Белорусский протест переместился во дворы. Нобелевский лауреат Светлана Алексиевич о протестах в стране

Содержание
[-]

Тактику меняют и власть, и оппозиция

Александру Лукашенко с помощью беспрецедентного давления удалось добиться снижения уличной активности. Однако эксперты утверждают, что это не означает снижения уровня самого протеста.

В ответ на жестокость власти белорусы вышли на «Марш против фашизма». В воскресенье в Белоруссии продолжились протесты, но проходили они в другом формате. Протестующие не собирались в одном месте в центре города, а выходили на улицу в своих районах, улицах и даже просто дворах. Смена формата обсуждалась накануне прошлых выходных. Об этом говорила лидер протестующих Светлана Тихановская. В качестве главной причины называлась угроза жизни и здоровью людей.

В Минске в результате смены тактики протестующие были везде, во всех частях города. Где-то удалось собраться довольно большим колоннам – около 3–5 тыс. человек. Где-то количество составляло две-три сотни, а где-то по улице гуляли несколько десятков человек. В целом складывалось впечатление, что протестует весь Минск. Как обычно по воскресеньям, не работало метро, в некоторых местах не ходил и наземный транспорт, был отключен мобильный интернет. Очевидно, что тактика локального протеста оказалась не очень удобной для силовиков. Понять, откуда возникнет очередная колонна протестующих, а значит, выставить там кордон было сложно. В результате серьезные стычки с силовиками происходили в местах, которые раньше были точками сбора протестующих. В частности, на улице Притыцкого, где в первые дни протестов от выстрела в упор погиб Александр Тарайковский. В воскресенье там снова рвались светошумовые гранаты, их применяли и на юго-западе города.

***

Сборная афиша анонсов и событий в вашей стране и в мире на ближайшую неделю:  

 

Сфокусируйтесь на своем городе и изучайте.

Мы что-то пропустили? Присылайте, мы добавим!

***

Многие участники перестали разбегаться даже тогда, когда в них бросали светошумовые гранаты. Они поднимали руки вверх и, двигаясь на силовиков, скандировали: «Фашисты», «Убийцы», «Это наш город» и т.п. Иногда силовики отступали. При этом людей били дубинками и задерживали. По данным правозащитников, известно о сотне задержанных. «Локальный протест имеет свои преимущества – не надо идти через весь город к месту сбора, когда не работает общественный транспорт, не надо думать, как добраться, где припарковать машину, если поехать на своем автомобиле», – прокомментировал «НГ» смену формата протеста политолог Валерий Карбалевич. Перенос протеста в микрорайоны решает эти проблемы, в результате присоединиться к нему, просто выйдя из дома, могут и пожилые люди, и те, кто опасается ходить далеко от дома, отметил эксперт. «Это может вызвать прилив новых протестующих. К тому же эта рассредоточенность создает проблему для силовиков», – сказал Корбалевич.

Снижение уличной активности, на которую влияют многие факторы (погода, эпидемия, репрессии), и снижение протестных настроений – далеко не одно и то же. «В Белоруссии не идет речь о спаде протестных настроений. Количество протестующих не только не уменьшается, а скорее даже увеличивается», – считает Карбалевич.

Недовольство общества вызывает жестокость и игнорирование мнения граждан страны. «В последнее время власти не просто перестали заниматься самопиаром, но заботиться о том, как будут восприняты их действия обществом», – констатирует Карбалевич. В частности, так и не возбуждено уголовное дело по факту гибели 31-летнего Романа Бондаренко, которого увезли со двора дома «неизвестные в балаклавах», после чего он скончался от нанесенных ему травм. «Зато есть уголовное в дело в отношении врача, который сообщил, что в крови Романа Бондаренко не было алкоголя», – рассуждает эксперт.

Каждый день появляются все новые шокирующие подробности произошедшего. Напомним, что после убийства неизвестными Романа Бондаренко в Telegram-канале, который в Белоруссии признан террористическим, были опубликованы два телефонных разговора. В первом мужчины обсуждают инцидент во дворе и утверждают, что они «никого не вырубали». «Все в сознании, за руки – за ноги, он дергался – занесли в машину, оставили», – говорит один из них. Местные журналисты утверждают, что голоса принадлежат приближенным к Лукашенко спортсменам – главе Федерации хоккея Дмитрию Баскову и боксеру Дмитрию Шакуте. Ранее их опознали на видео со двора, где избивали Романа.

Пока общественность и эксперты обсуждали, настоящая это запись или фейк, пытались угадать причины ее появления, на том же канале появилась еще одна. В ее участниках общественность опознала Дмитрия Баскова и пресс-секретаря Александра Лукашенко Наталью Эйсмонт. Речь шла о тех же событиях, но разговор происходил накануне и в тот же вечер. Под «хи-хи» и «ха-ха» они обсуждают, как под прикрытием силовиков поедут кататься по вечернему Минску, срезать бело-красно-белые ленточки и закрашивать муралы, изображая при этом возмущенных граждан. Они долго решали, брать ли вино (массандру, подаренную Эйсмонт послом России в Минске) и снимать ли номера.

Запись убедила общественность и экспертов в том, что все это настоящие разговоры (в них очень много деталей и личных моментов), и породила вопросы – кто слушал, кто слил и зачем. Эксперты сходятся во мнении, что сделать такое могли только спецслужбы. Если белорусские, то это говорит о расколе в среде силовиков, если российские – то о грядущих проблемах для Лукашенко в отношениях с единственным союзником.

Автор Антон Ходасевич, cобственный корреспондент "НГ" в Белоруссии

https://www.ng.ru/cis/2020-11-22/5_8020_belorussia.html

***

Комментарий: Передай соседу флаг - протест в Беларуси меняет тактику 

Какое будущее ждет мирные белорусские марши? Можно ли верить заявлениям госСМИ о том, что протест сдувается? Нет, протестующие нашли новую тактику, и она работает, считает Саша Романова.

Мирная душа белоруса ликует: новый формат уличных маршей оказалась относительно безопасным и эффективным. Неделю назад экс-кандидат в президенты Светлана Тихановская, за которую на выборах проголосовало в разы больше белорусов, чем объявил ЦИК, предупредила народ о смене тактики протестов. После убийства Романа Бондаренко во дворе его дома всех, кто пришел почтить память погибшего на Площадь перемен, задержали силовики. А тех, кто спрятался в подвалах и квартирах близлежащих домов, одетые в черное каратели с дубинками всю ночь выслеживали с фонариками. Число прошедших с 9 августа через тюрьмы, СИЗО и подвергнувшихся пыткам в Беларуси достигло 30 тысяч человек.

Белорусы приуныли: без многотысячного митинга каждое воскресенье и концертов во дворах - совсем тоска. Кому-то кажется, что Лукашенко и его сторонники берут реванш, и страна медленно превращается в Северную Корею. Сможет ли белорусская буржуазно-демократическая революция опираться только на стачкомы на госпредприятиях? Рабочие после убийства Бондаренко присоединяются к забастовке, но очень медленно и не в массовом порядке. Так что же, протест зашел в тупик? Нет, оказалось, что найден его новый сценарий, да еще какой.

Децентрализация протеста под флагом своего района

22 ноября локальные чаты дворов и районов стали сами определять место сбора протестующих. Так людям, которые родились и выросли в Серебрянке или Малиновке, не пришлось правдами и неправдами добираться до чужого двора в центре города (сбор 15 ноября на месте убийства Романа Бондаренко многие назвали ошибочным шагом). Теперь люди формируют колонны в своих районах и порой объединяются улицами - много светлых лиц, протест жив, флаги на месте, депрессия от пережитого насилия отступает.

Алибегова, Малиновка, Пушкинская, Тракторный, Юго-Запад, Каменная Горка, Уручье - локальных маршей в минувшее воскресенье было под сотню, и пока силовики разгоняли людей в одном районе города, в другом уже собиралась новая колонна. Известный белорусский художник Владимир Цеслер не зря за три месяца протестов нарисовал сотню флагов столичных районов, представляющих собой, по сути, вариации бело-красно-белого с местной изюминкой. Теперь такие флаги нарасхват - соседи под ними выходят на шествия.

ОМОН не знает двора, где вы родились

В Минске не больше двух тысяч бойцов ОМОНа. Если они нейтрализуют протест в центре города или в одном каком-то дворе, то ущерб от воскресной акции оценивается десятками пострадавших от светошумовых гранат и сотнями задержанных (два воскресенья подряд число задержанных превышало тысячу человек).

Но чтобы обеспечить порядок во всех дворах Минска, личный состав нужно дробить на части. Что 10 человек сделают колонне из 500 протестующих? Отсюда - кадры из Минска 22 ноября, когда толпа гонит группу силовиков прочь. Собственные дворы и кварталы - это территория, где ты знаешь каждый куст. Знаешь, как при случае можно уйти и куда спрятаться. Большой колонны не получилось в центре, потому что плотность жильцов в старых домах совсем низкая, да и самим этим жильцам выходить на улицы тяжеловато - они предпочитают размахивать из окон флагами и осенять крестом колонну, как сделала с балкончика одна бабушка, фото которой обошли СМИ. Возможно, в следующее воскресенье сами силовики призовут граждан проявить сознательность и собираться как прежде - у оцепленной с утра стелы, а то ведь невозможно разогнать столь децентрализованный протест!

Мирный протест против насилия

На фоне происходящего особенно заметно качественное отличие Тихановской - лидера, которого выбрали свободные белорусы, от Лукашенко - узурпатора, присвоившего власть. В отличие от Лукашенко, который устроил в стране вакханалию насилия и озабочен лишь тем, как остаться в президентском кресле, Тихановская хочет помочь людям сделать так, чтобы они не пострадали в ходе мирного протеста. Это борьба между светом и тьмой. Именно поэтому шествия в сотне дворов по Минску и в регионах назывались "Маршами против фашизма".

Когда я слышу про затихающие в Беларуси протесты, я могу позволить себе спокойно проигнорировать этот тезис. Скажите, куда может исчезнуть протест, если большинство белорусов по-прежнему против действующей власти? А эта власть не делает ничего, чтобы увеличить ряды своих сторонников. Вряд ли в этом помогут истязания сотен людей в тюрьмах и административные аресты по надуманным основаниям.

Белорусы посмотрели друг другу в глаза на самом крупном первом марше 16 августа, убедились, что за перемены большинство, и что крах режима - дело времени. Идея децентрализации сработала во время президентской кампании, а также позже, когда шел подсчет избирательных бюллетеней на платформе "Голос". Этот же механизм работает сейчас и на мирных шествиях.

Да, одной большой протестной колонны в центре столицы нет - картинки для СМИ не получится. Но это только официозная пропаганда трубит, что люди выходят на улицы из-за картинки. Они выходят, потому что им осточертело терпеть ложь и насилие. И потому, что Лукашенко должен уйти. В списках правозащитного центра "Весна" за 22 ноября 437 фамилий задержанных лиц. Неделей раньше было 1200.

Тактика сработала, в следующее воскресенье на улицы выйдет еще больше протестующих. Белорусы перестали реагировать на светошумовые гранаты. Есть видео: у станции метро "Пушкинская" 22 ноября слышны взрывы и виден дым, а протестующие остаются на месте, не убегают. На маршах людей с ограниченными возможностями можно встретить Георгия Сайковского - парня в инвалидном кресле, который потерял ступню в результате применения светошумовой гранаты в ночь с 10 на 11 августа.

"Ціхая вада грэблі ірве", - написал в Facebook уволенный директор института социологии НАН Беларуси Геннадий Коршунов. Тихая вода и правда плотину прорывает.

Автор: Саша Романова, белорусский журналист, писатель, директор двух независимых медиа kyky.org и the-village.me

https://p.dw.com/p/3llhB

***

Без чаепития во дворах: как меняется формат протестов в регионах Беларуси

Что пришло на смену массовым маршам, и как в небольших белорусских городах люди проявляют солидарность с пострадавшими от репрессий силовых структур и судебной системы - в материале DW.

В отличие от Минска, где популярной формой протеста против произвола властей оказались встречи во дворах многоэтажных домов с чаепитиями и уличными концертами, в городах Брестской области такой формат особой не прижился. Причина - не только в апатии и отсутствии желания.

Дворовая активность под присмотром милиции

Молодая девушка Алена проживает в одном из новых кварталов Бреста и рассказывает, что идея соседских "посиделок" во дворах своих домов в конце лета и начале осени была с энтузиазмом встречена ее знакомыми. Такие встречи воспринимались по вечерам в будние дни как дополнение к воскресным маршам, которые стали проходить на многих улицах города после объявления официальных результатов президентских выборов.

Однако стихийная активность во дворах почти сразу же стала привлекать внимание не только жителей, но и представителей силовых структур. "Буквально на вторую встречу в наш двор прибыл милицейский патруль, проводилась видеосъемка, а рядом с домами были замечены характерные тонированные микроавтобусы, в которых ездят силовики", - вспоминает Алена.

По ее словам, до жестких разгонов дело не доходило, но представители милиции ясно дали понять, что "посиделки" и уличные концерты в дальнейшем будут расценены как несанкционированные мероприятия. "Если в Минске люди успели почувствовать дух свободы в своих дворах месяц-другой, то нашу инициативу подавляли в зародыше", - говорит девушка.

Тем не менее, в некоторых районах индивидуальной застройки на окраине Бреста и в "спальных" микрорайонах подобные встречи продолжаются и сейчас, хотя участники стараются их не афишировать, чтобы лишний раз не привлекать внимание силовых структур.

Суд штрафует за приглашение попить чай

Еще более драматичная история случилась в городе Дрогичине - небольшом районном центре Брестской области. Здесь не было замечено массовых протестов после президентских выборов в Беларуси, но несогласные с действиями властей люди выходили на акции солидарности и активно обсуждали происходящее в городе и стране в социальных сетях.

Именно в одном из онлайн-чатов было озвучено предложение к неравнодушным жителям Дрогичина собраться на чаепитие в городском парке. В указанное в сообщении время в парке появились сотрудники милиции и решили задержать парня, который сидел с девушкой на лавочке и пил сок. В результате на молодого человека составили административный протокол "за призыв к организации массового мероприятия с нарушением установленного порядка организации или проведения".

В суде житель Дрогичина отказывался признавать вину и рассказывал, что находился в парке только для общения со знакомой. Он также сообщил, что никаких сообщений с призывами к политическим акциям в интернете не публиковал, хотя был участником дискуссии на эту тему. В итоге на основании статьи 23.34 Кодекса об административных правонарушениях он был оштрафован судом почти на 1000 белорусских рублей (около 326 евро).

Ответ из парламента Беларуси: не время менять закон

Указанная статья в административном кодексе, предусматривающая наказание "за нарушение порядка организации или проведения массовых мероприятий", стала самой популярной при рассмотрении дел, которые касаются участников мирных протестов. Однако, как пояснил правозащитник Роман Кисляк, "порядок проведения массовых мероприятий, который декларируется властями, фактически не работает", поскольку легально получить возможность организации такого мероприятия очень сложно. "С начала 2018 года в Брестский горисполком было подано 370 заявок на проведение митингов и пикетов, но только одна была удовлетворена", - говорит Кисляк.

Учитывая этот факт, жители Бреста решили обратиться к депутату белорусского парламента Анатолию Дашко, чтобы тот выступил с инициативой об исключения статьи 23.34 из Кодекса об административных правонарушениях. По мнению авторов обращения, эта статья используется для подавления свободы выражения мнения и направлена против свободы слова. Она также противоречит Конституции РБ и Международному пакту о гражданских и политических правах.

Однако брестский депутат парламента отказался поддержать идею отмены данной статьи. В своем ответе Анатолий Дашко сообщает, что это "может привести к дестабилизации обстановки в стране и является преждевременной в настоящее время". Парламентарий также ссылается на то, что "во всех государствах власти санкционируют массовые мероприятия" (правда, не уточняя, что в демократических странах речь идет об уведомительном, а не разрешительном порядке проведения акций).

Уголовное преследование за уличную активность

На снижение активности уличных протестов в Бресте повлиял и тот факт, что здесь еще в августе и сентябре были возбуждены не только административные, но и уголовные дела "о массовых беспорядках". В качестве подозреваемых по ним проходят несколько десятков человек, причем некоторые из них все это время содержатся в изоляторе.

"Когда 13 сентября в Бресте хоровод на перекрестке в центре города впервые разгоняли водометом, мы даже и подумать не могли, что дело обернется уголовными делами и арестами", - рассказывает участница протестов Алена. По ее словам, на тот момент такой суровой реакции не было даже в белорусской столице, что не могло не сказаться на массовости последующих акций в Бресте.

Теперь солидарность в городе проявляется, чаще всего, не публично. Так, по инициативе местных правозащитников организованы встречи родных и близких брестских политзаключенных. Как отмечают участники таких встреч, в присутствии психолога они могут не только делиться переживаниями, но и чувствовать моральную поддержку.

Автор Алесь Петрович, Брест

https://p.dw.com/p/3luiS

***

Приложение. О чем рассказала Светлана Алексиевич в интервью Der Spiegel

Светлана Алексиевич считает протесты в Беларуси рождением новой нации. Писательница поделилась мнением о санкциях ЕС, реакции россиян, угрозе гражданской войны и о том, кем считает Лукашенко.

Находящаяся в Берлине известная белорусская писательница, лауреат Нобелевской премии по литературе Светлана Алексиевич дала интервью немецкому журналу Der Spiegel. На сайте издания оно было опубликовано вечером в пятницу, 20 ноября, в печати появилось днем позже.

Алексиевич приехала в Германию на лечение в конце сентября и после этого не давала интервью журналистам. Как отмечают беседовавшие с ней Тобиас Рапп (Tobias Rapp) и Фолькер Вайдерман (Volker Weidermann), она решила нарушить молчание после того, как в Минске силовики насмерть забили Романа Бондаренко. DW перевела с немецкого основные высказывания из большого интервью 72-летней писательницы, в котором она также подробно описала ситуацию в стране и насилие против ее граждан.

Светлана Алексиевич - о себе

Я страдаю невралгией тройничного нерва, болевой синдром проявляется на лице. Но сейчас я могу говорить. Нерв успокоился. <…> Если бы меня посадили за решетку, то с моей болезнью это не могло бы долго продолжаться. <…> Я часто слышала, но никогда всерьез не думала о том, чтобы стать переходным президентом. Я писательница, не политик. В политике нужны другие качества. У меня их нет. <…> Я останусь (в Берлине. - Ред.), пока не уйдет Лукашенко. У меня такое чувство, что это не может продолжаться долго. Я не думаю, что Лукашенко еще долго может подавлять энергию народа. Его время истекло. Но это удастся только в том случае, если нам поможет мировое сообщество.

О Лукашенко и его сторонниках

<…> То, что делает Лукашенко - это катастрофа. После сфальсифицированных выборов в августе были задержаны 27 тысяч человек. Ученые, профессора, обычные люди, рабочие, студенты. Это пронизывает все слои. Лукашенко разрушает страну. <…> Весь Минск заполнен силовиками в камуфляже, которые произвольно останавливают для проверки и задерживают людей. Это гибридная гражданская война. Сторонники Лукашенко противостоят другой половине общества. <…> Обычные люди, которые следуют за ним. Может быть, потому, что боятся что-то потерять. Его поддерживают остатки советской системы. Я сама была удивлена, как быстро все вернулось. Методы спецслужб сталинских времен. Во Второй мировой войне мы победили фашизм и выработали иммунитет против него. Но против ГУЛАГа, против Сталина у нас нет лекарств.

О выборах президента Беларуси

<…> Чтобы стать кандидатом в президенты Беларуси, необходимо собрать 100 тысяч подписей. Когда однажды я вышла на рынок рядом с моим домом, я не поверила своим глазам. Там выстроилась очередь длиной не меньше пяти километров. Люди стояли, чтобы поставить свои подписи за Виктора Бабарико, который баллотировался на президентских выборах. Многие специально приехали для этого издалека. Только бы не снова Лукашенко, говорили они. Я не узнавала свой народ. <…>

Главных кандидатов, мужчин, участвовавших в выборах, Лукашенко бросил в тюрьму или заставил покинуть страну. Однако он не добился своей цели, так как место мужчин заняли их жены - и они были подхвачены волной энтузиазма. Куда бы ни приезжали эти женщины, всегда тысячи людей приходили, чтобы увидеть их. Мужчины сидели в тюрьме, женщины вели политическую кампанию. Раньше такое было невозможно. <…> Лукашенко недооценил женщин.

Идеей Координационного совета (оппозиции, членом которого была и Алексиевич. - Ред.) был приход к власти без насилия и кровопролития. Демонстрации призваны были стать праздником. <…> В Беларуси у нас всегда было чувство, что мы плетемся в хвосте истории. Ну кто хочет быть последней советской республикой в Европе? Внезапно все изменилось. Протесты стали своего рода рождением новой нации. <…>

Лукашенко и его люди давно готовились к такой ситуации. <…> Вдруг начался ужас, зазвучали выстрелы, полетели гранаты со слезоточивым газом. <…> А потом мы узнали, как обращались с людьми в тюрьмах. Как над ними издевались. <…> Я не могла представить себе, что наши люди могут быть такими жестокими к своему населению. <…>

О том, какие санкции нужны

<…> Можно было бы исключить Беларусь из международной банковской системы. Нефтеперерабатывающая промышленность важна для страны. Против нее могли бы быть введены санкции. Это стало бы тяжелым ударом для экономики. Против протестов, которые бы потом последовали, Лукашенко был бы бессилен. Мы хотим передачи власти мирным путем, того, чего Лукашенко представить себе не может. <…>

Координационного совета оппозиции больше не существует. Его члены были или все еще находятся за решеткой, выдворены или бежали из страны. Есть новый совет. Имена его членов в целях безопасности держатся в тайне. Их общение происходит в социальных сетях. Но у меня такое чувство, что Запад не понимает, что творится в Беларуси. То, что происходит - это брутальное насилие против невиновных. <…>

Маленькая, гордая страна борется против обезумевшего убийцы, в центре Европы! И мир молчит. Какое преступление совершили эти люди? Они хотят новых выборов. Они хотят отмены очевидно сфальсифицированных выборов. И что говорит Лукашенко? Я не отдам любимую. <…> При этом он превратил страну в концентрационный лагерь.

<…> Хотя мы и смотрим на Запад, но цель протестов - свергнуть диктатора. Речь не идет о том, куда мы хотим двигаться. Новая Беларусь, которую мы могли увидеть летом, - это демократическая страна.

Остальное придет позже.

<…> Если случится экономический коллапс и на свободу выйдут политические заключенные, мы достигнем той точки, когда может возникнуть что-то новое. Возможно, Россия не позволит взять курс на Европу. Но даже это было бы для меня в настоящий момент приемлемым. Все это лучше, чем нынешнее положение.

<…> Лукашенко способен на все. Я могу представить себе полный развал страны, хаос, сценарий гражданской войны. <…> Все силовые структуры направлены сейчас на подавление оппозиции. Всех этих спецназовцев вместе держит кровь, которые они проливают. Они боятся новой власти, которая может привлечь их к ответственности. <…> К тому же бушует эпидемия коронавируса. Может вспыхнуть неконтролируемый пожар.

О Навальном и россиянах

<…> У меня нет контактов с Алексеем Навальным (который сейчас также находится в Германии. - Ред.) <…> Летом я обратилась к российской интеллигенции: "Почему вы молчите, когда видите, как растаптывают маленький гордый народ?" Десять человек ответили на этот призыв, мужественные демократы. Но только десять. <…> В россиянах глубоко сидит ощущение того, что страны вокруг - это часть российской империи.

***

Автор Андрей Бреннер

https://p.dw.com/p/3ldu3


Об авторе
[-]

Автор: Антон Ходасевич, Саша Романова, Алесь Петрович, Андрей Бреннер

Источник: ng.ru

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 23.11.2020. Просмотров: 286

zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta