Банк, дискаунтер и офшор — главные прорехи народного кармана России

Содержание
[-]

***

Выдача кредитов гражданам 

В прошлом месяце банки выдали гражданам в полтора раза больше кредитов, чем годом ранее, побив печальный рекорд «революционного» 1991 года. А осенью подорожают и основные продукты питания, сообщают околовластные источники. Неизменно с упомянутого года в плюсе — торговые сети и отечественный банковский сектор.

Изучение круговорота чего бы то ни было иногда приводит исследователя к воистину революционному. Что даёт равные возможности как для революции, так и для эффективного исправления тенденций, к ней ведущих. То есть — кто чего ищет. Особенно ярко эта тенденция являет себя в отечественном банковском секторе, ещё с заката «перестройки» вобравшего в себя «лучших людей» из комсомольской верхушки. Несмотря на отсутствие у них какой-либо квалификации в области финансов и кредита — почему-то крайне непопулярной в СССР, особенно среди мужского населения. Сочетание сохранённых с советских времён властных связей и влиятельности с легализованными возможностями в бизнесе и — особенно — в валютных операциях помогло новоявленным «банкирам» породить эффективную схему обогащения и увода «заработанного» в безопасное место — уже в твёрдой валюте.

Речь пока не пойдёт о чём-то относительно сложном вроде передачи новоявленным миллиардерам (из той же партийно-хозяйственной верхушки и её окружения) «на передержку» наиболее ценных активов страны (пресловутое «Золото партии» искали и ищут явно не там, где оно спрятано). Рассмотрим простейшую схему квазиэлитного обогащения, ставшую в отечественной экономике до такой степени канонической, что молча выслушивать наукообразные экзерсисы от ЦБ приходится даже президенту страны.

Главным врагом послесоветской экономики и неуклонного роста процветания «бизнеса» (крупного, мелкого, малого и среднего и т.п.) объявлена инфляция, которую у нас не принято «путать» с перманентным ростом цен на всё. Ведь для истинного профессионала важно не только явление, но и динамика его развития. Так, пресловутое «сдерживание инфляции» при нарочитом игнорировании неразрывно с ним связанного роста потребительских цен позволяет отечественным банкам кредитовать остатки предприятий отечественной промышленности и прочие юридические лица по ставке, кратно превышающей «ключевую ставку» ЦБ. Которая, в свою очередь, рассчитывается с учётом уровня инфляции, а её вычисляет входящий в Минэкономразвития «Росстат». На «заработанные» на таком вот кредитовании средства банками закупалась (и закупается — в немного более изощренной с 90-х годов форме) валюта, которая за это время подорожала на размер собственно инфляции или около того, если не случилось «дефолта» либо иного вельможного «кидка».

Удорожание же оборотных средств предприятий, пополненных очень недешёвым рублёвым кредитом, ведет к росту цен. Растёт и кредитование физлиц, кормовая база которых со сжатием остатков отечественной экономики как основного работодателя постепенно сходит на нет. Что уже привело к своего рода «рекорду». Так, по данным «Объединенного кредитного бюро», сообщает телеграм-канал Politeconomics 13 июля сего года, банки в июне выдали рекордные 1,7 млн кредитов наличными гражданам, что на 8% больше по сравнению с маем и на 53% больше, чем в июне прошлого года. Данный показатель является максимальным с 1991 года.

По мнению аналитиков Ассоциации российских банков, попытки ЦБ сдерживать инфляцию монетарными способами опасны и неэффективны: «Рост инфляции уже «съел» годовую индексацию пенсий в 6,3%, и величина реального размера назначенных пенсий сокращается начиная с февраля текущего года. В результате, по оценке, в текущем, как и в предыдущем квартале, сокращение реальных располагаемых денежных доходов населения продолжится». При этом за январь—май 2021 года нетто-активы российских банков выросли на 7,3%, до 111,83 трлн рублей.

С другой стороны, российская экономика, как органичная часть мировой (по версии нашего Центробанка и либерального блока власти), подвержена тем же тенденциям, а стало быть — и механизмам управления. Кроме почему-то конечного результата. По всей видимости, привычка «идти не таким путём» намертво впаяна в ДНК представителей либерально-комсомольского партхозактива и их смены.

Так, неделю назад агентство «Bloomberg» сообщило оптимистичную новость: мировые цены на продовольствие снизились впервые за год, что может принести некоторое облегчение потребителям и ослабить инфляционное давление. Всё потому, что показатель стоимости продуктов питания, рассчитываемый ООН, в июне снизился на 2,5%, что стало первым снижением с мая 2020 года после девятилетнего максимума. У нас же, в России, цены на основные продукты питания могут увеличиться осенью нынешнего года. Об этом 13 июля заявил председатель российского Союза потребителей Петр Шелищ. Тут же, буквально через пару часов, его попытался опровергнуть советник министра сельского хозяйства Юрий Косован. Вышло не очень: цены на продукты питания в 2021 году в России будут расти в рамках инфляции, сообщил советник министра 13 июля журналистам. Так как, кроме собственно инфляции, есть ещё и продуктовая — со временем, как правило, занимающая место «канонической» — от Росстата.

Но есть и те, кого продуктовая инфляция и ситуация в сфере ретейла более чем устраивает. «Чем хуже макроэкономическая ситуация или чем больше людей, чьи доходы падают, тем лучше для нас. Мы нашли правильную модель в правильное время», — эта цитата принадлежит Сергею Ломакину, сооснователю дискаунтера Fix Price. И взята она из публикации Financial Times, которая посвятила материал новой теме в российской торговле. Основным трендом которой теперь является усиление роли «жестких дискаунтеров». В числе которых рассматриваются семеро (по убыванию финансовой мощи): X5, связанная с фигурой из высшего эшелона американского бизнеса; «Магнит», аффилированный с крупнейшей несырьевой госкорпорацией России; «Дикси»; «Лента», а также Fix Price, «Светофор» и отметившийся «радужным» скандалом «Вкусвилл». Все упомянутые сети на фоне общего упадка демонстрируют завидные показатели: X5 — по выручке, «Магнит» — по количеству супермаркетов, «Вкусвилл», «Светофор» и Fix Price — по росту выручки к прошлому году.

То есть, как можно было видеть, основным источником перманентной инфляции и подорожания «всего и вся» является сама банковская система России, построенная на заре колониального периода — в начале 90-х (вернее — конце 80-х) годов прошлого века. Целью которой были и остаются вывод за рубеж ресурсов страны либо передача их под управление иностранных юрисдикций. И тот колониальный период, судя по происходящему в нашей экономике и финансах, а также персоналиям «топ-менеджмента» того уровня, ничуть не закончен. Но есть и хорошие новости: аналитика по поводу очередного подорожания чего-нибудь и/или всего сразу останется благодарной темой для отечественных СМИ. И чем дальше, тем глубже будет этот водоём с анализами.

Автор Андрей Сафонов

https://regnum.ru/news/economy/3320913.html

***

Пессимизмом делу не поможешь: российский бизнес не верит в рост ВВП, а зря

Судя по комментарию директора Института стратегического анализа ФБК Grant Thornton Игоря Николаева, который отметил, что от уровня бизнес-оптимизма напрямую зависит готовность компаний рисковать и вкладываться в новые проекты, цель рейтинга, составляемого международными аудиторами, — определить готовность бизнеса той или иной страны к инвестированию. Однако известно, что свято место пусто не бывает: пока одни бояться, другие этим страхом пользуются.

Российский бизнес не испытывает оптимизма по поводу развития экономики на ближайший год, с другой стороны, далеко не многие компании испытывают пессимизм. Тем не менее настроение чуть больше сотни российских компаний позволило международной аудиторско-консалтинговой сети Grant Thornton закрепить за Россией предпоследнее место в соответствующем рейтинге по итогам опроса International Business Report. Хуже результаты оказались только в Японии, которая заняла, заметим, по собственным подсчетам международной компании, последнюю, 29-ю строчку рейтинга. Данные рейтинга опубликовало издание РБК. С одной стороны, как утверждают подсчеты Grant Thornton, уровень оптимизма российского бизнеса относительно перспектив национальной экономики вырос по сравнению с нижней точкой пандемического кризиса прошлогодней весны: 28% руководителей бизнеса, опрошенных в мае — июне 2021 года, оптимистично смотрят на перспективы отечественной экономики в ближайший год — по сравнению с 17% год назад и 21% полгода назад. С другой, этот показатель все еще остается одним из наихудших среди трех десятков ведущих стран. Однако «не так страшен черт, как его малюют». Во-первых, со стороны России в опросе приняла участие 121 компания, во-вторых, опрос проводился в трех десятках стран. К слову, символично получилось — три десятка ведущих стран и в их числе Россия, живущая в новом для нее режиме тридцать лет. Между тем настроение настроением, а взгляда внутрь обозначенных бизнесом проблем, которые, собственно, сохраняют высокую долю пессимизма, не хватает. Так, например, как пишет издание, руководителям компаний было задано порядка 30 вопросов, включая просьбы оценить тренд на ближайший год по инвестициям в информационные технологии, достаточности финансирования, доступности квалифицированной рабочей силы и т. д. В целом же вышла такая картина: как ни парадоксально, даже Греция, сильно зависимая от туризма, заняла 21-ю строчку рейтинга, тогда как Россия — 28-ю позицию. Несложно догадаться, что на первом месте оказался Китай, на втором — США. По уровню же пессимизма Россия оказалась на 6-м месте.

Кто и что портит настроение российскому бизнесу, если не он сам? Ответов на этот вопрос итоги опроса не дают. Но, как предполагают эксперты, мнение которых приводит издание РБК, пессимизм российского бизнеса связан с высокими налогами, дорогими кредитными ресурсами. Как отметила главный экономист Альфа-банка Наталия Орлова, бизнес в целом ожидает продолжения стагнации: целевые показатели по росту российской экономики — 3%, но их предстоит достигнуть, и они меркнут на фоне среднемировых темпов роста — 6%. Судя по комментарию директора Института стратегического анализа ФБК Grant Thornton Игоря Николаева, который отметил, что от уровня бизнес-оптимизма напрямую зависит готовность компаний рисковать и вкладываться в новые проекты, цель рейтинга, составляемого международными аудиторами, — определить готовность бизнеса той или иной страны к инвестированию. Однако известно, что «свято место пусто не бывает»: пока одни боятся, другие этим страхом пользуются. Так, издание «Коммерсант» со ссылкой на данные организации Emerging Portfolio Fund Research, отслеживающей приток и отток средств в инвестиционные фонды и распределение средств, сообщало, что приток инвестиций в Россию за неделю по 7 июля составил 30 млн долларов, а неделей ранее объем инвестиций достигал 70 млн долларов. Тому благоволит макроэкономическая стабильность: на днях издание «ПРАЙМ» сообщало, что международное рейтинговое агентство Fitch подтвердило долгосрочный суверенный рейтинг дефолта эмитента (РДЭ) России на уровне «BBB», прогноз стабильный. Краткосрочный РДЭ подтвержден на уровне «F2». Последний раз — в феврале этого года — агентство присваивало России аналогичный рейтинг. Тогда, как сообщало информагентство Интерфакс, эксперты Fitch подчеркивали, что «рейтинги России на уровне «BBB» отражают надежность и последовательность проводимой политики, сильный внешний баланс (с позицией нетто-кредитора на уровне 46% ВВП и самым высоким в рейтинговой категории «BBB» коэффициентом ликвидности) и сильные государственные финансы, в том числе самое низкое отношение госдолга к ВВП среди сопоставимых государств. Среди негативных рейтинговых факторов — низкий потенциал роста ВВП, слабость управления в сравнении с сопоставимыми эмитентами, высокая зависимость от сырьевого сектора и геополитические риски».

По оценкам Fitch, в прошлом году российская экономика снизилась на 3,1% при средних темпах падения ВВП в 6,9% среди государств рейтинговой категории «BBB». В 2021-м с учетом пандемийных волн, оказывающих влияние на экономическую активность, как прогнозировало в начале года агентство, российский ВВП увеличится на 3%. При этом эксперты Fitch ожидали усиления экономической активности со второго полугодия 2021 года за счет внутреннего спроса. Надо сказать, что пока, судя по динамике отраслевых финансовых потоков, Центробанк России фиксирует продолжающуюся экономическую активность в стране. Однако рост в группе отраслей, ориентированных на внутренний потребительский спрос, согласно анализу ЦБ, в июне замедлился, хотя в целом продолжает оставаться выше уровня первого квартала года. Но говорить о прекращении восстановительного роста в потребительском секторе рано из-за эффекта базы — высокого уровня спроса после снятия ограничений. Между тем уже понятно, что и с учетом снижения численности населения в стране, и с учетом влитых в мировую экономику денег, и, в принципе, с внедрением технологий, в частности цифровых и отдельно «зеленых», структура экономики — и мировой, и российской — будет меняться. Уже меняется. Это своего рода испытание и для бизнеса, и для государств. Издание «Эксперт» в одной из своих недавних публикаций, приводит мнение заместителя директора института «Центр развития» НИУ ВШЭ Валерия Миронова, который говорит о том, что пандемия стимулировала структурную перестройку экономики, активизировала процесс решоринга (reshoring — возвращение в страну производства, ранее вынесенного в страны с более низкими издержками), дала возможности для развития секторов, производящих востребованные в условиях самоизоляции и повышенной вероятности заражения товары и услуги, а также экспортных секторов в сфере АПК. Все это стимулировало немедленный рост инвестиций в эти новые точки роста. Более того, эксперт отмечает, что сегодняшнее положение с инвестициями в корне отличается от ситуации 2015−2016 годов, когда внутренние источники инвестиций суммарно упали более чем на 5,3 трлн рублей. Наоборот, по словам эксперта, наблюдался максимальный прирост объема выпущенных долгосрочных облигаций нефинансовым сектором экономики — 1,5 трлн рублей, выше уровня 2016−2017 годов.

Сказавшись на потребительском поведении, пандемия повлияла и на динамику, и на структуру отраслей, связанных с потребительским спросом, который больше сместился в сторону потребления российских товаров, что послужило стимулом для роста отдельных сегментов. Производство непродовольственных товаров и смежных с данным сегментом рынка производств эксперты издания называют новыми точками роста российской экономики. Не стоит также забывать, что любое расширение производств связано не только с внутренним спросом, но и с логистикой. Развитие инфраструктурных проектов, можно сказать — основной задел в дальнейший рост экономики страны.

О том, что потенциал восстановительного роста экономики еще не исчерпан, говорят эксперты Минэкономразвития России. На днях ведомство улучшило свой прогноз по ВВП на 2021 год: по его расчетам экономика прибавит сразу 3,8% вместо ожидавшихся ранее 2,9%. При этом подобные темпы роста могут стать самыми высокими за последнее почти десятилетие. Правда, по-прежнему, по мнению других экспертов, внутреннему спросу угрожает пандемия и рост инфляции, подогреваемый ростом мировых цен. К слову, по уточненной Минэкономразвития оценке, потребительские цены в стране с января по декабрь могут вырасти в среднем на 5% вместо ожидавшихся 4,3%. Хотя, по оценке Росстата, только в июне инфляция достигла 6,5%. Но в связи с ожиданиями высокого урожая ситуация может измениться, что, очевидно, и дает повод прогнозировать средний уровень инфляции по году в 5%. Но, если первая для экономики угроза — пандемия — решаема активной вакцинацией, то вторая — инфляция — тоже решаема, хотя и непросто.

Повышение ключевой ставки — является ответной мерой Центробанка на рост инфляции. Но бизнес считает, что в таком случае подорожают кредитные средства. Однако, как заявляла глава Центробанка Эльвира Набиуллина в ходе пленарного заседания Госдумы, популярное мнение о том, что при снижении ключевой ставки и росте инфляции возрастает доступность кредита, ошибочное, напоминая о ходе событий в «нулевые» годы. В середине июня издание РБК приводило мнение Промсвязьбанка, где считают, что рынок не станет моментально реагировать резким ростом кредитных ставок на решение Банка России о повышении ключевой ставки. «Как правило, ожидания повышения ключевой ставки закладываются в ценовых параметрах кредитных продуктов, поэтому многие банки сейчас скорее сохранят условия кредитования на прежнем уровне и будут пересматривать ставки в среднесрочной перспективе», — цитирует РБК сообщение ПСБ.

Между тем, как мы писали ранее, авторы квартального прогноза ИНП РАН, опубликованного 10 июня, считают, что в условиях устойчивого повышения цен на мировых товарных рынках для российской экономики эффективней было бы перейти к функционированию при более крепком валютном курсе. Кроме того, одним из тормозящих экономику факторов, по мнению экспертов, остаются доходы населения, что влияет на потребительский спрос: как сообщалось в мониторинге ИНП РАН, рост доходов предприятий пока не трансформировался в рост доходов населения. И если для «игры» с волатильностью рубля у государства имеются свои противовесы, то рост доходов граждан зависит не столько или не только от государства, впрочем, как и доступность квалифицированных кадров. Но это большая работа и для государства, и для бизнеса. Напомним также, что Центробанк России в конце июня объявил о начале ревизии своей денежно-кредитной политики.

«Изменения в экономике, в ожиданиях и поведении людей и бизнеса могут требовать подстройки всех видов политики Центрального банка, в том числе и денежно-кредитной. Большинство центральных банков, в первую очередь тех, которые следуют политике таргетирования инфляции, в связи с этим периодически проводят глубинный анализ своих целей и инструментов. В этом году такую процедуру хотим провести и мы», — цитировала «Российская газета» заявление главы Банка России Эльвиры Набиуллиной, сделанное в ходе Международного финансового конгресса.

В этой связи некоторые эксперты полагают, что Центробанк изменит и подходы к таргетированию инфляции. По мнению главного аналитика Совкомбанка Михаила Васильева, Банк России может адаптировать свою цель по инфляции, исходя из нескольких имеющихся в практике других ЦБ вариантов: установить целевой диапазон для инфляции вместо точечного значения (вместо 4% сделать 4% плюс-минус 1%); установить таргет, который снижается каждый год (в прошлом году таргет ЦБ Бразилии по росту потребительских цен был 4%, в этом году — 3,75%, на следующий год — 3,5%); понизить диапазон нейтральной ставки, который сейчас составляет 5−6% в номинальном выражении или 1−2% в реальном выражении при инфляции в 4%. Но самым смелым вариантом аналитик называет включение экономического роста в таргет ЦБ наряду с инфляцией по примеру США, где ФРС имеет двойной мандат — полная занятость и стабильная инфляция в 2%. Как будет на деле, вероятно, увидим уже ближе к концу года.

Автор Галина Смирнова

https://regnum.ru/news/economy/3320798.html


Об авторе
[-]

Автор: Андрей Сафонов, Галина Смирнова

Источник: regnum.ru

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 31.08.2021. Просмотров: 32

zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta