«Арабская весна» терроризма на «евразийских Балканах»

Содержание
[-]

Как и зачем США и Запад открывают дорогу «тяжелым силам демократии»?

Если вернуться к книге Бжезинского «Великая шахматная доска», которой уже более двух десятков лет, то регион Ближнего и Среднего Востока в ней именуется «евразийскими Балканами». То есть зоной постоянной, перманентной нестабильности. Была ли возможность на эту нестабильность повлиять, помочь ее преодолеть? Конечно, была. Но надо понимать, что преодоление нестабильности, что и вытекает из книжки Бжезинского, — не в интересах Запада.

Почему? Есть железобетонные постулаты западной геополитики, которая с самого начала, с XIX века, когда она появилась, действует в одном и том же ключе. Реализует одну и ту же программу. Эта программа — овладение северной Евразией, которая считается «центром мира», и кто ею обладает — тот хозяин мира. И поскольку северная Евразия — это Россия, значит, против России направлена вся западная геополитика.

Это наступление ведется поэтапно, шаг за шагом. Распад СССР — это фрагментация национальных окраин «большой России». Подрыв Северного Кавказа запускает фрагментацию уже Российской Федерации, с целью отделения региона от России и выхода мусульманского сепаратизма на север, в Поволжье и предгорья Урала, где он, как предполагается проектом, разорвет страну надвое. Протестные события на Болотной площади 2011−2012 годов и поддержка Западом прозападной оппозиции — это шаг в сторону фрагментации политического пространства в центре России, рассчитанный на ее эрозию и, в конце концов, разрушение.

А какова в этой политике роль «евразийских Балкан», то есть Ближнего и Среднего Востока? Этот регион рассматривается как «уязвимое подбрюшье» России. С точки зрения Запада его или нужно контролировать и им управлять, но для этого необходимы огромное количество сил и ресурсов, а также политическая воля и войска, как у Римской империи. Или, если такой воли и ресурсов нет, остается эту территорию дестабилизировать, смешать все карты и насадить на ней хаос; а затем, подливая масла в огонь многочисленных конфликтов, управлять этим хаосом, не допуская того, чтобы он был преодолен, чтобы вновь воцарился порядок. И чтобы такого хаоса добиться, как раз и нужен терроризм, который — мы это видим в очередной раз — выступает даже не ближайшим союзником Запада, а его инструментом, орудием в его руках.

Откуда взялось ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ)? После разгрома Ирака значительная часть командного состава армии Саддама Хусейна была помещена в специальные лагеря под охраной американцев. В наиболее крупном таком лагере Кенбукка, где содержался генералитет, были созданы все условия для того, чтобы военачальники сблизились, поговорили и договорились о единой организации, выработали общую политическую платформу. Были обеспечены контакты иракских военачальников с носителями радикальной идеологии.

Масла в огонь подливал религиозно-конфессиональный вопрос. Ирак поделен на три компактные части. На севере проживают курды, центр — вотчина суннитов, на юге страны безраздельно доминируют шииты. Шиитов в стране большинство — около 60% (суннитов примерно 30%, и 10% курдов). Но командный состав армии Ирака состоял из суннитов; они же, по сути, контролировали власть. В результате американского вторжения сменилось руководство страны и правительство, и к власти в суннитском Багдаде пришло шиитское большинство. Разумеется, сунниты остались недовольны. Этим, по известному принципу «разделяй — и властвуй», и воспользовались американцы. Именно из лагеря Кенбукка вышло ядро ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ). За пределами подобных лагерей американцы сделали всё, чтобы стравить между собой остальные этнические и религиозно-конфессиональные группы иракцев. Так было создано конфликтное пространство и сила, способная на этом пространстве подавить всех остальных при помощи терроризма.

Не все осознали, что феномен ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) означает переход международного терроризма в новое качество. ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) — это первая, но далеко не последняя попытка придать международному терроризму некое подобие государственной, точнее наднациональной, глобально-государственной формы. Это выход террористического проекта на новый уровень развития. На уровень будущего «держателя» всей «глобальной деревни». И именно это обстоятельство побудило Россию вмешаться в Сирии по просьбе ее законного правительства.

Помним, что в планах глобальной олигархической элиты — раздел мира на сферы влияния транснациональных банков и корпораций? Что формирующаяся сеть гигантских, сверкающих современностью и цифровыми «фокусами» мегаполисов — это будущий «глобальный город» глобализированного мира, в котором собираются стереть всякие границы и уничтожить всякую идентичность, превратив людей в космополитические песчинки лишенных корней атомов? Что пространство между этими мегаполисами-агломерациями собираются зачистить от большинства жителей, которые пополнят трущобы городских окраин? Что оставшиеся «аборигены» должны составить враждебное городу население «глобальной деревни» и послужить им объектом эксплуатации, а территория — источником природных ресурсов?

Так вот было понятно, что Сирия — это пилотный проект, а ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) — его движущая сила, которая должна оставаться под контролем западных центров и спецслужб, создавая при этом внешнее впечатление полного выхода из-под внешнего контроля. И что Запад, под видом борьбы с этой силой, будет на самом деле ее поддерживать.

Одновременно Сирия — это последний бастион светского мира национальных государств в регионе, и если он падет, ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) станет единственной силой на тех самых «евразийских Балканах», о которых писал Бжезинский. И именно террористы в этом случае организуют это пространство, и формой этой организации и станет террористический «халифат». Точнее, псевдохалифат, ибо отношением преемственности настоящему Халифату обладают только две страны — Иран и Турция.

Таким образом, «большая геополитическая игра», в которой радикальные, террористические течения в исламе, накапливая ресурсы, выступают «младшим партнером» более мощных глобальных сил Запада, сегодня становится основным фактором всей международной политики. Всё больше имеется оснований для того, чтобы считать альянс западных элит «глобального города» с исламистскими элитами «глобальной деревни» неким «террористическим интернационалом», главная цель которого — кардинальное переустройство современного мира, с перекройкой государственных границ, эрозией самих государств и заменой их «сферами влияния» транснациональных корпораций.

После этих уточнений можно переходить к феномену «арабской весны». Корни его отыскиваются еще в глубоких 1970-х годах, когда США и Западом предпринимались первые попытки взять под контроль то, что спустя много лет Збигнев Бжезинский назовет «великим исламским пробуждением».

Как помним, с ввода советских войск в Афганистан начался новый этап международно-террористической деятельности: объединение мелких террористических групп в крупные организации, наподобие «Аль-Каиды» (организация, деятельность которой запрещена в РФ). Общеизвестный факт: у Осамы бен Ладена и Джорджа Буша-старшего, а теперь у их «деловых партнеров» имеется совместный нефтяной бизнес — группа компаний Carlyle Group, владеющая активами как на Ближнем Востоке, так и в США.

Возвращаясь к теме советского прихода в Афганистан, еще раз подчеркнем, что его избежать было нельзя; «зеленую» исламскую «дугу» от Ирана до Афганистана, охватившую «южное подбрюшье» СССР, нужно было разрывать. Кабул, где у власти уже несколько лет к тому времени находилась Народно-демократическая партия, которая опиралась на поддержку СССР, в том же 1979 году пережил крупный внутриполитический кризис, в том числе внутрипартийный раскол. Резко активизировалась подрывная деятельность извне и гражданская война внутри страны. Другого способа предотвратить превращение этой страны в террористическое «гетто», кроме ввода войск, не было.

Очень важно: в 1977 году, еще за два года до подрыва «зеленой дуги», в США была создана группа по дестабилизации СССР, которую возглавил всё тот же Бжезинский. В 1978 году она представила соответствующий план, и подрывная работа против нашей страны закипела.

Тот же самый подход — сформировать уже не «зеленую дугу», а пространство полного хаоса — был применен и в случае с «арабской весной». Она началась в 2011 году с событий в Тунисе. Затем заполыхали Алжир, Ливия и, наконец, главная страна и оплот «Братьев-мусульман» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) — Египет, где это террористическое движение, как помним, было создано в конце 1920-х годов под колониальной крышей англичан.

Везде, во всех событиях «арабской весны», наблюдался один и тот же почерк. На протяжении нескольких месяцев, до года, резко активизировались социальные сети, прежде всего Facebook и Twitter, через которые людей выводили на так называемые «дни гнева». В процессе нагнетания напряженности всякий раз происходило ритуальное самосожжение участника акции в знак протеста против «кровавого режима». Далее через систему влияния Запада на размещенные в западных банках счета силовиков отключались полиция и армия. Режим терял опору и падал под напором вышедшей на площади толпы, и последним шагом становился арест на Западе счетов теперь уже «бывших диктаторов».

Отметим, что все эти так называемые «диктаторы» — от Муамара Каддафи до Башара Асада — это светские, прозападные лидеры, получившие образование в западных вузах и академиях, прежде всего в США и Великобритании. Бизнес, деньги и интересы у них были на Западе, они копировали западные модели развития с поправкой на местную специфику и т.д. Их же после переворотов всякий раз сменяли откровенные ретрограды и религиозные фанатики. В том же Египте «Братья-мусульмане» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) вообще захватили власть и добились избрания своего президента Мухаммеда Мурси, которого через год правления сместили и арестовали военные.

Почему же США и Запад поменяли своих ставленников на неизвестно кого, дав «зеленый свет» международному терроризму? И почему они этому так радовались? Лишь один пример: президент США Барак Обама сравнил свержение египетского режима Хосни Мубарака с падением Берлинской стены.

Разгадка очень простая. Как и в случае с иранско-афганской «зеленой дугой» конца 1970-х годов, у «арабской весны» имелась большая предыстория. В рамках кампании по «борьбе с международным терроризмом», которая развернулась в США после терактов 11 сентября 2001 года, был разработан план «Большого Ближнего Востока» (в последней редакции — «Нового Среднего Востока»). Позднее, в 2006 году он был публично озвучен аналитиком Объединенного комитета начальников штабов подполковником Ральфом Питерсом.

В соответствие с этим планом регион подлежал жесткому переформатированию. Старые государства должны были либо исчезнуть, либо существенно изменить границы. На части территорий Турции, Ирана, Ирака и Сирии должен был появиться «Независимый Курдистан», за счет юга Индии и Пакистана создавался «Независимый Белуджистан». Планировалось разрушение Саудовской Аравии с объединением священных городов Мекки и Медины в некий мусульманский аналог Ватикана — «Исламское священное государство». И т.д.

Теперь возвращаемся к вопросу о том, зачем светских, проамериканских или лояльных американцам, лидеров, вроде Мубарака и Каддафи, заменяли террористами и устраивали хаос? Это делалось ради реализации плана «Большого Ближнего Востока». Принятая концепция не нуждалась в стабильности и порядке; она собиралась их разрушить и ввергнуть регион в хаос для того, чтобы перекроить все существующие в нём границы.

Хронология подготовительных событий к «арабской весне» следующая:

— 9 мая 2003 года (еще тогда!), на фоне провозглашенной «победы» над Саддамом, Буш-младший выступил перед выпускниками университета штата Южная Каролина с планами «изменить облик Ближнего Востока»;

— 6 ноября 2003 года в Национальном фонде поддержки демократии (NED) — двухпартийном, республиканско-демократическом идеологическом «мозговом центре» — Буш выступил с программной речью, призвав к «глобальной демократической революции», обозначив ее пределы Дамаском и Тегераном, которые представил в виде неких «конечных пунктов» всего «революционного» предприятия;

— в 2005 году, в канун парламентских выборов в Египте, в Каир завернула госсекретарь Кондолиза Райс; выступила и призвала «освободить путь тяжелым силам демократии», публично признав, что США отрекаются от предыдущей политики поддержки действующих светских режимов. Результат: набрав 20% голосов, «Братья-мусульмане» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) выходят во второй тур, который властям приходится отменять. Конфликт, который рванет в 2011 году, — создан;

— в 2009 году вновь избранный президент-демократ Обама приезжает в Каир и выступает там со знаменитой программной речью, в которой призывает к тому же, что и республиканская администрация, в которую входили Буш и Райс, — к демократии.

Из всего этого следует, что сейчас, через полтора с лишним десятилетия, ни попытки помешать России в Сирии, ни агрессивные наскоки на Иран, ни давление на Турцию и других региональных игроков не являются чем-то случайным. Американская стратегия насаждения терроризма реализуется вне зависимости от персоналий, которые заседают в Белом доме — Буш, Обама или Трамп. Это план, который от них не зависит, на них просто возложена ответственность за его выполнение.

И когда всё это докатывается до Сирии — а Дамаск, как помним, одна из двух крайних точек «глобальной демократической революции», — Россия, ее президент Владимир Путин становится перед тем же самым выбором, что и советские лидеры в 1979 году. Или вмешаться, или получить у южных границ зону такой нестабильности, которая неминуемо опрокинется внутрь страны новой агрессией международного терроризма.

В заключение темы об «арабской весне» приведем еще несколько цитат, которые проясняют подлинные цели США, которые на словах с международным терроризмом борются, а на деле — его создают и продвигают.

— «Братья-мусульмане» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) представляют собой… группу в основном светской части населения, избегающего насилия и считающего «Аль-Каиду» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) извращенным проявлением ислама (Джеймс Клэппер, глава Национальной разведки США, 10 февраля 2011 г.);

— Если мы не сможем разглядеть разницы между «Аль-Каидой» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и «Братьями-мусульманами» (организация, деятельность которой запрещена в РФ), мы не сможем приспособиться к изменениям (Джордж Сорос, март 2011 г.);

— Мы не хотим свергать власть в Бахрейне и Саудовской Аравии, потому что это наши марионетки, действующие в наших интересах. Мы хотим поменять власть в Ливии и Сирии, чтобы выгнать оттуда китайцев и русских (Пол Крэйг Робертс, бывший советник президента США Р. Рейгана, весна 2011 г.).

О чём в первой цитате говорит Клэппер? О том, что «хороших» «Братьев-мусульман» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) нужно отделить от «плохой» «Аль-Каиды» (организация, деятельность которой запрещена в РФ). И поддержать. Ничего не напоминает? Сирийские разводки на радикальную и «умеренную» оппозицию, хотя на самом деле никакой разницы между ними нет: днем они «умеренные», а ночью — террористы. За Клэппером, по сути, то же самое повторяет Сорос. В третьей цитате Робертс, который сейчас пишет провокационные статьи, призывающие Россию разорвать с Западом до прямого конфликта, весной того же 2011 года, как видим, говорил прямо противоположное. И вот так «успокаивал» иранцев, убеждая, что до них дело «не дойдет». В Иране же прекрасно понимают, что дойдет, ибо внимательно читали обещания Буша-младшего из 2003 года.

Итак, мы видим, что феномен «арабской весны» не имеет ничего общего с демократическим волеизъявлением народов. Как и киевский майдан 2013−2014 годов, эта «весна» — продукт прямой подрывной деятельности Запада и его спецслужб. Цель — полное разрушение региона Ближнего и Среднего Востока и его обвал в кровавый хаос. У южных границ России и постсоветского пространства и, через Афганистан, у западных границ Китая, вблизи главного «проблемного» региона КНР — Синьцзян-Уйгурского автономного района, выходцы из которого из числа мусульман-уйгуров достаточно широко представлены в рядах ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ).

 


Об авторе
[-]

Автор: Владимир Павленко

Источник: regnum.ru

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 17.04.2019. Просмотров: 255

Комментарии
[-]

Комментарии не добавлены

Ваши данные: *  
Имя:

Комментарий: *  
Прикрепить файл  
 


zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta