 100–200 человек в день, делаем стопроцентную предоплату, только присылайте приглашения». То есть русло резко сузилось, а поток остался.

Если задачей было переключить внимание людей, то почему полгода мигранты переходили границу потихоньку, без привлечения внимания? Можно было начинать кампанию шантажа Запада еще весной. 

— Ну, во-первых, вовсе не «потихоньку»: они переходили толпами. Во-вторых, не забывай про деньги. Все началось с того, что ребята из Ирака решили подзаработать. Белорусам тоже дали возможность зарабатывать на этом: сначала все туристические компании, имеющие лицензию и работающие на рынке более года, могли присылать им приглашения. И только после того, как всем туристическим компаниям, кроме 12, о которых я говорила, запретили это делать, началась вся эта пиар-кампания под названием «мигрантский кризис». 

Страны, из которых приезжают мигранты, не относятся к безвизовому списку. 

— Они получали визы, конечно. Оформлялись как туристические группы, и первым таким группам в аэропорту дежурный консул из МИДа штамповал визы по прилете. Потом они начали получать визы уже в консульствах на территории арабских стран, Турции, Сирии. Возможно, чтобы и мидовские сотрудники могли еще подзаработать. Белорусская виза стоит 120 долларов. Но при этом консулы в некоторых восточных странах — мне об этом рассказывали те, кто получил белорусскую визу на родине и приехал в Минск, — при наличии полного пакета документов (приглашение, бронь отеля, билеты в обе стороны) брали еще по 300 долларов с человека «за положительное решение визового вопроса». Бакшиш — никого на Востоке этим не удивишь, все привычные, и кошелек достают с готовностью. А теперь представь себе, сколько таких «туристов» в день проходило через белорусского консула. Думаю, многие из этих консулов в Беларусь уже не вернутся. Переедут в Эмираты, к примеру, будучи уже на много лет вперед обеспеченными. 

«Да мне насрать, умирают они или нет» 

В последнем пакете санкций Евросоюза, кроме «Центркурорта» и «Оскартура», о которых ты говорила, еще и сирийская авиакомпания Cham Wings. Из Дамаска в Минск до недавнего времени прилетало по два рейса в день. 

— На территории Турции очень много сирийцев, которые считают, что могли бы жить и лучше, но только не в Турции, а в Европе. Знаю, что начиная с мая белорусское консульство в Анкаре принимало от них по 800 заявлений в день на выдачу виз. Отказов не было вообще. И когда говорят, что в лагере беженцев на границе две тысячи человек, мне смешно это слышать. Какие две тысячи?! Очень много людей до сих пор живут в отелях и выжидают. 

Огромное количество уже перешли границу без всяких проводников, через болота. А сколько осталось в тех болотах — боюсь, мы никогда не подсчитаем. Только у одного нашего партнера, с которым работала фирма, умерли семь человек за последние полтора месяца. Это без учета тех, которые просто перестали выходить на связь — то ли умерли, то ли все-таки перешли границу. И когда я позвонила этому человеку, который присылал к нам клиентов, и сказала: «Слушай, может, лучше все-таки отправлять их легально, а не через болота, есть же наверняка варианты?», он ответил: «Да мне насрать, умирают они или нет, деньги они уже заплатили». 

Так сколько их, по твоим подсчетам, сейчас на территории Беларуси? 

— Да уж точно не две тысячи. По моим предположениям, около десяти тысяч. Впрочем, пока невозможно подсчитать точное количество тех, кому удалось через границу прорваться. Недавно мне позвонила подруга, которая давно живет в Польше, под Краковом. Так вот, по их деревне на днях шаталась группа мигрантов, которая стучалась во все дома и просила довезти до Германии, деньги предлагала. А Краков — это от белорусской границы километров 200, если не больше. 

Как работает схема приема мигрантов с белорусской стороны? 

— Человек, который хочет уехать в Европу, приходит в турагентство и говорит: «Я хочу попасть в Беларусь». Там всё понимают и сразу выставляют цену: виза, перелет, отель, услуги проводника. Он кладет на счет энное количество денег — обычно это от трех до восьми тысяч долларов. Такая разбежка в ценах обусловлена тем, до какого пункта их доведет проводник. Чаще всего это Германия — в 95 процентах случаев. Он прилетает в Минск, селится в гостиницу, а в нужный день приходит в условленное место. Там собирается группа, чаще всего от 10 до 45 человек. Их везут до границы, показывают направление, и дальше мигранты идут сами. 

Сами идут? А как же проводники? 

— Раньше с проводниками было просто. Теперь тех проводников, с которыми я знакома, посадили, и они сидят в польских тюрьмах. Со стороны Польши здорово усилился контроль, и теперь там не только люди дежурят, но и дроны с воздуха контролируют. Да и пограничников численно «усилили». К тому же на всех трассах от пограничных переходов дальше на Запад стоят посты полиции. А весной и летом, если честно, это была совершенно дырявая граница. Проскочить ее вообще никакого труда не составляло. 

А проводники, о которых ты говоришь, — это белорусы или поляки? 

— Да там солянка — и те, и другие. Зарабатывать всем хочется. 

А сколько стоит перейти границу? Допустим, я не из Сирии, и мне не нужен турпакет, я просто хочу перейти границу нелегально и оказаться в Польше. 

— От 700 долларов. Но с гарантией — 800–900 евро. И ты платишь только по факту. Учитывая, что переходят обычно не поодиночке, а все-таки группами, за каждый рейс проводник очень хорошо зарабатывает. 

Платишь по факту — это значит на той стороне? Меня, что ли, там встречает польский коллега здешнего проводника? 

— Нет, ты идешь с проводником прямо в Польшу. И только когда ты уже понимаешь, что находишься на территории Польши — допустим, по геолокации, — платишь ему, и он уходит лесами обратно в Беларусь. 

Каков средний возраст «туриста», едущего в Беларусь? 

— Судя по нашим клиентам, могу сказать: от 18 до 35. Часто это семьи. Они продают все, что могут, кладут деньги на счет и везут небольшую сумму наличными. И действительно едут в один конец. 

Сейчас всеобщее внимание приковано к лагерю на границе. А куда же растворились все остальные, которые, судя по количеству рейсов и оформленных виз, исчисляются уже десятками тысяч? 

— Вообще-то часть давно уже могла уйти в Россию. Они знают, что между Беларусью и Россией границы как таковой нет, зато из России можно напрямую попасть и в Латвию, и в Эстонию, и в Финляндию, и в Норвегию. Многие «зависают» в Беларуси и могут остаться здесь надолго, если не навсегда. Я знаю, что та самая фирма, которой дан «зеленый свет» и которая попала под европейские санкции, выкупала в гостиницах «Планета» и «Юбилейная» большое количество номеров на месяцы вперед. 

Подарок бюджету и кукиш Западу 

Получается, что не только бенефициару выгодно. Вот, например, гостиницы заполняются, которые с начала пандемии пустуют, а уж после августа прошлого года и вовсе почти никто сюда не приезжает.

— Так это офигеть какой выигрыш для белорусской экономики. Смотри: благодаря аэробусам с мигрантами, прилетающим в Минск, отлично решаются проблемы общепита, торговли (все вещи, нужные для путешествия через границу, от пледов и палаток до теплой обуви и одежды, мигранты покупают в Беларуси), забитые наглухо самолеты, новые рейсы на Восток при отсутствии возможности летать на Запад. А еще дикое количество алкоголя и сигарет, которое путешественники с Востока покупают, приехав в Беларусь, — здесь-то Аллах не видит. То есть в итоге — огромный подарок бюджету, не меньший кукиш Западу и полностью сформированная белорусской властью повестка. Меркель звонит Лукашенко, президент Литвы говорит, что нужно разговаривать с официальным Минском, на новые аресты и приговоры почти никто не реагирует. 

А кто-то из твоих клиентов, прилетевших в Минск, смог добраться до конечной точки маршрута — до Германии? 

— И не один. До Германии добрались сотни. У тех, кого я знаю и кто добрался, были очень хорошие проводники. Они действительно помогали, это не КГБ, который просто довозит до границы за 250 долларов. 

А зачем им КГБ — за 250 долларов и таксист довезет? 

— Таксист возьмет максимум четыре человека в машину, а эти — целые автобусы загружают и утверждают, что довезут до максимально безопасного для перехода места. 

Сирийская Cham Wings попала под санкции, турецкие и эмиратские авиалинии больше не регистрируют граждан Йемена, Сирии, Ирака на рейсы в Минск. Какие остаются варианты? 

— Египет, Ливан. Да и что стоит организовать рейсы «Белавиа» непосредственно в Ирак или Йемен? Охота пуще неволи. Но, знаешь, это все-таки тупиковый путь, и я надеюсь, что все те, кто мечтает пройти по лесу в Европу, это поймут. Граница уже не та, что весной и летом, а впереди зима. Это опасно. Недавно мне написал один человек — совершенно посторонний. Кто-то из клиентов дал ему мои координаты, вероятно. Так вот, он написал: я очень хочу попасть в Европу, но у меня жена и маленький ребенок, и я очень не хочу рисковать их жизнью и здоровьем и бежать ночью через болота. Я предпочел бы заплатить за реальные визы. И я смогла благодаря своим старым связям ему помочь. Он приехал в Европу легально (остаться там насовсем и обустроиться — это уже другая история) и заплатил в итоге намного меньше, чем если бы платил за «экскурсию» в Беларусь.

Автор Ирина Халип, cобкор "Новой газеты" по Беларуси

Источник - https://novayagazeta.ru/articles/2021/12/06/ranshe-granitsa-byla-dyriavaia-ee-s-vesny-tolpami-perekhodili


Об авторе
[-]

Автор: Константин Эггерт, Ирина Халип

Источник: p.dw.com

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 09.12.2021. Просмотров: 33

zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta