Георгий Тука: "Демократические механизмы в Украине искажены из-за коррупции, поэтому не способны спасти государство"

Содержание
[-]

Идеальный президент Украины — диктатор 

считает Георгий Тука, заместитель министра по вопросам временно оккупированных территорий и внутренне перемещенных лиц.

С Георгием Тукой встречаемся на Софийской площади в центре столицы. Он в темно-синем пиджаке и стрейчевых брюках. В верхний карман пиджака хотим вставить микрофон. Георгий ножом вспарывает нитки — надел новый пиджак.

— Люблю casual (повседневный стиль одежды. — Країна). За одеждой следит жена. Ненавижу шоппинг, более 40 минут не выдерживаю.

Георгий Тука, 52 года, заместитель министра по вопросам временно оккупированных территорий и внутренне перемещенных лиц. Родился 24 ноября 1963 года в Киеве. Отец — преподаватель, доктор технических наук, лауреат Государственной премии СССР, специалист по вопросам радиолокации и вооружения. Мать — переводчик с английского и французского. «Старший брат ушел из жизни, сердце не выдержало».

В девятом классе имел длинные волосы. Во время ремонта на даче на голову упала банка краски, пришлось стричься наголо. На следующий день семеро его друзей сделали то же в знак поддержки. Директор школы отстранила их от занятий на три дня. Думала, это акция протеста. Много дрался со сверстниками. Но никогда — за девушку. Имеет диплом военного переводчика. Также учился на факультете автоматизированных систем управления Политехнического института. Занимался бизнесом. Во время Революции достоинства получил ранения 18 февраля 2014 года.

Вместе с другими волонтерами создал общественную организацию «Народный тыл». Был председателем Луганской областной администрации. Во втором браке — 21 года. С женой воспитывают 16-летнюю дочь Елизавету. «Выпила с мамы всю кровь. С меня — не получается, потому что меня дома нет». От первого брака имеет 28-летнего сына Павла. Он защищал Донецкий аэропорт. Курит с 14 лет. Ежедневно выкуривает по три пачки сигарет. Увлекается стрельбой, шахматами. Любит собак. Имеет веймаранера по имени Обик. «Это — охотничья порода.

Мешок положительных эмоций: выходишь на полчаса, а встречает так, будто полгода не видел». Любимый фильм — «Крестный отец» (Фрэнсиса Форда Копполы). Мечтает о доме. «Двухэтажный. Если не собственноручно, то по моим чертежам. Он не был бы большим. Минимализм, контраст светлого и темного». Любимый алкоголь — трехзвездочный коньяк «Армянский». Владеет английским и польским, кроме украинского и русского. Любимое блюдо — борщ. «Должна быть таким, чтобы ложка стояла. Обязательно с фасолью. Только мама такой варит».

 Журнал «Країна»:  -Чем нравится Киев

Георгий Тука:  — Я здесь родился. Обожаю старый город.

Какие ощущения, когда возвращаетесь с Донбасса?

— Раздражает, что живу войной, а здесь ее нет. Толпы в магазинах, полные рестораны. А ребята там в грязи, дыму, раненые, погибают. Контраст слишком разительный. Помню, как наши вышли из Иловайска. Четверо суток добирались. Их вертолетом доставили в госпиталь в Днепропетровск (сейчас Днепр. — Країна). Они рассказывали: «30 минут полета — и мирный город, рестораны. Крыши срывало».

Георгий подходит к машине Renault Logan, на которой приехал.

— Соблюдаете правила дорожного движения?

— На 99 процентов. Это последствия публичности. Понимаю, что любое нарушение или брошенный не туда окурок могут привлечь внимание.

Как отнеслись к тому, что сын ушел на войну?

— Он выполнил свой мужской долг. Я ходил дважды в военкомат, он — трижды. Ему говорили ждать вызов. Попросил меня помочь записаться в какой-нибудь добробат. Не успел — прислали повестку. Конечно, волновался. Бессонные ночи, особенно, когда они выходили на боевые задания — и на три-четыре дня выключался телефон. Это был как раз период активных боев за Донецкий аэропорт. Его подразделение выходило последним оттуда.

— Как начали заниматься волонтерством?

— Позвонил знакомый с Майдана Саша Рудоманов. Его товарищ тогда служил в Крыму. Сначала счета пополняли, потом отправляли деньги, чтобы местные покупали и завозили в часть воду. Собственных денег не хватало, начали собирать по друзьям и знакомым. Быстро осознали, что круг ограничен, надо выходить к людям. Так образовался «Народный тыл».

— Какой был самый большой взнос?

— 15 или 20 000 долларов. Как-то у нас попросили генераторы. Где их взять — Бог знает. Ни опыта, ни знакомств. Посоветовали обратиться к Владиславу Чечеткину (основатель интернет-магазинов «Розетка». — Країна). Написал ему в Facebook. Откликнулся в течение часа. На следующее утро из Porsche вышел человек и с заднего сиденья вытащила дизель-генератор. Бесплатно.

Многие предприниматели и состоятельные люди продолжают помогать. Большинство из них не желают огласки.

— Не хотите вернуться в волонтерство?

— Сейчас делаю то, чем хотел заниматься, но с другой позиции. Имею больше возможностей. На днях обратился боец батальона «Свитязь». Ребята стояли на блокпосту на Луганщине. В два часа ночи туда подъехала Chevrolet NIVA. На переднем сиденье было кабанье нетрезвое существо, вело себя нагло и грубо. Ему объяснили: ночью блокпост закрыт, разворачивайтесь или ждите утра. Он ругался, куда-то звонил. Всю ночь портил ребятам нервы. Наконец они связались с отделением милиции, передали данные этого персонажа. Выяснили, что он — в розыске и его следует задержать. Утром приехала следственно-оперативная группа и военная контрразведка. Все фиксировали на видео.

Во время обыска у него нашли 2000 долларов, рубли-гривны и гранату под сиденьем. Передали его контрразведке. Вроде бы все закончилось. И вдруг луганская прокуратура возбуждает уголовное дело против ребят за превышение служебных полномочий, избиение и подбрасывание гранаты. Этот подонок — бывший сотрудник МВД — работал в городе Свердловск, крышевал копанки. Пьяный попал в ДТП, погибла 24-летняя девушка. Получил срок. А когда пришли террористы, его выпустили. И это дерьмо непонятным образом оказалось на нашей территории, еще и подает заявление в прокуратуру. А недодавленные мной прокурорчики возбудили уголовное дело. Костьми лягу, но избавлюсь от них.

Заходим на территорию Михайловского собора.

Вы верующий человек?

— Я не крещен. Не хожу на службы.

Верующими легче манипулировать?

— Когда происходят радикальные события — революция, война, агрессия, экономический кризис — у людей пошатывается мировоззрение. В такие времена становятся популярными разного рода религиозные, ложные или идейные движения. — Садимся на скамью в парке на Владимирской горке. — Я возле урны, поэтому буду курить.

— Какова ситуация с контрабандой до и после вашего губернаторства?

— Когда приехал на Луганщину, все было плохо. За время моей работы поток уменьшился. Полностью не побороли, потому что не хватало времени, физических и материальных возможностей. Это опасно для жизни, как показал пример Эндрю (волонтер Андрей Галущенко работал в составе мобильной группы по противодействию незаконному перемещению товаров через линию разграничения. 2 сентября 2015-го его автомобиль подорвался на заложенной мине между селами Лопаскино и Лобачево на Луганщине. После этого нападавшие бросили две гранаты и обстреляли машину. Эндрю и работник СБУ погибли. — Країна).

Когда вернулся в Киев, произошли изменения. Вывели 92-ю бригаду, завели 93-ю. К ним на следующий день начали подходить местные дельцы с предложениями. Те отказались, им угрожали. И через неделю начались обстрелы наших позиций. Случайность?

— Вам предлагали взятки?

— Один раз — конкретно, в других случаях — намекали. Надо было подписать документ о проведении взаимозачета по разнице в тарифах с компанией «Лугансквода». Речь шла о 279 миллионах гривен. Мне предлагали кэшем (наличными. — Країна) 15 процентов. Уже стояли подписи всех чиновников. Осталась только моя. Отказался и заявил об этом через Facebook.

— Вы давали взятки?

— Как подавляющее большинство граждан — гаишникам.

Каким должен быть идеальный президент Украины?

— Это должен быть диктатор. Демократические механизмы не способны спасти государство, потому что искажены из-за коррупции.

— Три причины, почему Тука не стал бы президентом?

— Первое: подавляющее большинство украинцев воспринимают его как фараона или царя-батюшку.

Во-вторых, знаю, в каком режиме работает президент, с любыми нагрузками и степенью ответственности. Можно по-разному относиться к Порошенко, но стоит посмотреть на его фотографии два года назад и сейчас: он сильно постарел.

Третье: я не сторонник демократического управления государством. Не хочу становиться президентом при ограниченных полномочиях. В первую очередь распустил бы Верховную Раду и не собирал бы ее лет пять-семь минимум.

Предлагаем выпить кофе.

— Да, хотел бы, потому что уши пухнут. Крепкий двойной эспрессо без сахара, без молока, — говорит Георгий и достает гривны.

— Что для Вас значат деньги?

— Я неприхотлив и к быту, и к продуктам. Практически все средства отдаю жене. Оставляю себе тысячу-две гривен.

— На каком месте семья в вашей жизни?

— Сейчас в приоритете работа, потому что чувствую ответственность перед людьми, государством. Это раздражает жену. Иногда ссоримся.

Говорили недавно с коллегой. Поймал себя на том, что у нас подобная проблема. Оба много общаемся с подчиненными, гражданами, активистами. Вечером возвращаешься домой и звучит риторический вопрос от жены: «Ну, чего ты молчишь?» Потому что — хочется тишины.

— Как обычно проходит Ваш день?

— Встаю в 7:00 от будильника на телефоне. Когда укладываюсь в два-три ночи, то без него не проснусь. Собаку выгуливает жена. Не завтракаю. Начинаю утро с кофе, беру сигареты и иду на балкон. Выкуриваю три. Бреюсь каждый день. Оделся, сел в машину и уехал. Рабочий день официально начинается в 9:00, но обычно бываю на месте на час раньше. Еще со времен бизнеса нравится приезжать, когда никого нет. Поэтому люблю работать в выходные, в праздники. Звонки не отвлекают от переписки, документов.

Начинаю с просмотра новостей. Интересует информация о событиях на передовой. А дальше — по расписанию. Ненавижу совещания, конференции, однако много времени трачу на них. Понимаю, это — необходимо.

С работы иду после 21-ти.

Запросто звоню высшим должностным лицам, легко попадаю в их кабинеты, общаюсь со всеми на «ты». Ни разу не обращался с личной просьбой. Поэтому, возможно, отношения складываются. Только с президентом общаюсь на «вы».

— Как с ним связываетесь?

— В основном во время встреч, иногда — по телефону. С премьером — тоже. Дружеских отношений у нас нет, потому что они формируются годами.

У руководителей так же иногда, простите, срачка бывает, могут и напиться. Все — живые люди со своими недостатками.

— Чем отличаются люди здесь и в Донбассе?

— Есть различия в ментальности и поведении, но они не фундаментальные. Однажды поехал с женой в отпуск в Закарпатье. Обратил внимание, что села выглядят привлекательнее, чем на востоке. Взять две такие же халупы, едва держатся. Все равно на Западной Украине она будет покрашена и вокруг цветы. На Донбассе этого нет. Но из-за такого нельзя разъединять людей. Понял это, когда начал работать в Луганской области (с 22 июля 2015 года по 29 апреля 2016 года возглавлял областную военно-гражданскую администрацию. — Країна). Сначала относился к местным как к сепаратистам. Первые несколько дней ходил с определенным страхом. Ожидал или нож в спину, или помидор или яйцо в голову. Когда начал общаться, понял: подавляющее большинство людей, как и по всей стране, оторваны от власти так же, как власть от них. Сажусь на мостовую поговорить о жизни. Они не верили, что такое возможно.

Просили помочь возвести забор. Неужели глава области этим должен заниматься? Нет. Спрашиваю: «Что, молоток купить и гвозди? Почему не идете к местной власти?» — «Да с них толку никакого». «А вы обращались?» — «Нет». И немая сцена.

-Как вернуть Донбасс

— Чисто военного пути не существует. Единственный разумный — военно-политический. То есть развивать боеспособную армию. Не разделяю бравурных рапортов, что у нас она уже современная и вооруженная до зубов. Далеко до этого.

Одновременно с восстановлением армииа есть несколько методов деоккупации, как любят говорить эксперты. Пример — торговая блокада. Еще — блокада пересечения линии разграничения. Далее следует уменьшать давление, демонстрируя населению: «Мы не намерены мстить, наказывать. Вы такие же, как и мы. Вы — наши, свои». К сожалению, второго шага мы не сделали.

К Георгию подходит усатый седой человек, говорит, что родом из Ясиноватой. Ему 59 лет. В футболке и джинсах.

— Подошел поздороваться. Я там был бандеровцем. На митингах видел их стеклянные глаза. Потом предатели повели наших в Иловайск, в котел.

— Никто не верил, что Россия перейдет границу, — говорит Георгий Борисович.

— Жена говорила: «Помяни мое слово, после Олимпиады в России будет война в Украине», — говорит мужчина.

Георгий качает головой. Человек пожимает всем руки и уходит.

Пьем еще по порции кофе.

— Вы сентиментальный?

— Трудно сдерживать слезы, когда звучит «Пливе кача». Сразу перед глазами тот темный Майдан, когда впервые услышал ее. Вот и сейчас комок в горле.

Больно, когда говорят об Эндрю. Жалею, что не мог быть на молебне в годовщину его гибели.

Больно смотреть документальные кадры, как издеваются над нашими пленными. Я не слезливый, просто есть болевые точки.

— Чем для Вас стал Майдан?

— 18 февраля на Институтской мы начали разбирать мостовую. Когда нас оттеснили из Мариинского парка, образовали два-три живые цепочки. Ребята впереди бросали камни, а остальные выковыривали его, разбивали на куски, передавали друг другу. Решил, что мне до сих пор 25 лет, поперся в переднюю цепь с камнем, бросил. Он полетел не в 50 метров, а 5. Получил вывих плеча и понял: мое место — в тылу. Пошел колоть камни. Рядом была женщина за 70. В черных туфлях на шпильках, в коротенькой светло-серого цвета шубе из песца. На голове гламурная шляпка, тонкие перчатки. Они через 10 минут превратились в лохмотья. Мы вместе кололи камни. Попали в завал. Хочу ошибаться, но, кажется, ее тело видел потом среди погибших.

— Как повлиял Майдан на людей?

— Был очень высокий уровень мотивации и стремление к переменам и вера в них. Сейчас — разочарование. Но с точки зрения истории Украины, Майдан важнее для развития государства, чем потеря Крыма и Донбасса.

-Почему Вы до сих пор не разочаровались?

— Потому что никогда не очаровывался политиками. Ожидал, что после Майдана придут новые люди с чистыми помыслами. К сожалению, этого не произошло. Но у меня есть идеал Украины, которую хочу строить. Появление очередных отбросов во власти не изменит его. Это лишь временная помеха, которую надо преодолеть.

— Какой идеал?

— Мне совершенно безразлично, вступит ли Украина в ЕС. Но хочу, чтобы мы жили, как в Евросоюзе. Чтобы правил закон, у власти были профессионалы. Чтобы политики не лоббировали бизнес-интересы. А люди получали достойное вознаграждение за труд и платили налоги.

Желаю, чтобы мои дети хотели жить в этой стране. Когда дочь вернулась из США, сказала: «Папа, хочу там жить». Сразу разработал семейную программу путешествий по Украине. Готовился, искал информацию, рассказывал историю края, где были. Договаривался об экскурсиях. В конце спросил: «Лиза, как тебе Львов?» — «Классно. Папа, когда еще?»

— Но она, видимо, до сих пор думает о том, чтобы жить в другой стране?

— Это характерно для ее поколения. Они растут космополитами. Видят разницу в уровне жизни там и здесь, стремятся к лучшему.

— Внимание на улице не раздражает?

— Реагирую спокойно, хотя это утомительно. Поэтому иногда есть желание напиться и забыться. Последний раз такое случилось месяц назад. Друзья пригласили на мужские посиделки. Виски подавали в стаканах с широким дном и нельзя было понять, сколько этого прекрасного напитка там есть. А мы привыкли пить до дна. Оказалось — много.

— Вы курите недорогие сигареты, пьете дешевый кофе, ездите на условно недорогом авто. Есть какая-нибудь слабость?

— Еще получаю условно небольшую заработную плату. Но я не пуританин. Если бы была возможность, то приобрел бы дорогое авто.

Я — очень азартный. Увлеченность покером иногда превращалось в образ жизни. Благодаря изменениям в законодательстве сейчас, к счастью, лишен этого хобби.

Играл только вживую. Как-то проиграл 5000 долларов. Оставалась одна 25-долларовая фишка. Набил 15000. Это — личный рекорд. Однажды резался в покер с Андреем Шевченко (футболист, нынешний главный тренер сборной Украины по футболу. — Країна).

— Как отдыхаете?

— Редко имею такую возможность. На Луганщине как-то было так устал, что в 11 положил руки на стол, склонил голову и вырубился. Секретарша увидела это — отменила встречи, переговоры, отключила телефоны. Проснулся в шесть вечера.

Сейчас иногда берем вечером собаку и с семьей гуляем по набережной. Живем на Оболони (спальный район на правом берегу Днепра. — Країна). К сожалению, люди узнают. Но — гулять в «балаклаве»? Через месяц будут узнавать и в ней.

— За что цените жену?

— За то, что терпим друг друга более 20 лет. Она — перфекционист, я — компромиссный. Часто спорим. Доходило до того, что расходились на время пожить отдельно, а затем — сходились. Я ее задалбываю небрежностью, она меня своим «Только так, а не иначе». Когда не было посудомоечной машины, ссорились, кто будет мыть тарелки. Когда появилась — кто их будет класть в машину.

— Как познакомились?

— Учились на одном курсе в институте. Еще тогда возникли симпатии. После первого курса Вита перешла на другой факультет и потеряли связь на много лет. Вдруг, когда еще не был формально разведен, но уже не жил с первой женой, приехали в гости двое институтских приятелей. Рассказали, что видели Виту в городе и она расспрашивала обо мне, приглашала в гости. Хорошо, думаю. Одеваю зеленый Adidas и едем втроем на Южную Борщаговку (известный криминальными разборками район. — Країна). Это было в 1995-м. Подошли к двери, никто не отвечает. Пива выпили, вернулись — опять никто не открывает. Я уже ушел, а ребята остались. Затем позвали с балкона, потому что Вита пришла.

На 4-м часу разговора попросили пересесть на скамейку напротив, чтобы солнце не слепило. Георгий Тука помогает нести технику.

— Впервые рассказываю так долго, обо всем и так откровенно. Не знаю, стоит ли, — говорит, закуривая.

— Вы — харизматичный человек, — говорим.

— До сих пор не могу понять, что такое «харизма».

— На кого хотели бы быть похожим?

— Мне импонирует де Голль. Кажется диким, но, возможно, и Пиночет. Нравятся их воля к изменениям в стране и способность идти против течения.

— Сколько у Вас близких друзей?

— Людей, которые могут меня называть «Тучка», осталось меньше, чем пальцев на одной руке. К ним можно разворачиваться спиной и они не предадут, - отпивает эспрессо. Выплевывает большую муху. «Да что же такое, — достает из кофе вторую муху зажигалкой. — Если бы это увидела жена, сказала: «Все, подаю на развод».

В течение разговора телефон разрывается от звонков и смс-сообщений.

— Мы сегодня приглашены на свадьбу к парню из «Правого сектора». Там увидимся и с Дмитрием Ярошем.

Отвечает на звонок жены: «Привет, Витуш. Ну, май дарлинг, сори. Ну, задержался, только вот сейчас закончили. Так мы пойдем в магазин или я еду и все? На 5 часов. Ну, тебя же, наверное, надо прихорошиться. Мне не надо, я готов. Да не обязательно переодеваться, можно и в этом. Хорошо, май дарлинг, целую».

Возвращаемся к автомобилю Туки, останавливаемся у стены Михайловского Златоверхого собора, где висит баннер с портретами погибших в АТО.

-Кого-то из этих ребят должен знать лично, — рассматривает лицо. — Неоднократно размышлял над тем, что война была закономерной и необходимой для украинцев. Главное, чтобы мы как нация извлекли уроки из этих событий. Тогда все жертвы будут ненапрасны. Если нет — увы, так и останемся хохлами или малороссами.

 


Об авторе
[-]

Автор: Ксения Пантелеева, Эльдар Сарахман,

Источник: argumentua.com

Перевод: да

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 07.10.2016. Просмотров: 146

Комментарии
[-]

Комментарии не добавлены

Ваши данные: *  
Имя:

Комментарий: *  
Прикрепить файл  
 


zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta