Экономика Беларуси стоит перед серьезными проблемами

Содержание
[-]

***

Ценам стоять, потребителю бояться

Совмин Беларуси снова оседлал любимую лошадку ручного управления ценами. Не исключено, что вскоре Александр Лукашенко опять будет признаваться о стыде за белорусов, опустошающих прилавки с импортными товарами, белорусским сахаром и прочим насущным.

Опубликованное постановление правительства Беларуси №100 от 23 февраля «О временных мерах по стабилизации цен на социально значимые товары первой необходимости» закономерно вызвало негативный общественный резонанс и пересуды экспертов. На первый взгляд, странно: ВВП республики растёт, реальные доходы граждан повышаются, традиционной «новогодней девальвации» не произошло. Официальная статистика позволяет певцам «рыночного социализма» рисовать благостную картину на телеэкране и полосах государственных изданий. Реальность, однако, резко диссонирует с этим официозным лубком, в связи с чем белорусские обыватели иронично шутят: «хочу жить так, как в телевизоре».

«С 1 марта 2021 г. изменение цен на социально значимые товары первой необходимости не может превышать 0,2 процента в месяц к цене на эти товары, сложившейся на последний день предыдущего месяца, или к цене на товар той же разновидности и расфасовки, если в последний день предыдущего месяца какой-либо социально значимый товар первой необходимости не реализовывался. Повышение цен выше предела, установленного в части второй настоящего пункта, допускается только по согласованию с Комиссией по вопросам государственного регулирования ценообразования при Совете Министров Республики Беларусь», — сказано в постановлении правительства Белоруссии №100.

***

Сборная афиша анонсов и событий в вашей стране и в мире на ближайшую неделю:  

 

Сфокусируйтесь на своем городе и изучайте.

Мы что-то пропустили? Присылайте, мы добавим!

***

Для получения согласования необходимо обратиться в совмин. Причём сделать это смогут не субъекты хозяйствования, а республиканские органы госуправления, а также подчинённые правительству госорганизации, мингорисполком и облисполкомы. Правительственным постановлением предписано юридическим лицам всех форм собственности и индивидуальным предпринимателям, осуществляющим производство, ввоз и реализацию на внутреннем рынке социально значимых товаров первой необходимости по перечням согласно приложениям 1 и 2 «не допускать повышения цен с даты вступления в силу настоящего постановления по 28 февраля 2021 г. по сравнению с ценами, действовавшими на 24 февраля 2021 г., а в случае отсутствия товаров на эту дату на предыдущую дату (без учета снижения цен в рамках проведения мероприятий, направленных на продвижение товаров и привлечение покупателей)».

Совмин в своём постановлении сослался на прошлогодний президентский указ №143 «О поддержке экономики» и заявил целью нынешнего документа необходимость «стабилизации ценовой ситуации на социально значимые товары первой необходимости и насыщения ими потребительского рынка». Тем самым правительство косвенно признало, что без прямого вмешательства белорусский рынок не в состоянии удовлетворить потребности потребителей даже в таких элементарных продуктах белорусского производства, как перловая крупа, макароны, куриные яйца, картофель, молоко, яблоки, капуста, лук, свёкла, морковь, бессортовая колбаса, маргарин, сметана, туалетная бумага, хозяйственное и туалетное мыло. Всё это производится крупными и не очень государственными предприятиями.

Под чрезвычайное госрегулирование попали также сахар-песок — его производят только на государственных заводах из белорусской свёклы. Недавно по «сахарному делу» за решётку отправили директоров этих госпредприятий.

Приложение 1 к совминовскому постановлению включает в себя также спички — продукцию модернизированного госпредприятия деревообработки, директор которого тоже присел (ненадолго). Всего в приложении 62 позиции товаров белорусского производства, вырабатываемых преимущественно из белорусского сырья руками белорусских рабочих. Появление документа можно было бы как-то понять без подозрений в худшем, если бы оно ограничивалось импортными средствами гигиены (аналоги производятся в республике), или расфасованными в Белоруссии чаем и кофе — формально тоже белорусского производства (как и знаменитая «белорусская креветка»). Однако чрезвычайное ценовое ограничение применено преимущественно к белорусским товарам, а точнее — к белорусским торговым предприятиям.

Приложение 2 включает 50 лекарственных средств — преимущественно белорусской продукции (госпредприятия «Борисовский завод медицинских препаратов», «Белмедпрепараты» и другие). Попала в перечень также продукция СП — например, таблетированный гидрохлортиазид от СООО «Лекфарм». В этом же документе значится продукция иностранных производителей — например, расфасованный белорусским СП ООО «Фармлэнд» диклофенак в таблетках от голландской компании Holden medical B. V и индийской Holden medical laboratories.

Как сдержать на уровне 0,2% рост цены на медпрепарат, в основе которого импортное сырьё при том, что совмин и нацбанк совместными усилиями раскручивают инфляционно-девальвационную спираль — решительно непонятно. Именно чиновники подняли в начале года налоги, ввели новые сборы, повысили стоимость услуг ЖКХ (вотчина госмонополий), моторного топлива (неоднократно с начала года), ограничили импорт (в пользу «неолигархов», аффилированных с президентской администрацией), подняли базовую ставку оплаты труда (до 1 января называлась ставкой первого разряда), а также реализовали ряд иных мер. Именно их заслуга в том, что расходы субъектов хозяйствования и потребителей выросли.

Когда вслед за девальвацией белорусского рубля начался закономерный рост приобретённого за инвалюту импорта и белорусских товаров, произведённых из импортного сырья («белорусский лосось», телевизоры, холодильники и так далее), то Александр Лукашенко принял вполне естественные для него решения. Противоестественные для нормальной рыночной экономики, они считаются нормой для «белорусской модели» — так называемого «рыночного социализма». Роман Головченко был назначен на премьерскую должность именно для того, чтобы подписывать всё, включая подобные постановлению №100 документы. При участии таких исполнителей Лукашенко поставил белорусский бизнес в неоднократно озвученные им позиции, ставшие классикой местной политэкономической камасутры.

Дефицит продуктов питания Белоруссии не грозит. При этом доступность качественных продуктов для широких слоёв населения может существенно снизиться. Лукашенко и Головченко явно забыли вкус макаронных рожков белоруской марки «Барымак» и другого белорусского шрота, который производится только потому, что это, скорее, политический проект. Заставить покупать такие макаронные изделия итальянскую домохозяйку можно только обманом или под угрозой расстрела.

Непонятно, что именно пытаются отрегулировать Головченко сотоварищи запретом на повышение стоимости соли. Её производит госпредприятие «Мозырьсоль» в огромных объёмах по настолько мизерным ценам, что дворники предпочитают солить тротуары, не особо утруждая себя уборкой по старинке. Разведанных запасов в недрах хватит на ближайшие два века при нынешних мощностях, которые задействованы примерно на четверть из-за отсутствия сбыта. Непонятно, зачем введено ограничение на повышение стоимости спичек. В 2019 году правительство Белоруссии ликвидировало производство спичек в Пинске. Решение обосновывалось нерентабельностью производства. Спички в Белоруссии покупают всё меньше и используют, преимущественно, в вымирающей сельской местности. Однако их по каким-то ещё сталинских времён методичкам относят к социально значимым товарам первой необходимости.

Непонятно, почему Москва безучастно взирает на то, как белорусские чиновники повышают стоимость ввозимых из России лекарств и протезов (+10% налоговой нагрузки с начала года), продуктов питания и товаров для детей (+20%). Почему по-прежнему процветают «тендеры по-белорусски», через которые невозможно продать ни одного российского комбайна, многие другие товары и услуги. Понятно, что в руководстве другой части Союзного государства мощно окопались деятели, которые не могут найти себе применения вне сферы создания проблем производителям товаров и услуг, а также потребителям. Причём белорусские «слуги народа» создают проблемы за счёт производителей социально значимых товаров и услуг. Номинальные «слуги народа» ведут паразитический образ жизни, получая гешефт с откупа за постоянно генерируемое ими меньшее зло.

В отличие от кризиса 2011 года, когда Лукашенко тоже требовал «поставить всех на военные рельсы» и запретить повышать цены, в 2021 году ему на руку играет пандемия. За прошедший год бизнес-климат в республике (да и во всём мире) резко ухудшился, возможности реализации пресловутых серых схем и откровенной контрабанды были весьма осложнены со всех сторон. Поэтому резонёрство белорусских оппозиционеров с точки зрения теории понятно, а с позиций практики лишено всякого смысла. Если завтра у Лукашенко появится желание последовательно расширить и углубить свои реформы вплоть до реализации идей Пол Пота — конечно же, в интересах народа и инновационного развития экономики в соответствии с суверенным правом, то Головченко и другие товарищи поспешат исполнять. Долготерпеливому белорусскому пролетарию придётся кушать перловку, а буржуазии — довольствоваться той нормой прибыли, которую ему определили решениями партии и правительства.

Автор Сергей Артёменко

https://regnum.ru/news/polit/3199450.html

***

Hовыe меры госрегулирования цен

Правительство Белоруссии запретило повышать цены на предметы первой необходимости и лекарства. Эксперты прогнозируют дефицит базовых товаров, рост серой экономики, финансовые проблемы производителей и торговли и называют такой шаг «тревожным звоночком». В основе проблем – политический кризис.

Постановление правительства Белоруссии № 100 «О временных мерах по стабилизации цен на социально значимые товары первой необходимости» было подписано 23 февраля, а опубликовано 24-го. Документ запрещает повышать цены в оставшиеся дни февраля на 62 товара, отнесенных правительством к социально значимым, а также на 50 наиболее востребованных лекарств. Начиная с марта повышать на них цены можно будет на 0,2% в месяц и по разрешению специальной правительственной комиссии. В списке товаров – хлеб, мука, мясо, колбасы, яйца, чай, кофе, салфетки, туалетная бумага, подгузники и даже спички, лекарств – антибиотики, жаропонижающие, некоторые успокоительные и т.п. «Решение принято в рамках минимизации влияния на потребительский спрос увеличения затрат у организаций с высокой долей импортной составляющей в себестоимости выпускаемой продукции, роста цен на товары критического импорта, ухудшение внешних условий ведения бизнеса (карантинные мероприятия, ограничение вывоза отдельных товаров)», – пояснило Министерство торговли и антимонопольного регулирования.

Белоруссия имеет опыт введения госрегулирования ценообразования, поэтому предсказать возможные последствия этого решения несложно. Предыдущая попытка заморозить цены произошла менее года назад – в апреле 2020-го. Тогда решение ограничить рост цен на 0,5% в месяц продержалось около двух недель, и правительство вынуждено было его отменить. До этого подобные меры принимались в 2014 году, борьбу за свободное ценообразование бизнес вел и в 2008–2009 годах. Всегда результат был один и тот же.

Рост дефицита товаров, снижение качества, разрушение брендов и привычных упаковок для обмана контролеров; рост серой экономики; сокращение поступлений в бюджет; криминализация экономической деятельности, «когда контролеры будут брать взятки за то, что не замечают повышения цен»; увеличение числа махинаций с импортом, создание импортным товарам лучших условий, чем отечественным, подорожание импорта, в том числе контрабандного; ухудшение финансового положения производителей и торговых организаций, как следствие, увеличение числа банкротств с потерей рабочих мест, ростом социальной напряженности – перечислил последствия решения правительства белорусский экономист Ярослав Романчук в своем аккаунте в социальной сети. «Сегодня в стране главными в системе принятия решений являются люди в фуражках, лампасах – и с дубинами в руках. Только они могут принять решение якобы себе и стране во благо, которое грозит обнулить и их во власти, и даже саму страну», – говорит эксперт о причинах принятия такого решения. «Более эффективного способа, чем заморозка цен, для обвала совковой экономики не придумаешь, поэтому постановление № 100 – не что иное, как ускорение конца этой модели, которая уже со всех сторон сыплется и рушится», – считает Ярослав Романчук.

Аналитики обращают внимание на то, что чиновники не называют одну из главных причин роста цен – повышение НДС на некоторые товары, и в частности лекарства. То есть фактически правительство своим решением увеличило расходы компаний, но запретило включать их в цену товара, что неминуемо приведет к снижению их доходов. Согласно данным «Белстата», «Лукашенковская экономика готовится к коллапсу. Запрет на рост цен на лекарства и базовые товары – это первый, но очень тревожный звоночек. Они не понимают, что цены дубинками не побьешь и в автозак не закинешь. Дальше нас ждет инфляция, рост доллара, дефицит товаров. Экономика первой реагирует на политический кризис, в который нас загнал режим Лукашенко. Из-за его ошибок страдают люди. Единственный выход из кризиса – новые выборы», – прореагировал на решение правительства Белоруссии советник лидера белорусских протестов Светланы Тихановской Франак Вечерко.

Еще несколько дней назад экспертное сообщество обсуждало, что финансовую поддержку белорусскому режиму окажет Россия. Со ссылкой на источники сообщалось, что на встрече с президентом России Владимиром Путиным, которая состоялась 22 февраля, будет обсуждаться выделение Белоруссии кредита в 3 млрд долл. Однако визит состоялся, а никакой информации об очередной поддержке пока нет. Более того, никаких результатов встречи не озвучивают ни в Москве, ни в Минске. Эксперты пытаются понять хотя бы тональность переговоров по коротким фразам, попавшим в публичное пространство, по позам Лукашенко и Путина, по тому, как они были одеты, как проводили время.

Наиболее знаковыми эксперты считают подчеркнуто неформальный характер встречи «без галстуков», заискивающее конспектирование слов Путина Александром Лукашенко и возвращение к теме интеграционных карт, число которых, оказывается, уже выросло с 31 до 33. Эти факты эксперты трактуют как слабость позиции Лукашенко и признание Кремлем его нелегитимности.

Например, политолог Андрей Казакевич считает, что российские власти не станут сейчас подписывать никаких серьезных документов с руководителем страны, чья правомочность не признана миром и большинством белорусского общества. «Тут два пути – или новые выборы, или время, затягивание ситуации в надежде на затухание протестов и успокоение общества. Москве важно разрешение этой проблемы – только тогда можно реализовывать какие-то интеграционные инициативы», – считает эксперт. «Если продавливать их сейчас и даже если их достичь, появится еще больше проблем и вопросов. Новые договоренности, новые статусы не будут признаваться западными странами, возможны новые санкции в отношении России», – полагает аналитик. «Кремль и его олигархи могут подождать. У них есть выбор, с кем вести переговоры. Подождут. А вы тем временем покатайтесь на лыжах», – рассуждает о выжидающей позиции Москвы политический обозреватель Александр Федута. «В России тоже понимают, что продолжать союзную интеграцию дальше невозможно. Раньше или позже власть в Беларуси изменится, к власти придут другие люди», – считает экс-глава Верховного совета Белоруссии Мечислав Гриб.

Впрочем, тот факт, что снова всплыла тема интеграционных карт, о которых ранее Лукашенко сам говорил, что они представляют угрозу суверенитету Белоруссии, вызвал некоторое напряжение у оппонентов власти и экспертов. «Углубленная интеграция, дубль два», не сулит белорусскому суверенитету ничего хорошего», – пишет политический обозреватель Александр Класковский.

Сам факт замалчивания итогов шестичасовых переговоров оппоненты Лукашенко считают возмутительным. «Давайте просто признаем одно: решают судьбу белорусского народа, но ни слова не говорят белорусскому народу, о чем договариваются, какие решения принимают, какие планы строят… Лукашенко демонстрирует белорусам, что мы для него просто плебс, с которым не стоит делиться своими планами и решениями», – прокомментировал итоги переговоров лидер белорусских протестующих, экс-министр культуры, бывший дипломат Павел Латушко.

Автор Антон Ходасевич, cобственный корреспондент "НГ" в Белоруссии

https://www.ng.ru/cis/2021-02-24/5_8088_belorussia.html

***

Дефолт системы Лукашенко может стать точкой роста для новой экономики

Проблемы в белорусской экономике накапливались годами. И власти не делали ничего, чтобы их решить.

Политическое противостояние в Белоруссии активно подкрепляется экономической борьбой. Белорусы забирают из банков свои вклады, многие стараются не покупать товары токсичных производителей, поддерживающих власть Лукашенко. Политические лидеры в эмиграции призывают к экономическим санкциям сейчас и «новому плану Маршалла» потом. Лукашенко прямо требует сокращать затраты на социальные проекты. Очевидно, что экономика в нынешней ситуации не имеет стратегических драйверов роста. Как все это может повлиять на развитие общественно-политического кризиса?

Проблемы накапливались давно

Проблемы в экономике Белоруссии — это не выбор протестующих или Тихановской. Как бы ни старалась белорусская пропаганда переложить вину за эти проблемы на ЕС с его санкциями и «беглых», как называет Лукашенко своих вынужденно эмигрировавших оппонентов, в действительности причин у грядущего кризиса много, и санкции — далеко не решающая из них.

Экономические проблемы накапливались годами, раз за разом отмечались в рекомендациях международных финансовых институтов. Выполнение этих рекомендаций позволило бы белорусской экономике встретить трудности 2020 года в гораздо лучшем состоянии. И в том, что этого не было сделано, по большому счету не виноват никто, кроме власти. Да и нынешние решения властей не способствуют экономическому росту. Долгосрочные проекты, такие как БелАЭС, принесли политические проблемы без экономических бенефиций. Для работников Парка высоких технологий вопреки обещаниям поднимают налоги, только добавляя стимулов для релокации айтишников. Никаких шагов к мирному, диалоговому решению политического кризиса власть также не предпринимает, хотя именно это способствовало бы и экономической стабилизации.

Так что перспектива экономического кризиса — это неизбежная реальность, вызванная в первую очередь стратегическими просчетами власти. И столь же неизбежны политические последствия этого кризиса.

Когда денег у режима в обрез

Белорусы в 2020 году хорошо поняли, что нет простого решения, как добиться демократизации — в том числе и экономического. Сама по себе бедность страны не приводит автоматически к политическим переменам. Впрочем, как и богатство. В мире есть примеры как африканских диктатур с нищими жителями (Чад, Гвинея-Бисау, Йемен), так и совершенно недемократических стран, входящих в топ-10 по уровню ВВП на душу населения (Катар, Бруней, ОАЭ).

Однако в целом рост благосостояния рождает у людей спрос на ценности более высокого порядка, включая демократию и гражданские права. Эта трансформация в Белоруссии уже произошла, и в 2020 году люди с опытом в бизнесе выдвинулись кандидатами в президенты, а средний класс их массово поддержал. Протестный дух Новой Боровой — вполне себе зажиточного квартала под Минском — стал символом того, что успешные белорусы не благодарят за свое благополучие Лукашенко.

Вместе с тем экономическое положение страны все же очевидным образом влияет на стратегическую устойчивость авторитарных режимов. Чем больше у режима ресурсов, в том числе финансовых и производных от них, тем легче ему преодолевать кризис. Тогда можно не поднимать налоги в самый неподходящий момент, а напротив — улучшить положение самых бедных из недовольных граждан и раздать деньги приближенным, в том числе силовикам. Правда, эксперты считают, что как раз на силовиков ресурсы всегда найдутся.

Как отмечает старший аналитик «Альпари Евразия» Вадим Иосуб, «когда в среднем зарплата будет 50 долларов, а у силовиков 100 долларов, многие захотят иметь эту работу». А старший научный сотрудник BEROC Лев Львовский прогнозирует, что при нехватке денег силовикам могут позволить фактически крышевать бизнес. Впрочем, многочисленные сливы из силовых структур показывают, что и в них все не так прочно, как хотелось бы власти.

Протесты бедных тоже могут вернуться

Еще одно потенциальное последствие экономического кризиса — протесты разгневанных людей, чье материальное положение критически ухудшилось и которые винят в этом власть. Белоруссия уже видела такое в 2017 году, когда пресловутый «налог на тунеядство» вывел на улицы десятки тысяч человек по всей стране. Тогда протесты удалось погасить — но не за счет беспрецедентного насилия, как в 2020-м, а за счет экономических послаблений. Фактически власти пошли на уступки протестовавшим: тунеядский декрет был существенно переработан, и непосредственный сбор 20 базовых величин с безработных отменили. Новые всплески протеста бывшего электората Лукашенко — не очень богатого и не очень образованного, живущего в беднеющих регионах — будут неизбежны при нарастании экономического кризиса.

Придворному бизнесу будет все неуютнее

Для бизнеса близость к государству становится токсичной и несет в себе угрозы попасть под западные санкции. Пока список невелик — в том числе потому, что некоторые лоббисты белорусского бизнеса в ЕС предприняли соответствующие усилия (об этом, в частности, говорил владелец «Санта-Бремора» Александр Мошенский).

Сам факт такой активности подтверждает, что санкции ЕС для бизнеса куда чувствительнее, чем это пытаются представить в Белоруссии. «Сбор арбузов не имеет никакого отношения к бизнесу», — так фигурант третьего пакета санкций ЕС Александр Шакутин аргументировал отсутствие у него деловых связей с Лукашенко. Однако факт то, что близость к Лукашенко уже негативно сказалась на бизнесе Шакутина, и это может стать уроком для других. Если же на ближнем горизонте замаячит дефолт, то белорусский бизнес окажется жизненно заинтересован в том, чтобы политический кризис закончился и кредиты МВФ стали доступны до того, как их бизнес погибнет.

От кризиса к реформам

Лукашенко упустил момент уйти вовремя, на пике благополучия. Теперь ему предстоит пожинать плоды краха выстроенной им системы и отвечать за это своим рейтингом. И в этом есть свой плюс: народ не будет возлагать вину за экономические трудности сугубо на будущих реформаторов, как это случилось после распада СССР. По причине нынешних экономических трудностей будущей Белоруссии, возможно, удастся избежать ностальгии по временам пусть и несвободным, но более сытым. А гипотетический дефолт может стать не только трагедией, но и освобождением от груза долгов, накопленного системой Лукашенко. И тогда кризис заката его модели станет низкой базой для будущего роста.

Автор Вадим Можейко, аналитик Белорусского института стратегических исследований

https://inosmi.ru/economic/20210217/249155551.html


Об авторе
[-]

Автор: Сергей Артёменко, Антон Ходасевич, Вадим Можейко

Источник: regnum.ru

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 27.02.2021. Просмотров: 41

zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta