Добровольцы украинской армии и их статус: всех героев нужно узаконить

Содержание
[-]

Добровольцы в законе, легализованные и не очень. Как можно исправить ошибки 

Исторически так сложилось, что добровольцы — это феномен, присущий украинской армии. Вся Запорожская Сечь — структура из добровольческих батальонов, которые веками защищали Украину. Казаки были свободными: самоорганизовывались и расходились по необходимости.

Такие добровольческие настроения проявлялись в разные периоды истории Украины, особенно когда возникала реальная угроза государственности.

Современные добровольцы. Кто они?

Агрессия РФ 2014 года не стала исключением. Мужчины и женщины по всей территории Украины выразили желание и готовность встать на защиту страны. С одной стороны, весной 2014-го было рекордная явка в военкоматы с просьбой сверить данные и взять на учет. Когда была объявлена ​​мобилизация, в военкоматы обращались люди, которые не получили повесток, с заявлениями о добровольном призыве на особый период. С другой — были мужчины и женщины, которые самоорганизовались в батальоны и отправились на восток Украины защищать границы с теми ресурсами, которые они самостоятельно смогли добыть.

По психотипу обе эти группы людей фактически подпадают под понятие «добровольцы». Однако с точки зрения действующего законодательства ситуация несколько иная.

Лица, добровольно написавшие заявления с просьбой их мобилизовать или добровольно подписали контракты с ВСУ или другими силовыми ведомствами, фактически перешли в категорию военнослужащих или сотрудников соответствующих органов. Они имеют статус и гарантии, предусмотренные соответствующими законами, а также ответственны в своих служебных обязательствах.

Лица, которые пошли защищать Украину, не соблюдая установленных законом процедур, являются добровольцами не только по психотипу, но и де-факто. Проект закона № 1688 сделал попытку предоставить им еще и юридически определенный статус.

Добровольцы в законе

Согласно изменениям в Закон Украины «О статусе ветеранов войны, гарантиях их социальной защиты» от 7 апреля 2015 года участниками боевых действий теперь считаются лица, которые в составе добровольческих формирований, которые были образованы или самоорганизовались для защиты независимости, суверенитета и территориальной целостности Украины, принимали непосредственное участие в АТО (п. 20 ст. 6). Также внесены изменения в ст. 7 и 10 этого закона, которые признали за добровольцами право на статус инвалида войны в случае ранения, а за родными погибших добровольцев — право на статус семьи погибшего.

Фактически Закон Украины «О статусе ветеранов войны, гарантиях их социальной защиты» — это единственный законодательный акт, в котором признается факт участия добровольцев в боевых действиях. Ни в Законе «О борьбе с терроризмом», ни в каком ином, касающемся безопасности и обороны, не предусмотрена возможность привлечения добровольческого ресурса для защиты государства.

Понятие «доброволец» в действующем законодательстве вообще нет. Этот термин употребляется неформально. В законе говорится только о «лицах, находящихся в составе добровольческих формирований». Определение понятия «добровольческие формирования» в действующем законодательстве опять же отсутствует.

С юридической точки зрения дальнейшее обсуждение темы не имеет смысла, поскольку фактически не понятно, что такое «добровольческие формирования» и на основании чего они существуют. Но для уточнения нескольких неудобных вопросов о добровольцах продолжим рассмотрение.

 Сегодня закон выделяет два типа добровольческих формирований: те, что «были включены в состав ВСУ, МВД, Нацгвардии и других образованных в соответствии с законами Украины воинских формирований и правоохранительных органов», и те, которые включены не были, но «выполняли задачи антитеррористической операции во взаимодействии с Вооруженными силами Украины, Министерством внутренних дел, Национальной полицией, Национальной гвардией и другими образованными в соответствии с законами Украины военными формированиями и правоохранительными органами».

То есть, с одной стороны, есть такие добровольческие батальоны, как «Донбасс», превратившиеся в военные части силовых структур, просуществовав некоторое время автономно. А с другой — есть Добровольческий украинский корпус (ДУК) и такие структуры, как ОУН, которые с 2014 года участвуют в АТО как вполне независимые формирования и не подчинены ни одному силовому ведомству.

Именно такой смысл в положения закона закладывали его авторы. О ком же на самом деле говорится в документе?

Добровольцы легализованные и не очень

Количество добровольческих батальонов, которое отмечается в разных СМИ — 37. Официальных данных нет. Более того, в ответе на обращение в Министерство обороны, Министерство внутренних дел, Национальную гвардию Украины и др. отмечается, что в составе тех или иных структур добровольческих формирований нет и не было. СБУ, в свою очередь, сообщает, что от силовых структур, участвующих в АТО, информации о наличии в их составе добровольческих формирований или добровольцев не поступало.

В чем же дело? На самом деле силовые структуры абсолютно правы с юридической точки зрения. То, что в обществе принято называть добровольческими батальонами, в большинстве случаев являются военными частями, которые создавались при соответствующем силовом ведомстве для защиты независимости, суверенитета, территориальной целостности Украины на особый период. Фактически это были бывшие военные или сотрудники милиции, лица, которых по определенным причинам не мобилизовали и которые самоорганизовались и заявили о желании принять участие в антитеррористической операции. Перед непосредственным привлечением к выполнению задач АТО эти так называемые добровольческие формирования были оформлены как воинские части и прошли процедуру боевого слаживания.

«Докажите, что Вы были в АТО»

Возьмем для примера знаменитый минобороновский батальон «Айдар». Так называемый добровольческий батальон на самом деле был создан 3 мая 2014 года как 24-й батальон территориальной обороны, военная часть В0624. Ни дня это подразделение не существовало как отдельное, никому не подчиненное добровольческое формирование, а тем более в таком статусе не участвовало в боевых действиях в зоне АТО. 

Такая же ситуация и с полком «Азов», который подчиняется Национальной гвардии Украины и был создан 5 мая 2014 годакак батальон патрульной службы милиции особого назначения (БПСМОН) МВД на основании решения Министерства внутренних дел Украины о формировании специальных подразделений милиции по охране общественного порядка с привлечением в них гражданских лиц и людей, которые имеют опыт военной службы или прошли ускоренный курс подготовки при МВД. Ни дня лица, которые входили в состав «Азова», в статусе добровольцев не были или, по крайней мере, не должны были быть (отряд «Черный Корпус», предшественник батальона «Азов», осуществлял отдельные рейды на сепаратистов в Харьковской области. Собственно «Азов» был сформирован как батальон особого назначения МВД в целях полноценного участия в АТО). Но об этом позже.

Официальная история создания почти каждого из батальонов, которые принято называть добровольческими, свидетельствует о том, что на самом деле речь идет о воинских частях и подразделениях силовых структур, которые были сформированы и действуют в соответствии с действующим законодательством. Личный состав таких подразделений формируется из добровольцев по психотипу. Но с точки зрения действующего законодательства их бойцы являются военнослужащими, лицами рядового, начальствующего состава соответствующих силовых структур. Такие лица имеют право на статус участника боевых действий согласно п. 19 ст. 6 Закона Украины «О статусе ветеранов войны, гарантиях их социальной защиты».

 Получается, что нововведения, внесенные в ст. 6 Закона «О статусе ветеранов войны» законопроектом № 1688, не актуальны. Однако это только на первый взгляд. На самом деле п. 20 ст. 6 касается очень узкого круга лиц в составе буквально нескольких так называемых добровольческих батальонов. А именно это положение дает право получить статус УБД лицам, подпадающим под следующие три пункта:

  1. Батальон, в состав которого входило лицо, должен принимать непосредственное участие в АТО как автономное, независимое формирование с момента объявления особого положения и вынесения приказа о проведении АТО.
  2. Лицо, претендующее на статус УБД, должно было находиться в составе этого батальона именно в период, когда он существовал и участвовал в АТО как самостоятельное формирование.
  3. На момент вхождения батальона в любую силовую структуру такое лицо уже не входило в состав батальона или любого другого формирования, привлеченного к силам и средствам АТО.

То есть п. 6 ст. 20 касается лиц, которые не получили статуса военнослужащих или лиц рядового состава батальонов, поскольку на момент легализации батальона уже выбыли из его состава. Соответственно не было оснований для оформления УБД, предусмотренных п. 19 ст. 6 закона. Однако такие лица были в АТО и воевали наравне с другими, причем в самый критический момент, когда Вооруженные силы Украины нуждались в наибольшей поддержке. Именно поэтому и было принято решение предоставить право на статус УБД тем лицам, которые по определенным причинам не дождались входа батальона в состав государственных силовых структур, таким образом уравняв их в правах с их боевыми побратимами.

Неоформленные военнослужащие

В то же время есть несколько нюансов, связанных с толкованием п. 20 ст. 6 Закона «О статусе ветеранов войны». Грубейшая ошибка — утверждение о том, что это положение позволяет оформить статус участника боевых действий лицам из батальонов ДУК ПС и ОУН, которые остаются независимыми структурами, не входящими в состав ни одного силового ведомства. Статус УБД предусмотрен только для личного состава батальонов, которые принадлежат к определенному ведомству.

Добровольцы-нелегалы ​​могут претендовать только на статус инвалида войны, если инвалидность наступила в результате участия в боевых действиях, а в случае их смерти (гибели) родные имеют право на статус семьи погибшего.

Другой распространенный тезис — этот пункт касается всех бойцов батальонов, которые вошли в состав МО, МВД, Нацгвардии. Однако еще раз стоит подчеркнуть, что такие бойцы статус военнослужащих и лиц рядового, офицерского состава соответствующих силовых структур, и статус участника боевых действий им предоставляется согласно п. 19 ст. 6 упомянутого закона. При этом такие лица должны быть надлежащим образом оформлены в своем батальоне. То есть должны находиться в штатном расписании, в списках батальона, иметь контракт или соответствующую запись в военном билете. И здесь раскрывается вся суть проблемы современного добровольческого движения Украины.

Оказывается, что огромное количество людей (точные цифры неизвестны) просто прибывало в зону АТО и присоединялось к тем или иным батальонам. Им выдавали оружие, а иногда даже форму, они находились на продовольственном обеспечении подразделения, получали боевые задачи и выполняли их. Одним словом, несли полноценную военную службу. Но в батальоне оформлены ни были. По разным причинам: и контракты ВСУ и прочие силовики тогда не предлагали, и из военкомата некому было выезжать в зону боевых действий, чтобы оформлять бойцов, и комбат в хаосе войны не имел времени вести надлежащий учет бойцов. Причин много, а результат один: неоформленный личный состав батальонов.

 

В Генеральном штабе, как и в приемной министра внутренних дел, таким историям не доверяют. В кабинетах ответ один: быть этого не может, командир всегда знает все о своей части.

Руководство силовых структур вполне обоснованно ожидает, что боевые командиры будут соблюдать буквы уставов. Однако весна — лето 2014 показали, что такие ожидания были нереалистичны. С усилением агрессии патриотически настроенные граждане прибывали во вновь созданные батальоны, выражая желание присоединиться к борьбе за Украину. Во-первых, такие добровольцы не углублялись в детали, кому батальон подчиняется (интересовало преимущественно, под чьим командованием придется служить), а во-вторых, никто не занимался спискам и официальным оформлением.

Впервые проблема проявилась, когда раненые не могли получить справку об участии в АТО и справку о ранении — документы, необходимые для надлежащего оформления в госпиталях и при выписке из них. Системно стали теряться рапорты с обращениями по их выдаче, затем были пустые обещания командования, в некоторых случаях (например, в батальоне «Айдар») исчезала печать.

Оказывалось, что по штатному расписанию была оформлена лишь небольшая часть бойцов, остальные в лучшем случае, в более организованных батальонах, фигурировали в личных списках комбата. В менее организованных (например, «Шахтерск») оформлены были не более 30 человек, тогда как почти сотня вообще непонятно на каких основаниях выполняла боевые задачи с оружием в руках, в форме и с шевронами батальона.

Проблема приобрела большую огласку, когда оказалось, что члены семей погибших не имеют оснований для оформления статуса и получения выплат. Мужчин, которых хоронили с почестями военнослужащих и посмертными наградами «За мужество», как выяснилось, в списках личного состава соответствующих воинских частей не было.

 В конце сентября 2014 года документальным оформлением заинтересовалась еще большее количество лиц, поскольку вступил в силу порядок предоставления статуса участника боевых действий лицам из состава силовых структур, привлеченных в силы и средства АТО. Интересовались, в частности, те, кто был в зоне АТО, считал себя частью личного состава соответствующего батальона, в самый критический период участвовал в боях, но потом выбыл, вернувшись на работу или учебу. А также те, кто и дальше воевал и был убежден в том, что все время был в составе батальона. Для всех, кого в списках не могли найти, ответ был один: «Вы же добровольцы, о вас в законе ничего нет».

Именно такие ответы стали причиной инициатив по предоставлению ветеранских статусов добровольцам и добровольческим формированиям, которые в конце концов переросли в законопроект № 1688, который как бы их узаконил. Только вот проблема, которая приобрела массовый характер, касалась уже совсем не добровольцев, а лиц, которые по непонятным причинам находились на содержании военных частей, выполнявших боевые задачи, имели оружие, но оформлены ни были.

Поэтому в лучшем случае речь идет именно о неоформленных военнослужащих.

Почему так важно оформление

Согласно действующему законодательству лицо в форме, с оружием — это не доброволец. Такое лицо подпадает под статью Уголовного кодекса Украины. Например, ст. 263 предусматривает лишение свободы от трех до семи лет за незаконное ношение или хранение оружия, боевых припасов или взрывчатых веществ.

Однако наказаны могут быть не только лица, которые по зову души присоединились к батальонам, взяли оружие и добросовестно выполняли возложенные на них боевые задачи. Затрагивая тему ответственности, надо прежде всего обратить внимание на действия командования. Без согласия и ведома командиров соответствующих подразделений участие добровольцев в АТО было б невозможным: как минимум, этим людям никто бы не выдал оружие и боеприпасы, никто не использовал бы их как ресурс для выполнения боевых задач.

 Кроме нарушения положений Устава внутренней службы ВСУ (в частности, ст. 58, 59), командование может также быть привлечено к уголовной ответственности на основании ст. 413 УК (потеря военного имущества), ст. 425 (халатное отношение к военной службе), ст. 426 (превышение полномочий).

Чтобы иметь надлежащий уровень социальной защиты в статусе военнослужащего и избежать привлечения к ответственности, вполне достаточно настаивать о приеме в личный состав воинской части с соблюдением всех процедур и получением соответствующих подтверждающих документов (запись в военном билете / контракте).

Несколько неудобных предложений

Далее развивать тему с предоставлением статуса добровольцам нет смысла, поскольку: а) не существует определения термина «добровольческие формирования»; б) батальоны, к которым присоединялись лица, с самого начала своего создания в основном уже были военными частями, то есть добровольцы должны были вступить в личный состав воинской части, получив таким образом статус военнослужащего.

Чтобы узаконить лиц, воевавших при таких воинских частях, достаточно провести служебное расследование. Это позволит установить факт участия лица в боевых действиях, выполнения им должностных обязанностей. В результате расследования за ним может быть признан статус военнослужащего и право на соответствующие ветеранские статусы, определенная сумма задолженности по денежному обеспечению, если оно не выплачивалось при исполнении военных обязанностей.

Такой механизм признания добровольцев успешно применяется в ВСУ. Руководителям остальных силовых ведомств целесообразно было бы также обязать командиров соответствующих подразделений (батальонов) провести расследование.

Ускорить процесс проверок факта участия в АТО возможно, если командиры батальонов предоставят перечень всех лиц в составе батальона. Его должны предоставлять как нынешние командиры, так и бывшие. Параллельно лица, служившие в батальонах, но оформлены не были, должны иметь возможность в течение определенного срока подать свои данные для проверки информации о них.

В качестве альтернативы звучат предложения по разешению ситуации посредством обращения в суд. А также идеи создать соответствующие ведомственные комиссии по рассмотрению вопросов добровольцев. Однако эффективность таких механизмов будет ниже по сравнению с проведением служебного расследования. Ни суд, ни соответствующая комиссия не имеют достаточно инструментов для проверки факта участия лица в боевых действиях. Проблема возникнет уже на этапе предъявления доказательств и привлечения свидетелей. Фактически придется все равно созвать все ту же следственную комиссию.

Еще ряд предложений

Статус добровольцев ДУК и ОУН остается неопределенным. Участниками боевых действий их не признают и вряд ли признают в будущем. С точки зрения закона логика очень проста: определения добровольческого формирования нет, но есть ст. 260 УК: создание не предусмотренных законом военизированных или вооруженных формирований (3-8 лет лишения свободы за участие и 5-10 лет за руководство).

Командованию этих батальонов не раз предлагали и предлагают войти в состав государственных силовых ведомств, таким образом легализовав себя и личный состав таких батальонов. Оно отказывается. Как и отказывается предоставить списки лиц, входящих в состав батальонов. Да и вряд ли эти списки вообще существуют.

С одной стороны, такая дезорганизация означает социально-правовую незащищенность и проблемы с оформлением любых статусов. Однако есть и другая сторона медали. Отсутствие учета и ограничений по личному составу означала, что к батальонам могли присоединяться даже те лица, которые не могли служить в силовых ведомствах из-за несоответствия (например, не прошли военно-врачебную комиссию, имели судимости в прошлом) или не желавших раскрывать сведения о себе. Основным критерием вступления в ДУК и ОУН было и есть желание защищать Украину.

Однако целесообразность дальнейшего существования таких батальонов в условиях наличия уже укомплектованной армии и «замороженного конфликта» вызывает ряд вопросов. Кто и на какие средства будет их содержать? Чьи приказы они будут выполнять? Откуда у них оружие и на основании чего они им владеют?

Нужно также помнить: помимо того, что это — герои, они еще и граждане Украины, которые должны соблюдать законы и нести ответственность. Те, кто это осознает, уже давно перешли в состав законных силовых структур. Остальные же сегодня находятся вне закона и рискуют быть привлеченными к ответственности, как и командование этих батальонов.

Поэтому еще одно неудобное предложение. Оно предусматривает три шага.

Шаг первый. Командование батальонов должно составить полные перечни их личного состава и подать в АТЦ при СБУ. Это упростит получение документов ранеными и семьями погибших, которые все же имеют право на соответствующие статусы по закону.

Шаг второй. Командованию следует взять на себя ответственность за всех, кто ему доверяет, и ввести их в правовое поле посредством вступления в ряды ВСУ или других государственных силовых ведомств.

Шаг третий. Государство должно признать вклад добровольцев ДУК и ОУН в защиту независимости, суверенитета и территориальной целостности Украины. В этом аспекте вполне целесообразен документ вроде Закона Украины № 314-VIII от 09.04.2015 года «О правовом статусе и чествование памяти борцов за независимость Украины в XX веке».

 


Об авторе
[-]

Автор: Леся Василенко

Источник: argumentua.com

Перевод: да

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 16.03.2016. Просмотров: 232

Комментарии
[-]

Комментарии не добавлены

Ваши данные: *  
Имя:

Комментарий: *  
Прикрепить файл  
 


zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta