Анонимный социологический опрос населения России относительно противодействия коррупционным проявлениям в стране

Содержание
[-]

«Цели достигаются обучением граждан»

Едва ли не каждый день приносит свежие сводки с коррупционного фронта: сообщения о новых делах, громкость которых зависит от «погон» фигурантов, новости об арестах и изъятиях неправедно нажитых чиновниками разного уровня богатств, описания затейливых мошеннических схем «дойки» бюджета.

В конце мая СМИ России сообщили и о новом рекорде: у арестованного по коррупционным обвинениям полковника ФСБ Кирилла Черкалина были изъяты денежные средства на сумму почти 12 млрд рублей, что на 3 млрд больше, чем у полицейского полковника Дмитрия Захарченко. Безусловно, эффективная работа по «очистке конюшен» власти в зачет. Но и вопросы возникают: каков же на самом деле размах бедствия и с какой интенсивностью должен действовать правоохранительный конвейер, который и сам от коррупции, как выясняется, не защищен (даже экс-глава ФСИН Александр Реймер «присел» на 8 лет)?

Недавно ФСБ на своем сайте вывесила опрос, в котором предлагала гражданам оценить коррупционную ситуацию в разных госструктурах и высказать соображения, как бы это зло пресечь. «Огонек» обратился к ведомству с просьбой поделиться результатами этого опроса. Ответ был такой: инициатива принадлежит Генпрокуратуре, у нее и спрашивайте. Что ж, пойдем по указанному адресу.

Генпрокуратура России оперативно ответила на запрос «Огонька» относительно размещенного на сайте ведомства ФСБ соцопроса («От суммы до тюрьмы») готовым интервью за подписью начальника Управления по надзору за исполнением законодательства о противодействии коррупции Генеральной прокуратуры России Александра Русецкого.

«Огонек»: В этом году Генеральная прокуратура России запустила интересный антикоррупционный проект — анонимный социологический опрос населения. Он размещен на сайтах правоохранительных органов. Можете поподробнее рассказать об этом проекте?

Александр Русецкий:  — В целях обеспечения обратной связи с обществом в Генеральной прокуратуре России практикуется изучение и оценка общественного мнения, потребностей и проблем общества в сфере противодействия коррупционным проявлениям.

Эта работа требует комплексного подхода, в том числе во взаимодействии со всеми правоохранительными органами. В этой связи в августе прошлого года председателем Координационного совещания руководителей правоохранительных органов Российской Федерации — генеральным прокурором России Ю.Я. Чайкой утвержден Комплексный план совместных мероприятий по антикоррупционному просвещению и формированию в обществе нетерпимости к коррупционному поведению.

План подписан руководителями правоохранительных органов: министром внутренних дел России, директором Федеральной службы безопасности России, директором Федеральной службы исполнения наказаний, руководителем Федеральной таможенной службы, директором Федеральной службы судебных приставов.

Этим планом, помимо прочего, предусмотрено проведение интерактивного социологического опроса об оценке эффективности применяемых антикоррупционных мер, направленных на предупреждение и профилактику коррупционных проявлений.

Мы с коллегами из правоохранительных органов проводим социологический опрос с целью оценки восприятия обществом коррупции, в том числе масштаба ее проявления и распространенности, а также эффективности работы органов власти (прежде всего правоохранительных органов) в антикоррупционной сфере и уровня общественного доверия к ним.

— У Генпрокуратуры уже имеется опыт подобных исследований? Каковы их результаты?

— Действительно, в 2017 году Генеральной прокуратурой России уже проводился масштабный интерактивный анонимный опрос населения на антикоррупционную тематику. Его результаты позволили расставить определенные акценты в нашей надзорной деятельности и скорректировать работу в области правового антикоррупционного просвещения.

Ожидаемо, подавляющее большинство опрошенных — 94 процента — заявили, что относятся к коррупции отрицательно. Наиболее подверженными коррупционным проявлениям граждане считают сферы здравоохранения, образования, ЖКХ, публичных закупок, оказания государственных и муниципальных услуг, контрольно-надзорную, правоохранительную и судебную системы.

Практика организации данной работы показывает, что цели предупреждения правонарушений прежде всего достигаются обучением граждан самостоятельному применению законов для защиты своих прав и отстаивания своих интересов.

Нужно заинтересовать общество данными проблемами, показать модель правильного поведения, помочь устранить существующие пробелы в знаниях, разъяснить законный порядок действия в определенных ситуациях.

В этой связи Генеральной прокуратурой России разработаны антикоррупционные памятки и брошюры, в которых прописан законный порядок реализации прав в различных сферах жизнедеятельности, начиная от оформления ребенка в детский сад или школу и лечения в медицинских учреждениях до вопросов жилищно-коммунального хозяйства и оказания ритуальных услуг.

Все информационные материалы размещены на сайте Генеральной прокуратуры России, распространяются в ходе мероприятий правового антикоррупционного просвещения.

— Какие результаты вы ожидаете увидеть от социологического опроса?

— Результаты социологического опроса в дальнейшем послужат основой для выработки дополнительных мер в сфере профилактики правонарушений коррупционной направленности и совершенствования деятельности правоохранительных органов по борьбе с коррупцией.

Источник - https://www.kommersant.ru/doc/3983865

***

Приложение.  "Панамские досье" и не только: как раскрывают коррупционные схемы

Почему в расследованиях коррупции не фигурирует Путин, независим ли Зеленский, насколько профессионален ФБК Навального, рассказал руководитель редакции Центра по исследованию коррупции Илья Лозовский.

"Панамские досье", "Российская финансовая мегапрачечная", "Азербайджанский ландромат", YanukovychLeaks - эти и другие скандальные расследования выявили невиданные масштабы коррупции и злоупотребления властью последних десятилетий. Благодаря этим разоблачениям прославился Центр по исследованию коррупции и организованной преступности (OCCRP) - единственная в мире организация, на постоянной основе проводящая журналистские расследования. Руководитель ее редакции, американец Илья Лозовский, рассказал в интервью DW, почему в них никогда не фигурирует Владимир Путин, верит ли он в независимость Владимира Зеленского и в чем расследования ФБК и Алексея Навального обошли их собственные.

Deutsche Welle: - Вы провели ряд расследований, непосредственно связанных с Россией, - "Российская финансовая мегапрачечная", "Ландромат "Тройка", "Платформа "Прокси". Что из обнаруженного вашей командой шокировало вас больше всего?

Илья Лозовский: - Наверное, суммы. Например, "Ландромат "Тройка" - последнее расследование, которое мы опубликовали два месяца назад, - там шла речь об отмывании 5 миллиардов долларов, в случае предыдущего "российского ландромата" - 20 миллиардов долларов. Это просто колоссальные суммы. Мы всю жизнь можем расследовать, но так и не найти эти огромные потоки, куда это все делось и откуда пришло. Но то, что нам уже удалось обнаружить, - очень интересно, и я думаю, что не только мы, но и другие организации еще долго будут строить свою работу на этих находках.

- А способы применения или вложения этих средств вас никогда не удивляли?

- Были какие-то отдельные случаи, например, когда пригласили Принца - артиста, Prince, и заплатили ему огромную сумму; разные шикарные машины, дома; у бывшего губернатора Саратовской области появились особняки в Испании на берегу моря. Там была тоже интересная история: родственница этого человека получила заем, но это только выглядело как заем, на самом деле она даже не была обязана платить хоть какие-то проценты - это был просто механизм. Такие моменты не сразу бросаются в глаза, но если их внимательно расследовать, то получается, что это очень коррумпированные схемы.

- Российские власти игнорируют любые расследования, связанные с коррупцией и отмыванием денег, независимо от того, в каких масштабах и кем они проводятся, - международными консорциумами или местными организациями, например, "Фондом борьбы с коррупцией" или немногими независимыми СМИ. На какую реакцию вы вообще рассчитываете?

- В разных системах и реакция разная: я никогда не забуду, что одним из первых результатов публикации "Панамских досье" была отставка премьера Исландии - одной из самых прозрачных и некоррумпированных стран в мире. А вот в России при этом ничего не изменилось. Даже несмотря на то, что Россия была значительно больше вовлечена в эти дела, чем Исландия. Но у исландцев требования к политикам очень высокие и даже легкое соприкосновение с подобной системой считается неприемлемым. Это пример того, что, безусловно, одними журналистскими расследованиями без верховенства права результата не добьешься.

- Какой должна быть модель работы расследователей, если заведомо известно, что надлежащей реакции со стороны властей не последует?

- Мы не особенно зависим от их реакции: у нас - свои исследования, свои собственные источники. Часто это утечка информации. Мы анализируем ее и советуемся со специалистами, которые нам и нашим читателям могут объяснить, что здесь происходит, потому что зачастую это очень сложные схемы. А когда мы обращаемся к лицам, которые, как мы считаем, стоят за этими делами, или к властям, то да - они либо игнорируют, либо говорят, что мы ошибаемся и что это выдумки, стараются всячески показать нам, что у нас все неправильно, либо что это все никому не интересно, либо что это все нелегально.

Но мы обязаны получать от них хоть какие-нибудь ответы и иногда удается заполучить интервью с каким-нибудь человеком, который за этим стоит. Он как-то оправдывает свое поведение, считает, что либо все так поступают, либо что в этой системе невозможно жить иначе. Мы, конечно, представляем их точку зрения в расследованиях, но они редко дают насыщенные цитаты. Наша задача - показать читателям документы, на которых все построено, чтобы они сами могли судить, что это не выдумка.

- Похожим образом работает и ФБК Алексея Навального. Как вы отнеслись бы к возможному сотрудничеству с этим фондом?

- Мы, конечно, понимаем, что сам Навальный и его фонд борются с коррупцией в России, но одновременно нельзя отрицать, что он - политический деятель, и с нашей стороны было бы неуместно сотрудничать с политиками. Мы - независимые журналисты, мы работаем не ради того, чтобы кому-то помочь, а чтобы открыть то, что есть на самом деле. И если это какому-то политику помогает или наоборот - это уже не наше дело.

- А как вы оцениваете работу ваших коллег из ФБК?

- У них на очень высоком уровне production values (технические элементы медиапроизводства, такие как свет, звук, дизайн. - Ред.), у них интересно. Сам Алексей все увлекательно и, главное, понятно рассказывает. В таких расследованиях очень сложно внятно рассказывать, чтобы не какому-нибудь специалисту, а, условно говоря, моей бабушке, было ясно, о чем идет речь. Они очень умело и здорово это делают.

Мы тоже стараемся, как можем, но иногда не хватает времени или денег. Ролик про Медведева я всегда вспоминаю, он очень качественно и грамотно сделан. Это и есть настоящая журналистская работа. Действительно здорово у них - это технологии, ролики, которые они снимают, дроны… У нас тоже дроны бывают, мы делаем ролики, сняли документальный фильм в Украине об убийстве коллеги Павла Шеремета, но у нас пока нет такого зажигательного персонажа, который будет все рассказывать, как Алексей Навальный.

- Тот резонанс, который вызывают публикации этих расследований в соцсетях, показывает, что публике в России крайне интересны расследования о коррупционных схемах, в которых замешаны российские чиновники и олигархи. О чем свидетельствует этот интерес?

- Он свидетельствует о высоком уровне недоверия, в первую очередь, к государственным СМИ, но, конечно, и к власти. Я думаю, что даже те россияне, которые в целом поддерживают свое правительство и его политику, понимают, что им рассказывают не все. Даже среди тех, кто обожает Владимира Путина и ему доверяет, кто голосует за него и "Единую Россию", многие понимают, что на государственных каналах они не получают всю правду.

Это очевидно, потому что иногда это просто кажется пропагандой. Они понимают, что есть другие источники информации в интернете. Возможно, эти источники не так доступны, не все о них знают, но когда читаешь такое расследование, то понимаешь, что это уже другой жанр. Потому что это не пропаганда, там обмануть никого не получится. В системе, построенной на коррупции, тех, кто ее разоблачает, нужно читать и поддерживать.

- А почему Путин никогда не фигурирует в крупных разоблачениях?

- Фигурирует, но не напрямую. У нас есть много материала о его друге, виолончелисте Сергее Ролдугине, имя которого впервые появилось в "Панамских досье" - компаниям, связанным с ним, были разными способами переведены миллиарды долларов.

В нашем свежем расследовании "Ландромат "Тройка" мы обнаружили те же компании и снова - средства, переведенные на их счета. Сам же Путин слишком умен, чтобы оставлять свое имя где бы то ни было.  У нас есть проект "Путин и посредники" - это прямая попытка расследовать систему окружения Путина, его ближний круг и различные способы доступа этих людей к деньгам.

В своем интервью Оливеру Стоуну Путин шутил, что не так уж и богат. Возможно, формально это действительно так, но он выстроил систему, в которой он может хранить свои деньги, и даже эти люди не знают, сколько их там. Я уверен, что если бы вы спросили господина Ролдугина, сколько денег на всех счетах его компаний, он бы понятия не имел, о чем речь, и даже не вспомнил бы названия этих фирм. Но именно на этом и основывается эта система - конкретно, на правдоподобном отрицании.

- Один из фигурантов вашего последнего расследования  - об Украине и выводе гигантского капитала через "Приват Банк", олигарх Игорь Коломойский, вернулся к себе на родину и уже дает советы в сфере экономики и финансов новому президенту Владимиру Зеленскому. Украина выбрала неверный путь?

- Пока слишком рано об этом судить. Все будет зависеть от действий Зеленского и от того, удастся ли ему доказать свою независимость. Больше всего Украине нужна политическая система, независимая от олигархов, которые сейчас управляют страной. Со времен Майдана многое улучшилось, но и работы остался непочатый край. Станет ли Зеленский еще одним шагом вперед? Есть веские причины в этом усомниться. Именно поэтому сейчас так важна роль независимой расследовательской журналистики.

- Стала ли эта работа опаснее за последние годы?

- Поскольку существуют системы, в которых организованная преступность взаимосвязана с политиками, то в них циркулируют огромные деньги - миллиарды долларов. И люди, имеющие огромную власть, могут купить все, что угодно: отряды наемников, услуги шпионажа, различные цифровые системы слежки и нанесения вреда журналистам. Ресурсов в их распоряжении становится все больше, из-за этого растет и опасность.

Автор: Ксения Польская

https://p.dw.com/p/3JUEK

***

Дополнение. Как российские следователи объяснили отсутствие уголовных дел по «Панамским файлам» и что это значит

Генпрокуратура рассказала, почему российские следователи за три года не возбудили ни одного уголовного дела по «Панамским файлам» (Panama Papers), в которых содержатся имена высокопоставленных российских чиновников, их родственников и людей, близких к власти, скрывающих деньги в иностранных офшорах, трастах и фондах.

Оказалось, дела не возбуждают потому, что Панама упорно не отвечает на запросы из России. Так это объяснил помощник Генпрокурора Аслан Юсуфов замдиректора Центра антикоррупционной политики партии «Яблоко» Алексею Чумакову. Оправдание примерно в том духе, что «хранитель краденого отказывается сотрудничать».

А так ли нужна российским следователям взаимность со стороны Панамы? «Панамские файлы» — это данные о реальных владельцах офшорных компаний, трастов и фондов, которые были раскрыты благодаря Международному консорциуму журналистов-расследователей (ICIJ), немецкой газете «Зюддойче Цайтунг» и Центру по изучению коррупции и оргпреступности (OCCRP).

«Новая газета» принимала участие в изучении «Панамского досье» и обнаружила там много интересных имен: чиновников, депутатов, президентских друзей, включая виолончелиста Сергея Ролдугина, который никогда не был предпринимателем и не вел роскошный образ жизни, но через связанные с ним офшорные компании прошли больше 2 млрд долларов.

В «Панамских файлах» есть не только документы о собственности. Там паспортные данные, домашние адреса, банковские реквизиты и в некоторых случаях сведения о том, каким именно бизнесом занимались фирмы, чем они владели и какими денежными средствами располагали.

Далеко не все эти фирмы, трасты и фонды находились в Панаме — они разбросаны по всему миру от Европы до тропических островов. И то, что Панама неохотно сотрудничает со следователями, не помешало властям многих стран проводить проверки в отношении своих чиновников, политиков и уклонявшихся от налогов предпринимателей, которые засветились в «Панамском досье». А в некоторых странах случились политические скандалы, которые привели к громким отставкам, — в Исландии, например, поста лишился премьер-министр, в Пакистане премьер-министра пожизненно отстранили от политики.

Даже в России, где правовой реакции на «Панамское досье» не было почти никакой (ограничились уверениями, что все, как всегда, подстроили враги), глава Росфинмониторинга Юрий Чиханчин в апреле 2018 года заявил, что установлена связь между российскими публичными должностными лицами, в том числе из губернаторского корпуса, и компаниями, которые совершали сомнительные сделки. А российские налоговики не раз использовали материалы «Панамских файлов», предъявляя претензии бизнесменам по поводу неуплаты налогов.

Так что отсутствие уголовных дел по материалам «Панамского досье» — проблема не процессуальная, а скорее политическая. «Если в «Панамских файлах» есть паспортные данные и адреса конкретных людей, которые совершали сомнительные операции, то этой информации вполне достаточно для проведения контрольных мероприятий. Как это было в других странах. И с точки зрения оперативно-разыскной деятельности этих сведений достаточно для проверки, — полагает партнер Paragon Advice Group юрист Александр Захаров. — Даже начальник управления Генпрокуратуры для получения сведений о финансовых операциях может обратиться в Росфинмониторинг, для этого ему не обязательно ждать ответа из Панамы. Органы государственной власти могут запросить данные об источниках доходов и происхождении капитала, данные из банков, есть сотрудничество между органами финансовой разведки на международном уровне. Вопрос только в том, есть ли политическое желание считать людей и сделки, которые отметились в «Панамском досье», достаточно подозрительными».

Автор: Роман Шлейнов, обозреватель «Новой», региональный редактор OCCRP

https://www.novayagazeta.ru/articles/2019/05/28/80689-s-panamy-vydachi-net


Об авторе
[-]

Автор: Ксения Польская, Роман Шлейнов

Источник: kommersant.ru

Добавил:   venjamin.tolstonog


Дата публикации: 04.06.2019. Просмотров: 133

Комментарии
[-]

Комментарии не добавлены

Ваши данные: *  
Имя:

Комментарий: *  
Прикрепить файл  
 


zagluwka
advanced
Отправить
На главную
Beta